Сложится ли в Англии антитеррористический консенсус?

Сейчас очень трудно делать какие-то конкретные выводы из случившегося в Лондоне. Стоит спросить: почему все-таки взрывы произошли именно там и именно в этот исторический момент? Безусловно, сейчас на общественное сознание оказывает влияние так называемый феномен "затишья". Прошло все-таки достаточно много времени с момента последней значимой для западного общественного мнения атаки международных террористов на инфраструктуру западной цивилизации. Последним таким терактом можно считать взрыв пассажирского состава в Мадриде 11 марта 2004 года на станции "Атточе".

С другой стороны, очень странным кажется перерыв между недавней трагедией в Лондоне и последней атакой террористов на англосаксонский мир. Можно легко обнаружить, что гражданские объекты англосаксонской цивилизации не являлась непосредственной целью исламских радикалов с 11 сентября 2001 года. Эти вопросы, если их изучать более пристально, приведут нас к следующему вопросу: кто же все-таки управляет Аль-Каидой? И управляема ли эта организация вообще? Здесь вполне возможны конспирологические измышления, учитывая огромное количество мусульман, проживающих в США и большую роль исламского лобби в этой стране.

Однако я хотела бы заметить, что как бы там ни было, позицию американского исламского лобби по пресечению антиамериканских настроений нельзя не назвать мудрой.

Тем не менее от скоропалительных рассуждений в этой области тоже следует по возможности дистанцироваться. Конечно, хочется представить, что лондонские взрывы повлекут за собой важные изменения в социально-психологическом климате британского общества, настроения которого теперь будут более расположены в пользу выдачи России укрывающихся на территории Соединенного Королевства чеченских боевиков.

Однако пятисотлетняя традиция британской дипломатии вряд ли дает серьезные основания думать, что такой вариант будет действительно реализован. Можно вспомнить, как вела себя Великобритания по отношению к России со времен Кавказских войн и "черкасских комитетов" XIX в., и мы обнаружим, что на этом политическом поле мало что изменилось. Британцы всегда косвенно поддерживали сепаратистcкие тенденции в Российской Империи, поставляя оружие и материальную помощь силам, находящимся с Россией в состоянии войны. Чего стоят хотя бы некоторые договоры Великобритании с Ираном, обязывающие иранскую сторону рядом пунктов во что бы то ни стало продолжать войну с Россией.

Но я уверена в том, что некоторые позитивные сдвиги в сторону давления на исламских радикалов со стороны британского правительства все-таки будут сделаны. В любом случае официальному Лондону отныне станет труднее обосновывать свою прежнюю политику поддержки чеченских эмиссаров. Косвенно отношение британского общественного мнения к "чеченскому вопросу" уже изменилось, и в этом процессе не последнюю роль сыграл "фактор Беслана". Если сложится определенный консенсус по поводу нынешних событий, общественный фон может значительно поменяться в лучшую для нас сторону.

Но на серьезные перемены я бы все-таки не рассчитывала. Стоит отметить жесткую регулирующую роль британской прессы, которая очень четко выполняет определенный социальный заказ, используя вполне знакомые нам еще с советского времени идеологические и терминологические штампы. Там, где надо, пресса Великобритании может плакать и сочувствовать жертвам и порицать убийц, публикуя на страницах лондонских газет и транслируя по телеканалам кровавые ужасы. В ситуации, когда этого делать ей "не следует", легко наблюдать предвзятую нарезку кадров, из которой оказываются исключены "ненужные подробности", как это было в случае последней трагедии. 

Я не стала бы ожидать каких-либо серьезных политических перемен в стане антитеррористической коалиции в связи с лондонскими терактами.
Вообще, само по себе клише "антитеррористическая коалиция" не стоит нагружать каким-то сверхзначимым смыслом. Существует определенная разница в отношении и требованиях исламских радикалов к России и таким странам, как США и Великобритания. От США и их западных союзников радикалы требуют прежде всего прекращения активного вмешательства в дела их цивилизации, их мира. От России исламисты добиваются территориальных уступок. Это — основной момент, который характеризует и отличает роль и участие России в антитеррористической коалиции.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
  • Самое читаемое
  • Все за сегодня
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter