Чего добиваются немцы в Калининграде и калининградские "немчики"

Речь пойдёт о «кёнигсбергской» политике Германии и о нашей «игре в поддавки» с «прогибом» калининградского начальства перед немцами. Об игре с уступками местных «элитариев» упомянуто не случайно. В самом деле, трудно себе представить, наблюдая непрерывно происходящую сдачу национальных позиций России в нашей части Балтийского Поморья, что местные верхи коллективно поглупели и добровольно перешли на германские позиции. Может, это некая военная хитрость? Ведь вполне очевидно, что коллективный Запад, включая инкорпорированную в него после 1945 г. ФРГ, открыто встал в 2013 году во враждебную нам позицию, что с очевидностью показали украинские события 2013–14 гг. Германия с её союзниками по НАТО играли в них определяющую и направляющую роль.

Хотелось бы приблизиться к пониманию природы этого поразительного явления, которое немец Уве Нимайер, новый российский гражданин (бывший офицер Армии ГДР) называет «дерусификацией Калининградской области». Он ведёт довольно популярный среди небольшого сегмента немецкого общества ФРГ телевизионный интернет-проект, в котором касается и названной проблемы[1]. Почему я сразу обращаю на это внимание? В России существует давняя «проблемная» традиция, которая, впрочем, укоренена в человеческой природе. Её девиз: Нет пророка в своём отечестве. Это значит, что мы своим однородцам склонны не верить. И наоборот, представителям Запада веры больше. Это порочный, но пока действующий инстинкт «русского модерна», явленный уже в эпоху Великого Раскола при Алексее Михайловиче, отце Петра Великого.

Лучшее наше сословие исследователей, писателей и журналистов «русской направленности» на протяжении всего послевоенного времени неутомимо обращалось и обращается к политической элите с одним пожеланием, гласящим: «Политики и начальники, будьте русскими духом, как Александр Невский, Пушкин и Георгий Жуков!». Пока не достучались: ни наши «первые русаки», какими в послевоенное время были М. Шолохов, В. Шукшин, В. Белов, С. Семанов и т.д., ни рядовые «русского фронта». Лучшие люди Отечества стремились не допустить ниспадения великой страны-вселенной «в 1991 год», возможность которого была почувствована уже к началу 1970-х гг. Они звали политический класс к новому курсу, с отказом от ложного космополитического «конвергенционного» проамериканского уклона. Звали и к отказу от услуг «маркитантов-консультантов» вроде типичных западнистов вроде В. Познера и В. Коротича с возрождением национально-ориентированной русской политики«по Пушкину, по Тютчеву». Однако гениев русской земли вновь не услышали.

Типологически повторился уже случившийся в предреволюционный век Российской Империи разлад между культурной и политической частями элиты, которым воспользовались радикалы и «маркитанты» в своих антинациональных целях. Лучшие русские люди Старой России, от Карамзина и Пушкина до Достоевского и Розанова, также не сумели убедить верховную власть быть в основе народно-национальной. Очарованный статусом властителя единственной сверхдержавы после победы России над всем «наполеоновским» Евросоюзом образца 1812 года, Николай I всё норовил быть не столько русским царём, сколько вселенским христианским императором, опираясь в значительной мере… на остзейских немцев и свою германскую родню. Ю.Ф. Самарин и другие русофилы-почвенники, не боясь опалы, призывали эту самоубийственную политику прекратить. Не Россия должна быть пришпилена к Остзейско-немецкому краю, признаки чего были налицо, а наоборот. Верховная власть при последних двух царях попыталась совершить национальный разворот, но время было упущено, о чём горевал Ф.И. Тютчев, великий поэт-мыслитель и природный аристократ, изнутри знавший верхи, заключивший в 1860-е гг. о неизбежности революционного воздаяния за англо-, франко- и пруссоманию и фактическое «безбожие» сановного правящего слоя Империи.

Итак, по печальной «традиции» наша политическая элита не умеет расслышать гласа элиты культурной. И сегодня это положение системно не исправлено. Отсюда, в столь «денационализированных» условиях при царях и сложилось порочное обыкновение верхов чрезмерно внимать мнениям Запада и Германии, а на своих гениев посматривать с пренебрежением, коим после декабристского мятежа традиционно не доверяли. Неизбежным стало воздаяние Революции, которое предвидели Тютчев, Достоевский, Розанов и Блок. Оно завершилось общенациональной резнёй и воцарением «красного августа», при котором страшной ценой было восстановлено как единство элит, так и справедливое недоверие к Западу. Затем, после сталинского периода, старая по типу аберрация политического сознания стала вновь поражать умы генеральных секретарей и их окружения, уверовавших под влиянием хитроумных американцев в действенность потенциального «мирного сосуществования» и «конвергенции» при условии «уступок России». Советы собственных мыслителей и поэтов, в частности, А.А. Зиновьева и Э.В. Лимонова, отлично знавших Запад изнутри, не доходили до замкнувшегося в себе Политбюро. Лучшие люди Руси знали, что США сотоварищи в гробу нас видели и видят, и поэтому нельзя доверять гласу их «сирен», опускаясь всё ниже в сатанинские глубины «идеалов» «общества потребления» с новым тоталитаризмом «дисциплинарного санатория». Однако вновь их глас был «вопиющим в пустыне».

В Калининграде происходило всё то же на своём региональном уровне. Местные верхи также не внимали честным учёным и писателям. И вот, наконец, свершилось то, что местная мощная «пятая колонна», насаждённая Западом, и представить себе не могла. В Калининград явился немец, добившийся недавно русского гражданства, также знающий цену «советов», исходящих от правящих кругов как ФРГ, так и Запада в целом… и стал противостоять германизации Края, подавая советы того же рода, что и русская патриотическая публика. В 1990-е – начале 2000-х то же говорили (ныне покойные) ведущий местный писатель А.М. Старцев, университетский профессор-филолог А.З. Дмитровский, учёный физик А.Д. Терентьев, сотрудник местного «космического» КБ и организатор нелюбимого верхами объединения «Русь Балтийская» и другие. Верхи Края не воспринимали их предостережений по поводу почти насильственного онемечивания общественной и культурно-образовательной жизни Края прямыми акциями немцев и подкармливаемых ими «агентов влияния» в культуре, СМИ, образовании. Более того, ряд деятелей «русского направления» подвергался давлению с использованием судебной системы. Возбуждались гражданские иски против А.Д. Терентьева и пишущего эти строки за критику местной «компрадорщины».

И вот теперь, так сказать, удар под дых… Природный немец, недовольный положением Восточной Германии под эгидой ФРГ, становится русским гражданином, направляя стрелы критики против «русских агентов влияния» Запада и прочих коллаборантов, занимающихся, как он верно замечает, «дерусификацией» Калининградской области в рамках западной политики «сдерживания» и уничтожения России как суверенного государства. Теперь местным и «центральным» прозападным деятелям будет сложнее осмеивать объективную информацию о постоянно усиливающемся духе и практике измены в Крае. До настоящего времени компрадоры выдавали её за измышления «ура патриотов» с целью «раскачать лодку» и подорвать устойчивость края. И ведь находилась и сегодня находится в верхах масса тех, кто «обманываться рад». Теперь этот «довод» невозможен. Ведь о «дерусификации» с «возмещающей германизацией» стал говорить природный немец. Отмахнуться уже невозможно, а практикуемое замалчивание само по себе обличает лживых «борцов за стабильность», которые на деле ассистируют Западу в его борьбе против России.

Обратимся к тем фактам, которые приводит У. Нимайер. В указанной выше недавней программе он с удивлением и неприятием честного человека продемонстрировал продававшиеся в аэропорту «сепаратистские» сувениры, в том числе – дешевые «кёнигсберские колокольчики» с изображением германской военной награды – «Железного креста с дубовыми листьями» образца 1914 года с обозначением «Кёнигсберг» и посвящением: «За заслуги в войне».


 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

 

 

 

 Наш немец удивляется, как может русская купчиха Мягкова восславлять чужую награду, дававшуюся за убийство её соотечественников, ибо то, что естественно в ФРГ, не может быть нормальным в России. Действительно, местное расплодившееся сословие компрадоров уже, по сути, не считает Калининград русско-российской землёй, объективное свидетельство чего и приведено. А сколько подобного рода данных! Наша общественность на протяжении последних тридцати с лишним лет их приводит (много и моих текстов за последние 20 лет помещено на порталах «Русской народной линии», «Русской линии» и других). Теперь же и природный немец, уважающий права Великого русского народа, стал бить в набат. В той же передаче о «символической» измене, насаждаемой в Калининграде и области У. Нимайер выдал массу фотографий этого сепаратистского творчества, малую часть которых привожу. Например, марку местного «Жигулёвского», первого из переименованных сортов пива в начале 1990-х, но ещё стеснительно – с кириллицей (мелкие записи, впрочем, уже немецкие).

 

Теперь остатки стеснения отброшены и германизация всего и вся, о которой говорит У. Нимайер, вершится открыто, в том числе и предпринимателями, для которых, как он говорит, «касса важнее всего».

Национальное вырождение характерно для целого легиона выдумщиков всего спектра наименований продовольственных и прочих товаров, от сортов хлеба до колбасы и «кёнигсбергских» футболок. То же характерно и для названий массы коммерческих контор. В единичных случаях после протестов патриотической общественности некоторые названия «точечно» исправляются, но это не меняет общего духа навязываемой измены. 

 

У. Нимайер искренне возмущен, говоря, что приехал жить в Россию, и ему не хотелось бы покидать Калининград как именно русский город, ища иного пристанища в большой России. Поэтому он обращается к местному купечеству: «Для меня как нового русского гражданина встаёт вопрос, когда, наконец, местные предприниматели, чувствуя ответственность, прекратят деятельность по дерусификации региона?»[2].

У. Нимайер, очевидно, всего сказать не может. Как немцу ему пока не удобно вскрывать факты прямого вмешательства Германии и немецких общественных организаций, поддерживаемых верхами ФРГ, во внутрироссийские дела, оборачивающиеся в числе прочего и показанными им позорными картинками. Поэтому нам следует дополнить его важные наблюдения, касающиеся этой стороны твёрдой германской политики. Начну с утверждения, которое будет подтверждаться ниже: Германия с конца 1980-х гг. ведёт в России вообще и, в частности, в Калининградской области имперскую политику нового типа с насаждением агентуры влияния в сферах образования, культуры, СМИ и административных структурах. Тот факт, что эта политика является общей для всего коллективного Запада, не меняет того капитального факта, что ФРГ действует в духе собственных вполне реваншистских намерений. В пределе они направлены на сколачивание мощной «пятой колонны» у нас повсеместно, «от Москвы до самых до окраин», для создания условий конечного расчленения России. Показательное проявление этого экспансионизма нового типа стало известно несколько лет назад, когда немцы вывезли из Восточной Сибири целую группу обработанных русских старшеклассников в рамках «сотрудничества», а фактически – для демонстрации своего влияния. Русский мальчик Коля из Уренгоя выступил в германском парламенте с покаянием перед Германией за плохое поведение своих дедов и прадедов, отразивших немецкий натиск, и якобы негуманно отнёсшихся к пленным воинам Вермахта.

Немец это немец. Он всегда и педантично действует по протоколу и алгоритму, принятым в руководящих кабинетах. Давным давно, ещё при М.С. Горбачёве и Б.Н. Ельцине, планировщики германской политики решили постепенно «разработать» русское общество, дабы оно уверовало, что вина за развязывание Второй мировой войны лежит на самой России. По сути, стали пользоваться старыми геббельсовскими наработками: врать больше, дабы поверили лучше. Конечно, были учтены и особенности русского народного характера (менталитета) с его отзывчивостью, милосердием, покладистостью. Тем более, что на дворе было время выгодных для Запада «перестроечных и постперестроечных» иллюзий политкласса России. В соответствии с намерениями США и их союзников, это значило, что наши мировоззренческие аксиомы и категории Святой Руси, Русской Правды, Великого русского народа – державообразующего имперского этноса и главного субъекта «российского» исторического действия с его дерзновенным характером – должны перестать действовать и направлять воспитание молодых поколений.

Чужестранцы стали «ковать пока горячо», пользуясь невиданной жертвенностью русского характера со всей его, говоря по-французски, «самокритичностью». В условиях, казалось, вытравленной русской духовности они сочли ельцинский напор – уродливую форму нашего природного дерзновения – лучшим «дуроломным» союзником, позволяющим обратить его силу на «самосдерживание» России вплоть до её самоликвидации как субъекта мирового бытия. Другими словами, Запад решил использовать русскую энергию, отрывавшуюся «реформаторами» от её Александро-Невской, Пушкинской и Шолоховской самородной духовной подпитки. Она запрещалась под предлогом всеобязательного космополитизма и глобализма. В Калининграде этому стала мощно служить раскрученная Германией пропаганда индивидуалистско-космополитических воззрений немца И. Канта. Местная университетская «соросоидная» агентура влияния стала их выдавать за новое «единственно верное учение».

Создание соответствующей западнистской «грантовой» системы финансирования гуманитарных наук и всякого рода «культурных» и СМИ проектов было призвано, так сказать, «оседлать» русское природное дерзновение, направив его на создание самоубийственной системы исторической, философской, социологической, филологической, культурной и т.д. самоликвидации. Н.М. Карамзин говорил, зная: «где нет любви, там нет души». Вот и стали изымать из сердец молодёжи любовь к своему Отечеству и всему своеродному, чтобы русская душа омертвела.

В Калининграде этот новый, преимущественно немецкий курс проявился в усиленном виде по понятным соображениям достижения целей исторического реванша под девизом «Даёшь Кёнигсберг!». По «открытии» нашей области для свободного посещения иностранцами сюда хлынула масса германских «туристов», среди которых выделялись представители большого сообщества так называемых «изгнанных». Последние не только старались найти спрятанные в земле семейные реликвии, но и под видом «гуманитарной помощи» вершить вполне германскую политику ослабления русского общественного самосознания под измышленным предлогом якобы «великого немецкого культурного наследия региона». Ими утверждалось, что оно навечно воплощено в могиле философа И. Канта, германской брусчатке, немецких зданиях и т.п. «клейнодах бесценных». Невидимые мощные германские флюиды, от них якобы исходящие, мощно и непременно перековывают сознание российских граждан, с удовольствием расстающихся с «противоестественным» здесь русизмом, наполняясь взамен германизмом. Немцы, в частности, Э. Маттес из Люнебурга, и другие друзья местного Университета (тогда КГУ, теперь – БФУим. И. Канта) стали вооружать этой ментальной «пробивной» и лживой схемой своих местных слуг-коллаборантов вроде «соросовских» профессоров Ю.В. Костяшова, Г.В. Кретинина, В.И. Гальцова, В.Х. Гильманова… и пошла писать губерния.

«Политике» этого рода, исходящей не от государства, а от нанятых компрадоров, уже значительно больше тридцати лет. Создана сеть просепаратистских СМИ, немецких музеев, навязана масса чуждых символов, разбросанных повсеместно в виде памятных знаков, табличек, зданий, названий. Самое главное – сколочена «пятая колонна» из объединённой профессуры и доцентуры главного университета, писателей и журналистов с их вождями, вроде любимых в ФРГ «российских писателей-демократов» Б. Бартфельда и О. Глушкина, агитирующих за всё немецкое… Создана сплочённая сеть носителей чуждого для России духа вторичной германизации региона (или его дерусификации и регерманизации). Впечатляют триумфальные итоги немецкой политики в Калининграде при полном отсутствии русской политики местных властей. Недаром в Германии постоянно проводятся «триумфальные» мероприятия, в которых немцы делятся победными «суммирующими» результатами своей реваншистской деятельности по насаждению измены в Калининградской области. Давайте и мы посмотрим, о чём они говорят и что намечают делать дальше.

Несколько лет тому назад вышеупомянутое мощное «восточно-прусское» землячество в ФРГ провело специальное, так сказать, отчётное мероприятие. Публику собрали по случаю доклада В.Т. Рикса (Dr. W.T. Rix) о торжестве германизма в Калининграде. Доклад, продолжавшийся 1 час 25 минут, так и был назван: «Северная Восточная Пруссия и немецкая культурная традиция – её воздействие и наш долг»[3]. Сразу заметим, что немцы постоянно поминают Пруссию как фактически существующую, хотя она юридически и практически была ликвидирована. Они её возрождают, настойчиво «отменяя делом» соответствующее решение Контрольного Совета союзников, победителей Германии, о её устранении с лица земли как ядра и закваски воинственной Германской Империи.

В самом начале доклада немецкий исследователь Рикс обозначает цель выступления – рассказать о воздействии якобы неизбывного местного германского духа «на русских», живущих в «Северной Восточной Пруссии», и обозначить новые задачи, считая, что происходящее в Калининграде ко многому их «обязывает». Докладчик последовательно демонстрирует ряд фотографий, сделанных в Калининграде и регионе, комментируя их и ставя новые цели. Победу столь чаемого германизма он для начала иллюстрирует показом внедряемого обычая помещать автомобильные номера в рамки с обозначением немецкой надписью «KONIGSBERG» и соответствующим гербом. Др. Рикс, демонстрируя значительное число таких «кёнигсбергских» номеров, с ухмылкой и торжествующим смешком произносит: «это не случайность, но система». Он заявляет, что «стало «нормой» положение, когда «в Кёнигсберге очень большое число автомашин регистрируется с такими номерами». Здесь некоторая передержка (номеродержатели не регистрируются), но тенденция указана верно. Немец, конечно, несколько преувеличил долю «кёнигсбергских» номеров. Их пока меньше половины, но это число, очевидно, растёт, показывая тревожную тенденцию, справедливо названную вышеупомянутым «нашим» немцем У. Нимайером проявлением «дерусификации региона». Представители ФРГ упирают на спонтанность процесса распространения «кёнигсбергских номеров», хотя, бесспорно, он таковым не является. Немцами давно сплетены «ловчие сети», занимающиеся внедрением этой русофобской моды, чтобы действительно укоренить самоубийственные практики самоликвидации русского чувства в массах. Тот же факт, что находятся глупцы, «воспитанные» воспринимать чуждые германские символы как свои, доказывает лишь силу современной системы «обидиотивания» масс хорошо организованным меньшинством лиц, знающих, что им нужно на Русской земле. Д-р Рикс эту подоплёку хорошо знает, но о ней не упоминает, говоря о промежуточных результатах немецкой политики в Калининграде, специально не показывая всех «организационных пружин», находящихся в распоряжении Германии. Так и в случае с навязанной местной «прогерманской сетью» деятелей практикой «кёнигсбергских номеров», демонстрируемых лектором. 


 


 

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Др. Рикс сделал привычный для реваншиста вывод, который в Калининграде можно слышать с начала 1990-х гг. Он изрёк: «Водители автомашин показывают своё понимание того, что они живут не только в Калининграде, но и перемещаются по улицам старого Кёнигсберга. Это свидетельство раздвоения внутреннего самосознания <…> людей…».

Кстати говоря, немцы постоянно «замеряют» градус пресловутой «калининградской региональной идентичности». Это явно сепаратистское понятие давно сочинено и внедрено в местный «научный» язык социологов и т.п. специалистов с германским уклоном. Его лживость легко уловить применением простого приёма «от противного», показывающим, что спонтанно оно не могло возникнуть. Спросим себя, можно ли сказать «самарская региональная идентичность», и т.п. «рязанская», «тамбовская»? Конечно, нет, так как определяющая самосознание «идентичность» национальна, а не региональна, и на первое место выходят критерии языка и господствующей народности. Другое дело в Калининграде. Здесь «грантовые спецы» давно и намеренно по-софистски поменяли местами первичное и второстепенное, искусственно подняв «регионализм» на небесную высоту, стараясь вообще не учитывать дух господствующей народности, здесь столь же великорусской, что и в Тамбове или Липецке.

Слушая немецкую лекцию д-ра Рикса о неуклонной «кёнигсбергизации» Калининграда с иллюстрацией этого «достижения» фотками «немецких номеродержателей» машин, мне вспомнилось аналогичное выступление немецкого консула в Калинингаде д-ра Г. Херца (Guido Herz). Оно также свидетельствовало о постоянстве немецкой политики в Калининграде и… местном официальном идиотизме, отказывающемся уже тридцать лет понимать, «откуда ноги растут» у практик калининградского сепаратизма. Дневниковую запись о содержании выступления д-ра Херца я сделал в июне 2008 г. Тогда случайно стало известно о проведении группой туристов-немцев (швейцарских военных пенсионеров под руководством их отставного генерала П. Вольфа) в гостинице «Москва» мероприятия «по краеведению», с приглашением и русских слушателей из местной академической среды. Мне довелось быть единственным её представителем. Немцы, впрочем, официально приглашая русских, поставили себя хозяевами положения, объявив рабочими языками мероприятия лишь немецкий и английский. Возможно, это и уменьшило степень русского интереса к демонстративно «чужому» семинару, да и объявлено о нём было на заседании моей университетской Кафедры специальных исторических дисциплин за несколько часов до его начала. Мне же, как человеку, давно интересующемуся «вторичной германизацией региона» (я и ввёл это понятие), было просто необходимо его посетить.

Многое о «немецкой сети» мне уже было известно, включая открывшееся новенькое при судебной тяжбе с местными «немчиками», предъявившими мне гражданский иск в 2005 г. за несогласие с планами ректората дать нашему университету имя Иммануила Канта. Я опирался на воззрения русских гениев, В.С. Соловьёва, П.А. Флоренского, А.Ф. Лосева и других, отрицательно отнесшихся к космополитизму и индивидуализму «сатанологии Канта». Русская общественность в 2005 г. проиграла, когда «немчикам» удалось продавить решение о переименовании. Но лично мне удалось отбиться, в частности, при содействии местного радио «Русский Край» М.В. Черенкова, портала «Русская Линия» А.Д. Степанова и С.М. Григорьева, и «Русского Вестника» А.А. Сенина (1945–2013). Все они опубликовали протестное воззвание академической общественности[4]. Однако вернёмся к нашему повествованию о немецком показательном мероприятии 2008 г., аналогичном позднейшему, о котором идёт речь.

Главным докладчиком был немецкий консул Г. Херц (вскоре его перевели послом в Танзанию, бывшую колонию «Второго Рейха», затем он с 2011 по 2016 год, до пенсии, служил послом ФРГ в Казахстане). Затем выступали представитель обладминистрации Малашенко (имени не записал) и младой начальник Международного отдела «кантовского» университета «соросовец» Игорь Жуковский, буквально стелившийся перед немцами (одновременно он был «администратором» соросовского же заведения при вузе – Балтийского МИОНа[5]). Позднее Жуковского некие силы «бросили на культуру» по линии МИДа, сделав главой нашего варшавского центра науки и культуры, что весьма показательно, демонстрирует возможности агентуры западного влияния в России по укоренению в государственных органах. Попутно отмечаю и другой момент истины. Опытный дипломат Г. Херц на пике своей карьеры, как представитель правящей тогда партии Г. Коля, затем – А. Меркель, работал в тех мировых «точках», которые Германией в значительной мере воспринимаются как места особого интереса и даже контроля – Калининград, Танзания, Казахстан.

Итак, первым взял слово немецкий консул, который точно так же, как и позднее д-р Рикс, обрадовал собравшуюся публику сообщением, что довольно заметное число автомобильных номерных держателей-рамок выполнено с демонстративным немецким обозначением «Кёнигсберга». Очевидно, что их внедрение и произошло примерно «в его время» и, по меньшей мере, с его ведома. Консул с большим удовлетворением сообщал об этом, как и о других фактах прогерманских перемен «местного менталитета». Вообще швейцарские немцы, включая их руководителя-генерала, не скрывали своего желания видеть Калининград всё «более автономным от Москвы», что и постоянно изрекали, соответствующим образом пытая докладчиков. В этом духе они задали большую часть вопросов выступавшим.

Ведущий собрание генерал П. Вольф всячески поддерживал столь сепаратистский настрой участников. Он, комментируя выступление консула, тенденциозно сравнил депортацию немцев из нашего края в конце 1940-х гг. с событиями в Палестине, откуда евреи изгоняли арабов. Г. Херц не почувствовал ложности такого сравнения (арабы не начинали мировой войны с целью уничтожения евреев как единого мирового этноса).

Г. Херц тогда специально затронул состояние «общественного сознания» в Калининградской области в отношении к «проблеме немецкого прошлого» края. Он отметил разительные черты наличной местной «идентичности», которыми и был весьма доволен, впрочем, как и его слушатели. Он заявил, что в советский период официальная позиция СССР исходила из того, что «Калининградская область – это старая русская земля». В настоящее же время русские признали значимость немецкой истории края и «немецкая история воспринимается как решающий факт местного самосознания или калининградской идентичности». (Этот подход позднее всецело поддержал и университетский начальник «соросоид» Жуковский, певший привычную песнь местных сепаратистов, что без ФРГ нам дороги в будущее нет). Это было решающей «проговоркой по Фрейду» консула. Она свидетельствовала о направленности усилий официального Берлина в нашем крае, изначально устремлённых к внедрению сепаратистских настроений.

Именно для этого победного для них итога представители ФРГ и создавали агентуру влияния в «особом калининградском социуме» (это ещё одно сепаратистское лже-обобщение, применяющееся среди филосепаратистов), внедряя для оправдания предательства вышеочерченную «мыслительную схему» об императивном переформатировании сознания населения «германским культурным наследием», от которого невозможно уклониться. Немцы всегда приятно удивлялись тому, сколь многим нашим профессорам, музейщикам, писателям и журналистам, даже ответственным местным чиновникам было приятно обманываться, всё понимая, но с готовностью заглатывая немецкий крючок, и переходя на «пруссаческие» позиции. Конечно, этого бы не могла произойти без буквально насильственного прекращения русской национально-ориентированной политики новых верхов «ельцинской России» с объявлением ложными таких понятий, как Русская цивилизация, российская самобытность, русский характер и т.п. Немцы уловили созданный у нас нашими же «элитами» нравственный и идейный вакуум и стали его заполнять в соответствии с законом сохранения дерзновения (народная энергия является неуничтожимым континнуумом; если почему-то теряется русская самородность, самобытность, своебытность нашей российской Политики, она закономерно и непременно возмещается чужеродным и «чужебесным» курсом).

Вернёмся, впрочем, к обозреваемой пространной лекции д-ра Рикса о новых достижениях немецкой политики в Калининграде «после Г. Херца». Учёный немец стал приводить примеры заметного и демонстративного заимствования германской символики калининградской торговлей, фактически сводящейся к утверждению, что «Калининград – это Кёнигсберг и Пруссия, а не Россия». Так, был любовно показан автофургон, развозящий пиво, конечно, марки «Кёнигсберг». Об этом свидетельствуют рекламно-сепаратистские картины на боках фургона с изображением типичного немецкого города и прусской государственной символики.

 

По признакам видно, во-первых, что немцы этот фургон сами и поставили в нужном месте, рядом с разрушенным в войну зданием, где при Гитлере была особо ценимая местной «грантовой общественностью» аптека («Кройцаптека»). Много лет местная прогерманская общественность боролась за восстановление фасада здания в старом немецком виде, что ей и удалось при губернаторе А.А. Алиханове. В связи с такой показательной остановкой столь нужного немцам фургона, вполне обоснованным будет предположение, что именно германская агентура влияния и сумела придать его облику пропагандистскую «сепаратистскую раскраску». В Германии вы такого не встретите, ибо там никого не надо агитировать «быть немцем». Здесь же Германии надо плодить «немчиков», понятно для чего.

Д-р Рикс специально обратил внимание на руину «Кройцаптеки», рядом с которой был поставлен «ценный» фургон, говоря, что на фасаде «ещё читается немецкое название аптеки». Однако, лектор не прибавляет разоблачающей информации, что, как это известно, старую немецкую надпись периодически обновляли заинтересованные лица для непрерывного искусственного оживления «любви к Германии» и сострадания к «несчастному городу Кёнигсбергу», который якобы «ни в чём не виноват» (это местная фишка – виртуально вычленять град из Германии, чтобы забыли его зверскую роль в войне против России). Лектор вновь заключает, говоря весьма довольной немецкой публике «о глубоком психологическом значении этого изображения» на фургоне. Ибо всё это – якобы неопровержимые свидетельства наличия у калининградцев «сознания их двоякого существования» (doppelte Existenz), ведь «в их душе укоренилось, что они обитают не исключительно в Калининграде», но и, по сути, в немецком Кёнигсберге, и этого духа становится всё больше

Итак, по признакам, немцы сами обеспечили нужную им раскраску фургона. Затем его сфотографировали, поставив куда надо, для демонстрации, как они говорят, спонтанного перехода «самих русских» на германские позиции под влиянием якобы неискоренимого «гения места» (этот местный германский дух – хочешь-не-хочешь – якобы превращает всё новые и новые поколения бывших русских в «новых прусских» людей, не любящих «рашку», но обожающих Германию). Повторяю, предположение, что немцы сами обеспечили для своих целей соответствующую раскраску фургона вполне обоснованно. Однако, в любом случае предельно очевидно, что представители ФРГ выдают собственную политику навязывания символической неметчины в Калининграде за результаты якобы спонтанного процесса само-перековки настроений, а Германия тут как бы ни при чём.

Эта генеральная немецкая линия по выдаче своих конструктов за некий «естественный» процесс, идущий у русских сам по себе, и далее продолжалась лектором. Здесь д-р Рикс переходит к важной части выступления, отстаивая своё главное утверждение о спонтанности, неизбежности процесса неуклонно идущей измены Калининграда по отношению к России. Однако, не ведая того, он, по сути, признаёт факт (в конечном счёте) немецкого кураторства над самой известной крайне экстремистской сепаратистской молодёжной группой Калининграда. Правда, -- очевидно, для маскировки -- он не сообщает её названия. Речь идёт о так называемой группировке «Балтийского отряда русского сопротивления», (БАРС), ныне нейтрализованного «силовиками».

Д-р Рикс читал свою показательную лекцию ещё до ареста руководителей БАРСа, но прекрасно знал о её существовании. Теперь известно, что немцы ФРГ были хорошо информированы о происходящем через легальную тогда структуру – так называемый Немецко-русский дом, существовавший в Калининграде «для всего хорошего» на средства Правительства ФРГ. Группа БАРС провела ряд своих пропагандистских русофобских антигосударственных мероприятий на территории этого самого Дома с согласия его руководства. Теперь д-р Рикс, не оглашая этой подоплёки, знакомил своих немцев с результатами якобы спонтанной деятельности «кёнигсбергских студентов», выразившейся в целом ряде пропагандистских акций с умело намалёванными русофобскими издевательскими плакатами, призванными очернить советский период нашей истории. Первый из них призван показать якобы изначальную преступную акцию «проклятого» Сталина и его Калинина, как и всей тогдашней Советской России по уничтожению «славной Пруссии». Конечно, лектор ни слова не сказал о развязанной Германией войне, зверствах германской военщины и её союзников на нашей земле. Немцу надо найти виновного подальше от собственного фатерлянда, да и более того: выдать праведный гнев Исторической России за сатанинское зло. Именно поэтому к карикатурно-издевательскому изображению М.И. Калинина на плакате пририсованы рога.

Д-р Рикс демонстрирует много такого рода изображений, якобы созданных самими студентами, что, по всем признакам, невозможно. Видим и Сталина с «радостным» черепом вместо лица, «голосующим за "Калининград”» вместо их Кёнигсберга, с изображением руин послевоенного Кёнигсберга с указанием, что в создании этой «красоты» горячо поучаствовали комсомольцы, держащие флаг с девизом «Кёнигсберга нет!». Представлен, конечно, и издевательский плакат о Доме Советов, воздвигнутом примерно на месте «Замка Кёнигсберг», символа бывшего германского могущества. Немцы непрерывно демонизировали Дом Советов, стремясь закрепить в общественном мнении установку о его «уродливости», «монструозности» и т.п. Демонстрировался соответствующий плакат.

 

 


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Д-р Рикс со знанием дела изрёк, что плакаты «изготовлены студентами, представителями студенческого движения, выступающими за образование Четвёртой балтийской республики». Он об этом говорил неоднократно, почему-то весьма точно зная суть и направленность этого коллаборационистского «движения», несколько преувеличивая его масштаб, хотя он довольно значительный, надо признаться. Ни в 2005, ни в 1995 году такого обилия молодёжи, вставшего под стяги с германским орлом, ещё не было, хотя активно действовала агентура влияния в Университете и вообще повсеместно в общественной среде. Эта «ловчая сеть», всё ещё действующая легально, постоянно усиливаясь, и даже, господствуя в ключевых точках, получая внутренние гранты и «творческие премии», «воспитала» этих ребят, которые своё младое дерзновение стали использовать в искомом «планировщиками» направлении саморазрушения Отечества.

Этих одураченных детей. Их отучали быть русскими, но вооружили лже-монархической «отмазкой», чтобы выдать за «русских националистов», хотя они – это проявление типичной «власовщины».

 

Д-р Рикс же, опираясь на этот коллективный западный «конструкт», силится утверждать, что это новая «независимая» молодёжь Кёнигсберга своими плакатами «указывает, что калининградский эксклав является сталинистским продуктом <…>, который должен быть уничтожен»[6]. Что это, как не исповедание реваншизма? Он построен на извращении истории, с представлением правой стороны – русской – преступной, а виновной – немецкой – несправедливо поруганной. Причём вновь немцы умело выдают собственное творчество, вершимое руками юношей, «озомбированных» русофобской «болонщиной» «образованцев», создавших условия для эффективной заграничной мобилизации русской молодёжи в ряды погубителей своего отечества.

Если бы д-р Рикс был устремлён к правде, то он, как нацистский преступник А. Розенберг, честно бы заявил в программной речи перед началом нашествия Германии в июне 1941 г., что Россия никогда не представляла для Германии угрозу. Наоборот, именно немецкая расовая политика заставляла уничтожать русский суверенитет и народное единство, планируя потоки крови миллионов мирных граждан. Провал германского нашествия 1941–43 гг. и привёл к неизбежному разрушению Пруссии, как основы Германской Империи, которую сегодня усиленно, пока «ментально», восстанавливают немцы, выдавая собственную «многоходовку» за спонтанное оздоровление русского «самосознания» с добровольным прекращением русизма в Калининграде и, соответственно, с торжеством германизма. На самом деле этот русизм Пушкина и Достоевского сознательно пресекается по недомыслию власти представителями «внутренней эмиграции», до сих пор не вычищенной в верхах.

Не вспомнил д-р Рикс, демонизирующий Россию XX века, и о плане уничтожения Пруссии Наполеоном в 1807 году. Александр I тогда спас её суверенитет, но немцы никогда за это (и за следующее, чрез полвека, царское разрешение Пруссии на объединение Германии) не были признательны нашему отечеству, всегда, в конечном счёте, платя злом. Сегодня происходит то же самое. Разрешение на поглощение ГДР, данное Г. Колю нашим горе-лидером М. Горбачёвым, привело лишь к возобновлению германского имперского цикла (там без устали твердят о необходимости «Четвёртого Рейха»), как всегда, с ростом русофобии и неблагодарности в адрес России. 

 

Более того, немцы вновь почли себя победителями, решив «добить» русских полезных идиотов, оттяпав у них для начала Калининград, ассистируя остальному Западу в дальнейшем расчленении Исторической России (отсюда интерес германских фондов и официальных структур к Киеву, Москве, Питеру, Сибири, Уралу, Дальнему Востоку, где усиленно насаждается «пятая колонна» из получателей германских грантов).

Конечно, об этой подноготной германской политики, очевидной знатокам в ФРГ, д-р Рикс помалкивает для создания впечатления, что все пруссаческие нововведения, ползучим образом внедряемые в Калининграде и области, вершатся стихийно, сами по себе. Однако лектор иногда проговаривается, по-сути, свидетельствуя о немецком кураторстве сепаратистской накачки общественных настроений в Калининграде, выдаваемых за нечто стихийно-автохтонное. Об этом же знании тайных пружин процесса говорит и его удивительная осведомлённость о сепаратистском «студенческом движении», персоналии которого он зашифровывает, и заявление о создании в нашем регионе «системы» нужных перемен. Всё это его, конечно выдаёт, как и его знание о том, что ФСБ России предпринимает усилия, «чтобы эту студенческую группу нейтрализовать».

Д-р Рикс сообщил и о деятельности ещё одной «группы студентов», которые, как он выразился, «вывесили флаг ФРГ над зданием ФСБ после победы футбольной команды Германии на тогдашнем футбольном чемпионате». Лектор либо ошибался, либо знал больше, чем наш суд, «слегка» осудивший троих экстремистов из так называемого «Комитета общественной самозащиты» (КОС). Флаг был вывешен над гаражом ФСБ, а не над его главным корпусом, о чём можно было заключить из слов д-ра Рикса, говорившего именно об основном здании Службы, бывшем при Гитлере управлением полиции («Полицайпрезидиумом» по-немецки). Конечно, это ничего не меняет в главном. В марте 2014 г., когда это произошло, КОСом была проведена действительно сепаратистская акция, ещё и с очевидным «проукраинским» уклоном, не упомянутом немцем. Подтекст таков: если власти России «захватили украинский Крым», то, значит, они должны вернуть наш регион Германии, с чем д-р Рикс согласен.

Ну и ложной натяжкой, конечно, было выдавать членов КОСа, как и БАРСовцев за калининградскую «интеллектуальную элиту», устремлённую в «кёнигсбергское» грядущее. Конечно, лектор-немец был прав, увязывая феномен «студенческой», в широком смысле, принадлежности молодых экстремистов и их русофобского впадения в национальную измену. Д-р Рикс и сам это признаёт, с ухмылкой говоря, что «настрой молодёжи понятен». Но при чём здесь «интеллектуальная элита»?» «Широкий» же смысл здесь значит то, что большая часть рядовых экстремистов имела школьный и студенческий возраст. Лидер БАРСа Оршулевич получил философское образование в местном университете с «кантовским уклоном», где в перестроечное и постперестроечное время русский дух просвещения сознательно угашался, а специально создаваемый национальный вакуум наполнялся западнизмом и германизмом. Собственно, с этими целями и внедрялась «соросовщина» с её оргформами в виде БалтМИОНа, встроенного в тело Университета, перестраивавшего гуманитарное образование в угодном Западу духе с полным вытравлением русизма под началом ректората и его слуг, всякого рода «соросовских лауреатов». Все они обрели допжалование от противника.

Однако и профессора – «угасители» русского духа, вроде «соросовских» грандов типа захвативших гуманитарные направления В.Н. Брюшинкина, Л.А. Калинникова, В.И. Гальцова, Ю.В. Костяшова, В.Х. Гильманова и т.д. -- вовсе не принадлежали к «интеллектуальной элите», как ангажированные софисты не принадлежали к честным мыслителям, вроде Сократа, Платона и Аристотеля. По верному определению Сократа этот род учёных людей представляет из себя «плутов», использующих свои знания для затемнения Истины, в нашем калининградском случае – Русской правды Пушкина, Достоевского, Владимира Соловьёва, Павла Флоренского, Алексея Лосева и т.д.


...Пора завершать повествование, которое трудно остановить из-за обилия свидетельств деградации и гниения Калининграда как русского города, а области – как русского края. Выводы очевидны. Масса признаков свидетельствует, что как дружественное к России и русским немецкое меньшинство, так и реваншистское большинство германского общества прекрасно сознаёт, что «кёнигсбергский» уклон местной жизни, ставший спуском по наклонной плоскости с конца 1980-х гг., организован тайными и явными силами с горячим и заинтересованным участием Федеративной Германии. Процесс ещё не завершен, поэтому в своей показательной «триумфальной» лекции д-р Рикс утверждает, что «пока открытым является вопрос, во что может вылиться всё происходящее в регионе».

Однако здесь же он вновь проговаривается, уверяя, что генеральная линия перемен неуклонно движется в одном направлении. «Элита» Калининграда, по его мнению, давно определилась, непрерывно демонстрируя «приверженность немецкой культуре», что определённо является и «политическим посланием». Последняя «заэзопленная» мысль также является моментом истины. Где говорится о грядущей перемене политики -- там речь идёт о перемене власти. Так что мы вполне можем завершить основную мысль господствующего внутреннего германского настроения, и вообще настроения всего Немецкого Мира (см. выше о тональности швейцарского мероприятия 2008 года в Калининграде). Немец спит и видит возвращение к себе «Кёнигсберга», который он всегда именует по-своему.

Мерзость нашего положения в том, что наши местные официальные круги отказываются видеть какую-либо проблему. Для них «никакой германизации нет». Стоило Центру прислать в 2016 г. нового действительно патриотически настроенного руководителя калининградского отделения ЦТ – ГТРК Янтарь, как началась закулисная «сетевая» деятельность по его отсюда «переводу». Уж очень встревожилась фило-сепаратистская публика его русско-российской линией с противостоянием привычному в духе германского реваншизма очернению Советского периода отечественной истории. Присланная дама-директор из Москвы быстро встроилась в господствующее в Калининграде «ничего-не-видение» и «программно» заявила, что надо заниматься «гармонизацией», а не делами, связанными с «германизацией». Масса местной НКОшной прозападной публики и целый ряд сочувствующих ей официальных лиц, а имя им легион, активно поддержали этот курс по имени НИКАКИЗМ (от слова – «никакая» в смысле национально-ориентированной политики, которой по их мнению не должно быть).

Таким образом, официальные местные потуги стараться не замечать процесса непрерывной национально-государственной деградации положения в Калининградской области ни на чём не основаны, кроме желания, выраженного в юмористических песенках со словами «ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу» и, особенно, – «всё хорошо, прекрасная маркиза». Внушаемая при этом мысль такова: никакого сепаратизма в Калининграде нет, малая группа «паникёров» и «ура-патриотов» лжёт из стремления «раскачать корабль», а наша задача славить партнёрскую Германию, которая нам добра желает.

Именно вследствие этой добровольной самоидеотизации политического сознания местных «элит» не замечают всё новых доводов, приводимых подлинно патриотическими учёными и представителями общественности в течение последних трёх десятилетий. В 1990-е гг. не слышали А.М. Старцева, главу писателей русского настроения, и физика А.Д. Терентьева, основателя патриотического объединения «Русь Балтийская», и целый ряд других честных патриотов. Сегодня не слышат «Русской общины Калининградской области», руководимой М.Ю. Макаровым, известным юристом с опытом госслужбы, и других активистов «русского фронта» борьбы за российский суверенитет в Калининграде.

Немецкие же пожелания местные верхи весьма улавливают и подыгрывают. Это характерно для всей сети учреждений Министерства культуры и туризма с откровенно немецкими музеями, «сидящими» на российском финансировании. Они извращают прошлое этого региона, предавая забвению цели и практику геноцида, вершимого «третьей» Германской Империей по отношению к нашей родине и нашему народу во время Великой Отечественной войны. Германия вообще и Пруссия, в частности, там предстаёт симпатичненькой Гретхен, которую, как это подразумевается компановкой материала и умолчаниями, сильно обидели «эти русские».

Верхом нравственного поражения сегодня стало загадочное решение молодого губернатора А.А. Алиханова снести Дом Советов -- по сути, важнейший отечественный архитектурный памятник послевоенного восстановительного периода, периода национальной гордости Победителей. Если отбросить дежурную риторику, это явное совпадение с установками немецкой политики, которую ФРГ и её структуры ведут в Калининграде, начиная с эпохи Горбачёва. Тем более, что доказано: величественное здание на господствующей городской высоте – крепчайшее, одно из двух, возведённое с учётом возможного сильного землетрясения, которое легко можно ввести в строй. Не случайно весь западный мир аплодирует этому, повторюсь, странному, по меньшей мере, решению, не говоря уже о торжествующей Германии.

 

 

Крот германской истории непрерывно подкапывается под калининградскую почву. Местные власти скрывают правду, дежурно утверждая, что «германизации и в помине нет». Вот несколько весьма показательных «суммирующих» примеров. Сегодня в сети магазинов «СПАР» продаётся масса путеводителей, составленных доцентом БФУ им. И. Канта Ю. Чернышовым с полуправдой о прошлом этого края в его германском облике. Одновременно этот автор, походя фальсифицирующий историю по немецким лекалам, является давним платным сотрудником германской реваншистской «Прусской всеобщей газеты» (Остпройссише альгемайне цайтунг) и к ней относящегося «Восточно-Прусского листка» (Остпройссен блатт), в котором помещает материалы, составленные в соответствующем духе, отвечающем задачам исторического реванша.

В БФУ им. И. Канта состоят многие десятки начальников, профессоров и доцентов, участников германских «переформатировочных» проектов, десятилетиями «доказывая», опять-таки под немецкую диктовку, что в нашем крае сорганизовался чуть ли не новый этнос из бывших русских и россиян с особой «региональной идентичностью», навеянной «местным гением места» или «немецким культурным наследием». Из этого вытекает, что местные русские уже почти и не русские по внутреннему наполнению. За эти заведомо клеветнические позиции они и зарплату, часто повышенную, получают. Параллельно они прямо заняты проталкиванием лживых исторических схем в сознание студенчества, призванных уравнять ответственность Гитлера и Сталина за развязывание Второй мировой войны. Это поведение в духе советов Геббельса, «чтобы поверили», вершится, по сути, по планам ФРГ и поддерживается ею.

Так, была проведена серия «учёных» мероприятий с заглавным участием БФУ. Они состоялись уже «после Крыма» при немецком финансировании. Агентура влияния решила продолжить местную традицию прославления «кёнигсбергской» женщины-философа Х. Арендт, уравнявшей Сталина с Гитлером. Х. Арендт понадобилась Западу для оправдания «холодной войны» и очернения России. За это кощунство и мерзейшую ложь её скрытно поддерживало американское ЦРУ. Это общеизвестно, но не смутило наших изменников и соучастников этого мероприятия. Деньги для них не пахнут.

 

На стр. 2 читаем, что материалы «печатаются на средства Генерального консульства ФРГ в Калининграде». Указано, что и сама конференция проведена университетом «при финансовой, организационной и информационной поддержке Генерального консульства Германии…»


Тридцатилетняя инфильтрация чужих и чуждых настроений и инстинктов приводит к страшной деформации народной памяти русских и россиян в целом, здесь живущих. В результате спокойно продаются такого рода «германизированные» изделия (пока на толкучках), как нож для торта с немецкой надписью «Кровь и Честь», а на обороте указание на якобы «наше» место: «Кёнигсберг, 1943».

Немцы знают свои цели как у себя на родине, так и у нас в России. Мы, в лице нашей местной политической элиты, не только не знаем наших национальных целей в Германии, -- мы не ведаем их и у себя дома. Потому вправе спросить у власть держащих стихом великого Тютчева:

«Ты долго ль будешь за туманом скрываться, Русская звезда, / Или оптическим обманом ты обличишься навсегда?»

Пора приступить к национальному оздоровлению, невозможному без постановки генеральной большой цели и зачистки политического класса. Не то можно пропустить «точку невозврата».

 

В.Н. Шульгин, доктор исторических наук,

действительный член Академии геополитических проблем 

 


[1] См., напр., одну из его недавних передач: Niemeier, Uwe. Wir wollen unser`n Kaiser Wilhelm wieder ham … // https://www.youtube.com/watch?v=oZOfEqBb9Fs См. также его портал – Информагенство «Домициль Калининград»: http://kaliningrad-domizil.ru/portal/russland-kompakt/politik-und-gesellschaft/

 

[2] Niemeier, Uwe. Указанная передача на Ю-тюбе (интервал: 3 мин. 50 сек. – 4 мин. 07 сек.)

[3] См.: https://www.youtube.com/watch?v=sajmxvLRZKw (1.06.2021)

 

[5] Так называемый Межрегиональный институт общественных наук, внедренный в 2001 г. фондами Сороса, Карнеги, Форда, МакАртуров и Института Кенанна в девять русских университетов для укрепления механизмов «колониального» контроля Запада над Россией под видом «помощи». Аналогичной деятельностью занимались немецкие мощные фонды и государственные структуры ФРГ, как фонды Боша, Эберта и т.п. вместе с государственным заведением по «академическим обменам» DAAD и др.

[6] См. по указанной ссылке между 5-й и 6 минутой лекции (курсив мой – В.Ш.).


 


 


Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter