Вместо Московии

11 сентября 2001 года ознаменовало собой наступление новой эпохи в истории человечества, эпохи окончательной деградации и последующего уничтожения западной цивилизации и появления нового лидера мирового развития — исламского мира. "Закат Европы" начался не 11 сентября 2001 года и не в предыдущем XX веке. Европейская цивилизация начала "кончаться" во второй половине XIX века, когда европейцы впервые начали (ещё на уровне идей, а не действий) проявлять терпимость и толерантность к другим цивилизациям, считая их "братьями меньшими", "детьми", по отношению к которым нужно проявлять отеческую заботу. Что ж "дети" выросли, пора выдавать им аттестат зрелости. А "родителям" пора на покой, пришло их время умирать, уступая место новой молодой и хищной цивилизации.

Последующие четыре с лишним года показали, на что способны молодые и хищные варвары в борьбе за своё право владеть миром. Теракты — только цветочки. Исламский мир перешёл в политическое наступление на старушку Европу. Они хотят пользоваться всеми благами старой цивилизации, но диктовать свои правила игры во всех сферах бытия от религии до быта. Глупые политкорректные "общечеловеки" для исламского мира — лишь материал, из которого следует добывать блага: визы, гуманитарную помощь, технологии, политические уступки и вообще всяческие тактические преимущества. Добывая их, мусульмане готовятся к полному захвату контроля над Западом. Главным союзником ислама на Западе является неолиберализм: утратив культурную, национальную, социальную и религиозную самоидентификацию, превратившись в "общечеловеков", европейцы обречены.

"Закат Европы" — вопрос лишь времени (и не очень продолжительного). Римская империя после утраты своей пассионарности смогла просуществовать несколько веков. Современный технологичный мир не даёт такой возможности европейцам. Продолжительность оставшейся жизни европейской цивилизации — несколько десятков лет. Возможно, более консервативные, чем Европа США протянут лет сто, но и они обречены как часть Западного мира, который болен вырождением.

Что делать России в данной ситуации, есть ли достойное место в новом мире нашему национальному проекту. Об этом моя статья.

Евразийская цивилизация

Я разделяю ту точку зрения, что свято место пусто не бывает. Всякая цивилизация, существующая на месте России, должна, чтобы быть жизнеспособной, следовать определённым правилам (или, если хотите, принципам) цивилизационного строительства на евразийском пространстве. Эти правила (в предельном их упрощении) сводятся к следующему:

Во-первых: евразийская цивилизация всегда инкорпорирована (т.е. встроена как партнёр) в несколько (как минимум в две) разных других цивилизаций (условно говоря, в Европу и в Азию).

Во-вторых: цивилизации, в которые инкорпорирована Евразия, в рамках данной инкорпорации являются лидерами по отношению к Евразии, но лидерами только в рамках данного партнёрства (Евразия не вассал Европы или Азии).

В-третьих: евразийская цивилизация всегда развивается вслед за наиболее эффективным из своих партнёров, осваивая и реализуя у себя всё лучшее, что создала более успешная цивилизация-партнёр.

В-четвёртых: евразийская цивилизация никогда не бросает неэффективного в данный момент времени партнёра (она "тянет" его за собой, как Евразию "тянет" за собой партнёр в данный момент более эффективный).

В-пятых: сам термин "развитие" применительно к евразийской цивилизации специфичен (евразийское развитие не имеет ничего общего с европейским прогрессом), развиваться значит "чуять, откуда ветер дует", т.е. своевременно и безболезненно менять вектор развития.

Из сказанного выше следуют две классические управленческие ошибки, которые допускает власть в России из века в век:

Первая ошибка: трагедии и беды России в плохом "нюхе", неумении наших правителей вовремя уловить момент необходимость смены вектора и организовать эту смену.

Другой управленческой ошибкой в России является отсекание неэффективного в данный момент времени вектора развития, которое приводит к лишению России будущего (возможности смены направления развития).

Эти ошибки преследуют Россию на протяжении всей её истории, не давая ей нормально (в рамках евразийской парадигмы) развиваться. Ошибкой была конфронтация Дмитрия Донского с Золотой Ордой. Ошибкой были Захват Казани и Ливонская война. Ошибкой были "реформы" Петра I. Русско-турецкие войны — ошибка, в результате которой мы лишились навсегда потенциального союзника против Запада. Активное вмешательство (в том числе и военное) во внутриевропейские дела (что, в конечном счёте, привело к революции 1917 года) — ошибка из ошибок. Советская конфронтация с Западом и Перестройка — ошибки одного порядка (непонятно, какая из них больше). И т.д., и т.п.

В современную эпоху цена ошибок возросла. За путинскую "дружбу" против интересов собственного народа с вырождающимся Западом Россия может заплатить своим существованием. Пришло время исправлять ошибки.

Россия московская

Москва "золотоглавая" — безусловный лидер России. Здесь происходит всё самое главное в стране. В других местах, по распространённому сегодня мнению, как будто бы ничего и не происходит. Москва всё более превращается в маленькое государство в государстве, в богатый и спесивый "вольный ганзейский город", несущий цивилизацию и культуру убогой и бедной Эрэфии. Какова же московская модель цивилизационного строительства? Попробуем разобраться.

Ещё до начала недавних выборов в Мосгордуму было очевидно, что их "выиграет" "партия власти". Интересно другое: почему этот "выигрыш" достигнут столь беспрецедентно наглыми средствами? Я имею в виду и снятие с выборов "Родины", и фальсификацию результатов голосования на порядки, и безумную кампанию в СМИ. Такого не было в Москве даже на последних общенациональных выборах.

"Единая Россия", команда мэра Лужкова и Кремль одержали победу в столице России, при том что национальная проблематика никак не присутствовала в риторике "партии власти", хотя она, очевидно, актуальна для современной Москвы. Армяне, грузины, вайнахи, осетины, кабардинцы, и прочие "лица кавказкой национальности" очень эффективно осваивают сферу услуг города Москвы. Таджики, узбеки и прочие "урюки" освоили профессии дворников и торговцев фаст-фудом. "Братья-славяне" украинцы и белорусы тоже освоили сферу торговли и строительства г. Москвы. А есть ещё китайцы, корейцы, вьетнамцы и прочие афганцы. Они ещё эффективней кавказцев, среднеазиатов и "братьев славян".

А где же русская Россия? Почему русские провинциалы не так эффективны в Москве? И почему москвичи не продвигают в Москве своих "меньших братьев" русской национальности.

Знавал я разных москвичей (почти девять лет живу в Москве на съемной жилплощади). Есть и такие, и сякие (хорошие и не очень), но есть и объединяющий москвичей признак. Жилплощадь является идентификацией москвичей. Какая разница, какой ты нации, если у тебя в собственности приватизированная квартира или комната, или, ещё лучше, — дом на Рублёвке. Москвич значит гражданин г. (в смысле — государства) Москвы по признаку имущественного ценза — наличия денег на приобретение жилплощади. Лимитчик — лицо, имеющее вид на жительство в г. Москве, определяется также по имущественному признаку — наличию денег на съём жилья и "левую" регистрацию. Все остальные — "за бортом".

Политика московских властей привела к тому, что концепция "Третьего Рима" де-факто подменена политикой "Второго Вавилона" (или "Второго Карфагена"). Никакой национальной государственной, социальной или иной идеи в этой политике нет, кроме идеи имущественного ценза. Есть "бабло" — достоин жить в Москве, нет, выдворяйся (какое придумали словечко) из столицы.

Московская модель государства — смерть для нашей страны. Она превратит Россию (и уже в значительной мере превратила) в государства без народа, без национальной идеи и без суверенитета.

А есть ли альтернативные Москве модели государственного строительства евразийского типа? Да, есть, я знаю, по крайне мере, три.

Евразия по-украински

На/в Украине — политическая весна, Оранжевая революция дала десяткам миллионов людей надежду на изменение жизни к лучшему. Надежду, не более, но и это не мало (в России такой надежды нет и, похоже, увы, в ближайшее время не предвидится). А ещё Оранжевая революция дала миллионам молодых граждан Украины шанс личного карьерного роста: руководители палаточных лагерей на Площади Независимости (так звучит по-русски название главной площади Киева) стали общественными лидерами молодёжного движения в результате собственных усилий, а не по указке власти (как "Идущие вместе" в России).

Я уже много писал о выгодном отличии современной украинской цивилизации (а она существует, что бы там не говорили наши ура-патриоты) от цивилизации нынешней России, пора подвести итоги.

Во-первых, Украина в отличие от России не имеет никакой государственной традиции (а имею в виду государство в узком смысле слова — устройство системы власти). Не имея таковой, украинцы свободны в государственном строительстве и от идеологических догм (типа "Москва — Третий Рим"), и, в основном, от давления репрессивного государственного аппарата (есть на/в Украине кой-какой аппаратишка, но это не российский аппаратище). Следовательно, Украина по сравнению с Россией — свободная страна. Государство может нравиться или не нравиться украинским гражданам, но ощущения, что они государственные холопы (как у русских), у украинцев нет.

Во-вторых, граждане Украины (в отличие от россиян) предприимчивы и оборотисты. У них нет "нефтегазовой соски", приходится зарабатывать на жизнь собственным трудом, что украинцы умеют и любят делать. И не только у себя дома, но и в зарубежье, как в ближнем, так и в дальнем. На/в Украине есть самодеятельное (и, следовательно, само за себя отвечающее) население, способное обойтись без государства, а, значит, свободное от государственного диктата и способное само за себя постоять (что и доказала Оранжевая революция).

В-третьих, на/в Украине есть общественное самоуправление. Украинская община (громада) является носителем норм обычного права, поддерживаемых авторитетом членов общины. Таким нормам члены общины склонны следовать чаще, чем писаным законам. Это означает, что на/в Украине есть общественное самоуправление и, по большому счёту, сложилось гражданское общество. Вместо декоративных российских образований (вроде общественной палаты и муниципальных собраний) Украина имеет действующий механизм общественной власти — авторитет общины (и авторитет общества как союза общин).

В-четвёртых, Украина имеет вменяемую внешнюю политику — многовекторность. У России таковой нет, и в ближайшее время не предвидится (нельзя же считать внешней политикой "дружбу" путинской команды с Западом против интересов собственного народа). Политика многовекторности (по сути, глубоко евразийская) — это "дружба" по интересам. У Украины нет ни вечных друзей, ни вечных врагов, есть только вечные интересы. Недавняя "газовая война" с Россией (которую Украина выиграла, "прогнув" Россию по ценам за транзит, Туркменистан по ценам за газ, а Запад "подписав" на политическую поддержку новых соглашений) лишний раз это доказывает. Украинская многовекторность сильна ещё и тем, что не зависит от того, кто находится у власти. Виктор Ющенко фактически ведёт ту же внешнюю политику, что и Леонид Кравчук с Леонидом Кучмой (разница видна лишь в риторике, но не в делах). Приди завтра к власти на/в Украине Юлия Тимошенко или лидер Компартии Украины Пётр Симоненко, да хоть западенский националист (что, впрочем, маловероятно), политика многовекторности останется неизменной. Такой преемственностью политики Украина может гордиться, её нет нигде в мире кроме Украины и Китая.

Возможно ли построение украинской модели цивилизации в России? Сомнительно, для этого нужно очень много условий. По крайне мере два условия просто необходимы: 1) ликвидация в России нынешней системы власти; 2) научение россиян самостоятельности. А было бы здорово это, наконец, сделать.

"Казанская орда"

Никогда я не был в Казани. Много слышал хорошего об этом городе, а бывать не доводилось. А вот татар я видел много, больше всего в Сибири, откуда я родом. Я уже писал о татарской государственности, хочу продолжить эту тему.

Татары народ общинный, не утративший национальной самоидентификации (как в большинстве случаев это, к сожалению, произошло с русскими). При этом татары не считают себя нацменьшинством, как большинство нерусских россиян. Они в большинстве своём идентифицируют себя с Россией как со страной, но не с российским государством.

У татар собственное государство — Татарстан. И это не сепаратизм, татары просто отказывают московской власти в способности управлять страной (и правильно делают). Татарское государство — это "орда" с центром в Казани, "кочующая" по России-Евразии. Там где татары поселились — порядок, эффективность, нормальная жизнь, вокруг — российская разруха.

У нынешнего "Казанского ханства" есть внешняя политика, прежде всего по отношению к Кремлю, но не только. Лужковская Москва, Калмыкия, Якутия, Ингушетия, недружественный сосед Башкирия — это, с точки зрения татарского государственного менталитета, другие внешние "орды" (не столь сильные и эффективные как собственная Казанская). И зарубежные государства — тоже "орды", с которыми приходится строить отношения, если есть пересечение интересов.

Термин "орда" я специально употребляю здесь, чтобы подчеркнуть особенность татарского политического сознания (а вовсе не для того, чтобы припасать нынешнему татарскому политическому истеблишменту пользование им). "Орда" в изначальном смысле этого слова — общественно-государственное образование, которое является носителем порядка по отношению к большей системе: улусу, территории, стране.

Татарское управление — косвенное (азиатское, если хотите) влияние на внешние процессы, участие в них для реализации интересов татарской общины. У мудрого "бабая" Шаймиева и его команды есть собственное мнение и по вопросам внешнего долга, и по вопросу войны в Чечне, и по вопросу государственной поддержки православия, и по многим другим вопросам внешней "ордынской" политики, а вот в президенты России он не метит, предпочитая оставаться "ханом Казанской орды".

Татарский путь развития для России более реален, чем украинский. Для этого необходимо создать в России несколько "орд" — организаций косвенного управление. Это шаг ослабит власть репрессивного государственного аппарата и будет способствовать формированию общин и общественного сознания в нашей стране.

Но есть ещё один евразийский путь для России, о нём ниже.

Китайский фактор в Сибири

Сибиряки люди особенные, в них изначально заложен другой масштаб характера, отражающий своеобразие Сибири как огромной и богатой, но мало пригодной для жизни и, потому, редко заселённой территории. Сибиряк — глубокий индивидуалист, он привык сам решать свои проблемы: государство и цивилизация где-то далеко, а здесь закон — тайга, а хозяин — медведь. У сибиряков развита взаимовыручка и взаимная поддержка (иначе не выжить), но плохо с организацией: не привыкли они подчиняться.

Всё выше сказанное относится и к жителям больших сибирских городов. Маленькие сибирские города выросли как на дрожжах в годы развития советской индустрии, вобрав в себя людей из сибирских сёл и деревень, носителей обычных сибирских норм. Дальневосточный менталитет ничем принципиально от сибирского не отличается, поэтому я буду писать о Сибири, подразумевая, в том числе, и Дальний Восток.

Сегодня главным фактором изменения жизни в Сибири является китайское влияние. Китай — единственный потенциальный союзник, дружба с которым выгодна России (я об этом уже писал и не хочу повторяться). Рассмотрим, как именно осуществляется китайское влияние в Сибири, и какие преимущества от этого получают и будут получать сибиряки?

Даосская мудрость, которая лежит в основе китайской политической стратегии, учит осуществлять любое влияние не только косвенно, но и, более того, заручившись согласием того, на кого влияешь. Как говорил один мудрый китаец: путь, который можно пройти одному, не есть истинный путь.

Китайская политика в Сибири: создание совместных трудовых общин русских и китайцев, построенных отчасти по принципу сибирской артели, отчасти по принципу конфуцианской школы. В таком коллективе требовательность сочетается с поддержкой и научением. В нём нет европейской организации, но наличествует китайская гибкость. Китайские управленцы склонны дать человеку свободу там, где это выгодно коллективу, и мягко убедить его подчинится во всех других случаях. Такие общины сегодня создаются в Сибири главным образом в сельском хозяйстве (заодно китайцы учат сибиряков культуре растениеводства, которой в России никогда не было). Однако сотрудничество китайцев с сибиряками постепенно охватывает и другие области жизнедеятельности: науку, образование, жилищное и индустриальное строительство, организацию быта и досуга, спорт, кухню, медицину и т.д.

В Сибири создаётся новая российско-китайская общественная система, которая имеет два вектора влияния: Пекин и Москва. При мудром самоуправлении эта общественная система имеет шанс, сохранив формальное подчинение Москве, предельно обособиться, и стать центром строительства новой Евразии. Китай такое положение дел, очевидно, устраивает, т.к. иметь дело с безответственной кремлёвской командой руководству КНР тяжело, а, значит, нужно искать другие каналы взаимодействия с Россией. А русские с помощью китайцев получают реальный шанс стать самодеятельным и самоуправляемым народом.

Из всех возможных вышеперечисленных альтернативных моделей строительства на территории России новой Евразии китайская альтернатива, на мой вкус, самая симпатичная и самая реальная.

Краткое резюме

Все вышеперечисленные альтернативные стратегии строительства в современной России вменяемого и толерантного к собственным гражданам государства гипотетически могут быть реализованы. Возможно, есть и другие, о которых я не подозреваю.

Однако, безусловно, ясно одно: если не построить альтернативу кремлёвско-московской модели развития страны, Россия обречена. Нам не выжить, если мы не изменимся, так давайте ж меняться, пока не поздно!

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
  • Самое читаемое
  • Все за сегодня
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter