Великая арабская националистическая революция

По мере углубления глобального экономического кризиса мир подошел к критической массе социального взрыва. Даже технологически отсталые, «пинаемые» за консерватизм народы неожиданно начинают проявлять политическую витальность, говорить на языке исторического действия. Набирает силу то, что можно назвать «новым демократическим национализмом».

Буквально за месяц преобразился арабский мир, сотни лет дремавший в политической стагнации. После демократического переворота в Тунисе и Египте, массовые демонстрации и столкновения начались в Йемене, Бахрейне, Алжире, Иордании, Ираке. По сообщению телеканала "Аль-Джазира", активно готовятся аналогичные акции с требованием смены руководства в Марокко и Кувейте. Казавшиеся «железобетонными» авторитарные режимы, как поддерживаемые США (Египет, Бахрейн), так и относительно независимые (Алжир, Йемен) смыты, либо без сомнения будут в ближайшее время смыты волной народного гнева.

Тем самым рушится старый тезис, согласно которому арабы – политически пассивны, и не способны к демократии. Однако, теперь с арабским общественным мнением придётся считаться не только собственным правительствам, но и западным столицам. И оно отнюдь не пылает любовью к американцам и европейцам, десятки лет покрывавших авторитаризм арабских правителей, в обмен на их политическую лояльность.

С Ливией, где число жертв столкновений достигло нескольких сот, вообще получилось удивительная история: относительно недавно, несколько лет назад Каддафи, более 30 лет позиционировавший себя в качестве главного мирового борца с капитализмом и американским влиянием, отказался от своих непомерных амбиций, и пошел на сделку с Западом. Взамен он был вычеркнут из списка стран, спонсируемых террор и стран, стремящихся к обладанию ядерным оружием, и получил доступ к западному рынку оружия, кредитам и политическую поддержку.

Американские лётчики перестали одевать майки с надписью: "Мы помним о тебе, малыш Каддафи!". О том, что Каддафи делал с собственными гражданами забыли. Торговля Ливии с Западом пошла на подъём. Особенно тёплые отношения у экзальтированного ливийского диктатора сложились с европейскими политиками, кичащимися своей якобы борьбой за права человека. Оказалось, что о борьбе за права человека можно без зазрения совести забыть, если благополучие твоего собственного правления зависит от импорта ливийских нефти и рынка сбыта. Как и к страданиям русских, к проблемам населения арабских стран западные столицы отнеслись сугубо утилитарно: как к ещё одному способу добиться для себя экономических преференций.

Поэтому после того, как ливийский диктатор отрёкся от своей «борьбы за справедливость», с ним начали охотно встречаться ведущие политики Запада, включая бывшего британского премьера Тони Блэра. Но больше всего от импорта ливийской нефти зависит Италия, и к тому же именно Рим более всех пострадает, если Каддафи реализует свою угрозу открыть границы и выпустить всех желающих поискать счастья в богатой Европе. С другой стороны Париж также заключил с Каддафи крупнейшие сделки на поставки вооружения, которые почти наверняка сорвутся, если в Триполи поменяется власть.

Поэтому многие комментаторы считают, что Европа у Каддафи «на крючке», и не станет способствовать падению ливийского режима. Расчёт достаточно наивный, учитывая то, что по всей видимости в Европе и США настолько низко оценивают шансы старых арабских политиков удержать власть, что никто всерьёз не станет рисковать, связывая свои интересы с их судьбой. Сейчас все усилия Запада направлены лишь на создание благоприятного имиджа в глазах тех политических сил, которые придут на смену старой власти. И именно перед ними американцы и европейцы пытаются выгородиться, раз за разом выступая с публичными осуждениями применения силы.

Как всегда резким контрастом западному активизму и напористости стоит вялая и противоречивая позиция Москвы, в который раз удивляющая своей неадекватностью. Примером такой неадекватности является призыв «поскорее вернуться к демократии» в Египте. Видимо, московские руководители, взошедшие на политический олимп волей бюрократического случая, воспитанные в отрыве от живой демократической борьбы, продолжают пребывать в своём комфортном фантастическом мире, твёрдо убеждённые в праве и способности авторитарной власти диктовать подданным собственное понимание демократии и свободы.

Культурный этнонационализм

При анализе революционных событий последней волны нередко преувеличивается роль новых информационных технологий, и упускается значение этно-культурного единства, без наличия которого технологии не имели бы никакого значения. Ведь прежде чем со-организоваться в блогах, активисты арабских беспорядков должны были изначально говорить и думать на одном языке, обладая при этом чувством солидарности и сочувствия. Иначе никакой организации не получилось бы, а дело закончилось бы элементарной грызнёй в лагере оппозиционеров – хорошо знакомая в России ситуация.

Наблюдая за революциями в арабских государствах, можно видеть, как работает механизм этно-национальной солидарности, переходящей государственные границы: люди обсуждают сходные проблемы своих государств на одном языке, видят на экранах лица не абстрактных "общечеловеков" или малосимпатичных чужаков - условно говоря "чурок", а людей, похожих на своих родственников и соседей, которые, оказываются тоже озабочены аналогичными проблемами.

Другими словами, люди во всех странах арабской культуры увидели расово и культурно близкую картинку, с которой они могли себя легко отождествить, несмотря на государственные границы и зачастую разницу в государственной идеологии. Из взаимопонимания и взаимной симпатии выросло их со-чувствие, со-мыслие и со-действие. И в то же время гуманитарное единство оттенило условность государственных границ, всю искусственность разделения людей, принадлежащих к одному этносу.

Наиболее значительные мировые государства, Германия, Франция, Россия, в своё время были объединены "сверху", потому что по-другому проблема национального объединения в то время не решалась. Арабская нация, похоже, будет объединена снизу. После провала насеровской идеологии панарабизма, из-за его большей частью бюрократического характера, арабы наконец-то получили техническую возможность воссоздания современного варианта арабского халифата через относительно малокровную твиттер-революцию.

Египетские власти совершенно неправильно оценили опасность, которую несут им новые средства коммуникации. Отдав команду стрелять в народ, они не подумали, что это будет транслировано в интернете, и только подзадорит толпу. Со страху египетская власть совершила и свою самую страшную ошибку, превышающую по своим негативным последствиям массовые убийства мирного населения: оно отключило интернет! После чего вся многомиллионная прыщавая молодёжь, которая обычно в это время сидит дома, просматривая порноролики, вывалила на улицу посмотреть, что случилось…

Мировая «чернота» поднимает голову

Можно восхищаться согласованными действиями толп на улице, но трудно этому радоваться: мировая система устроена так, что если в каком-то месте рабов освобождают, в другом – на них попытаются накинуть ещё более тяжелое ярмо. Как бы демократическое освобождение арабов не привело к ещё большему закабалению русских, за счёт которых глобальный капитал попытается компенсировать свои убытки…

Страстное желание арабов жить лучше может внушать только страх, поскольку в современном мире жить лучше можно только за счёт других, а способность арабов к производительному труду вообще не очевидна. По «Аль-джазире» показали заснятую с вертолета сцену совместной молитвы миллионов мусульман, запрудивших улицы Каира и оравших «алла-гу-акбар!». Это было похоже на сеанс запугивания, на демонстрацию мускулов или психическую атаку. По правде говоря, действительно жутковатое зрелище. Еще больший ужас способен вызвать у неподготовленного зрителя душераздирающий вой семитских женщин (подобный обычай распространен не только у арабов и берберов, но и у евреев), подбадривающих своих мужчин на новые «подвиги». Надрывный вибрирующий звук, вызывающий стойкие ассоциации с завыванием гиен, нашедших мертвечину, или с шабашем ведьм из фильма Джеффа Лероя.

Что же нового такое демократическое панарабское единство обещает миру? Теперь можно смело констатировать, что многолетняя стратегия западных стран, направленная на недопущение формирования нового мирового центра силы в мусульманском мире, терпит крах. С большой долей вероятности новые арабские демократии будут стремиться к той или иной форме объединения в нечто, приближающееся по глубине интеграции к Евросоюзу или по крайней мере – к латиноамериканским МЕРКОСУР. Ведь арабские государства имеют гораздо меньше чем страны Европы, связанных с языковыми и религиозными различиями препятствий для подобного объединения.

По сути, единственной серьезной причиной того, почему Лига арабских государств уже давно не превратилась в полноценный политико-экономический союз была архаическая авторитарная политическая система, продолжающая существовать в большинстве арабских стран. Именно её забюрократизированность не позволяла организовать эффективное политическое и военное взаимодействие арабских государств, даже перед лицом такой серьёзной угрозы, которую представляет для арабского мира Израиль.

Когда бывший президент Египта Насер сумел в 1958 г объединить Египет и Сирию в одно государство – Объединённую Арабскую республику – оно просуществовало всего три года, и развалилось из-за неготовности элит поступиться своими местническими привилегиями. Национализм пришедшей к власти партии БААС оказался поверхностным, и эта партия быстро переродилась из правящей партии демократического большинства в обычную авторитарную "партию власти", существующую по бюрократической логике и лишь формально прикрывающуюся националистической идеологией с целью манипуляции народными массами. Клановость арабского общества тогда победила нарождающийся национализм…

Что касается экономического сотрудничества, то коррумпированные, развращённые ощущением собственной безнаказанностью элиты арабских стран до последнего времени просто напросто не имели достаточной мотивации, чтобы поступиться йотой своей власти ради экономических выгод панарабского союза. Однако, теперь условия изменились, и всё может пойти по совершенно иному сценарию: по мере развития горизонтальных связей, разрушения клановых отношений, арабы всё в большей степени чувствуют себя единым народом, а ислам воспринимают, как свою национальную религию.

Теперь, убоявшись гнева толп народа, элиты не только стран, переживших болезненную смену режима, но и других арабских стран будут вынуждены гораздо более чутко прислушиваться к чаяниям арабской улицы. Народобоязнь надолго останется значительным фактором государственного управления в арабских странах. Таким образом, создается гораздо более благоприятная политическая атмосфера для всякого рода внутриарабских объединительных инициатив под давлением "снизу".

И тут приходится признать растущую роль этнического фактора. Нам представляется, что тот, кто стал бы это отрицать, настаивая, что в ХХI веке этнические связи устарели и их место прочно завоевала некая внеэтническая "гражданская нация", поставил бы себя в глупое положение. Арабы прежде всего считают себя арабами и лишь потом – гражданами той или иной арабской страны, либо своих новых родин: стран Запада. Без такой иерархии в "плюралистическом" арабском идентити нынешняя революция была бы невозможна, поэтому её смело можно считать революцией националистической.

Можно быть уверенным, что западные государства сделают все возможное, чтобы направить энергию арабского национального возрождения в выгодное для них русло. Однако, далеко не всегда это окажется возможным. Эмоциональное неприятие Израиля в арабском мире столь велико, что любая реальная демократизация будет означать усиление антиизраильской направленности политики, и у западных столиц теперь возможно, не останется главного аргумента, согласно которому Израиль является единственной демократией на Ближнем Востоке. Таким образом, в обозримом будущем следует ожидать обострения арабо-израильского конфликта, новую пробу сил в регионе. Использую свою клаку внутри России, Израиль наверняка попытается втянуть в этот конфликт и её, тогда как русским совершенно не улыбается перспектива быть втянутыми во внутрисемитские разборки.

Другим объектом арабской экспансии может оказаться сама Россия. Можно себе представить, как поднимет голову всякого рода «чернота», ободрённая своим успехом, и насколько труднее арабским правительствам будет игнорировать симпатии арабской толпы по отношению к чеченским сепаратистам и гастарбайтерам из арабских стран. Шантажисткие требования ещё более широкого открытия границ и предоставления разного рода преференций не заставят себя ждать…

Лекарство тут может быть только одно: радикальное повышение национальной витальности русского народа, хотя бы для того, чтобы его голос также был услышан властями за кремлевскими стенами и на Западе. Русские должны будут выйти на улицы и потребовать для себя нового, более эффективного и представительного руководства.Иначе русских перестанут уважать, а с их интересами вообще перестанут считаться, а растущие аппетиты мусульманского мира будут удовлетворяться за счёт русского народа.

Технологии, орудия труда можно купить. Можно купить и образование для своих граждан, которое даст им возможность (хотя бы теоретически) разрабатывать новые технологии. Но ход истории все в большей степени будут определять вещи, которые невозможно приобрести на международном рынке. Именно они будут в наибольшем дефиците. Одним из таких дефицитных "товаров" является способность народа добиваться ухода с политической сцены неэффективных правителей. Этому, как говориться, "не учат в школе". Но этому можно научиться, критически всматриваясь в репортажи "Аль-Джазиры" из пылающего Триполи.

Без эффективного управления в современных условиях даже представить никакого развития нации невозможно, настолько много зависит в современном мире от функционирования институтов власти. Но эффективная власть не возьмется с неба. Её устанавливает для себя народ, объединенный этнокультурными нитям, другими словами – народ, осознавший себя единой нацией и соответственно со-организованный. «Советский народ», «российская нация» никогда не станут эгрегорами русского возрождения, поскольку ценность этих понятий для большинства населения России минимальна. Если этот самый "советский народ" не вышел защищать СССР в 1991 г, то он и теперь не пойдёт под пули новоявленных российских "полицейских". Победить коррумпированную власть могут только русские.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter