Свежие ужасы нашего городка

Прошедшая неделя подарила нам новые экономические события, слухи и сплетни. Постепенно начинает вырисовываться канва будущего политико-экономического устройства страны.

И хотя в прошлом выпуске "Ужасов" говорилось о том, что борьба за власть перейдет в открытую фазу только через несколько месяцев, кое-кто из главных героев грядущего фарса проявляется уже сейчас.

Но не будем нарушать законы жанра и рассмотрим все по порядку.

НАЛОГОВАЯ АМНИСТИЯ

На минувшей неделе подводились итоги прошедшей с 1 марта по 31 декабря прошлого года налоговой амнистии.

Ее результаты были преподнесены «отцами», в первую очередь, Минфином, как победа. На самом же деле налоговая амнистия с треском провалилась. Странно, что околокремлевские кланы упустили практически беспроигрышный шанс для наезда на экономический блок правительства.

Напомню, что впервые идея налоговой амнистии была воспроизведена в путинском Послании Федеральному Собранию 25 апреля 2005 года. Дословно она прозвучала так:

«Надо разрешить гражданам задекларировать в упрощенном порядке капиталы, накопленные ими в предыдущие годы, в предыдущий период. Такой порядок должен сопровождаться только двумя условиями: уплатой 13-процентного подоходного налога и внесением соответствующих сумм на счета в российские банки. Эти деньги должны работать на нашу экономику, в нашей стране, а не «болтаться» в оффшорных зонах».

Из двух обязательных условий, уплаты подходного налога в полном размере и перевода легализованных средств в российские банки, в дальнейшем осталось только одно — оплата 13% от амнистируемой суммы путем перечисления денег на счет Федерального казначейства.

Почти два года назад мною был проведен достаточно подробный анализ мирового опыта налоговых амнистий и представлены факторы, способствующие успеху:

  • результативные налоговые амнистии проводились в рамках налоговых реформ, сопровождающихся, например, снижением ставок других налогов;
  • основным фактором удачного проведения амнистий становилась гарантия безопасности и конфиденциальности на законодательном уровне;
  • налоговая акция должна сопровождаться определенным ужесточением санкций за нарушение налогового законодательства в будущем;
  • амнистировать необходимо не только капиталы, но и имущество.

Вывод в том материале был таким:

Эффективная налоговая амнистия возможна только при независимо функционирующих судебном и фискальном институтах. В противном случае ни доверия, ни денег не будет.

Как видно, никакой налоговой реформы, в рамки которой амнистия органично бы вписалась, не было. Ужесточения санкций также не произошло. Имущество под амнистию не попало (справедливости ради скажем, что параллельно была запущена «дачная амнистия»). О независимости судебной и фискальной систем и говорить нечего. Единственное, чем могли похвастаться разработчики — это гарантии безопасности и конфиденциальности, если о них вообще можно говорить в современной России.

Теперь об эффективности.

По данным Интерпола с 1992 года из России вывезено от $150 до 300 млрд., рейтинговое агентство Fitch оценило вывоз капиталов из страны только за 2000-2004 годы в $100 млрд., а коллега Михаил Делягин считает, что за 15 лет из России утекла и вовсе астрономическая сумма в $407,3-427,3 млрд. За основу возьмем нижнюю оценку Интерпола — $150 млрд.

Результаты амнистии по данным Федерального казначейства таковы. В бюджет перечислено 3,7 млрд рублей ($150,2 млн.), «обелено» 28,2 млрд рублей ($1155,4 млн.) скрытых доходов. Много это или мало? По сравнению с минимальной оценкой Интерпола легализовано всего 0,77% вывезенных средств, что в соотношении с ВВП за прошлый год выглядит и вовсе смешным — 0,09%. Федеральный бюджет в результате налоговой амнистии пополнился аж на 0,05%.

Что интересно, вторым после Москвы регионом, чьи жители легализовали больше всех средств, стала Чукотка.

Сравним с доходами бюджетов, полученных в результате амнистии в других странах. Ирландия (1988 год) — в казну перечислено $1,5 млрд. Индия (1997 год) — $2,5 млрд. Казахстан (2001 год) — $480 млн. Италия (2001-2002 годы) — €1,4 млрд. Германия (2004-2005 годы) — €1,1 млрд.

Позади нас в абсолютных цифрах разве что Бельгия (2004 год), где в результате амнистии в бюджет поступило €50 млн. или 6% от запланированного, да Грузия (2005 год), где перечисления составили всего $35 тыс. или 0,9% от предполагаемой суммы.

Победа оказалась пирровой.

КРИЗИС ЛИКВИДНОСТИ

На прошлой неделе слух о якобы имеющим место кризисе ликвидности в российской банковской системе стал реальностью.

Первый зампред ЦБ Алексей Улюкаев на ежегодной встрече с банкирами сообщил, что

«на фоне напряженности на финансовых рынках из-за ипотечного кризиса в США проблемы с ликвидностью у российских банков есть, и будут продолжаться».

Помнится, в начале декабря 2007 года тот же г-н Улюкаев в одном из интервью утверждал прямо противоположное:

«Никакого кризиса ликвидности не было, было повышение спроса на нее серьезное, но не драматическое».

Еще одно косвенное подтверждение прозвучало из уст руководителя Ассоциации российских банков (АРБ) Гарегина Тосуняна в пятничной программе «Народ хочет знать». В ходе передачи председатель АРБ объявил о намерении банковского сообщества в марте и сентябре этого года, то есть в периоды наибольших перечислений в счет погашения внешних заимствований, выйти на Правительство с просьбой об оказании финансового содействия.

В связи с этим вспоминается октябрьская информационно-аналитическая телепередача «Времена», в которой г-н Тосунян говорил о том, что у страны никаких поводов для беспокойства из-за банковского сектора быть не должно.

Но это субъективные подтверждения. А вот объективные, зафиксированные только за прошлую неделю.

Во-первых, в последние дни обозначились контуры бюджетной помощи — они составят 2 трлн. рублей: 1,5 триллиона бюджетных средств и 500 миллиардов от институтов развития. Эти деньги будут переведены из Федерального казначейства в кредитные организации.

Во-вторых, по итогам III кварталов 2007 года прибыль шести из двадцати крупнейших российских банков показала отрицательную динамику. Прибыль еще двух банков, Урса-банка и ВТБ, в III квартале прошлого года составила всего 3 и 4% соответственно. Есть все основания полагать, что по итогам года снижение прибыли будет зафиксировано не менее чем у половины крупнейших банковских структур России.

В-третьих, на неделе было официально объявлено, что с 1 февраля АИЖК ужесточает условия выкупа ипотечных кредитов.

Для простых заемщиков это означает, что отныне получить ипотечный кредит станет еще сложнее. В частности, выкупать закладные по кредитам свыше 1,5 млн. рублей с первоначальным взносом менее 20% АИЖК больше не будет. Так что придется копить на первоначальный взнос, а потом многие годы тянуть ярмо регулярных выплат.

Правда, последнее утверждение касается только тех, кто возьмет ипотечный кредит в валюте. Для тех, у кого кредит оформлен в рублях, поводов для оптимизма с каждым днем становится все больше. Если в прошлом году отрицательное сальдо платежного баланса к 2009-2010 годам прогнозировал лишь Греф, то теперь к схожей точке зрения приходят и в ЦБ.

Если вернуться к встрече г-на Улюкаева с банкирами, то можно отметить еще один важнейший факт: отныне борьба с инфляцией больше не является приоритетной задачей Центробанка. В свете нерадужных финансовых прогнозов главной целью ЦБ становится поддержание стабильности в банковском секторе.

И это вполне естественно. Спросите любого банкира, что важнее: снижение инфляции или обеспечение стабильности финансовой системы, и он, не задумываясь, ответит — конечно, стабильность.

Если в прошлых «Ужасах» я констатировал, что у Минфина и МЭРТа разные подходы к природе инфляции и, следовательно, к методам борьбы с ней, то теперь к Лебедю и Раку добавилась Щука в виде Банка России. В то же время основной вклад в прошлогоднюю инфляцию внес именно Центробанк, увеличив денежную массу не на 29 запланированных процентов, а на 47,5. Понятно, что ЦБ не по собственной инициативе эмитировал столько новых рублей.

ИНФЛЯЦИЯ

На прошедшей неделе еще один слух воплотился в жизнь. Речь об очередном замораживании цен на продукты, на этот раз до 1 мая.

Причем, цены заморожены по состоянию на 28 января, то есть предварительно взяв новые высоты. Как соотносится рост цен на «замороженные» продукты (даже по официальным данным Росстата, за ноябрь — декабрь «социально значимые» подсолнечное масло выросло в цене на 3%, молоко — на 6,2%, хлеб — на 1%) с первым объявленным мораторием от 24 октября прошлого года, так и осталось непонятным.

Впрочем, сегодня уже для всех очевидно, что очередная договоренность — не более чем предвыборный пиар-ход, никакой экономики здесь нет и в помине. По поводу подобных действий классик монетаризма Милтон Фридман в свое время писал:

«Ценовые ориентиры и мольбы о добровольном согласии… являются не альтернативой другим мерам по сдерживанию инфляции, а скорее дымовой завесой, скрывающей отсутствие действий. Ценовые ориентиры приносят вред, и тем больший, чем более честно в них верить».

Объяснение происходящему может быть только одно — инициатор договоренностей министр сельского хозяйства Алексей Гордеев в ближайшие месяцы покинет кресло, тем более, что мировые агроновости оптимизма не внушают.

За последние дни таких пессимистических откровений было целых три.

Откровение первое.

Из-за снижения сельскохозяйственного производства в США и засухи в Аргентине валовой сбор зерна в мире в текущем сельхозгоду, который окончится 30 июня, составит на 2 млн. тонн меньше, чем прогнозировалось. Одновременно мировое потребление зерна вырастет на 9 млн. тонн. Международный совет по зерну отмечает, что такой дисбаланс приведет к резкому, на 11 млн. тонн, сокращению мировых запасов зерна. Они упадут до рекордного за последние годы уровня в 244 млн. тонн. За последний год цена на зерно на Чикагской зерновой бирже выросла более чем в два раза и продолжает расти. Возможное снижение цен прогнозируется лишь осенью, когда будет собран новый урожай. Для России это означает следующее: в условиях глобального подорожания российское зерно, точно так же, как в прошлом году, будет уходить на экспорт. Установление правительством потолка экспорта в 12,5 млн. тонн было отвергнуто из-за возможных осложнений при вступлении в ВТО, а экспортная пошлина, введенная на этот год в размере €105 за тонну, через какое-то время может оказаться недостаточной (на начало февраля майские контракты на поставку пшеницы продавались в США по средней цене €309 за тонну, а в России зерно стоило около €190 за тонну).

Откровение второе.

В Индии на чайных складах совершенно некстати обнаружился ядовитый капровый жук, из-за чего Россельхознадзор ввел запрет на ввоз всей растениеводческой продукции из этой страны (импорт из Индии составляет треть всего ввозимого чая). Запасы индийского сырья на российских чаеразвесочных фабриках закончатся через месяц, а потом цены на чай начнут повышаться, по прогнозам — не менее, чем на 30%.

Откровение третье.

Третье откровение связано со вторым. Через месяц, кроме чая, подорожают сигареты, поскольку Индия является еще и одним из ведущих поставщиков табака. Объем импорта индийского табака сопоставим с чайным (около трети всего импорта), но в отличие от чая, который можно импортировать из Африки или Латинской Америки, заменить индийский табак нечем.

Напоследок — уточняющая информация.

Согласно Приложению 5 к «Методологическим положениям по наблюдению за потребительскими ценами на товары и услуги и расчету индексов потребительских цен», утвержденным Росстатом в 2006 году, повышение цен и тарифов на жилищно-коммунальные услуги, телефонную и почтовую связь, проезд на городском, железнодорожном и воздушном транспорте, на топливо и нефтепродукты, а также на картофель, капусту, морковь, лук, чеснок и некоторые другие товары при определении базового индекса потребительских цен не учитываются.

Так что нечего сетовать по поводу увеличения тарифов ЖКХ, роста цен на бензин или двукратного подорожания картофеля! При вычислении инфляции для российских статистиков этой продукции не существует. Методология у них такая.

КУДРИН — ПРЕМЬЕР?

События прошедшей недели и января в целом привели к нескольким весьма неординарным выводам.

Если помните, в предыдущих «Ужасах» много говорилось о том, что распространяемые слухи, сплетни и домыслы в основном были направлены на социально-экономический блок правительства, Минфин, а также лично на Алексея Кудрина. Причем началось это движение не в новом году, а еще в прошлом, и отправной точкой проводимой кампании можно считать арест Сергея Сторчака.

С другой стороны, в последнее время риторика Кудрина выходит далеко за рамки его министерских и даже вице-премьерских полномочий. Достаточно вспомнить комментарии Кудрина на Давосском форме или выступление на экономическом форуме «Россия», где, по свидетельствам очевидцев, Кудрин говорил не только о росте ВВП, объеме прямых иностранных инвестиций или укреплении рубля, но также о расширении G8 и вступлении России в ВТО. Если принятие России в члены ВТО еще как-то можно привязать к вице-премьерским обязанностям, то вопросы увеличения «большой восьмерки» до 13-14 стран точно не должно входить в круг его служебных интересов.

Объяснение может быть таким. В наши дни у аналитиков и экспертов находится все больше причин, по которым они не видят Владимира Путина в роли премьера при президенте Дмитрии Медведеве. Вопрос о будущем премьере, что называется, повисает в воздухе. Судя по информационному фону, а также по изменившейся тональности высказываний Кудрина, можно предположить, что вопрос о премьерстве Кудрина в будущем правительстве решен.

В пользу этой версии говорит, по крайней мере, три обстоятельства.

  • Первое. Кудрин — близкий друг Путина, позволявший себе обращаться к уходящему президенту на «ты».
  • Второе. Кудрин очень много знает. Не в том смысле, что его проще убрать, а в том, что ему, как никому другому, известны все политические и социально-экономические механизмы функционирования путинской модели власти.
  • Третье. Только Кудрину по силам завершить операцию по обналичиванию власти, завершающая стадия которой, как будет показано ниже, в самом разгаре.

В пользу версии о будущем премьерстве Кудрина говорит внезапная вспышка активности его давнего оппонента московского мэра Юрия Лужкова. Вот что он говорил 29 января этого года на X конференции Московского городского регионального отделения партии «Единая Россия»:

«Надо помнить, что национальный производитель долгие годы находился и продолжает находиться в условиях финансового дефицита. Между тем, финансовый блок Правительства на протяжении многих лет проводит политику стерилизации денежной массы. Об этом мы много с вами говорили, но ничего не меняется. Подобная стерилизация является, по сути, политикой запрета на переход к нормальной инвестиционной политике. Национальные резервы и ресурсы выводятся из экономики и отправляются на Запад. С такой политикой пора заканчивать! И заканчивать решительно, поскольку она не соответствует нашей перспективе».

Коснулся Лужков и инфляции:

«Вопросы о регулировании роста цен вовсе не сводятся к тому, чтобы что-то заморозить. Это дурной пример. Местный наркоз обернется новым всплеском инфляции…»), и пенсионной системы («…государство обязано выполнять свои обязательства в пенсионной сфере до тех пор, пока не будут сформированы основы для того, чтобы в обществе появился рыночный пенсионер, уровень пенсии которого соответствует рыночным условиям»), и развития реального сектора экономики («Сегодня нужно создание новых производств и модернизация старых. Очень важно учитывать пространственное размещение производств и вопросы планирования».

Да, не все довольны выбором «хромой утки». Однако недовольные не до конца понимают масштаб стоящих перед будущим премьером задач.

ЕЩЕ РАЗ ОБ ОБНАЛИЧИВАНИИ

Одной из главных задач будущего премьера станет доведение до логического завершения процесса обналичивания власти.

На прошлой неделе промелькнуло одно прелюбопытнейшее сообщение:

«Роснефть» попросила денег у государства, чтобы расплатиться с долгами, или, на худой конец, их рефинансировать.

Механизм, предложенный «Роснефтью», прост до предела. Государство должно или выкупить облигации компании, или взять на себя ее кредитные обязательства перед российскими банками. Напомним, что в 2007 году совокупный долг «Роснефти» составлял $27 млрд., к середине марта она должна погасить часть обязательств на $5 млрд., кроме того, в прошлом году компания была внесена в перечень стратегических предприятий, что означает, в том числе ответственность государства по ее долгам.

Видимо, получить искомые $5 млрд. или хотя бы рефинансировать задолженность «Роснефть» по известным причинам не сможет. Так что, скорее всего государство пойдет компании навстречу.

Как только это знаковое событие произойдет, в открытую дверь вломятся «Газпром», ВТБ и другие банковские и нефинансовые корпорации с государственным участием, суммарно задолжавшие Западу $132,7 млрд.

После перевода долговых обязательств на баланс государства топ-менеджмент корпораций спокойно отойдет от дел и формально останется чист и перед законом, и перед западными (да и российскими) кредиторами.

Любопытно сравнить: четверть века назад в Мексике американцы, спасая страну от банкротства и собственные активы от потери, переводили корпоративные обязательства на государство чуть ли не насильно, параллельно лоббируя предоставление мексиканскому правительству кредитов от МВФ и Всемирного банка (за несколько лет государственный внешний долг Мексики вырос почти в три раза). У нас собственная гордость — мы сделаем это добровольно, без внешнего принуждения.

А там и до аннексии российских активов недалеко.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter