Кыргызстан хочет продавать грязную воду

В парламенте Кыргызстана в очередной раз началась старая песня о введении платы за воду для Казахстана. Тема эта родилась не вчера, но вот теперь депутат Умбеталы Кыдыралиев, во время слушаний по законопроекту о внесении изменений в Водный кодекс КР и законодательство о воде (эти изменения предусматривают введение платы за водные ресурсы) снова этот вопрос поднял. 
 
Но, как это часто бывает в Кыргызстане, запальчивое обсуждение этого вопроса не обошлось без разного рода казусов. Кыдыралиев, в частности, заявил, что будто бы Кыргызстан уже принял некий закон, который обязывает Казахстан платить за воду, которую он получает из Кыргызстана и гневно вопрошал, почему это Жогорку Кенеш КР не требует от соседних государств выполнять этот закон. 
 
Вообще, на этот закон, принятый в 2002 году, многие в Кыргызстане ссылались при обсуждении трансграничных водных проблем. Но как-то странно ссылались, не указывая точной даты принятия, названия и других реквизитов этого документа. И это выглядит очень странно. На свой главный аргумент Кыдыралиев мог бы сослаться и поточнее. 
 
Поиск в базе данных кыргызского законодательства о водных ресурсах, составленной Министерством юстиции КР, дал несколько неожиданный результат. Как и следовало ожидать, Кыдыралиева (или кто там первым запустил тему про закон о платности воды для соседних государств) крепко подвела память. Во-первых, не в 2002 году, а в 2001 году, или 29 июня 2001 года, если быть точным. Это закон "О межгосударственном использовании водных объектов, водных ресурсов и водохозяйственных сооружений Кыргызской Республики". 
 
Во-вторых, там действительно есть фраза: "платность водопользования в межгосударственных водных отношениях". Но она относится к статье 3, в которой формулируются принципы сотрудничества в сфере межгосударственных водных отношений, которыми Кыргызстан собирается руководствоваться. Так и говорится: "... а также при проведении межгосударственных переговоров по водным проблемам Кыргызская Республика исходит из следующих принципов и положений". И далее перечень, в котором на третьем месте стоит цитированный в начале абзаца принцип. Руководствоваться таких принципов в переговорах, конечно, не запретишь, ибо это дело суверенное. 
 
В-третьих, провозглашение принципа еще не означает фактического введения платы за воду. Потому что, в той же статье 3, в том же самом списке на шестом месте сформулировано такое положение: "решение вопросов подачи воды рек, платности водопользования и распределения прибылей от использования  водохранилищ и других ирригационных сооружений Кыргызской Республики другими государствами предусматривается межгосударственными соглашениями и договорами".  
 
То есть, если бы Казахстан и Кыргызстан заключили бы соглашение между собой, что Казахстан вносит плату за воду, получаемую из Кыргызстана, то тогда бы Кыргызстан имел право эту плату требовать. Но, насколько мне известно, такого соглашения до сих пор не заключено, и до сих пор действует распоряжение Минводхоза СССР 1983 года о квотах водозабора из рек Чу и Талас (Талас - 50% Казахстану, 50% Кыргызстану; Чу - 42% Казахстану и 58% Кыргызстану). 
 
Так что, весь пафос выступления Кыдыралиева должен быть направлен на собственное, кыргызское правительство, в частности МИД КР, которое не пошло и не договорилось с Казахстаном о введении платы за трансграничный сток воды. Однако, этого вряд ли они смогут добиться. Казахстан, несомненно, будет защищать свое право на воду, которое, кстати, основано и на международном праве. 
 
Если нет межгосударственного соглашения о плате за воду, то и заявления заместителя министра сельского хозяйства, пищевой промышленности и мелиорации КР Жаныбека Керималиева (он заявлял, что Казахстан будто бы платит за воду 119 млн. тенге), на которые ссылался депутат Кыдыралиев, есть самая обыкновенная дезинформация. Эта сумма вносилась Казахстаном на содержание гидротехнических сооружений на территории Кыргызстана, а вовсе не является платой за воду. Кстати, Казахстан выполняет свои обязательства по соглашению с Кыргызстаном, заключенном в 2000 году и вступившим в силу в 2002 году, в котором предусмотрено совместное финансирование расходов на эксплуатацию и обслуживание водохозяйственных сооружений на территории Кыргызстана. 
 
Поразительная вещь - депутат Жогорку Кенеша не знает и не помнит кыргызского же законодательства по поднятому им вопросу. Прежде чем выходить на трибуну, ему следовало бы навести необходимые справки. А так получился конфуз. 
 
Хорошо, кыргызские депутаты (по закону "О воде" КР собственником воды в Кыргызстане юридически является парламент) хотят продавать воду, идущую в Казахстан. Им, должно быть, рисуются радужные картины, как чистая, стекающая с гор вода, превращается в доллары... В таком духе выступал в парламенте Кыргызстана еще в 2002 году Турдакун Усубалиев, который был тогда председателем парламентского комитета по использованию водных ресурсов. Он тогда блистал красноречием: "Гидроэнергетические и другие ирригационные сооружения Кыргызстана передают в нижние течения чистую, не­минерализованную воду, и до сих пор этот факт никем не оспаривался и не может быть оспорен, потому что вода настолько чиста, насколько она может быть чистой в нашем современном мире". 
 
О том, что кыргызская вода чистая, можно уже говорить в прошедшем времени. Все имеющиеся данные о загрязнении трансграничных рек Чу и Талас говорят о том, что вода поступает из Кыргызстана в Казахстан уже сильно загрязненной. Причем, если в 2001 году река Чу еще относилась к чистым водам, то уже в 2002 году - к умеренно-загрязненным, а в 2007 году - "очень грязной". Тогда содержание азота нитритного (который отмечает загрязнение воды канализационными и сельскохозяйственными сточными водами) превысило предельно допустимую концентрацию в 29 раз! 
И в 2017 году казахстанские и кыргызские специалисты исследовали пробы воды из Чу и Таласа. Как сообщает агентство 24.kg, в среднем в течении Чу, ниже сброса бишкекской канализации, содержание аммонийного азота было в 2,8 раз больше допустимой концентрации, а нитритного азота - в 2,7 раз. Нефтепродуктов в реке было в 4-10 раз больше допустимой концентрации. Такую воду пить нельзя, и она не годится для орошения полей. 
 
Это обстоятельство показывает всю абсурдность предложения кыргызских депутатов по продаже воды. По сути дела, они хотят продавать воду Казахстану, предварительно в нее, простите, насрав. Ну а как еще можно назвать столь сильное загрязнение реки Чу стоками канализации Бишкека? 
Если Кыргызстан хочет продавать воду, то он должен или привести в порядок все свои очистные сооружения, так чтобы вода на пограничном створе всегда соответствовала санитарно-эпидемиологическим требованиям, или же платить Казахстану компенсацию за весь тот вред и ущерб, который наносится грязной водой. Либо так, либо так, а остальные варианты просто неприемлемы. Если же Кыргызстан попробует выполнить эти требования, то, вероятно, от торговли воды он получит чистый и весьма значительный убыток. 

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter