Последние несколько недель, даже может и месяцев, когда основной темой для обсуждения политически-активной части Интернета и блогосферы стал конкурс голосования на звание «величайшего из всех русских» (или россиян).

Результаты его статут известны не скоро, кроме одного, и самого важного, коим стал невероятный раскол на поклонников и противников Сталина, Советской власти и социализма. В этих условиях было бы странно пройти мимо этого противостояния. Мнение моё может показаться спорным, но я лично считаю свою позицию наиболее адекватной в нынешних условиях.

Причиной этого стали ожесточение сторон и ненависть лагерей друг к другу, которые можно было бы объяснить в условиях политического противостояния, но нельзя — когда речь идёт об историческом споре.

Нет, я за категоричность и резкость, но при двух условиях.

Во-первых, при условии того, что спор приведёт к достижению взаимопонимания или к выявлению ошибочности одной из сторон.

А вторым условием является актуальность темы диспута, которая проявляется в том, какова актуальность вопроса применительно ко дню сегодняшнему.

Ни первому, ни второму условию обсуждение роли И.В.Сталина и Николая II не соответствует.

Начнём с того, возможно ли достижение компромисса между условными «сталинистами» и «монархистами», хотя оба определения крайне условны и включают в себя множество переходных типов, число которых примерно равно количеству реально голосовавших на этом конкурсе (мнение роботов я не узнавал).

Признаю — никакого соглашения между чистыми типами достигнуто быть не может, и даже патриоты-державники оказываются в сложной ситуации выбора между признанием в качестве лидера уважаемого ими за его роль в восстановление Империи Сталина и Императора-Страстотерпца Николая II, потерявшего эту Империю, но чтимого, несмотря на это Русской Православной Церковью. Сознание таких людей ещё способно выдержать наличие в русской истории двух фигур с разными достоинствами и недостатками, но не их прямое сравнение, которое приводит к сравнению не личностей, но типов государственного устройства.

Именно принципиальная несравниваемость СССР и Российской Империи ведёт к тому, что практически невозможным становится определить, какой из социумов является в большей степени приближающимся к некому идеалу — критерии слишком разные.

Попытка прямого сравнения Советского Союза с дореволюционной Россией приводит иногда к злым шуткам. Примером этого является сравнение темпов прироста населения в двух государствах, когда демографические потери 1917-1953 гг., выводятся некоторыми авторами путём построения геометрической прогрессии с умножением коэффициента прироста населения в 1913 году на общую численность население в Российской Империи в этом же хрестоматийном году, совершаемое 36 раз (а иногда — и 74 раза). В результате приходят к выводу, что население России было бы сейчас под 300 миллионов, из чего, разумеется, следует, что оставшуюся половину замучили нехристи-коммунисты (о том, что такое второй демографический переход, они не слышали, наверное).

Так же смешны и попытки сторонников социалистического пути развития обвинить царскую Россию в совершенно реальной технологической отсталости, ставя в пример последующую эпоху с её индустриализацией и освоением новых районов, которые, якобы, иногда бы не были бы сделаны, не свершись Великая Октябрьская Революция.

Их же противники уверены в том, что Переворот, наоборот, остановил развитие вертолётостроения из-за эмиграции Сикорского и так далее и тому подобное.

Какая-то унылая сказка про красно-белого бычка получается.

Но это всё частности, самое важное — и страшное — в другом, совсем в другом. Самым страшным является то, что споры на исторической почве не имеют никакого отношения к тому, что происходит в России в 2008 году.

При этом такие споры оказываются интереснее для значительной части россиян, чем реальные, повседневные проблемы, требующие незамедлительного решения.

Тут я бы оговорил то обстоятельство, что обращение к истории иногда бывает и полезным — при предъявлении претензий на «исконно-…земли» или в ситуации защиты национальных интересов в международном конфликте. Но исторические споры, разжигаемые ради искусственного раскола нации — вредны, и не могут быть оправданы ничем. Т.е. вообще ничем.

В нашей же ситуации такой конфликт вокруг «Имени России» и возник.

Но помимо этого есть ещё один аспект, про который забывать крайне вредно, а именно то, что перед обществом ставятся ложные цели, когда предлагается судить давно умерших, при условии того, что живые преступники гуляют на свободе.

В таком ракурсе становится понятны очень многие вещи. К примеру — вот кто-нибудь помнит дату торжественных похорон Николая II и его семьи? Не помните — а я помню, очень хорошо помню этот день и то, как я смотрел эти похороны по телевизору. Это было 17 июля 1998 года, ровно за месяц до дефолта, сделавшего миллионы жителей России нищими, в стране, охваченной шахтёрскими забастовками, с перекрытыми железными дорогами, в стране, менее двух лет назад проигравшей войну в Чечне.

После этого кто-то будет сомневаться, что разговоры об истории исполняют роль самой заурядной ширмы, «ложной цели», которую отстреливают для снижения точности попадания ракеты класса «земля-воздух»? Подумайте хорошенько над этим на досуге.

Ведь, в самом деле — велика ли разница, были или нет сталинские репрессии 1937 года оправданы, если сейчас, действую сугубо по закону, можно пересажать большую часть чиновников. Учтите, что это не преувеличение — вспомните судьбу представителей власти в древнем русском городе Тверь, в котором, за последние несколько лет, под следствием оказались бывший губернатор, нынешний мэр и больше половины городской думы. И зачем выяснять, какая армия понесла большие потери — русская в 1914 в Мазурских болотах, или Красная в 1942 году, при попытке освобождения Харькова, если нынешняя армия не может похвастаться такими свершениями, как Брусиловский прорыв или Операция «Багратион», а её символами стали мученики Сычёв и Аракчеев, объясните мне, пожалуйста?

И какой смысл обсуждать (и осуждать) коллективизацию или столыпинскую аграрную реформы, если недавно в Нижегородской области упразднили 16 сёл и деревень — населения там больше нет, вывелось всё.

Всё вышесказанное относится не только к «холиварам» на тему сравнительной характеристики Советского Союза и Российской Империи.

Нет, это относится и к виртуальным власовцам и их оппонентам, к поклонникам и ненавистникам Солженицына, к спорящим о Голодоморе и депортациях, православным и язычникам с атеистами — вообще ко всем, для кого эфемерные, во многом ритуальные, споры о делах давно минувших успешно вытеснили из сознания основные вопросы существования здесь и сейчас.

Оглянитесь вокруг себя, и вы увидите, что сейчас перед нацией стоят совсем другие проблемы, что вопросы, на которые надо отвечать, имеют лишь косвенное отношение к истории, и что неплохо бы остановить все эти никому не нужные переоценки и ниспровержения, занявшись делом.

Например, созданием идеологической базы нормального, цивилизованного русского национализма как способа объединить совершенно разобщённую и духовно опустошенную нацию.

Или в домовой комитет попробовать объединиться и дверь поставить с домофоном. Полезное дело, помимо того, что соседей узнаешь, и некоторые навыки к самоорганизации появятся, демократические процедуры изучишь в рамках объединения.

Хотя — спорить о том, сколько танков было у Сталина в 1941 году и сколько из них было устаревших — гораздо интереснее, не так ли?