Битва за Ингушетию

Рамзан Кадыров позавчера (в среду, 24 июня, через 2 дня после взрыва) временно (пока временно) занял резиденцию президента Игнушетии. По дороге в столицу соседней республики кортеж Кадырова несся на предельной скорости, раскидывая все машины на обочины. Такая манера передвижения – на максимальной скорости и прижимая к обочине все машины - была расценена и российскими СМИ и ингушами как "вызывающая" и "наглая", но, на самом деле, она вызвана соображениями безопасности: именно "неотжатый" лексус и взорвал Евкурова, террорист смог догнать президента именно потому, что кортеж передвигался с предписанной ПДД скоростью.

На въезде в Магас Кадыров был остановлен ингушским постом ДПС. Ингушские милиционеры отказались пропустить Кадырова, несмотря на жесткие требования его охраны. Кортеж был пропущен только после того, как из правительства Ингушетии поступил звонок.

То есть меряние силами, жёсткая конфронтация между Кадыровым и ингушской элитой началась с первых секунд его пребывания в соседней вайнахской республике. Ингушские власти пытались указать ему, что именно они – хозяева в стране, и именно их разрешение необходимо для того, что бы просто передвигаться по Ингушетии.

Сразу после покушения, согласно закону, исполняющим обязанности президента Ингушетии стал премьер республиканского правительства Рашид Гайсанов.

Когда Кадыров был, наконец, допущен в резиденцию Евкурова, он сразу же заперся в кабинете с Гайсановым. Время за закрытыми дверьми они провели, согласно официальному коммюнике, в "обсуждении сложившейся в Ингушетии ситуации и совместных спецопераций сотрудников МВД Ингушетии и Чечни по ликвидации участников незаконных вооруженных формирований". Реально же, видимо, осуждались куда более масштабные вопросы – по сути, дальнейшая судьба чеченского и ингушского народов. И согласие при этом, явно не было достигнуто.

Сразу после встречи президента Чеченской Республики с и.о. президента Ингушетии, Кадыров заявил: "СКП и МВД будут вести свое расследование, а мы будем вести расследование по горским обычаям, и месть за Юнус-Бека Евкурова будет жестокой. Евкуров — мой брат, мой близкий товарищ. У нас одна религия, одна идеология — это служение народу".

При внимательном прочтении, в этих словах молодого лидера содержится два очень важных "мессиджа", Первый – ингушам: "Евкуров — именно мой брат", мне он ближе, чем вам, посему вы чужие люди и не суйтесь в наши отношения, разбираться с ранившими Юнус-Бека – дело именно его брата, т.е. Кадыров не собирается координировать свои действия по "мести" с ингушскими властями.

Второй, еще более важный – Кремлю. Напомню, что, по сообщениям СМИ, сразу после взрыва "Президент Дмитрий Медведев позвонил по поводу покушения на Евкурова директору ФСБ Александру Бортникову и министру внутренних дел Рашиду Нургалиеву, поручив им провести полное расследование преступления". Кадыров в открытую сказал, что не собирается координировать свои действия и с Москвой. Рамзан своим заявлением "поставил на место" Медведева: мол, веди свое дурацкое расследование, только под ногами не мешайтесь. А настоящее будет – наше. И власть настоящая в Стране Гор – только по "обычаям гор", т.е. моя. Это – очень жёсткое и очень далеко идущее утверждение. Как обычно на востоке, облачённое в мягкий покров, и, тоже как обычно, оставшееся непонятым и незамеченным русскими властями и экспертами.

Впрочем, противостояние лишь началось.

О том, что он намерен лично руководить боевыми операциями на территории Ингушетии, Рамзан Кадыров сообщил сразу после покушения на Юнус-Бека Евкурова, причем сообщил по всем возможным каналам - выступая по московскому ТВ, в интервью Рейтерс и т.д. По его словам, такое поручение дал ему президент России Дмитрий Медведев. Характерно, что сам Медведев пока не подтвердил, но и не опроверг это заявление.

При этом Рамзан обещал, что  наведет порядок «не только в стране, но если будет приказ Верховного главнокомандующего, то и в других государствах». Как заявил он в интервью телеканалу «Вести 24», «у нас есть на то все силы и средства», «террористов готовят и финансируют определенные силы, которые находятся за пределами нашей страны. Они борются не только против чеченского и ингушского народов, а против всей России. Кавказ выбран плацдармом».

Кадыров также, фактически, подверг критике политику Евкурова, заявил, что он будет действовать в Ингушетии совершенно по-другому и, в первых же своих заявлениях, обозначил линию на слияние Чечни и Ингушетии под своим руководством: «Я буду лично выезжать и оказывать содействие местным властям в продолжение той работы, которую проводил Евкуров. Буду делать все для того, чтобы раз и навсегда покончить с терроризмом и на территории Чеченской Республики, и на территории Республики Ингушетия, — отметил он. — Мы больше не будем с ними проводить какой-либо диалог, не будем предлагать амнистии – это все осталось в прошлом».

Между тем, сразу после покушения, пресс-секретарь президента Ингушетии Калой Ахильгов заявил, что в настоящее время всеми мерами безопасности в республике занимается Оперативный штаб республики. Он же, по словам Ахильгова, "координирует мероприятия по борьбе с незаконными вооруженными формированиями и введенный режим ОТО в Назрановском районе."

Гайсанов еще до встречи с Кадыровым с возмущением отверг «высказывания отдельных экспертов и журналистов» о том, что «в Ингушетии возможно введение элементов внешней формы управления и проведение на ее территории не согласованных с руководством и правоохранительными органами республики специальных операций»

Также и после "встречи президентов" исполняющий обязанности президента Инугшетиии сказал нечто прямо противоположное словам своего чеченского "коллеги-конкурента": "В Ингушетии не будут вводиться элементы внешней формы управления", «конституционные органы власти в полном объеме осуществляют свои полномочия». «Руководство и правоохранительные органы Ингушетии продолжают начатую президентом Евкуровым бескомпромиссную борьбу с терроризмом и экстремизмом. Совместные мероприятия МВД по Ингушетии и МВД по Чеченской Республики по нейтрализации НВФ будут проводиться и в дальнейшем», — подчеркнул Гайсанов.

Хотя эксперты отмечают, что у нового главы Ингушетии нет военного опыта, официально проблемы безопасности, как и экономические проблемы курирует именно исполняющий обязанности президента Ингушетии

То, что Ингушетия может "уйти под Рамзана" – давнее опасение всей ингушской правящей верхушки (что думает по этому поводу "простой народ" – не столь очевидно), тема, что Рамзан Кадыров рано или поздно получит контроль над Ингушетией, возникает регулярно, и уже давно. Вот характерное свидетельство специализирующейся на Кавказе журналистки "Новой Газеты" Ольги Бобровой: "Вчера (во вторник) я разговаривала с одним из советников президента Евкурова. Он мне сказал:

— Я ему все время говорил: Юнус-Бек, береги себя. Будь осторожнее. Если с тобой случится что-то, знай: ты будешь в ответе за то, что Ингушетию поглотят".

Дело в том, при советской власти Чечня и Ингушетия составляли одну Чечено-Ингушскую АССР. 15 мая 1991 года ЧИАССР переименована в Чечено-Ингушскую Советскую Социалистическую Республику. А 1 октября 1991 года решением Верховного Совета РСФСР Чечено-Ингушская Республика была разделена на Чеченскую и Ингушскую Республики.

При образовании Ингушетии к ней от бывшей Чечено-Ингушской АССР отошли 2 района целиком (Малгобекский и Назрановский), а также часть Сунженского района ЧИАССР, преобразованная в Сунженский район Ингушетии. Другая его часть отошла к Чечне. Но до сих пор четких административных границ между двумя республиками не проведено.

Современной границей между Чечней и Ингушетией формально считается граница 1934 года, однако демаркация её до сих пор не проведена, и на картах Роскартографии граница между Чечнёй и Ингушетией не показана вообще.

Более того, между ними существуют серьезные территориальные споры.

Как сформулировал в интервью сайту "Кавказский узел" один из местных политологов: "Сунженский и Малгобекский районы - исконно чеченские земли, но в 1992 году, якобы, по какой-то устной договоренности между Дудаевым и Аушевым (тогдашние президенты Чечни и Ингушетии), они фактически перешли под юрисдикцию Ингушетии. Хотя мы все часто любим говорить, что чеченцы и ингуши - один братский народ, вайнахи, и что никаких границ между нами быть не может, проблему надо решать. Я считаю, что ингуши должны получить обратно свой Пригородный район (Северная Осетия-Алания), а мы - свои Сунженский и Малгобекский" - по сути, это официальная точка зрения руководства Чечни. Парламент Чечни уже в трех чтениях провел законопроект о включении Сунженского и Малгобекского районов в состав территории республики – т.е. об отторжении их у Ингушетии.

Сунженский и Малгобекский районы - это около половины Ингушской территории. При том, что Ингушетия и так является самым маленьким субъектом РФ.

Кроме того, как уже говорилось, со стороны Чечни неоднократно шли намёки на желательность полного объединения "братских республик".

Можно предполагать, что все это вызвало полный переполох в ингушских верхах, в качестве первого эшелона обороны они решили "призвать на княжение" бывшего президента республики Ингушетия Руслана Аушева.

Вчера, в среду, сразу после заявлений Кадырова, Аушев предложил себя в качестве временно занимающего место Евкурова: “Я готов вернуться на время лечения Евкурова, пока он не выздоровеет, и возглавить республику, если это будет юридически оформлено, и выполнять обязанности президента республики до его выздоровления”. При этом в первом же заявлении Аушев отбил намерение Кадырова (или же намерение Кремля) взять на себя руководство операцией по поимке боевиков и вообще силовым блоком республики.

"Разделять силовую часть от экономической части или от социальной - это неправильно, там все вместе надо решать. Поэтому один человек, который возглавляет республику, должен эти все вопросы решать", - сказал Аушев. 

К сожалению, большой вопрос, сможет ли Евкуров вернуться к полноценной политической и вообще жизни - у него, по словам врачей, "был удалён ряд внутренних органов", повреждены череп, грудная клетка, он находится на искусственной вентиляции легких. Это понимают все, кто борется ныне за "евкуровское наследство".

Сегодня же Аушева и Рамзан обменялись комплиментами на тему, что каждому из них нечего соваться в Ингушетию.

По словам Кадырова, именно при Аушеве "бандиты всех мастей свили гнездо в Ингушетии", Аушев не только не боролся с участниками НВФ, но и "укрывал на территории Ингушетии Масхадова, Басаева и других главарей бандформирований. Аушев устраивал развлечения для них и других известных главарей".

"Мы неоднократно подчеркивали в период правления Аушева, что главари боевиков "отлеживаются" в Ингушетии, находят там приют, чувствуют себя вольготно, но эта информация Аушевым воспринималась болезненно и он ни одного шага не делал для того чтобы, как и в Чечне бороться с терроризмом", - подчеркнул чеченский президент.

По его словам, любая попытка милиционеров из Чечни преследовать и задерживать боевиков за пределами административной границы воспринималась Аушевым как какое-то посягательство на их свободу. "Сегодня в Ингушетии дают о себе знать плоды именно безответственного отношения Аушева к проблеме терроризма, при нем это явление нашло прибежище в Ингушетии, а затем пустило корни", - отметил Кадыров.

"Если Аушев говорит, что у меня хватает проблем в Чечне, то хочу ему напомнить, что для меня также важны и проблемы ингушского народа, которые для нас, хочет того или нет Аушев, является родным. Это прекрасно понимает Юнус-Бек Евкуров, который не делит чеченский и ингушский народы на свой и чужой".

Т.е. Кадыров, во-первых, бросил очень серьезные обвинения Аушеву. По сути, он обвинил его в государственной измене, в укрывательстве и прямой помощи террористам.

Во-вторых, словами, "для меня также важны и проблемы ингушского народа, который для нас является родным" Кадыров фактически подтвердил свои претензии на руководство и Чечней и Ингушетией и подтвердил распространенное в Ингушетии мнение, что он хочет административно вновь, как при Советской Власти, объединить обе республики, причем именно под своим руководством.

Аушев же действовал более дипломатично. Во-первых, он, в лучших традициях бюрократических игр, предложил Москве добрым пинком вверх убрать Кадырова подальше от Ингушетии, отправив на повышение: в эфире радиостанции «Эхо Москвы» он предложил президенту России Дмитрию Медведеву назначить чеченского лидера Полпредом в Южном Федеральном округе.

Что касается намерения Кадырова лично руководить спецоперациями на территории Ингушетии, Руслан Аушев высказался жёстко, с завуалированной угрозой: «Это не соответствует Конституции РФ, конституции Ингушетии и законам. Я считаю, что ввод дополнительных соседних сил все там запутает. Если хотят усугубить ситуацию, можно это сделать».

Идею сразу же поддержал пресс-секретарь Президента Ингушетии Ахильгов. Он сказал «Газете.Ru»: «Думаю, что Аушев в трудный момент решил помочь, и это его решение. Он дал понять Кремлю, что готов ненадолго возглавить республику», и добавил, что, поскольку по законодательству Ингушетии исполнять обязанности президента может только премьер республики, "без юридического вмешательства вопрос назначения Аушева решить невозможно».

Ингушская общественность проведет в республике "чрезвычайный съезд ингушского народа", на котором Аушев будет предложен на пост главы республики, и это требование будет направлен и в Кремль и в Парламент и Верховный суд Ингушетии, для соответствующего изменения законов республики. Первым об этом в среду в интервью сразу нескольким СМИ ("Коммерсанту", Московскому комсомольцу", «Газете.Ru» и т.д.) заявил один из лидеров оппозиции Магомед Хазбиев, затем с подобными заявлениями выступили многие:

"Съезд у нас собирается в самых экстренных случаях и всегда становится действенным способом решения назревших проблем, — сказал сегодня Хазбиев. — Состоится он через 3—4 дня, максимум через неделю. Вопросы, которые будут вынесены на обсуждение, станут ясны вечером, но уже сейчас можно сказать, что главной станет проблема безопасности. Пока президент Евкуров находится на лечении, исполнять обязанности главы республики должен авторитетный, уважаемый человек. Я уверен, что на этот пост должен быть назначен Руслан Аушев. Все здоровые силы республики будут мобилизованы, а люди хоть с вилами, лопатами, топорами будут защищать свою родину. Если придет Кадыров, начнется великая кавказская война. Прольется кровь, и Россия потеряет Кавказ. На съезде мы попросим президента России, чтобы временно республикой управлял Аушев".

Кстати, семья Евкурова была взята под усиленную охрану, хотя и остается в Ингушетии.

Чеченцы уже начали нести в Ингушетии потери. В среду в Сунженском районе, в горно-лесистой местности в 1,5 км от южной окраины села Даттых в результате взрыва получил тяжелые ранения командир отделения 249 батальона "Север" внутренних войск МВД России Хусейн Арсанов.

Между тем, в горы продвигается техника…

Один ингушский деятель, попросивший сохранить анонимность, выразил в беседе со мной опасения многих на Кавказе, не только в Ингушетии: "У Рамзана просто крышу сорвет от такого "головокружения от успехов". Завтра он потребует полномочий по вторжению в Дагестан и Кабарду, захочет создать собственный Имарат Кавказ".

Битва за Ингушетию, по сути – битва за Кавказ, а значит и за будущее России - только начинается.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter