О политическом статусе еды

Ненавижу повторять много раз одно и то же, но, судя по всему, иначе не запомнят.


1. Ответ на вопрос о том, кто начал войну на Украине, зависит от отношения к миропорядку образца 1991 года. Если он признаётся безусловно, то Украина имела право делать на своей суверенной территории всё что угодно (АТО), и никто не вправе был вмешиваться. Почему? А потому что по условиям миропорядка-91 есть одно-единственное место, где постулируется в не подлежащем обжалованию формате, что считать законным восстанием народа против тирана (Чечня, Косово, Ливия, Сирия), а что — законной полицейской операцией легитимной власти против бандитов и террористов (АТО, Газа, курды в Турции), и этот центр — в США и нигде больше. Точно так же и по поводу вступления Украины в НАТО, ну и по поводу Крыма, само собой.


Оспорив этот принцип началом СВО, Россия тем самым оспорила миропорядок-91, и мобилизовала на его защиту все мировые силы, считающие себя его бенефициарами. Но также она мобилизовала на свою сторону, в явном или скрытом виде, всех тех, кто считает его несправедливым. В сухом остатке — таких оказалось больше.


2. Что есть миропорядок-91, и чем он сущностно отличается от миропорядка-45, который ему предшествовал? Различия куда более глубокие, чем двух- или однополярность. Главная тенденция, наметившаяся сразу после 1991-го — это стремительное перетекание властных полномочий от государственных институтов к негосударственным структурам, причём во всех странах, включая и США. Во-первых, власть начала уходить к надгосударственным образованиям (ЕС). Во-вторых, к ТНК, инвестфондам, глобальным НКО и т.д. У нас любят говорить, что украинская власть марионетки, и договариваться можно только с их реальными американскими хозяевами, но проблема в том, что в их Белом Доме сидят такие же марионетки. А для тех сил, которые действительно обладают субъектностью, РФ это, извините, еда. Как, впрочем, и любое другое государство.


Главный сюжет нынешнего конфликта — бунт крупных государств, пытающихся координировать свои действия на пока ещё аморфной платформе БРИКС, против такого миропорядка, в котором государству как институту, самостоятельной силе и центру субъектности, вообще нет места. Из интересного — одним из участников этого бунта выступают и… США, в их трампистской версии. MAGA — это ещё и протест против приватизации государства, превращения его институтов в фикцию и симулякр.


3. Возвращение миропорядка-45 невозможно, а сохранение миропорядка-91 нетерпимо. Чем бы ни закончилась СВО, он обречён. То, что делает Си в Китае в последние годы — это, по сути, тоже реванш государства над корпоратократией, прекрасно себя чувствовавшей в системе «Чимерики». Восходящий тренд — восстановление института государства в правах главного актора и субъекта мировой политики. Но учитывая и сегодняшние вызовы, и современный технологический пакет. В этом смысле главный и самый актуальный вопрос для политического мышления — это суверенитет и то, как он реализует себя в XXI веке. И отсюда — то, что такое «мир суверенитетов».


Кстати, именно непонимание этого - того, что с едой не договариваются, — лежит в основе пресловутых Минских соглашений.


Они были сделаны (и виделись с российской стороны) в «старой», до-91, логике мира, состоящего из суверенных государств. Есть государство, в котором внутренний конфликт, есть другие государства, так или иначе поддерживающие или сочувствующие разным сторонам этого конфликта, и они договариваются о режиме прекращения огня и условиях последующей нормализации. Ну и потом — сюрприз! — оказывается, что их никто не собирается выполнять, и жалобы на кидалово.


В мире-91 государства — не субъекты и не гаранты, а всего лишь проводники интересов подлинных акторов. Таковые категорически не совпадали не только с предметом и условиями соглашений, но с самим их принципом — что будто бы эти мурзилки из телевизора, выполняющие там роль «президентов» и «премьер-министров», могут что-то там гарантировать. И тут, что важно, в качестве таких мурзилок рассматриваются не только Олланд и Меркель, не говоря уж о Порошенко, но и, разумеется, Путин. Который, в их логике, может думать о себе что угодно, но будет всё равно так, как решат пацаны, перетирающие друг с другом такие вопросы на яхтах. И сидящие у них на подсосе клерки из Кремля, реальная функция которых состоит в том, чтобы до упора морочить голову «деду», объясняя ему, почему всё идёт именно так. А также — сюрприз? — их коллеги, начальники госагитпропа, затирающего пиплу, что всё идёт по плану, а кто с этим не согласен — редиска и иноагент.


Путин в итоге не захотел становиться завтраком — 24.02.22. Но для того, чтобы в принципе перестать быть едой, нужно нечто большее, чем просто начать СВО. Потому что модель от одного этого жеста никуда не делась, и она умеет себя защищать. Сейчас стратегия — зачистить «буйных», самомобилизовавшихся на войну, представив их (опять-таки и «начальнику», и обывателю) как угрозу стабильности, сделать мейнстримом тренд на «нормализацию», а потом уже спокойно выходить на Минск-3 (Стамбул-2).


Поэтому вопрос сейчас в том, есть ли у государства — а не только у государя — хоть какой-то инстинкт самосохранения.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter