Съезд победителей. О чем было 6-е Всебелорусское народное собрание

 

11-12 февраля в Минске прошло одно из главных политических событий года в Белоруссии – 6-е Всебелорусское народное собрание (далее ВНС). Эта специфическая форма белорусского народовластия берет начало в 1996-м, когда Александр Лукашенко впервые собрал почти 5 тысяч человек со всей страны «посоветоваться». Тогда заседали во Дворце спорта, дальнейшие ВНС проходили во Дворце республики. Два дня 2400 делегатов и 300 приглашенных гостей наблюдали за масштабным политическим шоу, которое у многих вызвало ассоциации с XVII съездом ВКП(б) 1934 года – «съездом победителей».


Аналогия возникла прежде всего потому, что оба форума собрали практически единомышленников – сторонников жесткой власти. Если предыдущие четыре ВНС проходили в атмосфере благодушия и предсказуемости, то шестое ВНС, как и первое, протекало отнюдь не расслабленно. С августа 2020-го Белоруссия находится в состоянии обострившегося политического кризиса, который фактически расколол общества на два лагеря – сторонников Лукашенко и его противников. Однако если в конце лета ситуация в Минске была крайне напряженной, то сейчас, спустя полгода, президент мог констатировать, что блицкрига по развалу его «любимой» удалось избежать. Власть удержана, гайки закручены, верноподданные верны, предатели – гады, а те удары, которые нанесли по Белоруссии, оказались несмертельными. Примерно об этом с разными вариациями говорили все делегаты съезда.


Множество вещей, звучавших на ВНС, были ритуальными и практически ничем не отличались от предыдущих форумов. Инновации и инвестиции, сохраним заводы и рабочие места, здоровые семьи, с Россией плечом к плечу и умрем за нее, главное – национальные интересы, с молодежью надо работать… все это говорилось на ВНС и сегодня, и 20 лет назад. Новизны придавали сетования на трудности коронавирусного года и проклятия в адрес «протестунов», да если раньше похвалы России уравновешивались реверансами Западу, то теперь Лукашенко кинул Европе «Не учите нас жить, лучше помогите материально». К оборонительной риторике прибегал практически каждый выступавший, разве что митрополит Минский и Заславский Вениаминтрадиционно для представителей религиозных конфессий ушел от конкретики, напомнив присутствующим несколько важных евангельских посылов.


Доклад премьер-министра Романа Головченко был настолько бодр, насколько позволяли реалии коронакризисной эпохи. Министр иностранных дел Владимир Макей фактически признал провал пресловутой многовекторности и заявил, что внешняя политика Белоруссии нуждается в полной перезагрузке. Представитель Министерства обороны добавил, что речь может идти об отказе от стремления к нейтралитету, заявленному в белорусской конституции. Лидер ЛДПБ Олег Гайдукевич призвал с большой осторожностью подходить к изменению избирательной системы и избавиться от «лишних» партий, а также с удовольствием «пнул» Павла Латушко. Ректор Академии управления при Президенте историк Вячеслав Данилович заявил о необходимости возведения в Минске памятника Воссоединению Беларуси и предложил сделать Днем Народного единства 17 сентября или 14 ноября – даты, привязанные к 1939 г. «Это хорошее предложение», – сдержанно отметил Лукашенко в финале и поручил администрации проработать вопрос в течение года.


Проходящий в госСМИ как «оппозиционер» Юрий Воскресенский выглядел едва ли не более правоверным, чем Гайдукевич. Он предложил ввести мораторий на смертную казнь, увеличить полномочия парламента, закрепить статус ВНС в конституции, а также удивил общественность, предложив назвать в Минске площадь или проспект в честь России, стал едва ли ни единственным, кто произнес слова «амнистия и примирение» и в итоге поблагодарил Лукашенко за шанс встретиться с ним в СИЗО КГБ. Кстати, Лукашенко потом посвятил Воскресенскому несколько фраз в финальной речи, из которых следует, что к этому человеку он действительно отчего-то расположен, как минимум считает «не дураком».


Явным выпадением из сценария выглядело выступление Анны Канопацкой, которая попросила слово в первый же день – и слово ей дали, но государственные каналы в тот же момент слаженно отрубили прямую трансляцию (!) Конечно, текст речи Канопацкой через минуту можно было прочесть в Телеграме, так что над секретом Полишинеля посмеялась вся страна. Канопацкая признала победу Лукашенко, призвала взыскать с России ущерб за массовые беспорядки августа и не объявлять БЧБ экстремистским. В финальной речи Лукашенко пару раз вспомнил ее выступление, но исключительно в ироническом ключе – как взрослые говорят о проделках глупой малышни. Погоды на форуме выступление Канопацкой не сделало.


Самым курьезным моментом было выступление военкома из Гомеля, полковника Андрея Кривоносова, еще в августе ставшего мемом. Он какое-то время поговорил без микрофона, а потом пожал руку Лукашенко, чтобы «зарядиться от него энергией». Из зарубежных гостей эмоционально говорили легенда сербского кино Ивана Жигон и лидер украинских коммунистов Петр Симоненко – оба предостерегали белорусов от ошибок, совершенных в Югославии и Украине.


Александр Лукашенко выступал несколько раз – открывая и закрывая собрание, да еще взял слово в начале второго дня. Всеми было отмечено прекрасное настроение лидера Белоруссии, как и большое количество его оговорок и сбивчивость речи. Как и положено главе государства, президент где-то задавал тон, где-то обобщал услышанное и делал выводы. Выяснилось, что на Бабарико Лукашенко «плевать хотел», среди чиновников, по его мнению, «половина БЧБшников», а бастовавшие в течение 26 октября торговые точки были закрыты по его личному распоряжению. Надежд на какое-то «возвращение» людей, занявших «не ту» позицию, президент Беларуси не возлагает: для него они явно потеряны. Да и потеря невелика – одни ушли, зато их места заняли другие. Несколько раз Лукашенко обращался к неким «им», находящимся за границей, но ни малейшего призыва к диалогу и примирению не прозвучало – для него это отрезанные ломти. Традиционно прошелся он и по «переобувшимся творцам», с особенным вкусом «пнув» ушедшего с госТВ телеведущего Евгения Перлина.


Главными политическими новостями в устах президента стали разработка проекта новой конституции в течение 2021 года и принятие ее на референдуме в начале 2022-го. На второй день было уточнено – возможно, совместим с местными выборами. Глава ЦИКа Лидия Ермошина прокомментировала, что лучшим временем для референдума стала бы середина декабря 2021-го. В финальной речи прозвучал анонс нового закона о несанкционированных акциях. Что интересно, Лукашенко ни словом ни обмолвился о судьбе бело-красно-белого флага, хотя Вячеслав Данилович и призвал активнее знакомить людей с его коллаборантской историей.


…А что же те, кто не согласен со съездом победителей? Они развернули грандиозную антикампанию в Интернете, призывая людей 11 и 12 февраля пойти в центр Минска и «показать фашистам, что власть у нас». Большие интервью дали Латушко и Бабарико, причем оба недвусмысленно намекнули на то, что следующий президент Беларуси – именно он. Силы на пропаганду были брошены действительно немалые, пожалуй – самые крупные со дня гибели Романа Бондаренко. Но в итоге весь пар по-прежнему ушел в свисток. Жиденькие цепи с БЧБ-флагами, автомобильные гудки проезжающим мимо автобусам с делегатами да фоточеллендж «Я против ВНС» – вот, собственно, и все, что противники Лукашенко смогли противопоставить забитому до отказа Дворцу республики. Никаким триггером для белорусского общества 6-е ВНС не стало. Оно действительно выглядело грандиозным смотром сторонников Лукашенко и лишь зафиксировало состояние раскола, в котором находится общество.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter