Одиночество Пуха — 1

Давным-давно — кажется, в прошлую пятницу — Пух жил в лесу один-одинёшенек, под именем Форосийская Федерация.

- Что значит «жил под именем»? — немедленно спросите вы.
Это значит, что при входе в Лес, как по дощечке над дверью, было золотыми буквами написано « Форосийская Федерация «, а Пух под этой вывеской жил.
- Он, наверно, и сам этого не понимал, — сказал однажды сэр Кристофер Робин.
- Зато теперь понял, — проворчал кто-то басом.

Ну вот, конечно, перед вами снова сам Пух.
Как видите, он сейчас спускается по социальной лестнице, головой вниз, пересчитывая ступеньки собственным затылком: бум-бум-бум. Другого способа сходить с лестницы он пока не знает. Иногда ему, правда, кажется, что можно бы найти какой-то другой способ, если бы он только мог на минутку перестать бумкать и как следует сосредоточиться. Но увы! — сосредоточиться-то ему и некогда. Как бы то ни было, вот он уже спустился и готов с вами познакомиться.

- Очень приятно! Пух. Еще меня зовут Форосиянин. Я — гражданин Форосийской Федерации! Сокращенно, «гражданин ФэФэ»…

Вас, вероятно, удивляет, почему его так смешно зовут. А если вы знаете язык Леса, то вы удивитесь еще больше.. Но если ты говоришь вслух «ФэФэ», то ты всегда можешь сделать вид, что ты просто понарошку стрелял; а если ты сделал это тихо, то все подумают, что ты просто подул себе на нос.

Честно говоря, никто в Лесу не знал, что значит этот самый Форос. И даже никто в Лесу не знал, как надо правильно писать это слово — Форос или Хасавьюрт. Знали, что все эти слова означают самое ужасное. Поэтому, когда в Лесу хотели поклясться Самой Страшной Клятвой, то говорили так — «Хасавьюрт больше не повторится!» Или даже так — «Второго Хасавьюрта не будет!» И все такое прочее. А про ужасный Форос совсем ничего не говорили…

Это необыкновенное слово Хасавьюрт подарил Лесу папа сэра Кристофера. Надо вам сказать, что когда-то этот папа был знаком с одним Лебедем. Но Лебедь полетел вылупляться на Север, а потом сам куда-то делся, а слово осталось. И папа сэра решил отдать его медвежонку, чтобы оно не пропало зря.

А Пухом — звали самую северную, самую яркую звезду в Полярной Медведице на небе. Или так звали белого общечеловеческого Мишку с доброй примордиальной улыбкой? Теперь это уже никто не знает, даже папа сэра Робина — сэр Рональд Рейган. Когда-то он все помнил и знал, а теперь навсегда забыл.

Но вы-то все помните! Например, то, что именно Пух открыл Северный Полюс. И он так гордился этим, что спросил сэра Кристофера Робина, нет ли где еще Полюсов, которые Медведь с опилками в голове мог бы открыть.

»Есть еще Южный Полюс. Очень холодный Полюс, весь покрытый самыми холодными сортами снега и льда — сказал сэр Кристофер Робин, — и, по-моему, где-то есть Восточный Полюс и Западный Полюс, хотя люди почему-то не любят говорить о них».

Услышав это сообщение, Пух очень взволновался. Он вспомнил, как однажды решил устроить Искледицию к Восточному Полюсу, чтобы узнать, откуда приходят в наш Лес те ужасные Дикие Буки, которые выщипывают мех на лапках Пуха, чтобы устроить гнезда для своих малышей.

Винни-Пух первым делом подошел к одной знакомой луже, и как следует вывалялся в грязи, чтобы стать совсем-совсем черным, как настоящие Дикие Буки. Он даже на всякий случай взял в лапы подаренный сэром Кристофером Робином воздушный шарик Зеленого цвета. Но при виде Пуха все эти Буки повели себя очень подозрительно. Они даже начали ворчать на своем восточном языке, что-то похожее на «Акбар! Акбар!». Винни-Пух оглянулся вокруг и, убедившись, что никто не подслушивает, прижал лапу к губам и сказал страшным шепотом: «Воистинну акбар!» Пух никогда не рассказывал, что было дальше. Но он всегда добавлял, что это были Очень-Очень Дикие Буки…

-Глупенький медвежонок, — рассмеялся сэр Кристофер Робин. — Они не приняли тебя за своего.

И маленький сэр Робин важно добавил: «Просто у Пухов с Буками разная ОДИНтичность! По-моему, я правильно употребил это выражение…»

Пух ничего не понял, но тоже важно кивнул головой.

- А что такое ОДИН… или как там её? — внезапно спросил Пух.

- Это когда Все Свои или есть Общие Предки, — объяснил сэр Кристофер Робин, — Так всех маленьких сэров учат в мавританских школах!

Пух еще раз важно кивнул головой.

- Все Сэры, — заучено сказал сэр Кристофер Робин, — произошли от одного Общего Предка — сэра ОДИНа. Сэр ОДИН сидел ОДИН-ОДИНёшенек на дереве вниз головой с ОДНИМ глазом. От него пошли и сэр Мальборо, и сэр Кэмэл, и сэр Пэл-Мэл. И даже сэр Насос с лордом Джаддом.

- Послушай, Кристофер! — тревожно спросил Пух. — А Пухи не произошли случайно от сэра ОДИНа?

- Нет! — уверенно сказал сэр Кристофер Робин. — Ведь твои предки никогда не сидели на деревьях головой вниз!..

Пух из вежливости промолчал, хотя он сам часто любил повисеть на дереве головой вниз. Он еще хотел спросить о том, откуда у сэра Кристофера вдруг появился Второй Глаз, но постеснялся.

Пух обхватил голову лапами и задумался глубоко-глубоко. А потом сказал:

- Кто мы, Пухи?! Откуда мы? И куда мы идем?!!..

- Курс — Евровосток! — раздался Голос свыше. Дежурный политолог Сова, а это была именно она, спустилась на поляну. И назидательно добавила: «Чтобы обрести свою ОДИНтичность, ты просто обязан присоединиться к одному из Цивилизационных Полюсов».

- Будь здорова, — сказал Пух, подняв лапу.-- Так что мы должны сделать с этой…ОДИН… или как ты сказала? Ты чихнула, когда собиралась сказать.
- Я не чихала.
- Нет, Сова, ты чихнула.
- Прости, пожалуйста, Пух, но я не чихала. Нельзя же чихнуть и не знать, что ты чихнул.
- Ну и нельзя присоединяться к кому-либо, а потом говорить, что ты ОДИН…
- Цивилизационный выбор уже сделан, — очень громко и внятно сказала Сова.
– Если Северный, Южный и Восточный полюса для Пухов отпадают, то остается только путь на Западный полюс. Или дай в газету объявление о потере ОДИНтичности и пообещай награду. Надо написать, что мы дадим что-нибудь хорошенькое тому, кто найдет ОДИНтичность Пуха…

- Понятно, понятно, — сказал Пух, кивая головой. — Послушай, Сова! А не могу я просто жить в лесу ОДИН-ОДИНёшенек. Пусть даже под именем «гражданин ФэФэ». Чтобы иногда, скажем, по пятницам, быть просто Пухом в своем Лесу. Пусть это будет моя ОДИН… или как там ее. Ну, хотя бы понарошку!
- Это невозможно! — сказала Сова. И она так сильно замотала головой, что стала вдруг похожа на Двуглавую Сову.

- Но почему? — спросили хором сэр Кристофер Робин и Пух.

- Тезаурус! — объяснила Сова.
- Что-о?
- Глоссарий, — снисходительно повторила Сова, — не содержит данного концепта!

Пух подавленно замолчал. Ему совсем не хотелось бросить Всех-всех-всех в Лесу и идти на какой-то Западный Полюс. Ведь, если на Восточном полюсе жили Дикие Буки, то на Западном Полюсе обретались Цивилизованные Бяки! По слухам, эти Бяки были очень Цивилизованные и Воспитанные. И перед тем как сделать какую-нибудь Бякость, они (Бяки) всегда говорили «Пожалуйста» и «На здоровье».

- Сова! А что такое Евровосток? — спросил Пух, чтобы просто потянуть время.

- По инструкции, — сказала Сова, — Евровосток — это место, где сливаются цивилизационный свет со светом востока.
- А что такое «сливать»? — снова спросил Пух.

- «Сливать» — это такое выражение или фигура речи, а «сливаться» — это способ соединить несовместимое! — раздраженно пояснила Сова. — Например, если Европа сливается с Азией, то получается Евразия. А если наоборот, то Азиопа.

- А если Америка сливается с Азией, — нечаянно догадался Пух, то получается Амерзия.

- У нас мало времени! — сказала Сова особым, высокобюджетным голосом. — Чтобы успеть до Заката Европы на Западный полюс, надо срочно вступить в ВТО!

Все-все-все в Лесу знали этот заброшенный карьер, на дне которого была бездонная лужа с табличкой «ВТО». На самом деле там было написано «Высоко Токсичные Отходы», но мелкие буквы в лесу не могли читать даже Сова и сэр Кристофер Робин. Всякий, кто нечаянно вступал в эту удивительную лужу, приобретал удивительные свойства: у него отпадал хвост или шерсть начинала светиться в темноте. Это и называлось в Лесу «вступить в ВТО».

Когда Пух вернулся, вид у него был довольно жалкий. Шерсть свалялась сосульками, а мордочка была перепачкана чем-то бело-красно-синим.

- Ну, на кого я похож? — тревожно спросил Пух.

Сэр Кристофер Робин хотел было что-то сказать, но не смог. При виде Пуха у него так сильно сжалось сердце.

- Все отлично! — сказала одна Сова и простерла над Пухом свои совиные крыла.

Пух молча кивнул и обречено пошел в ту сторону, где что-то сливалось. И через минуту Все-все-все услышали: бум-бум-бум. Наверно, так Пух поднимался по социальной лесенке общеевропейского дома.

А может, все было наоборот! Но это совсем другая история…

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter