Воспоминания о будущем: XXI+

Я человек прошлого тысячелетия. Я родился в 1967 году. Воспитывался я на книжках, написанных ещё раньше. Из этих книжек я почерпнул, в частности, глубокое и безоговорочное уважение к идолу, обозначаемому двумя крестиками и одной палочкой. К Грядущему Веку, Его Величеству XXI Столетию.

Не то чтобы Грядущий Век был для людей века двадцатого совсем уж сияющей далью. Советские люди к тому моменту уже знали, — тоскливым знанием обречённых, — что коммунизм в двухтысячном году не настанет, да и отдельные квартиры, наверное, не все получат. На Западе, в свою очередь, подозревали, что судьбоносная дата вряд ли принесёт всеобщее благоденствие.

Но были какие-то вещи, относительно которых которых сходились решительно все.

Например. Людям пятидесятых-шестидесятых было совершенно очевидно, что XXI век будет веком Большого Космоса. В двухтысячном году околоземная орбита будет густо застроена и заселена, на Луне будут стоять города (или хотя бы постоянные базы), а Марс — активно осваиваться. Скорее всего, к тому же времени будет окончательно решена продовольственная проблема — жратвы, наконец, хватит всем (благо, к тому времени технические возможности для этого уже существовали). Боялись ядерной войны, но не очень сильно. Надеялись на конвергенцию двух систем, из которой каждая возьмёт от другой что-то хорошее. Миром будет управлять советско-американский тандем, этакое СССША, государство с частной собственностью, но плановой — или мягко дирижируемой — экономикой. Восторжествует экология, соевая мука и новейшие средства связи — везде будут стоять огромные телевизоры.

Наконец, долгожданный Век таки грянул. Совсем недавно, семь лет назад.

И чего?

Да ничего особенного. Большой Космос скукожился до обслуживания нужд спутниковой связи (которую, кстати, никто почему-то не предсказывал). СССР умер безо всякой ядерной войны, если не считать таковой взрыв на Чернобыльской (кстати, подобная интерпретация имеет некие основания). Компьютеры нарастили мощь до невиданности: если программисту семидесятых показали бы нынешний настольник, с ним бы случилась икотка («что, вот эта коробочка — терабайтный диск?!») В моду вошли приталенные пиджаки, а потом снова вышли.

Об этом, впрочем, уже писали — все, кто не поленился. Интересно другое — а что, собственно, в Грядущем Веке не изменилось? Что — «шло, как и шло»?

Как ни странно — социальное развитие.

Глобальный капитализм, о котором сейчас трыднят все кому не лень — штука на самом деле абсолютно не новая. Пик глобализации мир уже проходил — это был отформатированный Европой мир до Первой мировой войны. Это был мир практически без границ, сплошная «шенгенская зона». Достаточно напомнить, что иммиграционный контроль был крайне либеральным, а требование въездной визы считалось чем-то чрезвычайным и практиковалось только во время крайнего ухудшения межгосударственных отношений — например, во время войны. Разрешительный порядок установился только после Первой Мировой, когда все перессорились и к тому же появился инфант террибль aka СССР (между прочим, посещение Советского Союза в некоторых странах тогда считалось почти преступлением). Но это было потом. В конце XIX — начале XX века толстенькие буржуи в цилиндрах раскатывали себе в пульмановских вагонах от Петербурга до Берлина, а потом на белых пароходах плыли в Африку или в Америку зарабатывать вкусно пахнущие фунты стерлингов и шершавые доллары. В кочегарках потел рабочий класс, примерно того же расового, религиозного и образовательного статуса, что и сейчас. Мир, в общем, находился в равновесии: всё шло как-то очень логично и правильно, хотя и не всегда красиво.

Разумеется, были альтернативы, предлагаемые социалистами разной степени радикальности. Социализм был в моде, особенно среди людей умственного труда, популярных газетчиков и небогатых бездельников. Споры велись в основном о том, сколько социализма придётся вводить: то ли отменять частную собственность совсем, то ли её ограничивать (скажем, запретить наследование или отнять землицу у землевладельцев), то ли вовсе ограничиться высокими налогами и большими социальными пособиями. Как известно, в двадцатом попробовали всё вышеперечисленное и остановились на третьем варианте. Больше никаких споров не ведётся: вопрос решён окончательно. Впрочем, сейчас всё идёт к тому, что и пособия потихоньку отберут: экономика всё более склоняется к классической эксплуатации и экономит на «человеческом лице», благо СССР нет и форсить не перед кем. «И так перетопчутся».

Кстати об СССР и проч.

Социалистические государства возникли, вопреки марксизму, не как сверхкапиталистические общества (то есть преодолевшие капитализм и снявшие его в себе), а как общества антикапиталистические. Это были именно «антитезисы», «альтернативы», не предполагавшие никакого «синтеза». Интересно отметить, что фашистские государства возникли как альтернативы социалистическим: это были «отрицания отрицания», причём отнюдь не диалектические. Возникли последние на пике успехов реалсоциализма — и сдулись не столько из-за военного поражения в великой войне середины века, сколько из-за того, что антитеза антитезе перестала быть востребованной. Иначе фашизировались бы все.

Почему так? Потому что социализм как альтернатива капитализму довольно быстро сдулся.

Сейчас принято считать, что «великие социальные утопии» потерпели окончательный крах в конце прошлого века, с уничтожением СССР и социалистического блока. На самом деле уже в шестидесятые годы тот же СССР не был «обществом побеждающей утопии» ни в какой мере. Это было вполне узнаваемое общество недопотребления, напоминающее аналогичные общества в среднеразвитых странах «третьего мира».

Разница с «третьим миром» была та, что советские люди страдали не от недостатка денег, а от недостатка товаров. Но суть была та же: базовые социальные структуры советского общества были, в общем, близки западным, только ресурсов было меньше. От этого советские люди жестоко страдали, как страдают люди от любого несоответствия. Кстати, сейчас, когда Россию окончательно сбросили в третий мир, страдать от голода-холода-безнадёги стали больше, а вот от несоответствия — меньше. Вокруг нищета, внутри тоже нищета, нет перспектив, зато и ложных надежд тоже нет. «Всё ровненько». Мир пришёл в равновесие.

На что всё это похоже?

Откроем старые марксистские учебники. «Империализм как высшая и последняя стадия капитализма».

Посудите сами. Планета полностью контролируется интернациональным классом собственников (в смысле, международным — они сами вполне себе имеют этническую принадлежность). Собственники бесконечно жируют, присваивая себе все блага растущего производства и перекладывая на общество все издержки такового. Далее происходит марксово обнищание пролетариата и приравненных к нему классов. Обнищание относительное — ну, это очевидно, достаточно посмотреть на растущую пропасть между понятно кем и всеми остальными — и даже, представьте себе, абсолютное. О последнем много острили, а сейчас, представьте себе, даже и этим запахло — в связи с перспективой исключения изрядной части населения из производства вообще, а также с тотальным ухудшением качества потребляемых товаров и услуг в соответствующих ценовых сегментах. Если хотите знать, как это — возьмите батон магазинного хлеба, потом напрягите память и вспомните советский батон того же вида и объёма. Сравните цену, потом попытайтесь сообразить, что происходило с советским батоном после недели лежания в хлебнице и что происходит с батоном нынешним. Сравнили? Всё понятно? Вот это и есть абсолютное обнищание, да.

Так что современный мир — это вполне узнаваемый мир тотального империализма. «От чего ушли — к тому и вернулись».

Скучно жить на таком свете, господа! Решительно скучно.

Но существуют ли сколько-нибудь интересные альтернативе «глобалке»?

Хороший вопрос на засыпку.

По идее, их не может не быть. Оставим пока в стороне тему их осуществимости и достижимости. Современный мир стал таким, какой он есть, не потому, что не было денег или рабочих рук для построения иного мира. А из-за недостатка работающих идей. Строить было нечего, а что построили — оказалось по сути тем же самым, только хуже. Потому-то всё и вернулось на круги своя. Как писал из тюрьмы Оскар Уальд, в некоторых ситуациях самый страшный грех — это недостаток воображения.

* * *

А теперь, наконец, реклама.

Мы анонсируем цикл статей под общим названием "XXI+". В его рамках мы будем публиковать тексты на тему ближнего и дальнего будущего — как его видят люди разных взглядов, воззрений, политических симпатий и т.п. Принимаются любые варианты, лишь бы они были достаточно интересными и не глупыми.

Цикл начинается с довольно своеобразного сочинения — гиперсионистского анархо-теологического проекта Авраама Шмулевича. И, с другой стороны, совсем даже не фантастический текст Михаила Кулехова о перспективах сибирского областничества.

И будем надеяться, что подтянутся и остальные мечтатели.

Может быть, среди вороха прожектов найдётся и какая-нибудь годная к употреблению русская идея?

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter