Россия: привлекательный полуполюс

На написание этого текста меня вдохновила статья помощника президента Владислава Суркова в журнале «Россия в глобальной политике» про «одинокую» и «непонятую» нашу родину и события на Ближнем Востоке, рисующие отнюдь не радужные перспективы нового обострения отношений с Западом и продемонстрировавшие реальное геополитическое одиночество России.
Мы иногда рассуждаем на тему: какой мир был бы наиболее приемлемым для России? Какое количество мировых полюсов оптимально для российских интересов? Наступит ли когда-нибудь «потепление» в отношениях с Западом? Где России искать союзников? Всё это говорит о том, что выстраивание внятной геополитической стратегии, учитывающей географические, экономические и ценностные факторы, является не интеллектуальной игрой избалованного ума, а жизненной необходимостью.
Порой, возникает ощущение, что ни у российских, ни у западных элит нет понимания того, что Россия не только не может претендовать на роль мирового гегемона, но это ей совершенно не надо. Стать «евразийскими Штатами» или Советским Союзом в той версии, в которой коммунизм одерживает победу в Холодной войне – значит, не только обречь себя на абсолютную изоляцию, которая окажется серьезней той, что мы испытываем сейчас, но и в очередной раз позволить адептам наднациональной идеологии вершить судьбу русских, что уж совсем непозволительно. Итак, наша задача – удержание и поддержание статуса России как полуполюса, как региональной величины, выстраивающей барьеры против любых гегемонистских проектов – западных (существующего американского или находящегося в кризисе панъевропейского) или восточного (потенциально – китайского) и реализующей эффективные экономические и политические стратегии на обрамляющем её пространстве Великого Лимитрофа. Именно по этой причине увязывание национальной безопасности России с судьбой сирийского режима я считаю крайне ошибочным, ибо агрессивные действия на чужих цивилизационных площадках (в данном случае – исламской) заставляют нас вести себя именно как «евразийские Штаты», но в конкретном случае без идеологического обоснования, что только хуже, так как даже потенциальным союзникам России на Великом Лимитрофе и иных цивилизационных платформах совершенно неясно, каковы цели и задачи Москвы на Ближнем Востоке, где угроза радикального исламизма уже ликвидирована, а российское оружие показало себя во всей красе.
России есть что предложить странам Великого Лимитрофа, иным цивилизационным платформам и диссидентам Западной цивилизации – идею. Идею защиты национального суверенитета и национальной идентичности в пору схлестывания двух масштабных акторов, грозящих этот суверенитет и эту идентичность стереть в прах – гегемонистского Центра, представленного США и его преимущественно англосаксонскими союзниками, и исламского мира, распадающегося на анклавы, врезающися в политическое и экономическое пространство разных цивилизаций, но в первую очередь – Западной. Противопоставить национальную свободу «демократическому интервенционизму» и исламской экспансии, не претендуя на роль мировой сверхдержавы, вполне возможно. Это та основа, которая способна объединить отнюдь не маргиналов вроде КНДР, Венесуэлы, Кубы и Боливии, а преуспевающие страны, чьим элитам чужд как западный культурный эгалитаризм, несущий за собой экономическое доминирование, так и полное погружение в дремучее средневековье.
Во-первых, из стран-цивилизаций (а их в мире не так много) на этот вызов откликнуться готовы как те, кто, несмотря на технологическое могущество, прозябает под военным протекторатом вследствие национального унижения, так и те, чьи возрастающие возможности входят в прямое противоречие с установленными правилами игры – Япония и Индия. С первой куда сложнее, ибо нерешенный вопрос об окончании войны и претензии на Курилы дают повод многим японским интеллектуалам заявлять о выгодах нынешнего положения страны – мировой лавки по производству аниме и бытовой техники, защищаемой мощью США. Но данная позиция не может долго находить отклик среди носителей культуры, предполагающей «избранность» и «особую цивилизационную миссию», так что ответ на «черные корабли» коммодоров уже нынешних не заставит себя долго ждать.
Индия – это стремительно развивающаяся страна, имеющая весьма нестабильную границу с исламским миром и Китаем. Приход к власти рассматривающей свой народ как Основное Человечество «Бхарати джаната парти» – силы исключительно националистической и антиглобалисткой, лишь укрепляет меня во мнении о необходимости выстраивания особых отношений между Москвой и Дели. Неограниченный рынок сбыта, нужды в развитом ВПК, геополитическая кооперация на сдерживание радикального ислама и Китая – вот что мы можем найти в индийцах. 
Восточноевропейская часть лимитрофа – это совокупность государств, не испытывающих чувства вины за колониальное прошлое, им чужды идеи мультикультурализма, размывания национальной идентичности, и отнюдь не все из них собираются стать на острие евроатлантической атаки на Россию. Это касается венгров, словаков, сербов и греков. Кризис европейского содружества обострит проблемы участия восточных европейцев в интеграционном проекте и заставит их искать выход из тупика. Для некоторых из них тесное экономическое и политическое сотрудничество с Россией станет альтернативным вариантом угасающему Евросоюзу.
Еще один ключевой потенциальный союзник России – это силы в рамках собственно Западной цивилизации, работающие на расширение так называемого раскола – «внутреннего пролива», подобного тому, что в рамках исламской цивилизации разделяет Иран и остальные, преимущественно арабские государства, сети и общины. Если раньше в первой половине XX века такой главенствующей и оспаривающей правила игры силой была Германия, то в ближайшее время, не исключено, такую роль на себя могут взять Франция или Италия. В отличие от стран Восточной Европы, где идеи сотрудничества с Россией приемлемы не только для ряда партий и системных политиков, но и людей, входящих в руководство государства, то, говоря о Франции и Италии, нам придется лишь надеться на успех так называемых «евроскептиков» – людей, видящих инструмент увеличения национальной мощи и решениях накопившихся проблем не в брюссельских чиновниках, а в собственных возможностях. Такая сила вполне может бросить вызов евроатлантическому господству и начать выстраивание собственной экономической постколониальной империи, что опосредованно играет на руку России.
Еще один кандидат в полюса в той же части земного шара, что и США, незаслуженно обходится общественным вниманием. Это Бразилия. Страна, претендующая на роль политического и экономического лидера восходящей Латиноамериканской цивилизации, два столетия пребывавшая в состоянии сна, но со временем готовая бросить вызов господству Мирового Центра на своем континенте.
Как мы видим, геополитическими партнерами России вполне могут быть не какие-нибудь тоталитарные режимы-недобитки, а современные полуполюса и кандидаты в полуполюса, которых по разным причинам не устраивает сложившийся после Второй мировой войны и 1991 года мировой порядок.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter