Экономически неразрешимая задача

В прошлый раз мы занялись сопоставлением экспертных мнений об экономике образования. Вкратце повторю основные обобщения и выводы. Четыре респондента Опек.ру заочно, но практически единогласно сочли, что

- рынок в российской системе образования работает плохо;

- сама система неадекватна, но, тем не менее,

- положиться, кроме как на рынок, в общем-то не на что.

Что же до рецептов, то по ним была полная разноголосица; экономическая рецептура была выражена, по большей части, невнятно и бессистемно. Сказав «А» — «рынок не работает» — эксперты в большинстве своем воздержались от того, чтобы сказать «Б» — «чтобы рынок заработал, нужно его последовательно ввести». Отталкиваясь от этого парадокса, я сделал довольно сильные выводы о том, каким образом сказать «Б» (то есть, ввести рынок). И занял выжидательную позицию, что называется, «в первом ряду партера» — на всякий случай. Тема образования в нынешней «полузакрытой демократии» — далеко не запретная; вдруг кто-то выскажет более четко очерченные суждения?

Ждать долго не пришлось. Следующий респондент, опрошенный Опек.ру в этой теме — старший экономист ЦЭФИР Ксения Юдаева — сняла парадокс по-своему, оценив ситуацию предельно жестко: «государство хочет еще больше исказить ситуацию с образованием». Г-жа Юдаева оказалась первым экспертом, проанализировавшим ситуацию с образованием «по науке», подробно разобрав, где в системе образования есть прямые, а где скрытые субсидии, а также как и где их убрать. Подробно анализировать ее тезисы в этой статье не имеет смысла из-за того, что между моим предыдущим обзором и ее мнением практически нет точек разногласия, за исключением одной-единственной. Ксения Юдаева «абсолютно убеждена, что если посчитать все издержки (не только прямые, но и косвенные) на существующую армейскую систему, то она окажется более дорогой, чем профессиональная армия». По ее мнению, «единственный ответ в этом направлении — нужна профессиональная армия». Мнение вашего покорного слуги противоположно — и тоже на уровне абсолютного убеждения. И дело не в том, нужна ли «наемная армия» (да, нужна, но здесь мое убеждение не абсолютное), а в том, что «подсчитать все издержки» не удастся.

Горючий камень реформ. «Прямо пойдешь — голову потеряешь…»

Мое убеждение покоится на примерно трехлетнем мониторинге экспертных мнений по военной реформе, подсказывающем: никакому открытому экпертному сообществу гранит армейских проблем сейчас не по зубам.

В политическом межсезонье 2001-02 годов какие-то обсуждения еще как-то педалировались нашими «экономическими» партиями («Яблоком» и СПС). Но с приближением к выборам дискуссия скатилась с экспертного уровня на лозунговый (для потребления узких электоральных ниш). Очень хотелось бы, чтобы возрождение дискуссии произошло в новом качестве, ибо старое было, что называется, «ниже уровня моря».

Еще два года назад мной было убито множество сил и времени, чтобы найти ответ на следующие три простые вопроса:

- сколько реформаторы собираются платить контрактнику;

- откуда они эти деньги собираются взять;

- чем солдат, по их мнению, должен заниматься с 0:00 до 24:00?

Ответа на последний вопрос я не нашел до сих пор. На два предыдущих ответил военный консультант СПС Виталий Цимбал. Оказалось, СПС предлагал контрактникам заработную плату, на 20% большую, чем в среднем по стране. (В качестве основания приводился… нет, нет, не аккуратный анализ предложения профессионального труда, а… опрос ВЦИОМ, произведенный по заказу Института экономики переходного периода.) Понятно, что такую зарплату, в принципе, можно взять и из госбюджета; непонятно, какие-такие «профессионалы» найдутся за такие деньги. В газете «Консерватор» я, как человек, знакомый с тяготами и лишениями срочной службы не понаслышке, высказал идею — на эти деньги пойдет служить мародер и каратель. (Газета прекратила существование примерно год назад. Текст каким-то чудом доступен  до сих пор на сайте ИЭПП в директории, раньше бывшей персональной страничкой Егора Гайдара). Всерьез такие задачи никто, кроме Министерства Обороны, поставить и исследовать не может, а часто и не хочет. Но Минобороны тоже нельзя назвать беспристрастным судьей.

Ясно лишь одно: партии, заинтересованные в военной реформе, закладываются на уровень безопасности страны с недостатком, а военные ведомства — с избытком. Свести эти позиции воедино в настоящее время абсолютно невозможно, в том числе, из-за дефицита культуры компромисса. Вопрос решается политически, что называется, «в боевых условиях»: в аппаратных играх, на страницах прессы, на выборах. Пока что общий итог — 2:1 в пользу Минобороны. Когда-то либеральная пресса обеспечивала СПС и «Яблоку» перевес в информационном поле, но голы, пропущенные н выборах, могут оказаться решающими. Причина проста.

Безопасность страны не может планироваться точно. Электорат предпочитает, чтобы ее планировали с избытком. Ибо страны, планирующие ее с недостатком, обычно сдают ее на аутсорсинг — вместе с суверенитетом. Только и всего.

Остается неясным лишь одно — скоро ли Россия окрепнет до безнадрывной защиты своего суверенитета?

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter