Борьба за Иртыш

Дискуссии о правовом статусе одной из крупнейших рек Центральной Азии — Иртыше, постепенно переходят в «тихую» дипломатическую войну, главная цель которой состоит в том, чтобы убедить власти КНР присоединиться к Хельсинской конвенции об использовании трансграничных рек. Россия направляет ноты озабоченности, Казахстан выносит вопрос об Иртыше на уровень Генеральной Ассамблеи ООН.

В ходе 64-й сессии Генеральной ассамблеи ООН, которая завершилась в сентябре 2009 года в Нью-Йорке, обсуждение экологических вопросов традиционно было внесено в повестку дня, и присутствовало там в немалом объеме.

Однако, как это часто бывает, совсем уж спорные и скользкие проблемы куда активнее поднимались и обсуждались в кулуарах официальных заседаний. Лоббирование тех или иных решений, по которым позже принимаются резолюции ООН, в знаменитой многоэтажке на Манхэттене идет не менее активно, чем в парламентах стран, отправляющих сюда делегатов каждую осень.

В этом смысле, показательны задачи, которые, очевидно, пытались решить в США представители Министерства охраны окружающей среды Казахстана.

Они, по всем признакам, начали активную подготовку к включению в повестку одной из сессии Генассамблеи весьма болезненного для себя вопроса. Речь идет о совместном использовании тремя странами — Китаем, Казахстаном и Россией вод реки Иртыш. Для всех трех государств — это первостепенная водная проблема.

В Китае Черный Иртыш снабжает водой центр нефтегазовой промышленности Синьцзян-Уйгурского автономного района — город Карамай. Недавно вблизи Карамая началось строительство крупнейшего в регионе нефтехранилища, которое по задумке, будет служить энергетической безопасности всего СУАР. Проект стоимостью около 400 млн. долларов, очевидно, еще больше увеличит забор воды из Иртыша в промышленных целях.

По данным председателя Независимой ассоциации водопользователей Казахстана Жанайдара Рамазанова, Китай уже планирует увеличить изъятие стока Черного Иртыша не менее, чем в пять раз. В подтверждение этого Рамазанов демонстрирует утвержденные схемы, согласно которым потребление Китаем воды Иртыша увеличивается с 1 млрд. кубометров до 4,6 млрд. кубометров. После строительства неподалеку от Карамая крупного водохранилища, забор воды из Иртыша пошел гигантскими темпами — 68 кубометров в секунду.

В России, тем временем, заговорили об откровенном игнорировании её национальных интересов. Специалисты профильных федеральных ведомств зафиксировали многократные нарушения Соглашения о рациональном использовании и охране трансграничных вод, которое в 2008 году заключили правительства Китая и России. Сначала китайская сторона без уведомления российских партнеров приступила к строительству нового ирригационного канала Хайлар — Далайнор, который будет дополнительно забирать из Иртыша не менее одного кубокилометра воды в год.

Москва справедливо сочла, что ввод канала в эксплуатацию поставит в непростое положение Омскую область, в которой начались процессы опустынивания и исчезноваение многих видов флоры и фауны, в том числе в заповедниках. В Омской области всерьез рассматривают возможность строительства гидроузла с водохранилищем объемом 1,25 кубокилометров воды. Свое возмущение ситуацией выразил Международный фонд защиты дикой природы, а российские власти немедленно направили китайской стороне официальную ноту, в которой обозначили глубокую озабоченность подобным развитием событий.

Кандидат географических наук Вениамин Готванский считает, что в будущем власти Китая продолжат передел водных ресурсов по своему усмотрению, без какой-либо оглядки на соседей и учета их нужд. Китай собирается строить ГЭС на Амуре, а также увеличить забор воды из Амура и Уссури для различных ирригационных работ в своих провинциях на северо-востоке страны. Пекин, как будто, абсолютно не волнует, что будет с теми, кто живет ниже по течению великих рек, сокрушается ученый.

Казахстанский эксперт, руководитель Группы оценки рисков Досым Сатпаев согласен с такой оценкой и напоминает, что о солидарной ответственности Китая за экологическую обстановку недавно заявил президент России Дмитрий Медведев. Медведев предложил президенту Казахстана Нурсултану Назарбаеву разработать совместные программы, которые бы помогли предотвратить деградацию трансграничных рек. Таким образом, Россия и Казахстан могли бы на переговорах с Китаем выступить фактически единым фронтом. Ведь положение обеих стран близко к критическому. По данным Независимой ассоциации водопользователей Казахстана, уже к 2015 году Павлодарскую область настигнет серьезнейший дефицит водных ресурсов. Вода, которая ранее шла на нужды этого региона Казахстана, теперь отбирается китайской стороной для нужд промышленного развития своих северо-западных провинций.

Сейчас приграничные области России и Казахстана готовятся к созданию международного общественного фонда «Спасение Иртыша». Один из активистов, член межведомственной комиссии по использованию водных ресурсов Иртышского каскада водохранилищ ГЭС Жанайдар Рамазанов считает, что Омску и Павлодару нужно вместе решать проблемы, связанные с постоянным ухудшением качества воды в Иртыше. Рамазанов, уверен, что Казахстану вообще не обойтись без строительства второй очереди Шульбинского водохранилища для большего накопления воды. Эксперт также заявил, что американская компания, которая управляет водохранилищем, не выполняет концессионных условий. Если в этом регионе не реконструировать ирригационные сооружения и дамбы, уникальная пойма будет потеряна, категорически заявляет Жанайдар Рамазанов.

Его слова подтверждают данные экологов: в этом году уровень весеннего паводка в пойме Иртыша был самым низким за последние двадцать лет. Были нарушены необходимые условия для сезонного нереста множества пород рыб — миллионы мальков погибли. Еще одна водная артерия, на которой стало сказываться обмеление и загрязнение Иртыша — казахстанский канал имени Сатпаева. Это ирригационное сооружение снабжает водой весь Центральный Казахстан, включая такие крупные города, как Караганда, и отчасти — Астану.

Таким образом, «водный союз» России и Казахстана, похоже, оформится уже в ближайшее время. Известно, что эксперты и чиновники профильных государственных ведомств двух стран готовятся к первой международной научно-практической конференции по проблемам Иртыша. Тем временем, не сидят, сложа руки, и члены казахстанского правительства. Министр охраны окружающей среды Казахстана Нургали Ашимов, рассказал, что недавно ездил на переговоры в Пекин, где встречался со своим китайским коллегой.

Ашимов заявил, что, по-прежнему, считает, что в решении водных проблем, страны должны руководствоваться в первую очередь международными конвенциями. Речь, конечно, прежде всего, о Хельсинской Конвенции об охране и использовании трансграничных водотоков и международных озер. На сегодняшний день, это единственная признанная на международном уровне правовая основа для выработки двух— и многосторонних договоров и соглашений. В этих документах, которые уже подписали многие государства мира, зафиксирован главный принцип «водораздела»: каждое государство имеет право на справедливую долю в использовании вод трансграничного речного бассейна, при этом страна принимает на себя четкие обязательства по минимизации ущерба водоемам, в том числе экологического. Государства, которые присоединяются к Хельсинкской конвенции, обязаны принимать все необходимые меры для предотвращения, ограничения и сокращения любого трансграничного воздействия.

Для специалистов давно не секрет, что именно этот пункт является главным препятствием для китайских властей, прекрасно представляющим последствия повышенного забора воды из Иртыша для стран, расположенных ниже по течению. В этой связи, отказ Китая присоединиться и к Хельсинской конвенции, и к Конвенции о праве несудоходных видов использования международных водотоков выглядит демонстративным, а желание регулировать трансграничный водоток исключительно на двусторонней основе — крайне эгоистичным и попирающим элементарные международные нормы. «К сожалению, из наших соседей Хельсинскую конвенцию мы подписали, Узбекистан, Россия, Китай, Таджикистан нет», — заявил Ашимов. То есть пока применять эту конвенцию в Центральной Азии нельзя.

Если этот документ будет все же подписан и будет соблюдаться, то водные проблемы могут быть решены. Нургали Ашимов привел пример Евросоюза, в частности, стран, которые расположены по течению Дуная или Рейна. Если, к примеру, Венгрия приняла два кубокилометра воды с определенным качеством, она должна передать ниже по течению, Германии те же два кубокилометра воды с тем же качеством.

В 2008 году председатель КНР Ху Цзиньтао и президент Казахстана Нурсултан Назарбаев договорились организовать на трансграничных реках совместные посты, которые бы предупреждали возникновение различных экологических проблем и контролировали объемы забора воды. Однако, существующих проблем эти договоренности не решили. Станции, как с китайской, так и с казахстанской стороны исправно работают, и у Китая, например, никаких претензий к Казахстану нет. Справедливости ради отметим, что вдоль русла рук, которые текут из Казахстана в Китай, нет ни одного населенного пункта, что, безусловно, не может благоприятным образом сказываться на качестве уходящей в КНР воды.

С Иртышом ситуация абсолютно противоположная. Претензий с казахстанской стороны к своим китайским партнерам предостаточно. Они касаются, как количества воды, так и ее качества. Уже сейчас Китай превышает ряд основных показателей — воды идет меньше, чем нужно, а качество ее несоизмеримо хуже, чем определяют самые минимальные санитарные нормы. Попытки повлиять на китайскую политику в Казахстане предпринимает целый ряд ведомств. Это не только Министерство экологии и Водный комитет Министерства сельского хозяйства. В ситуацию приходится вмешиваться также Министерству иностранных дел и сотрудникам казахстанского посольства в Китае. В ходе 64-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН эти вопросы были подняты казахстанской делегацией в диалоге с заместителем Генерального секретаря ООН Ша Цзуканом, китайцем по происхождению.

Нургали Ашимов подчеркнул настороженность официальной Астаны по отношению к позиции Китая, которая сформулирована Пекином предельно просто: все ресурсы страны, в том числе и трансграничные реки, должны работать на благо экономики Китая. Остальное второстепенно. Ашимов заявил, что озабоченность Казахстана разделяют уже многие страны и сейчас казахские переговорщики активно ищут новых союзников, чтобы заставить мировое сообщество повлиять на Китай в вопросах справедливого водораздела. В пример министр Ашимов ставит казахстанские отношения с Россией: «Мы отдаем России столько же воды, сколько берем из Китая, а качество даже лучше получается», — уверяет руководитель Министерства охраны окружающей среды Казахстана. Сомневаться в его словах причин нет, никаких официальных претензий со стороны Москвы в Астану до сих пор не поступало.

Напротив, в столице России демонстрируют полную солидарность с южным соседом.

Мэр Москвы Юрий Лужков специально приехал в Астану, чтобы презентовать свою книгу «Вода и мир». С трибуны одного из казахстанских университетов российский градоначальник и политический тяжеловес официально предупредил: «Если Китай будет и впредь отбирать воду из Черного Иртыша в таких больших объемах, Россия и Казахстан рискуют столкнуться с коллапсом своих водных систем: речь идет о серьезной угрозе наполняемости водоемов, которые питаются водой из Иртыша».

Юрий Лужков пояснил, что дебит Черного Иртыша на китайской территории составляет 9 кубических километров воды в год. При этом Китай официально заявил о том, что будет отбирать ежегодно 6 кубических километров воды. На самом деле, заявил московский мэр, существуют другие цифры. Простой анализ проектных мощностей гидротехнических сооружений, которые уже построены в Карамайском уезде СУАР КНР, отбор воды может составить 8 кубических километров.

Это значит, что Черный Иртыш будет приходить в Казахстан в объеме одного кубического километра в год. И это без учета того, что новые водоемкие производства и крупные промышленные объекты, о чем мы писали выше, вводятся в КНР с завидной регулярностью. Таким образом, считает руководитель крупнейшего города России, Казахстан будет иметь масштабные проблемы, в частности, в промышленности, проблемы с теми водоемами, которые находятся на пути Иртыша. Соответственно, добавил Лужков в Астане, Россия будет иметь такие же проблемы, поскольку Иртыш будет входить в Россию обмелевшим, и на громаднейшем протяжении уже не будет судоходным.

Таким образом, становится совершенно очевидно, что в руках Китая сейчас фактически находится будущее целых регионов России и Казахстана. И обоим государствам не остается ничего другого, как усиливать давление на Китай, в том числе и с помощью международного сообщества.

Ни Москва, ни Астана не могут себе позволить «заморозить» дискуссию. Российские и казахстанские эксперты сейчас единогласны в своих оценках: если Китай значительно увеличит забор воды из Иртыша (а перспективы существуют именно такие), возникнет серьезная угроза для дальнейшего существования озера Зайсан в Восточно-Казахстанской области, в кратчайшие сроки нарушится экологическое равновесие.

Учитывая, что общий объем водных ресурсов Иртыша достигает примерно 9 миллиардов кубических метров, то планируемый Китаем забор воды из реки будет иметь самые катастрофические последствия, как для экономики, так и для экологии и Казахстана, и России.

Скорейшее подписание КНР Хельсинской Конвенции об охране и использовании трансграничных водотоков и международных озер, видится на сегодняшний день единственным выходом из критической ситуации.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter