Три дня на границе

Революция на Украине породила в нашем сознании массу мифов и образов. Образы эти разные. Есть овеянные революционно-романтическим ореолом, как, например, события на майдане, впрочем уже сильно поблекшие под напором новых, персонифицированных образов русской весны, олицетворяемых Натальей Поклонской, Алексеем Чалым, Павлом Губаревым, Игорем Стрелковым и многими другими.

Есть образы героические — Славянск.

Есть образы страшные - бойня в Одессе, Мариуполь, Краматорск.

И за всеми этими образами стоят помимо фактических событий огромные пропагандистские усилия, как с той, так и с другой стороны. Реальность, как обычно, выглядит не столь привлекательно.

Граница на замке

Пограничный пункт, на который мы прибыли 08 мая, как и было согласовано с представителями Донецкой республики, внешне представлял собой обычный КПП с двусторонним движением для автомобильного транспорта. Досмотр грузового транспорта осуществлялся на отдельной площадке с помощью специального рентгеновского аппарата установленного на базе грузового автомобиля. Ни очередей, ни особого ажиотажа на границе мы не увидели. Граждане России в сопредельную страну практически не ездят, особо незачем, да и пропускной режим существенно ужесточен. Дополнительного антуража добавляет и пресловутый «ров Таруты» - фортификационное сооружение из патриотических соображений вырытое губернатором Донецкой области поперек огородов местных селян. Практического смысла он не имеет и видимо служит для того, чтобы затруднить жизнь людям в приграничных районах.

Чаще всего границу пересекают граждане Украины, как на машине, так и пешком. Грузовой транспорт идет под украинскими, белорусскими и литовскими номерами. Вереницами, с украинской стороны идут автоцистерны для перевозки сжиженного природного газа.

Напряжение незримо разлито в воздухе. Потока беженцев нет, однако люди, проходящие с украинской стороны, сильно обеспокоены происходящими событиями. На контакт идут неохотно, но если разговоришь, то практически у каждого есть в запасе пара историй из жизни.

Группа дальнобойщиков с украинскими номерами. Ждут таможенного оформления груза.

- Да ваше телевидение все врет, я вот только неделю назад проехал всю Украину и все у нас в порядке. А у вас показывают совсем другое.

Прошло полчаса. Дальнобойщики переговорили с кем-то из своих по телефону и вдруг начинают массово покидать таможенный пост, уезжая в сторону Ростова-на-Дону.

- Что случилось?

- На той стороне машину расстреляли. Да пошло оно все к черту. Не поеду я туда в ночь. Сами же знаете, что там у нас происходит.

С украинской стороны подъехал автобус. Остановился. Пассажиры вышли покурить.

- Откуда едете?

- С Донецка.
- Как голосовать на референдуме будете? - За Россию, мы хотим вернуться домой.

Разговорился с двумя молдаванами:
- Мы граждане России, хотя живем на Украине, в 20 км. от Славянска. Когда же все это закончится? Когда Россия придет и наведет порядок? Нас на территорию Украины не пускают. Мы приехали сегодня сюда, чтобы вывезти свои семьи.

По словам местных, основная волна беженцев в сторону России прошла 07 мая. Шли в основном женщины и дети. К родственникам и близким отправляют тех, кого не могут защитить. Мужчины в основном остаются дома.

С приходом нерегулярных про-украинских соединений, нападения, в том числе и вооруженные, на автомобили с российскими номерами стали обыденным явлением. Самые отчаянные (еще до закрытия границы) после её пересечения снимали номерные знаки и ехали без них.

Вездесущие армянские таксисты ездить «на ту сторону» перестали — себе дороже. Местный армянин, живущей в соседней деревне и зарабатывающий извозом рассказывал, как он перевозил на российскую сторону избитую нацгвардией девушку с больной матерью.

Сейчас он ездить туда просто перестал — отдает заказы украинским коллегам. Как-то отвозил клиента, ненадолго оставил машину, вернулся - стекло разбито и на машине надпись - москали убирайтесь.

- А какой из меня москаль-то? - переживает он.

Груз

Путь лекарств из Новосибирска до Донецка неблизок. Изучив все возможные варианты, мы решили отправить лекарства самолетом до Ростова-на-Дону, а сами, долетев до Москвы, до места назначения отправились на машине. Прибыли в срок. Оставалось лишь переправить груз через границу, что мы планировали сделать за пару часов. Однако реальность внесла некоторые коррективы. Прошел час, два... четыре, а принимающая сторона так и не появилась. Простой грузовика нам обходился все дороже, а потому пришлось его отпустить. Оставалось решить, что делать с грузом?
Вообще-то, пограничный пункт складскими помещениями не оборудован, а потому складировать медикаменты пришлось в придорожном кафе.

Тут-то к нам и проявили интерес наши правоохранительные органы. Сотрудник (почему-то забывший представиться и показать служебное удостоверение) внимательно изучил товарно-сопроводительные документы и наши паспорта, а потом, выявив во мне старшего группы, устроил допрос с пристрастием, пытаясь ловить меня на каких-то мелочах и деталях. В конце-концов, поняв кто мы и для чего здесь находимся, он отправился делать запрос в Москву. Нам же предстояло провести свою первую ночь на границе. Я ночевал вот здесь

Нужно признать не самое удобное место, но все же не на улице. Впрочем, утром именно туда меня и отправили. Вместе со всей гуманитарной помощью.

Однако, все же утро началось у меня не с перетаскивания коробок, а со взрыва в районе государственной границы. Я выбежал из кафе и успел заснять поднимающийся столб дыма.

Немедленно подошел особист. Поздоровался.- Что там за взрывы, - спрашиваю. - Взрывы? -Удивляется тот. Что-то не слышал. Что наснимал? Да, маки тут у вас красивые на межграничье. - Удаляй.

Несколько позже выяснилось, что взрыв произошел недалеко от места дислокации нацгвардии, расположившейся на заброшенной ферме, и обложившей «продуктовым оброком» небольшой поселок. Местные жители взяли их на довольствие, чтобы не мародерствовали, а то им попросту есть было нечего.

Никаких боевых действий там не велось и что там у них взорвалось одному Богу известно. Но вернемся к грузу.

Выгрузил коробки на улицу. Там-то, сидящим под моросящим дождем, меня и застал директор кафе, приехавший снимать кассу. Поговорили. Слово за слово дошли до содержимого наших коробок, куда везу груз и откуда приехал.

- С Новосибирска? - удивился он.

- Так я ж с Ленинска-Кузнецкого. Земляки! Так, ты, это вот что - слушай внимательно. На Украину соваться вообще не думай. Вон видишь машина с 70 региона, с Томска, а вот с Воронежа. Стоят уже здесь больше недели и не факт, что к ним кто-то вернется. Я здесь на границе уже 15 лет живу, всех знаю, а сейчас туда не езжу. Крайне опасно. За российский паспорт могут просто убить.

- Груз заноси на склад, а сам располагайся здесь в отдельном зале. Тут у нас пограничники обедают, но это раз в день, так что в остальное время все в полном твоем распоряжении.

Пропаганда

Решив вопрос со своим размещением, у меня впервые появилась возможность посмотреть украинские каналы. А оно того стоило. Нужно сказать, что картину текущих событий они действительно отражают. Много говорилось о подготовке референдума, событиях в Мариуполе и Одессе, однако понять, кто виноват в произошедшей трагедии (да и вообще, что это именно трагедия) не представлялось возможным. Боестолкновения и кадры криминальных разборок перемежались с кадрами светской хроники и рекламными роликами кандидатов в президенты.

Тимошенко: жмет руки молодым людям в масках и с надрывом говорит про российско-украинскую войну. После нее Добкин, как бы олицетворяющий восток с его стремлением к России. День Победы с маками и украинскими флагами. Митингующий в вышиванке: не важно, кто погиб немцы или украинцы, мы хотим помянуть всех.

Яценюк: про «народ переможец», с которым плечом к плечу США и ЕС. Турчинов: про гибельность референдума в Донецке для Юго-Востока. Напряженная аудитория в студии и суровый Савик Шустер.

Кадры нищей страны и бандитских разборок щедро приправлены светской хроникой.

- Как вы могли поехать на конкурс в Россию после захвата Крыма? — на мове вопрошает ведущая у миловидной девушки.

Девушка отвечает ей на прекрасном литературном русском. Репортаж из Киева. Выставка. Ведущая, на державной, интересуется впечатлением детей. Все (!) отвечают ей на русском языке.

Вообще, взаимоотношение украинского и русского языков очень выпукло отражены на украинском телевидении. Украинский язык служит этаким маркером принадлежности к элитам. Говорят на нем только ведущие и чиновники с политиками, да и то не все. Светская тусовка говорит только на русском. Очевидно, что ни в центре, ни на Юго-Востоке страны он в быту не используется.

Однако, даже из поверхностного просмотра украинского ТВ очевидно, что страна стремительно катится в пропасть. Деградация власти, деградация общества, все это слишком бросается в глаза, и никакими красивыми картинками это скрыть невозможно.

Донецкие

На второй день ожидания приехали два представителя с Донецкой республики. Показали документы. Поговорили о происходящем в регионе. Ситуация там сложилась крайне сложная не только ввиду наличия внешней угрозы в виде полуразложившейся украинской армии и боевиков, но и в силу внутренних причин. Центров силы множество и у каждого есть свои, особые цели и задачи. Влиятельность каждой «партии» определяется в буквальном смысле количеством бойцов и оружия. Сейчас между ними возникло неустойчивое равновесие.

Выяснилось, что в настоящий момент груз переправить через границу не представляется возможным. Слишком опасно. На пропускном пункте находятся представители Правого Сектора.

Медикаменты — ценный приз и нужны не только больницам Донецка и Славянска, но и нацгвардии, а потому, если груз и пропустят через украинскую таможню (что далеко не факт), то он вряд ли доедет до места назначения.

Но «будем вопрос решать». Частично решить вопрос удалось лишь на следующее утро и то, переправить через границу мы смогли лишь часть медикаментов и инсулин. Остальные медикаменты были переданы представителям ДНР и попали на территорию Донецкой области уже после нашего отъезда.


* * *

Тем, кто невнимательно читал учебники, История всегда дает возможность повторить все на практике. И тут украинцам завидовать не приходится.

Повторяя мантры про деэскалацию и соблюдение Женевских соглашений, Киев щедро поливает землю кровью русских и украинцев, оправдывая свои действия мифической войной с Россией. Не понимая при этом, что каждая отнятая жизнь лишь ухудшает ситуацию и приближает страну к коллапсу, а тех, кто отдает приказ стрелять в свой народ, к Гаагскому трибуналу.

Легкого и быстрого выхода нет и не предвидится, а следовательно, гражданская война будет продолжаться, охватывая все новые и новые области этой страны, унося все новые и новые жизни.

Вне зависимости от политической ситуации народ Украины для нас не чужой и многие жители России с болью в сердце следят за происходящими там событиями. Все, что мы в этой ситуации можем сделать - оказать посильную помощь тем, кто в ней больше всего нуждается — раненным, больным, старикам, женщинам и детям.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter