США против Ирана. Логика новой войны

21 февраля закончился срок, отведенный Ирану Советом Безопасности ООН для прекращения своей ядерной программы. Иран, разумеется, отказался выполнить это требование и теперь проблема его ядерной программы выходит на более глубокий дипломатический уровень. Теперь почти неизбежны открытые экономические санкции ООН против Ирана. Обязательно усилится разнообразное давление на Иран. США будут принуждать Иран пойти по пути северной Кореи и отказаться от строительства АЭС. Это давление и является наиболее интересным реальным фактором иранского кризиса. Мы не знаем, будет ли в итоге война США против Ирана. Но абсолютно точно эта война не состоится только в том случае, если Иран убедится в неэффективности своих ответных ударов в случае военной акции США. Только такая убежденность может заставить Иран пойти на отказ от обладания ядерными технологиями без войны. Значит, уже сейчас идет такая перестройка всего региона вокруг Ирана, которая в иные эпохи была бы следствием успешной войны против него, а не ее предпосылкой. В этом смысле война против Ирана уже идет и отказ Ирана от выполнения требований ООН просто переводит ее в новое качество, делает возможными и необходимыми ее более глубокие акты.

Современные войны – лишь этап переустройства регионов

Такова особенность современных войн, которые ведут США. Война заключается не столько в самой военной операции по разгрому открыто сопротивляющихся сил врага. В этом разгроме сомнений у США нет. Слишком велико их преимущество над любым противником. Основной задачей войны является глубокая социальная, культурная, политическая, перестройка целых регионов, где находится враг Соединенных Штатов. Эта перестройка начинается задолго до самой, вроде бы, главной зрелищной военной акции. Сама военная акция – разгром Югославии, талибов, Ирака - лишь этап в перестройке большого региона. После военной акции всегда следует долгий период вялотекущего политического конфликта на оккупированной территории. Закрепляется победа долгой интеграцией всего измененного региона в сферу устойчивого влияния Запада.

Идеальный пример – Югославия. Удару НАТО по Югославии предшествовала ее долгая блокада со всех сторон, усиление всех сепаратистских сил внутри нее, выстраивание внутри Югославии проамериканских сил и баланса в интересах США и их союзников в регионе. После военного разгрома Югославии эта страна распалась, а затем вошла после долгого внутреннего кризиса в зону устойчивого контроля Запада вместе со всем регионом, где она находится. При этом не потребовалась прямая оккупация всей страны и региона войсками США. Оказалось достаточно оккупации частичной. Примерно так же развивается ситуация в Афганистане и Ираке.

По той же модели уже идет перестройка всего региона, центром которого является Иран. В этом смысле оккупация Ирана уже началась, война против Ирана уже идет. Нет лишь горячей фазы войны.

Можно понять основные задачи нового этапа «давления» на Иран, который развернется сейчас, исходя из возможного характера самой военной акции против него, которую теоретически можно ожидать в любой момент. Стратегические последствия нового этапа «давления на Иран» имеют также собственное значение, не связанное напрямую с военной операцией против Ирана. Даже если этой операции не будет, России, например, придется считаться с новой политической конфигурацией всего региона, возникающей ныне.

Оккупации Ирана не будет. Будет цепь локальных войн.

Характер возможной войны США против Ирана уже не вызывает споров. США, конечно, в ходе своих новейших войн не повторяются. Рисунок войн в Ираке, Югославии или Афганистане – разный. Но есть уже и общие прогнозируемые черты этих войн. Они исходят из целей и задач конкретной военной акции в контексте перестройки всего региона, начатой до войны.

США не имеют достаточных сил для оккупации всего Ирана. Даже для удержания контроля над Афганистаном и Ираком приходится привлекать фрондирующих или слабых союзников и напрягать едва ли ни все ресурсы.. США не имеют возможности создать большую коалицию для такой войны - слишком сложным стал механизм формирования таких коалиций - и должны полагаться лишь на себя и своих самых близких союзников. Это, конечно, облегчает выбор времени начала войны, нет необходимости в длительной заметной концентрации своих войск у границ Ирана, но определяет ее характер. США могут только одно: начать постепенно наращиваемые бомбардировки, в ходе них провести мобилизацию своих союзников себе в помощь, втянуться в ряд вытекающих одна из другой локальных военно-политических операций по периферии Ирана, каждая из которых будет своей оригинальной военно-политической схемой напоминать отдельную локальную войну.

Нет сомнений в целях первого удара США: ядерные объекты, системы ПВО, пункты связи, крупные воинские подразделения Ирана, объекты транспортной инфраструктуры, его ВМФ. Эта фаза войны наверняка будет удачной. Если Иран применит против Израиля или на территории США оружие массового поражения или проведет слишком сильные теракты, он будет атакован ядерным оружием. Это вариант можно не рассматривать. Если обойдется без ядерного оружия, то вскоре после начала бомбардировок театр военных действий распадется на несколько «фронтов». Наземные войска США могут быть использованы в основном для обеспечения безопасности судоходства в Ормузском проливе и контроля над приграничными территориями Ирана, прилегающими к южной части Ирака. Сложно представить, как Иран может помешать операции США в Ормузском проливе.

Арабский Иран и Курдистан

Операция в арабских районах Ирана близ южного Ирака наверняка будет ориентирована на их интеграцию с шиитской частью Ирака, более-менее лояльной США. Сомнительно, чтобы Иран смог вызвать большое восстание шиитов в Ираке. Наверняка среди арабов шиитов по обе стороны границы найдется много сторонников образования чего-то напоминающее единое арабское шиитское государство. На них не может не делаться ставка Соединенными Штатами. Эта ставка на шиитов оправдывает себя в Ираке. Скорее всего, в этом регионе в тени действий США будет спровоцирована локальная гражданская война. Шансы на победу проамериканских сил в этой войне будут определяться способностью США оттянуть внимание остального Ирана от этого региона на другие конфликтные зоны.

И вот этот момент перестройки региона Ирана является особо актуальным для России и Европы. Удар США по Ирану обязательно вызовет проамериканскую активность курдов в иранском Курдистане. Мы не можем знать, в каких формах это произойдет, но сложно представить себе, чтобы иракские курды, ныне эффективно контролирующие свою часть Курдистана, надежные союзники США, не попытались интегрировать в свое почти государство иранский Курдистан. Сложно представить себе, чтобы иранские курды слишком сильно сопротивлялись такой попытке, ибо в руки единого Курдистана тогда переходят важные нефтедобывающие районы Ирана. При благоприятном ходе войны курды вполне могли бы выполнить в части Ирана роль афганских таджиков, совершивших важнейшую часть сухопутной операции США против талибов. Во время войны США против Ирака курды также воевали в арабских районах. Курды могут выйти и за пределы иранского Курдистана, выполнив роль «туземной» американской пехоты в приграничных к Ираку областях Ирана. Ибо США нуждаются в контролируемой иранской приграничной территории, чтобы сдержать действия иранцев против своих войск в Ираке.

Объединение и даже расширение за пределы своих этнических границ иранского и иракского Курдистана – это грандиозная проблема для Турции. В случае войны против Ирана остановить объединение Курдистана невозможно. И после войны объединенный Курдистан вряд ли будет ликвидирован. Скорее всего, в своей квазигосударственной форме он может существовать долго. Ибо послевоенная пацификация Ирана будет многолетним тяжелым процессом. Турция должна получить компенсацию этой колоссальной «курдской» потери всей своей системы национальной безопасности сразу после начала военной акции США в Иране. Такой компенсацией может быть только усиление турецкого влияния в Азербайджане по обе стороны иранской границы.

Азербайджанская «критическая масса»

Курдский кризис сам по себе влечет за собою кризис в обоих Азербайджанах. Но помимо курдской стороны азербайджанской проблемы, она имеет и собственную составляющую. Возможно, азербайджанский локальный кризис является ключевым в перестройке всего американского «Большого Ближнего Востока» и всей вероятной иранской войны. Иранский Азербайджан – это территория с населением в 2-3 большим, чем в независимом Азербайджане. Любые политические трансформации в иранском Азербайджане – усиление националистического движения или, наоборот, его жесткое подавление иранцами в ходе войны не могут не вызвать политического отклика в Баку. С другой стороны, Азербайджан в случае иранской войны становится ключевым элементом военно-транспортного коридора, который свяжет войска США и НАТО в Афганистане и Средней Азии с метрополией. Войска США в Афганистане обязательно окажутся под угрозой ответных действий Ирана – руками ли афганских шиитов или талибов или диверсионных иранских соединений – видимо всех их вместе взятых. Возможно, именно афганские контингенты западных войск являются самыми уязвимыми в ходе иранской войны.

Азербайджан не может не предоставить свое воздушное пространство и свои аэродромы для войск США в случае войны. Войска США обязательно окажутся в этой стране. А где азербайджанский транзит в Афганистан, там и туркменский. Где туркменский транзит, там проблема контроля над Туркменией.

Туркменский газ

Туркмения ныне играет гораздо более важную стратегическую роль, чем это было во время «ввода войск США в Афганистан» . Сейчас именно от поставок туркменского газа в Россию зависит способность России выполнить свои обязательства по поставкам газа в Европу. Если туркменский газ в Россию не придет, тогда РФ моментально столкнется с большим кризисом в отношениях с Украиной, а затем – и со всей Европой. Появление у НАТО действительно энергетической составляющей, появление «энергоНАТО» станет необратимым. Новая «холодная война» РФ с НАТО – это, прежде всего, региональный конфликт между Россией и странами каспийско-черноморско-балтийской дуги, резкий рост платежей РФ за плавание в водах почти внутреннего моря ЕС – Балтийского моря, проблемы с проходом через Проливы, рост транзитных платежей на все виды транзита через Украину, Беларусь, Прибалтику, обострение кавказских проблем, потеря влияния на все объекты ПВО и связи в Азербайджане, Украине, Беларуси, втягивание в новую гонку вооружений. России надо будет срочно отсраивать, видимо, на средства своего Стабилизационного фонда, систему ПВО по периметру своих границ, создавать ракеты средней дальности и современную армию. Вряд ли это будет по силам.

Если мы посмотрим на нынешнее втягивание «последней диктатуры Европы» в альянс со странами Межморья, санкционированный США, именно с этой точки зрения, если увидим отношение к Лукашенко через возможную войну США против Ирана, то все становится логично. Впереди, возможно, такие кризисы, что авторитаризм Лукашенко Западу покажется только благом. Во всяком случае, на фоне этих кризисов он не будет казаться чем-то слишком уж отталкивающим. Кстати, новые американские базы ПРО в восточной Европе – также выглядят на случай именно такого кризиса очень логично. Еще один элемент подготовки к возможной новой «холодной войне» в Европе. Осталось только дождаться, пока РФ сама разорвет военный союз с Беларусью и втянуть тогда РБ в НАТОвскую систему безопасности, - и фронт новой холодной войны будет выстроен.

Если начнется война в Иране, борьба за контроль над Туркменией становится для России вопросом чуть ли ни жизни и смерти. Ведь есть и иной вариант проблем в случае непоступления туркменского газа: быстрое повышение внутренних цен на газ в РФ, чтобы уменьшить его потребление и сохранить объемы поставок в Европу. Никакой рост мировых цен на углеводороды в случае войны против Ирана не компенсирует необходимость такого резкого сокращения потребления газа внутренними районами России, если надо будет сэкономить так много. Рост внутриполитической напряженности в России гарантирован. А ведь будут еще и беженцы из Азии и осложнение отношений со странами Средней Азии. Борьба за туркменский газ – это борьба за его транзит через Узбекистан и Казахстан, это и борьба за сырье других среднеазиатских стран. Это в любом случае дорого. И вряд ли РФ в борьбе за Туркмению победит. Если пойдут на войну в Иране, переустройство Большого Ближнего Востока потребует перенаправить каспийское сырье на его нужды. Иначе в чем смысл Переустройства? Из Туркмении и из Средней Азии США в таком случае уже не уйдут долго. Тем более, что пацификация Ирана будет долгой.

Азербайджанский кризис в случае войны в Иране имеет очень простое разрешение: стратегической массы Азербайджана достаточно, чтобы он надолго стал ключевым элементом поддержания нового порядка в регионе Ирана. Азербайджан и стоящая непосредственно за ним Турция получат гарантии успеха такой политики, если через объединенный так или иначе Азербайджан пойдут большие потоки газа и нефти в Европу и Турцию из региона Каспийского моря. Еще недавно шли лишь разговоры про каспийские нефть и газ. Сейчас это сырье уже реальность, как и трубопроводы терминалы под него в Закавказье, Турции и Украине. Если это сырье поступит в Европу, минуя Россию, то иранская война на своем северном направлении будет полностью оправдана и окуплена. А холодная война в Европе будет не очень продолжительной и не очень острой. Россию тогда относительно легко оттеснят еще далее в северную Евразию диверсифицировать добычу и пути поставки своих углеводородов на Баренцовом море и на Балтике.

Россия – второй проигравший

Война в Иране имеет свою на первый взгляд побочную, а может и главную составляющую – поставить под контроль ныне жизненно важные для России поставки углеводородов в регионе Каспийского моря. Фактически, это борьба за почти полный контроль над Россией. Пока непонятно, что исторически окажется важнее в нынешнем американском переустройстве «Большого Ближнего Востока»: предотвращение появления в этом регионе нового глобального центра силы или усиление зависимости от запада и так слабой, хотя и ядерной, РФ?

«Переустройство» «Большого Ближнего Востока» быстро идет и без самой войны против Ирана. Если Иран сейчас не создаст быстро ядерной бомбы, то через 3-4 года инфраструктура силового переустройства региона станет еще совершеннее: будет реконструирована трубопроводная сеть между прибалтийскими странами, Польшей, Беларусью и Украиной и на Балканах для приема больших масс углеводородов оттуда. Американские базы ПРО в восточной Европе вступят в строй. Восточно-европейцы станут еще сильнее и консолидированней. Сырья в регионе Каспийского моря станут добывать еще больше, и оно станет еще важнее для России и Европы. «Умного оружия» США накопят также еще больше. И тогда военная акция против Ирана, этот этап «переустройства» региона просто пройдет еще быстрее… Если в ней через 3-4 года будет необходимость и Иран сам не покорится, как Ливия, например. Современные войны не всегда требуют зрелищной военной акции для победы, как показал печальный опыт распада СССР, открывший эту новую эпоху. Главное – «перестройка», комплексное «переустройство».

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter