О собаках, людях и ворах

3 мая в Государственной Думе произошло заседание, посвященное законопроекту, радикально меняющему законодательство о животных России, подвергающего сомнению целостность федерального законодательства и сами моральные ориентиры общества.

 

Показательно, что с сайта Думы удалена часть записи пленарного заседания 18.04.2023, говорят, что именно на удалённом видео Вячеслав Володин добивается от депутатов одобрения инициативы депутата от партии «Новые люди» Авксентьевой, некогда "Последнего свободного мэр Якутска в путинской России" по версии «Радио Свободная Европа». Если это правда - интересно, почему удалили, что скрывают от избирателя?

 

По ряду оценок, именно в бытность Авксентьевой градоначальницей Якутск утонул в крови отстрелянных на улицах и убитых в пункте временного содержания кошек и собак.

 

Сейчас, как мы видим, она стремится демонтировать систему федерального законодательства, внедрить "региональную специфику" в вопросе, в котором уже существует и эффективно действует федеральный закон.  По сведениям из сети, свыше 111000 человек подписали петицию о лишении Авксентьевой депутатского мандата. Возможно, эта её законодательная инициатива стала одной из причин такого массового движения избирателей к кнопке "Отмена".

На думском заседании представитель Курской области Фёдоров уверял «Мы все деньги тратим на СВО. На собак не остаётся.», «позабыв» о  18 миллионах рублей , выделенных в этом году на отлов и содержание в целевом порядке. Также народный избранник сравнил движение зоозащитников с американским Black Lives Matter, действующим «по лекалам западных спецслужб». Наверное, господин Фёдоров не в курсе того, что на сайте Президента России Владимира Путина в числе его личных интересов значится зоозащита и забыл слова Национального Лидера о востребованности внесения поправки о защите животных в Конституцию. А, возможно, и в курсе и не забыл, а просто не согласен.

 

У нас ведь демократическая страна и каждый имеет право быть несогласным с Президентом и публично полемизировать с ним, даже локальные курские политики.


О чём идёт спор и как строятся аргументы сторон? Сторонники легализации убийств собак и кошек не афишируют тот факт, что, согласно данным Роспотребнадзора, количество покусов с 2019 года сократилось на 16%. Показательный пример - большая часть, до 99% по данным Омска, совершается владельческими собаками. Кошки же вообще не представляют опасности для людей и их отлов призван исключительно обогащать подрядчиков.


Согласно динамике количества укусов, ослюнений и оцарапываний животными за 2017–2022 годы в целом по стране, последние четыре года идет последовательный спад количества обращений граждан в медицинские организации по перечисленным проблемам.

 

Федеральный закон "Об ответственном обращении с животными" был принят в конце 2018 года, и нет абсолютно никаких объективных оснований говорить о том, что он не работает. Наоборот, количество покусов за время его действия уменьшилось на 15,9%! Это официальные цифры, с ними невозможно поспорить даже депутатам. Поэтому инициативы по введению убийств бездомных животных не только неэффективны и жестоки, но и по своей сути преступны, ведь они прямым образом будут способствовать ухудшению ситуации с безопасностью граждан и увеличению количества трагедий.

 

К Администрации Президента собирались 5 мая прийти сотни людей, чтобы передать письменные обращения и заявить протест против смертельного нововведения, призвать Президента остановить эту сомнительную инициативу. К счастью, государство у нас всё же не действует в вакууме и есть надежда, что массовая негативная обратная связь от граждан сможет развернуть ситуацию.

 

Ведь она делается отнюдь не в интересах общества. Инициатива изменения ФЗ-498 в сторону умерщвления безнадзорных животных принадлежит регионам, которые системно нарушают его требования, массово убивая собак и кошек на фоне нецелевого расходования администрациями и подрядчиками миллионов рублей бюджетных средств. В последнее время кризисной в этом отношении является прежде всего Астрахань.

 

Напомним, что недавно на Фунтовском скотомогильнике в Приволжском районе Астраханской области около 60 обезображенных трупов собак, часть с вырезанными при жизни глазами и отрубленными конечностями. Такие вещи происходят в регионе с фактического согласия губернатора Бабушкина, причем не только с животными: ни один виновный не понёс наказания за мучения и убийства детей в интернате Разночиновки.

 

В Астраханской области детей насиловали в раннем детстве, заживо варили в кипятке с хлоркой, лишали ног, а в Астрахани суд, опека, администрация, пресса - все единодушно их покрывали, угрожая расследовательнице. Если уж и к детям так отнеслись местные чиновники, то чего ждать от них собакам и кошкам?

 

Важным аспектом атаки на федеральное законодательство является факт, что деструктивные силы делают ставку на «деколонизационные» движения именно в этих регионах. Так, например, Якутия является абсолютным антипримером ответственного и гуманного обращения с домашними животными, при этом отстрелы и убийства иными способами не снижают количество инцидентов с собаками, большая часть которых находится на самовыгуле, что признавал губернатор Николаев. Депутат от региона Сардана Авксентьева, продвигающая «эвтаназистские» поправки, параллельно открыто противопоставляет Якутск столице. Не ей ли принадлежит широко распространившийся и использованный вражеской пропагандой фейк о мобилизации в Якутии, якобы затронувшей по преимуществу представителей ее народа?

 

Точно так же, как ее выход на федеральный уровень стал результатом масштабной политтехнологической кампании, к легализации коррупционных и живодёрских схем в сфере обращения с животными без владельцев вела системная деятельность групп интересов, о которой с тревогой говорили парламентарии еще в ходе разработки федерального закона.

 

Триггером для продвижения смертельных изменений в законодательстве являются сообщения о происшествиях с собаками, неважно, владельческими или нет: они всегда сопровождаются публичными требованиями убивать именно безнадзорных со стороны небольшой, но активной группы их ненавистников. Можно уверенно говорить о создании искусственного ажиотажа вокруг покусов безнадзорными по всем правилам информационной войны при том, что абсолютный перевес по этой части, согласно статистике, у домашних собак. За покусами всегда стоит человеческая безответственность или непосредственно преступное поведение.

 

Возможно, ангажированность ряда сотрудников Следственного комитета приводит к тому, что такие дела не расследуются должным образом и освещаются прессой в духе средневековых процессов против животных. Так в Астрахани жертвой бродячих собак объявили покойного со скальпированной раной на голове правильной шестиугольной формы, в Переславле-Залесском женщина была убита в гаражах явно с намерением обвинить в ее смерти содержащихся там собак. Это и было сделано практически синхронно каналом сторонников отстрелов и потрав Собачья правда и Следственным комитетом сразу после обнаружения тела. Однако СК не дал публичного опровержения даже после появления трёх подозреваемых в убийстве и установленной экспертизой причины смерти – удара по голове и переохлаждения. Последнее происшествие в Оренбурге с погибшим ребенком также требует беспристрастного и детального расследования: горожане сообщают, что возле места трагедии в течение двух дней видели крупного самовыгульного алабая, что агрессивной является только группа собак в ошейниках, которую выпускают на улицу хозяевам, и что собаки района подвергаются издевательствам и увечьям со стороны подростковой банды. Список таких случаев впечатляет. Каждое сообщение в прессе о происшествии по вине собак сопровождается волной их уничтожения, часто садистскими методами. Главными жертвами становятся самые мирные и доверчивые, при потравах погибают массово и кошки.

 

Террор против животных фактически является террором против людей. Именно это в свое время было объявлено одной из целей российской части международной группировки догхантеров, авторитетом для которой является называющий себя сотрудником СБУ Алексей Святогор. Их представители активно поддерживают все инициативы по убийствам животных-компаньонов, сознавая, что это деморализует и разлагает общество. В Россию эта идеология была фактически импортирована, теперь можно уверенно говорить о намеренной диверсии.

 

 

Некоторые из лоббистов уничтожения уличных животных имеют, помимо личных контактов с представителями группировки, сложности с пониманием государственных интересов. Кое-кто из депутатов, активно поддержавших закон  не поддержал в голосовании о признании донбасских республик.

Кстати, и упомянутая госпожа Авксентьева.

 

А случайно ли такое совпадение?

 

Отметим также, что сообщество любителей трофейной охоты, несмотря на владение оружием и достаточное здоровье для его применения «в поле», в массе дистанцировалось от СВО, зато постоянно фигурирует в криминальных сводках и сообщениях об отстрелах имеющих владельцев и опекунов собак.

 

 

Гражданское общество в России, в своей массе, выступает против подобных вещей, разлагающих и подавляющих граждан, ставящих под удар их личных потерявшихся кошек и собак, и, наконец, имеющих своей целью разрушение единого правового поля России. Слово военкору Ларкину:

 

 

«С собаками вообще простая история.

 

Государство может давать денег каким-то мутным типам с огнестрелом, которые будут убивать собак. На всё это убийство будут смотреть жители городов, это понятным образом отложится на атмосфере в обществе. Нельзя на улицах убивать, ни людей, ни животных. Смерти не место на улицах мирных городов.

Или государство может давать деньги людям, которые выстраивают систему реабилитации собак и их пристройства в семьи. Это, в сущности, те же суммы, но другим людям. И это совсем иначе отражается на моральном состоянии общества. И это может стать успешной бизнес-моделью, так что государству уже не придется на это тратить свои деньги в будущем.

 

Эта проблема в цивилизованных странах и городах давно решена. И в западных странах, и в восточных странах. В России она решена во многих городах и областях. Мне почему-то кажется, что дело не в засилии бродячих собак, а в том, чтобы бюджет распределить мутному типу, с которым ты в сауну ходишь по вторникам, а не каким-то там собачникам с их этими приютами.»

 

Зоозащитники считают необходимым срочное обращение к ФСБ с просьбой ревизии расследований смертельных инцидентов, в которых публично обвинили не имеющих владельца собак, и немедленное исправление белых пятен существующего федерального закона именно в этом ключе, когда приоритетом является предотвращение безнадзорности, а не борьба с пострадавшими от безответственности людей животными.


Нужны следующие меры и быстрое создание механизма их реализации:

  • Комплексные меры предотвращения безнадзорности. Среди них доступная стерилизация и чипирование владельческих животных, штрафы за прекращение жизнеобеспечения, законодательное обеспечение судьбы питомцев умерших владельцев. («Работники службы, обнаружившей тело в закрытой квартире и животное рядом, должны использовать алгоритм действий, сходный с ситуацией, когда с умершим рядом находится ребёнок. Животное обязаны передать под опеку частному или муниципальному приюту, наследникам или соседям. Все расходы на содержание животного должны быть покрыты из стоимости имущества покойного наследниками. Расчёт стоимости включает в себя питание, уход и лечение.»), совместная деятельность городских волонтёров и опекунов.
  • Избирательный отлов агрессивных особей и тех, кто не имеет возможности выжить вне приюта.
  • Исправление терминологии законодательства. Животные-компаньоны должны быть выделены в особую категорию, собаки и кошки – разделены как виды, имеющие разные потребности и разную специфику, а также разные возможные социальные последствия их пребывания на улице. В настоящий момент все нормы, касающиеся отлова собак, автоматически применяются к кошкам, что недопустимо. Специфика вида диктует особые потребности. Инъекционный отлов ввиду сложности подбора дозировки часто оборачивается смертью кошек и не должен использоваться при отлове. Содержание в муниципальных приютах представляет собой для них смертельную опасность, поскольку вид особенно подвержен инфекциям в условиях скученного содержания, а также тяжелым заболеваниям почек и общему падению иммунитета в результате стресса.


Главный врач Кожуховского приюта Марина Леонидовна Галагоц в выступлении в ОП РФ в октябре 2016 года однозначно сказала: «Кошки - не для приютов.» Их попадание в муниципальный приют может быть оправдано только исключительными обстоятельствами и не должно становиться массовым, не говоря о том, что в новых экономических условиях существенные муниципальные траты на кошачий отлов там, где они есть, являются аморальными.

 

  • Лицензирование и обложение налогом разведения и продажи животных.
  • Легализация опекунов. Опекуны должны получить возможность регистрироваться в ЕИРЦ, на сайте Госуслуг, на сайте муниципалитета, в соответствующем суперсервисе. А также иметь возможность льготной стерилизации, вакцинации, лечения и получения благотворительного корма (что в Москве отчасти осуществлено).
  • Возможность отлова на территории организаций и обязанность организаций на своей территории обеспечивать стерилизацию, вакцинацию, кормление животных и безопасность людей.
  • Полная прозрачность деятельности подрядчиков по отлову и содержанию. Необходимо вменить в прямую обязанность отловщиков вести обязательную видеозапись, а приютов - осуществлять ведение в отношении каждого содержащегося в приюте животного «электронного профиля» с фотографиями и полной информацией о провенансе, внешности, здоровье, наличии чипа или ошейника при обнаружении на сайте самого приюта. Эта информация должна быть доступна и в электронных муниципальных и федеральных сервисах социального профиля. Москва подает хороший пример в виде Постановления правительства Москвы от 08.12.2020 номер 2144-ПП «Об информационной системе «ветеринарная автоматизированная система».)
  • Доступность независимой экспертизы здоровья животных и тел умерших для волонтёров приютов. Видеонаблюдение во всех помещениях приютов, доступное также волонтёрам.
  • Информация об отловленных животных должна поступать в полицию или орган местного самоуправления для того, чтобы владельцы потерянных животных могли их найти. Приюты обязаны публиковать в сети интернет сведения о поступивших в приют животных в течение трех дней с даты отлова – эта норма уже содержится в законе, но необходимо добиться ее соблюдения. Также приюты должны соблюдать бюджетный кодекс с его принципом прозрачности. Информация о деятельности городских бюджетных организаций должна быть доступна гражданам.

Доступность информации о поступивших в приют животных необходима и во исполнение Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому обнаруживший животное обязан в течение шести месяцев содержать его должным образом и добросовестно разыскивать владельца, и только потом приобретает право сделать его своей собственностью.

 

Механизм выполнения закона должен обеспечить соблюдения подрядчиками отлова и содержания имущественных прав граждан. Последние постоянно жалуются на то, что, разыскивая или даже обнаружив своими силами потерянное животное в приюте или пункте временного содержания, они сталкиваются с открытым противодействием его сотрудников.

Никто не считал пенсионеров и иных граждан, здоровье которых пошатнулось от горя после пропажи домашних животных или уличных, которых они опекали.

 

Вопрос имеет острое социальное звучание и очень печально, что сейчас его пытаются недобросовестным образом решать втихую, в то время, как фокус общественного внимания смещён в сторону событий на Украине.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
  • Самое читаемое
  • Все за сегодня
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Telegram