Ушёл на удалёнку. Не ждите

 
Год назад многие компании перевели сотрудников на удалённый режим работы из-за пандемии. Все французские СМИ начали обсуждать влияние таких мер на психику, рассказывая в подробностях, как страдают люди от пребывания дома, насколько сложно им организовать свою новую жизнь вдали от коллегиальных встреч и перекуров, а психологи разработали целые методики по моральной поддержке оказавшихся вне привычного социума людей.

9 июня дистанционная работа в стране официально завершилась. Если кому-то кажется, что французские СМИ с восторгом принялись рассказывать о радости возвращения людей в коллектив, то он ошибается. Главной темой уже почти месяц остаётся "стресс выхода обратно на работу", который многие психологи приравняли к "посттравматическому" и в срочном порядке начали разрабатывать методики по его преодолению.    

"Я с удивлением увидел, что многие мои коллеги предпочли уволиться, но не возвращаться в офис, - говорит Николя, программист. - Я тоже мог бы продолжать работать из дома, но всё же думаю, что ритм в этом случае и настрой совершенно иные, а выполнение некоторых задач требует обсуждения. По "Скайпу" или "Зуму" мы, конечно, уже привыкли общаться, но в офисе всё иначе... Да и важна всё же социализация, иначе люди совсем уйдут в соцсети, потеряют связь с реальным миром."

Многие, как показывают результаты опросов, не согласны с Николя. 74% французов, познавших прелести работы на удалёнке, возвращаться в офис не хотят: меньше забот, в том числе, с утренним транспортом и дресс-кодом, а с другой стороны - больше свободы. Такие данные приводит центр изучения общественного мнения baromètre OpinionWay.

С одной стороны, как пишет журнал Le Point, налицо тенденция не просто остаться на дистанционной работе, но и вообще по возможности покинуть крупный город, обустроиться в деревне или вернуться в родные пенаты. Так, тридцатилетней журналистке Мари пандемия и принятые карантинные меры позволили вернуться домой, в Страну Басков, откуда она совершенно не намерена возвращаться в Париж. "Мне здесь хорошо - вокруг всё знакомое, родные, друзья детства. А писать я могу где угодно, для этого не требуется сидеть в пыльной столице, платить бешеные деньги за съёмную квратиру и каждое утро трястись в переполненном автобусе".  

Нынешнее поколение молодых специалистов выбирает спокойствие и комфорт? "Вы знаете, как мне удалось сделать карьеру в новой стране после иммиграции? - рассказывает Елена, представитель другого, уже предпенсионного поколения. - Я ходила на пресс-конференции, выискивала интересные мероприятия, которые мне были по зубам, разговаривала с людьми, как привыкла делать на родине. Потом предлагала написанный материал разным изданиям. И вы знаете, что самое забавное? У меня его хватали и просили ещё. Оказывается, их журналисты писали статьи по пресс-релизам, сидя в офисе. Сделать карьеру при таком подходе было несложно: мои статьи просто были лучше, ярче и с живыми людьми."

Конкуренция во Франции - понятие относительное и немного абстрактное. Смогут ли потеснить пишущую издалека свои статьи Мари -- неизвестно. Даже можно сказать больше: если у Мари постоянный контракт, то компания предпочтет её оставить при любом раскладе: слишком накладно связываться с увольнением без веских на то оснований. Качество работы во Франции всё реже является таковым. Уволить как раз можно за излишнее рвение: коллеги могут пожаловаться на то, что им приходится бороться... да, с тем же стрессом.

С другой стороны, нельзя не отметить, что пандемия послужила сильным катализатором для внедрения новых технологий. Чтобы сотрудники смогли работать из дома,  многие компании, не пожалев средств, оснастили компьютеры специальными программами, обучили персонал, расширили возможности. Даже французские власти, увидев, с какой неохотой и жалобой на стресс люди возвращаются на рабочие места, тут же делегировали решение самим предприятиям: "Сколько дней в неделю и как будут работать сотрудники -- должно стать предметом переговоров руководства и профсоюзов".

Как найти золотую середину? И кто всё же страдает больше: вынужденные уйти на удалёнку сотрудники или они же, вынужденные вернуться?

Согласно последнему опросу Harris Interactive, проведённому по заказу Министерства труда Франции, почти каждый второй работник чувствует себя изолированным, а трое из десяти испытывают трудности с работой на удалёнке, которая часто несовместима с тесным жильём или уходом за детьми.

"Вы знаете, почему многие, даже имея выбор, остаются дома? Они даже готовы сражаться с непослушным компьютером, который напичкали новыми программами. Многим кажется, что, будучи не видимыми руководству, они прекрасно смогут совместить домашние дела и работу. Вот только накануне меня попросил мой подчинённый отпустить его отвезти ребенка в школу, потом съездить его забрать. В общей сложности он не был на рабочем месте в течение примерно двух часов. Думал - это непредвиденные обстоятельства, но на другой день повторилось то же самое. Нет уж, я предпочту, чтобы мои сотрудники всё же приходили в офис - ведь в противном случае кто-то работает в буквальном смысле за себя и за того парня", - делится отрицательным опытом один из менеджеров среднего звена.

Как ковид-19 получил яркую социальную окраску, так и работа на удалёнке доставляет, в первую очередь, удовольствие тем, у кого хорошие жилищные условия. Оставим за бортом особенности психики, самодисциплину и умение трудиться в любых условиях.

"Для работы, требующей инноваций или творчества, - считает психолог Жан Пралонг, - существует два типа профилей: "элита", менеджеры, которые, имея загородный дом, обладают всей свободой, чтобы быть "творческими и автономными, поскольку именно от этого зависит результат их работы", и "скромные исполнители", перешедшие на удалённую работу без обучения и подвергающиеся повышенному контролю со стороны руководства, потому что их меньше видят".

Возможно, "стресс" стал самым любимым словом у французов во время пандемии. Им объясняются любые проблемы, решение которых требует личных усилий и затрат. Изнеженное общество с прекрасной социальной поддержкой с лёгкостью уступает свои места иностранцам, предпочитая работу на полставки и долгие больничные с диагнозом "выгорание" (burn out). Защитой профсоюзов однозначно воспользуется женщина с тремя детьми, которая за минувший карантинно-стрессовый год просидела дома практически 9 месяцев. Именно её оставят в компании при сокращениях, а потом наймут ещё кого-то ей на замену и в дальнейшем. Компании это будет стоить в два раза дороже, но что поделать, если таких сотрудниц уволить невозможно.

"Я встретил Пьера в коридоре, поздоровался, спросил, как дела, - рассказывает Жан. - А он как-то боком, боком начал меня обходить, как будто я прокажённый. Потом что-то ответил, но знаешь, вроде человек произносит слова, а такое ощущение, что перед тобой инопланетянин. Это он первый день с удалёнки вышел. Совсем одичал, видно..."

Пандемия и дистанционная работа оголила многие проблемы, которые оставались нерешёнными долгое время. Нестандартная ситуация стала своеобразным кризисным тестом не только для системы здравоохранения в разных странах, но и для моральной и физической устойчивости населения. Если раньше каждый второй жаловался на стресс при несвоевременной доставке по утрам круассанов или просьбе задержаться на 10 минут в обеденный, священный для любого француза, перерыв, то сейчас даже не требуется искать объяснения. Пандемия стала настоящей психологической "карт бланш". Впрочем, когда в обществе не принято открыто обсуждать болезненные и неоднозначные темы, как если бы врач замалчивал причины и историю болезни, то и лечение будет, несомненно, затруднено. Примером может стать недавняя катастрофически беспрецедентная явка на региональных выборах - более 70% населения проигнорировали плебисцит, предоставив определять своё будущее кому-то другому. Стресс? Однозначно. Французское общество ушло на удалёнку. Не ждите.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter