Mon Адмиралъ

Исторического кинематографа сегодня у нас нет. Это можно констатировать со всей определенностью. Более того – нет даже намека на то, что он когда-нибудь в ближайшее время появится. А это значит – не видать нам своего «Геттисберга», своего «Огнем и Мечом», своего «Мидуэя» и «Мюнхена», я уж не говорю про «Капитана Алатристе». Своего «Спасти Рядового Райана» или даже какого-нибудь захудалого «Патриота» у нас тоже не будет. Эстеты, забудьте про «Уловку 22», «Хозяина морей», «Форреста Гампа», про «Лодку» и «Голубого Макса».

Не хнычьте, граждане, а запасайтесь лучше DVD-болванками для переписывания в сотый раз советских фильмов (или покупайте лицензионную продукцию). Поколение режиссеров, способных снять что-то мало-мальски приличное на историческом материале у нас так и не выросло. И нет никаких причин надеяться на то, что ситуация в ближайшее время изменится к лучшему. И через год и через два и так далее с экранов на нас будут продолжать изливаться потоки мутной халтуры, «основанной на реальных исторических событиях».

Главная проблема исторического кино в России - не отсутствие денег. Денег в последнее время стали давать «от пуза», но фильмы от этого лучше не стали и не станут. «Если целое поле капусты сложить вместе - получится большая куча капусты, но никакого разума» (с) Кир Булычев. Очевидно чего-то все-таки не хватает, например – внимательного отношения режиссера к исходному материалу. В истории создания почти всех наших исторических фильмов есть одна общая черта – в какой-то момент консультант расплевывается с режиссером и уходит с площадки, прося напоследок лишь об одном: ни в коем случае не ставить его фамилию в титрах. Ну а фраза «я так вижу» в определенных кругах давно уже стала ругательством, характеризующим весь отечественный кинематограф в целом.

Вот например «Взвод» Стоуна – фильм, по своей идеологической нагрузке крайне похожий на «Девятую роту», остался в списках великих фильмов всех времен и народов не в последнюю очередь благодаря филигранной работе исторического консультанта, капитана USMC Дэйла Дая. Для полноты картины следует добавить, что Стоун в отличие от Бондарчука-младшего сам отслужил срочную в Стране Больших Неприятностей и перенес в фильм именно что свое личное отношение к войне, на которое он имел право. Да, ветераны выходили из залов кинотеатров с чувством того, что им крепко плюнули в душу, но «Взвод» все же создал яркий, объемный, врезающийся в память образ и вошел в золотой фонд «вьетнамского кинематографа» вместе с «Охотником на оленей», «Цельнометаллической оболочкой» и «Апокалипсисом». А вот куда там войдет «Девятая рота», я даже и не знаю. Скорее всего, про этот фильм через несколько лет все забудут и правильно сделают. Не хватает, значит, какой-то еще хитрой механики и не только из области соответствия количества пуговиц на мундире. Например, творческого подхода режиссера к зарубежным образцам, с которых безжалостно сдираются отечественные фильмы.

Новая волна российского исторического кинематографа начиналась с откровенного очернительства всего и вся, символами которого стали сериалы «Штрафбат» и «Последний бронепоезд». «Источником» в данном случае послужил не менее омерзительный «Враг у ворот» - а гаже этого фильма трудно себе и представить. Почему-то режиссеры не додумались до того, что про своих американцы такое кино никогда бы не сняли. Для «внутреннего употребления» у них Спилберг, доделав ура-патриотического «Райана», закатал рукава и изваял на остатках средств и декораций великолепный сериал «Солдатское братство» («Band of Brothers»). Смотришь его - и слезы на глаза наворачиваются: а вот бы нам такое, хотя бы не в сериальном, а в полнометражном формате. Нет, конечно же и в Голливуде хватает фильмов в жанре «мажем черной краской», например «Когда молчат фанфары» Джона Ирвина, в котором откровенно смакуются жуткие подробности позиционной мясорубки в Хуртгенском лесу. Но смотрится оно все-таки иначе и сделано на другом уровне режиссуры и актерской игры.

Их «критический реализм» отличается от нашего тем, что у нас как таковой «реализм» обычно опускают за ненадобностью, заменяя на «развесистую клюкву». Конечно же Стоун сгустил краски – но резня в Сонгми все-таки имела место, а вот ничего похожего на события описанные в «Девятой роте » или в «Штрафбате» в реальности не происходило.

Потом «наверху» была дана установка на «ура-патриотизм», на кино стали давать немалую денежку - а мы получили очередную порцию клюквы. На большом экране - «Турецкий Гамбит» («Шерлок Холмс от родных осин» в декорациях вестерна), «Сволочей» (отечественная нелицензионная копия английского фильма «Орел приземлился», основанная на бредовых фантазиях писателя Кунина) мутно-эпические «1612» и «Александр – Невская битва» и «Господа офицеры» как «наш ответ» «Неуловимым мстителям». И «Девятая Рота», конечно же. В сериальном формате нас «осчастливили» «Московской сагой», откровенным плевком в лицо блокадником и их детям под названием «Ленинград – город живых», и «Диверсантами» - дичайшей смесью «штрафбатов» с козьмакрючковщиной.

Все это было бы очень смешно, если бы не было так грустно. В 2002 году, например, Николай Лебедев тихо и без особого бюджета сделал римейк «Звезды» - фильм на общем фоне вполне пристойный и в силу этого обстоятельства ставший «белой вороной». Больше такого никто почему-то не снимал.

А вот теперь – в очередной раз прошу всех пройти в зал. На экране – «Адмиралъ». Сейчас режиссер Кравчук нам ужо покажет, как простые ребята с «Мосфильма» могут снять своих собственных «Унесенных ветром» и ничуть при этом не обломаться.

Историю создания фильма украшает весьма характерный эпизод, о котором уже было сказано выше. Для «Адмирала» был найден консультант высочайшего класса – Александр Дерябин, автор книги «Белая армия на севере России, 1918-1920 гг.». После 103-го по счету режиссерского «но я так вижу», Дерябин развернулся и ушел с площадки, попросив напоследок его фамилию в титрах не упоминать. Кравчук, разумеется, просьбу проигнорировал.

Не самым лучшим образом сказалось на фильме и случившееся очевидно где-то в середине съемок урезание финансирования. Из выложенных в интернете «скриншотов» заметно, что изначально «Адмиралъ» планировался в виде сериала, охватывающего практически весь жизненный путь Колчака – от полярной эпопеи до иркутской проруби. В итоге со снятым материалом поступили как в песне покойного ныне барда-толкиениста А. Свиридова про несостоявшуюся отечественную экранизацию «Властелина Колец»: «Берем все то, что снять успели, и делаем… порнушный детектив!». Поэтому когда нам начинают рассказывать про то что «исторические события в фильме вообще не важны, фильм о Колчаке и Тимиревой, о Любви…» - помните, что «Адмиралъ» - это не полноценная историческая драма, а именно поделка на скорую руку от недостатка бюджета. В оригинальном сценарии вся эта «любовь» была, судя по всему, даже не на третьем, а на десятом месте. Косноязычные объяснения Тимиревой и Колчака были бы вполне уместны в японском аниме, но для «исторической любовной драмы» в качестве которой фильм сегодня позиционируется, они откровенно слабоваты.

Отдельное «спасибо» хотелось бы сказать режиссеру за подбор актрисы на роль главной героини. Игра Лизы Боярской, отчаянно пытающейся влезть в амплуа «Лив Тайлер от родных осин» ниже всякой критики. Впрочем, остальной кастинг - не лучше. Пожалуй только Керенский в исполнении Вержбицкого в фильме похож на себя, остальные же явно подкачали. Николай II выглядит как форменное безобразие, Каппель – похож на Маркова, Войцеховский – на советскую карикатуру.

Про военно-исторические ляпы в фильме долго распространяться не имеет смысла – «Адмиралъ» полностью из них состоит. Причем значительная часть ляпов, как ни странно, не на совести режиссера, а проистекает из все того же секвестра бюджета. Именно так в роли «Сибирского стрелка» на Балтике оказалась трехмерная отрисовка эсминца типа «Буйный», каковой тип считался к началу Первой мировой уже глубоко устаревшим. Тут мы можем понять режиссера – 3D модели нынче дороги, вот и использовали кораблик, взятый из серии про Порт-Артур, не пропадать же добру. Но когда матрос докладывает о том, что в «машинном отделении перебит трубопровод» у знатоков вопроса начинается истерический смех сквозь слезы. «Сибирский стрелок» ходил на угле, «перебивать» там нечего. Крайне веселит и игра в фанты в офицерском собрании, взятая режиссером очевидно из детских сказок, начинавшихся со слов «жили–были король и королева». В реальности попытка прилюдно «со всею страстью» поцеловать чужую жену окончилась бы для Колчака вызовом на дуэль. Что белые, что революционные матросы в фильме одеты «только что со склада». Сравним это с реальными описаниями очевидцев и умиленно вздохнем. Еще конечно поражает как все те же матросики-анархисты обращаются к Колчаку «господин» (и в сцене неудачного «ночного ареста» опять – «госпожа Колчак»). Вообще–то в этой среде принято было обращение «гражданин», а на «господ» реагировали нервно – «не старый режим!».

Поражают попытки режиссера «отмыть до бела черного кобеля» – в смысле адюльтер Колчака с женой своего сослуживца. С этой целью, например, Кравчук куда-то затер сына Тимиревой от первого брака и избавил зрителя от переживаний на тему смерти двух дочерей Колчака. Ну и, конечно же, Тимирева не присутствовала в Омске «тихой тенью» в роли скромной сестры милосердия, а работала переводчицей в аппарате Управления делами Совета Министров колчаковского правительства и все это время была с адмиралом в качестве его гражданской жены.

Ну да ладно, список дефектов и недоделок «Адмирала» все равно можно продолжать до бесконечности. Поговорим о главном - о том, как и для чего все это было снято.

Характерно, что в интернете вскоре после премьеры появились восторженные рецензии «белых историков», позиционирующих себя как «правых консерваторов» Диунова («Адмиральский калибр») и Володихина («АдмиралЪ уходит в небо»). Как говорится, «фильм нашел своего зрителя», иначе не скажешь.

Поскольку «Адмиралъ» все-таки не о гражданской войне и не о «русской истории вообще». Он – о Белом Деле. О борьбе людей, поднявшихся против революционной чумы и стоявших, пока хватало сил. О русских 300 спартанцев, сложивших головы в сибирских Фермопилах. (Володихин)

Если мы вспомним, то даже в недавнем фильме «Господа офицеры: спасти императора» красные были показаны с изрядной долей симпатии, в фильме же «Адмиралъ» никакой симпатии к красным нет. И это правильно! Требования жанра таковы, что зритель не должен испытывать сложной рефлексии размышляя, кто прав, а кто виноват. Вместо этого образ положительной и отрицательной стороны должен быть прописан предельно четко и ясно, не оставляя места для излишних размышлений. (Диунов)

Историку и преподавателю МГУ Володихину наверное невдомек, что фильм «300» является экранизацией комикса и к исторической реальности имеет примерно такое же отношение как «Враг у ворот» или романы Дюма. По поводу же процитированной сентенции Диунова трудно даже найти цензурные эпитеты. Впрочем она весьма характерна для мышления нынешних «правых» - «не ррасуждать, быдло, неча тут». Где-то мы все это уже слышали, не так ли?

Противоположная сторона – условные «красные», показана в фильме слепой, крушащей все и вся серой массой. Очевидно, именно так режиссер Кравчук и игравшие в фильме актеры воспринимают своих собственных дедов, которые наверняка тоже были среди этих самых матросов. Уровень рефлексии по поводу событий собственной истории потрясает – такое впечатление, что фильм снимали иностранцы, для которых все эти понятия: «Гражданская война», «Колчак», «белые» и «красные» - такие же отвлеченные абстракции из учебника истории, как для нас - «Война Роз», «Кромвель» или «Геттисберг». Зритель должен просто удовлетвориться тем, что Колчак на словах – «за Россию», хотя вся его деятельность в качестве Верховного правителя показана всего лишь в двух эпизодах: в сцене с принятием присяги (которая на самом деле имела место в Омском Успенском соборе) и в сцене с заседанием правительства, когда решается вопрос об эвакуации Омска. На этом – все.

Оно и понятно. Если бы Кравчук попытался изобразить Колчака как одного из предводителей «Белого дела», он немедленно увяз бы среди многочисленных «подводных камней» этой темы, окончательно похоронив изначальную концепцию фильма. Если бы он взял на себя труд заглянуть в мемуары Будберга – то обнаружил бы там куда более нелестные характеристики «Верховного», чем те, что можно найти у советских историков, которые воспринимали Колчака как умного, сильного и безжалостного противника.

Но книжку Будберга «Дневник белогвардейца» Кравчук очевидно не читал:

Жалко смотреть на несчастного адмирала, помыкаемого разными советчиками и докладчиками, он жадно ищет лучшего решения, но своего у него нет, и он болтается по воле тех, кто сумел приобрести его доверие.

... этот человек остро и болезненно жаждет всего хорошего и готов на все, чтобы этому содействовать, но отсутствие знания, критики и анализа не дает ему возможности выбиться на настоящую дорогу; личностного и эгоистического у адмирала, по-видимому ничего нет - это ярко сквозит во всем его разговоре, в его мыслях и решениях.

Жизни в ее суровом, практическом осуществлении он не знает и живет миражами и навязанными идеями. Своих планов, своей системы, своей воли у него нет и в этом отношении он мягкий воск, из которого советники и приближенные лепят что угодно, пользуясь тем, что достаточно облечь что-нибудь в форму необходимости, вызываемой благом России и пользой дела, чтобы иметь обеспеченное согласие Адмирала.

Ну что, похож был настоящий Колчак на то, что играл в фильме Хабенский?

Многое, слишком многое осталось за кадром. Красные начали свою деятельность в Сибири с ляпов, перекосов, и откровенно ненужных жестокостей, в результате которых власть сперва свалилась в руки Комуча, а затем по трупам комучевцев к ней взошел и Колчак. На его стороне были ижевские и воткинские рабочие – но затем история повторилась со знаком «минус». В роли командующего сухопутными войсками адмирал продемонстрировал свою полную несостоятельность, в роли правителя – тоже. Зато были приказы о взятии заложников и расстреле деревень, а в тылу орудовали карательные отряды бандитского атаман Семенова, резавшие всех, кто попадался под руку. С ним Колчак предпочитал договариваться о разделе полномочий, хотя по законам военного времени таких следовало вешать. Неудивительно, что через некоторое время в адмиральском тылу началось партизанское движение, причем изначально – безо всякой помощи большевиков.

В качестве последнего мазка картины – захватили Иркутск и расстреляли адмирала вовсе не большевики, а Иркутский политцентр, в котором с ними вместе заседали меньшевики, анархисты и эсеры. Чуть ли не единственный случай в истории, когда эти политические силы объединились ради общего дела. «Объединил» их против себя никто иной как сам Колчак. Своей бездарной и неумелой политикой.

Но в фильме режиссера Кравчука вы всего этого не найдете. Там все просто – на одной стороне «белокурые эльфы» в погонах, на другой – «орки - утерменши» в матросских бушлатах, а главный герой – не живой человек со своими мыслями, чувствами и рефлексией, а символ «белой чести», раскрывающейся режиссером через жесты вроде брошенной в море наградной георгиевской сабли. В конце просмотра фильма остается совершенно не разъясненным вопрос – а за что его, такого красивого, расстреляли. За амуры с Тимиревой что ли? Ничего другого в фильме все равно не показано.

Напоследок хотел бы напомнить нынешним апологетам «белого дела», что они сохранились до наших дней исключительно благодаря положительным образам белых офицеров в советском кинематографе. Как известно осмысление любых исторических событий в кино проходит через несколько стадий. От оголтелого «ура-патриотизма» оно постепенно переходит к различным формам реализма. От «Зеленых беретов» Уэйна к «Взводу». Советский кинематограф точно так же прошел по этим ступеням – от «Чапаева» и «Волочаевских дней» до «Адьютанта его превосходительства», «Бега», «Бумбараша» и «Дней Турбиных».В процесс конечно подмешались попытки создать на таком весьма «скользком» историческом материале как гражданская война, весьма специфический легкий жанр «истерн», но даже в «Неуловимых мстителях» Овечкин и Кудасов показаны людьми, а не «орками». Похоже, что все эти традиции советского кино в 2000-х были тихо похоронены и преданы забвению. Наступает эпоха дешево снятых комиксов.

А исторического кинематографа у нас до сих пор нет. И не будет.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter