Всерьез или по-арлекински? Рим и антироссийские санкции

В нынешнем июле исполняется четыре года главным санкциям Запада против России – не персональным, а против ведущих отраслей экономики. Неясно только, каким число эту годовщину датировать. 16 или 31 июля. 16-го Белый Дом объявил о санкциях в отношении восьми российских предприятий оборонного сектора, а также «Газпромбанка, «Внешэкономбанка», «Новатека» и «Роснефти». А Европейский Совет (то есть саммит глав ЕС) через несколько часов после американского решения поручил совету Европейского Союза (то есть собранию представителей ЕС на министерском уровне) «разработать необходимые правовые инструменты и принять к концу июля решение относительно первого списка физических и юридических лиц», на которых будут распространяться расширенные санкции». То есть санкции были объявлены совсем не потому, что в Донбассе упал малайзийский «Боинг», напротив он упал то ли потому, что их уже ввели, то ли чтобы их конкретизировали и усилили в сравнении с первоначальным замыслом. Ибо эта трагедия произошла 17 числа. 
Ну а 31 июля Совет Европейского союза принял решение 2014/512/CFSP «Относительно ограничительных мер ввиду действий России по дестабилизации Украины», которое предполагало секторальные санкции еще более жесткие, чем к тому моменты были объявлены США. Именно этот документ, опубликованный в официальном журнале ЕС за подписью итальянского зама министра по европейским делам Сандро Гоци (ибо Италия тогда председательствовала в ЕС), регулярно продлевается Евросоюзом.
Как их продлевают
Сама процедура продления санкций описывается в штампованных пресс-релизах, которые ЕС заботливо переводит на русский. В последние три года в них менялись только даты и фамилия президента Франции. Последний документ звучит так: 
«5 июля 2018 года Совет ЕС продлил экономические санкции, касающиеся отдельных секторов российской экономики, до 31 января 2019 года (здесь и далее выделено в английском оригинале – БГ) . Это решение последовало после того, как на заседании Европейского Совета 28 – 29 июня 2018 года Президент Макрон и Канцлер Меркель проинформировали о ситуации с выполнением Минских соглашений, с чем связан срок действия санкций. 
Сегодня Совет закрепил решение посредством письменной процедуры и, в соответствии с правилами для всех подобных решений, единогласно. Меры касаются финансового, энергетического и оборонного секторов, а также товаров двойного назначения. Они были первоначально введены 31 июля 2014 года сроком на один год в ответ на действия России по дестабилизации ситуации в Украине и были усилены в сентябре 2014 года». 
Далее подробное перечисление санкций, после чего резюмирующий абзац: «19 марта 2015 года Европейский Совет связал срок действия санкций с полным выполнением Минских соглашений, что, как предполагалось, должно было произойти до 31 декабря 2015 года. Поскольку этого не произошло, санкции продолжают действовать».
То есть сначала Меркель и Макрон докладывают о ситуации в Донбассе, а затем принимается решение. Но о реальном обсуждении санкционных вопросов на таких саммитах никогда не сообщалось. Так сейчас, как пишет EUobserver со ссылкой на источники среди европейских дипломатов, разговор о санкциях занял «пару минут». То есть, процедура очевидно выглядит так. Меркель говорит, что Минские соглашения до сих по не выполнены, не вдаваясь в подробности. Макрон одной фразой подтверждает ее слова. Предлагается, если нет возражений, продлить санкции и перейти к следующему вопросу. Тогда действительно можно уложиться за пару минут. Но дискуссию и в этот раз никто не инициировал, в том числи и Италия где, как известно недавно пришла к власти коалиция из партий «Лига» и «5 звёзд». В своей программе она высказалась за отмену санкций. Но сейчас ее премьер Италии Джузеппе Конте сказал на саммите, что «не будет возражать» против санкций, хотя он «за открытый диалог с Россией и напоминает об обязательстве ЕС делать больше для контактов между людьми и малого бизнеса»
Ни слова о вето
А ведь вето Италии, как и любой другой страны ЕС могло бы прекратить санкции. Возможность такого вето не выдумка дилетантов и пропагандистов. О ней например, еще 18 июня рассуждал «Стратфор». Но объективно, уже перед саммитом в Брюсселе такой сценарий выглядел явно нереальным. 
Да, 8 июня перед встречей лидеров «большой семерки» Конте так ответил на вопрос, применит ли Италия право вето: «Мы взвесим позиции, мы ведь еще не начали саммит «семерки» Мы открыты диалогу, но это не значит трансформации определенного процесса, связанного с имплементацией Минских соглашений Нам комфортно в НАТО: международная позиция Италии однозначна, но мы, разумеется, выступаем за диалог и очень внимательны к тому, чтобы санкции не повлияли на российское гражданское общество».
Из этого ответа российские СМИ обычно цитировали только первую фразу или вообще лишь ее начало. Но и из нее неясно, какое вето имел в виду премьер Италии: на существующие санкции, которые должны продлеваться ЕС, или на некие новые санкции, которые могли быть согласованы на встрече «семерки».
А 9 июня «Взгляд» опубликовал интервью с Джанлукой Савоини, советником председателя партии «Лига», вице-премьера и главы МВД Италии Маттео Сальвини. Журналист любезно не упоминал страшного слова «вето», а его собеседник, представитель партии, официально сотрудничающей с «Единой Россией» утверждал: «Невозможно, чтобы Италия в одиночку остановила санкции. В соответствии с тем, что сказал премьер-министр Конте, Италия хочет вести переговоры с Евросоюзом и дать понять другим странам ЕС, что санкции оказывают негативное воздействие на наши экономики… Думаю, Австрия нас поддержит. …. Сейчас важно реалистично оценить ситуацию и действовать шаг за шагом. Не надо слишком торопиться. «Лига» будет действовать совместно с нашими союзниками. В ФРГ это «Альтернатива для Германии». Во Франции это «Национальное объединение» во главе с Марин Ле Пен. Важно сформировать общую позицию, чтобы изменить политическую линию ЕС».
То есть Италия хочет убеждать членов ЕС, пока то ли не большинство из них с ней согласится, то ли хотя бы Франция с Германией. Но слова о совместных действиях с союзниками в этих государствах просто смешны. И «Альтернатива», и «Национальное объединение» - это оппозиционные партии, которые могут изменить курс своих стран, лишь если окажутся во власти после очередных выборов. А они пройдут там в 2022. Но в начале 2023 уже в Италии должны состояться очередные выборы, после которых нынешняя коалиция может оказаться оппозицией.
Эту линию продолжил сам лидер «Лиги» Маттео Сальвини, который в интервью «Россия-24» 25 июня на вопрос о возможном итальянском вето ответил: «Я не хочу брать на себя работу премьера». Также он сказал: «Санкции против России бесполезны и вредны. Мы готовы перейти от слов к делам, но не многие в Европе думают так, как мы, и мы одни против целого мира». Конечно, это очень экспрессивно, но получается, что «целый мир» в версии Сальвини не включает в себя абсолютное большинство стран за пределами Европы (Китай, Индию, Израиль, Бразилию, Египет и т. д.), которые никаких санкций против России не принимали. 
Вообще-то распространено мнение что на итальянское вето сейчас нельзя было надеяться, и надо набраться терпения. Дескать политика искусство возможного, а Италия не будет противопоставлять себя большинству стран ЕС, прежде всего Германии и Франции. Однако Конте не побоялся такой конфронтации на том же самом Европейском совете когда речь пошла по вопросу о мигрантах, он буквально на уши саммит смог поставить и во многом своего добился. Значит вопрос об отмене санкций просто не являлся для Италии настолько приоритетным.
Кстати «Стратфор» отмечавший что Рим напрямую не говорил о желании ветировать санкции делал вывод, что Италия «может избежать борьбы с партнерами по ЕС по этому вопросу, если она желает от них уступок в других областях». Прогноз сбылся.
«Переформулирование» вместо отмены
«Стратфор» предполагал, что «Италия могла бы наложить вето на санкции позже, возможно, соблазнив другие критические к ним страны, например Венгрию и Грецию, к объединению с ней в антисанкционный блок». Но «набираться терпения» и ожидать такого сценария стоит только в том случае если б уже сейчас были заметны шаги, подтверждающие его реальность.
Так, многие российские СМИ с восторгом сообщили, что 27 июня палата депутатов парламента Италии по инициативе коалиции приняла антисанкционную резолюцию. На самом деле речь идет о резолюции о политике в рамках Евросоюза, где депутаты, в частности, призвали правительство «действовать в ЕС, чтобы расширить пространство для сотрудничества и диалога с Российской Федерацией, например, предложив переформулирование санкций, при котором их действие не касалось бы малых и средних предприятий или агропродовольственного сектора, и усилив сотрудничество в противодействии общим угрозам, таким, как терроризм и экстремистская пропаганда». 
Тогда же Конте сказал в парламенте: «мы планируем подтвердить принцип, что не должно быть ничего автоматического в продлении санкций против России». Звучит эффектно, особенно для тех, кто не знает европейской процедуры в этом вопросе. Ведь если понимать под автоматизмом принятие решения без обсуждения, то формально его и раньше не было – сперва заслушивали Меркель и Олланда (Макрона), а затем продлевали. 
Что же касается самой резолюции, то во-первых в ней как и в интервью Савоини нет ни слова о вето, а есть лишь о попытках убеждения других членов ЕС. 
Во-вторых, слова о совместной с Россией борьбе с экстремистской пропагандой, через день обернулись тем, что под уступки ЕС в других вопросах Конте подмахнул не только продление санкций. Ведь выводах Европейского Совета есть пункт о том, что к декабрю высокий представитель ЕС по внешней политике должен представить план действий по борьбе дезинформацией (т.е российской пропагандой), который предполагает выделение «достаточных ресурсов» для соответствующих структур в Европейской службе внешних действий, прозванных информационным спецназом. Заодно там есть пункт о том, что Москва должна признать ответственность за гибель малайзийского «Боинга» в Донбассе. Поскольку эта ответственность не признается, то очевидно с аргументами Москвы надо бороться как с дезинформацией
Ну а в-третьих, надо просто вчитаться в текст резолюции. Ведь из него ясно видно, что итальянцы не за отмену санкций, а за их специфическое «переформулирование». Ведь те санкции ЕС, которые регулярно продлеваются, представляют собой запреты на: 
-- кредитование российских банков на срок более 30 дней, 
- поставки в Россию продукции двойного назначения и кредитование предприятий производящих такую продукцию,
- поставки в России технологий и оборудования для нефтегазового сектора.
А вот продавать агропродукцию в Россию ЕС никогда не запрещал. Это Россия запретила ее покупать в рамках контрсанкций. И санкций специфически для малого и среднего бизнеса Евросоюз не вводил. Правда, он другим документом фактически заморозил деятельность в России Европейского инвестиционного банка (ЕИБ) и Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР). Италия же предлагает частично снять эту заморозку, разрешив кредитование российского среднего и малого бизнеса, как связанного не с государством, а с гражданским обществом. Вообще-то такую идею озвучивал еще в начале марта посол Италии в Москве Паскуале Терраччано, о чем писала «Российская газета», делая вывод что отечественный бизнес прекрасно научился обходиться без этих кредитов. А ведь тогда в Риме было у власти еще правительство Ренци. То есть, его преемники подхватили неплохую, но очень частную по сравнению с объемом санкций задумку старой власти и «продают» ее как собственную и новую идею.
В данном случае замысел понятен. На самом деле, думают в Италии не о гражданском обществе в России (что только хорошо, с учетом толкования этого слова на Западе), а о своих производителях. Ведь на кредиты для малого и среднего бизнеса, российские торговые предприятия могли бы больше покупать пармезана, горгонзолы и моцареллы. Ибо, похоже в Риме надеются, что в обмен на одни послабления в виде денег от ЕИБ и ЕБРР Москва отменит аграрные контрсанкции. Или просто создаст там лазейку для специфически итальянской продукции
Между Чериано-Лагетто и Corriere Nazionale
И наверно самый главный вопрос -- это как Италия относится к войне на Востоке Украины, ставшей формальной причиной этих санкций. Для многих русских людей символом этого отношения выглядит появление в ломбардском городке Чериано-Лагетто в 2015 площади Мучеников Одессы. Но в этом населенном пункте проживает 6 тысяч человек, а например тираж газеты Corriere Nazionale (издается в Сиене и распространяется в основном в центральной Италии) в 12 раз больше. Это без учета читателей в интернете. Так что наверняка под новый год десятки тысяч итальянцев прочитали т ее редакционную статью: «Обмен пленными: российская стратагема». 
Да, тогда большой обмен между Украиной и ДНР и ЛНР вызвал не только позитивную реакцию на Западе. Но с таким экзальтированным озлоблением не приходилось встречаться даже в польской прессе. Дескать, Россия обманула Украину и мир, показав что «не является частью конфликта», лавры миротворца получил кум Путина Виктор Медведчук и теперь Москва будет «ловить людей на улице и говорить: «У нас украинские граждане: время делать обмен»». Медведчук же будет этих граждан менять и обретать популярность в преддверии выборов.
И другие публикации Corriere Nazionale об Украине и России выдержаны в том же духе. Да это лишь одна из газет, но и Чериано-Лагетто один из тыс итальянских поселков. И конечно о позиции его мэрии стоит знать, но проблема в том, что она порой подается чуть ли не как типичное отношение итальянцев к России, тогда как российские стратагемы сочиненные итальянской прессой остаются неизвестными. Впрочем, важней не кто типичней для Италии Чериано-Лагетто или Corriere Nazionale, а кому из них ближе новое правительство в подходе к конфликту в Донбассе. 
А факты говорят, что новый итальянский кабинет увязывает проблему Донбасса и санкций точно так же, как и предыдущий. Для Конте, как и для Меркель и Макрона, Минские соглашения это нечто что должна выполнять исключительно Россия. Теоретически, на подобных саммитах он мог бы заявить, что Украина не соблюдает этих соглашений, устраивает вооруженные провокации, и что санкции против России – это как раз повод для Киева ничего не делать. И положение Италии как председателя ОБСЕ (до конца 2018 года), как раз создает дополнительные возможности для того, чтобы представить альтернативный Берлину и Парижу взгляд на проблему. Но на деле представители итальянского правительство избегают любой критики действий Украины в Донбассе. Видимо, это табуированная тема. Поэтому и для осуждения санкций используются не реальные проблемы, которые они создают, а конструируются псевдопроблемы. Типа того, что дескать они плохо влияют на «гражданское общество».
Выгода – понятие многомерное
Правда 19 июля интервью Маттео Сальвини «Вашингтон Пост» шокировало Киев. Он признал в крымский референдум и назвав Евромайдан фейковой революцией, совершенной на иностранные деньги. Заявление действительно примечательное. Но все же, перефразируя высказывания самого лидера «Лиги» на «России-24» -- это переход не от слов к делам, а от слов к очень громким словам. И о Донбассе в отличие от Крыма и Майдана он ничего не сказал. И, наконец, на такую смелость в министерской должности Сальвини решился, лишь когда пошли слухи, что Трамп с Путиным поладили. А если в итоге у Кремля с Белым Домом ничего не получится, что тогда?
В любом случае трезвость и скепсис нам не помешают. Ведь за последние 4 года столько уже говорилось о российских друзьях в Европе, которые вот-вот отменяет якобы всем надоевшие санкции. Но сейчас некогда претендовавший на роль друга №1 Алексис Ципрас высылает российских и дипломатов. А искаженная картина мира, ставшая главным эффектом разговоров о друзьях, мешает осознать реальность.
Конечно, надежды на пересмотр санкционной политики связаны не столько с простодушной уверенностью в том что Россия нужна Европе, сколько с убеждением в том что европейцы как практичные люди просчитают свою выгоду и в конце концов не смирятся с собственными убытками от санкций. Ведь с 2013 по 2017 итальянский экспорт в Россию сократился с 14 миллиардов долларов до 9 миллиардов
Только европейская выгода понятия многомерное. С одной стороны в нее входит доход от потребления русскими людьми пармезана, горгонзолы и прочих итальянских деликатесов. С другой стороны, выгода предполагает и сужение влияния России посредством поддержки враждебных ей стран в частности Украины. И ради этой стороны можно пожертвовать немалым. Например, украинским рынком тех же пармезана и горгонзолы, ибо в стране обедневшей от войны и разрыва связей с Россией, находится немного покупателей этих продуктов. 
И если правительство Ренци отдавало предпочтение второй стороне выгоды, то кабинет Конте хочет эти стороны гармонизировать. Правда, в такую концепцию как будто не вписываются последние заявления Сальвини. Но все же пока слова не стали делами, они, независимо от позиции главы «Лиги» (а он вполне может быть искренним), объективно играют маскировочную роль, мешая видеть нацеленность другой части этого правительства на многомерную выгоду.
Ну а фамилия главы итальянского МВД напоминает о связи политики и театра. Томмазо Сальвини - принадлежит к числу величайших актеров ХIХ века. И один эпизод его карьеры очень поучительно показывает, как не стоит доверяться внешнему. В неком провинциальном театре артист выступал в своей коронной роли -- Отелло. Частью декораций традиционно были дворцовые колонны, а рисунок роли предполагал, что Сальвини обхватывает их в гневе и ярости. Но одна из колонн держалась как говорится на соплях и обрушившись обвалила бы и прочие декорации. Директор театра был в ужасе. Ведь итальянская актерская школа – в отличие от соперничавшей с ней французской – считалась школой перевоплощения, а не представления. В тот вечер артист демонстрировал поистине африканские страсти, хватаясь и за ненадежную колонну, которая и не пошатнулась.
Точно так же, несмотря на все грозные фразы и жесты, крепко стоят и все декорации европейской политической сцены. Только идет на ней отнюдь не шекспировская трагедия, а спектакль неопределенного жанра, где итальянская риторика об отмене санкций может оказаться лишь элементом арлекинады. 

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter