Нищета экономизма

Когда пытаешься анализировать политику правительственных экономистов, то возникает ощущение, что реальная экономика для них вообще не существует, а вся макроэкономика, данными которой они оперируют, сконцентрирована исключительно в области финансов и кредита. Создается впечатление, что они целенаправленно пытаются доказать справедливость слов Тютчева: «Умом Россию не понять, аршином общим не измерить». И что у России «особенная стать», а фундаментальные законы, определяющие функционирование реальной экономики, ей не писаны.

Раскручивание дефляционной спирали

В нормальной рыночной экономике в условиях кризиса всегда начинает раскручиваться спираль дефляции: падение спроса приводит к снижению цен на основные товары, а также вызывает падение производства и массовую безработицу, которые, в свою очередь приводят к еще большему падению спроса. И так до тех пор, пока экономика не достигнет дна своего падения, и пока какой-нибудь внешний импульс не выведет экономику на траекторию сначала оживления, а затем и подъема. Так происходит во всех странах мира, кроме России. С началом мирового экономического кризиса во всех странах с рыночной экономикой произошло падение цен. И хотя падение розничных цен было незначительным – на 1-2%, отпускные цены повсеместно упали на 5-7%.

В России же все наоборот – цены растут даже по сравнению с высокими показателями инфляции прошлого года, хотя остальные составляющие дефляционной спирали, как говорится, налицо. Падение спроса вызвало падение производства, которое, в свою очередь вызвало ускоренный рост массовой безработицы. В результате, падение спроса все больше углубляется и неизбежно приводит к новому витку дефляционной спирали, но при этом цены в России падать и не собираются. О причинах инфляции в России мы поговорим в другой статье, а пока посмотрим внимательнее на дефляционную спираль, и постараемся найти ответ на вопрос: «Есть ли предпосылки в российской экономике «увидеть свет в конце туннеля» в 2009 или в 2010 году?», как об этом заявляют правительственные экономисты.

Бурный рост российской экономики в 2000-х гг. обеспечивался ростом мировых цен на нефть, газ, металлы и другие сырьевые товары, которыми так богаты российские недра. Собственное производство росло лишь в той мере, в какой его продукция требовалась экспортерам: нефтяникам, газовикам, металлургам и т.д., да за счет роста бюджетных расходов на зарплаты бюджетникам, пенсий нищим пенсионерам, строительства инфраструктурных объектов и т.п. К тому же дешевые иностранные кредиты породили иллюзию бесконечного роста российской экономики и формирования «энергетической супердержавы», без сырьевых богатств которой не может обойтись мировая экономика. Все это формировало внутренний спрос и рост производства внутри страны, рост занятости и доходов населения, а следовательно, и новый рост спроса. И так до начала кризиса, когда расширяющаяся спираль превратилась в спираль сжимающуюся, и началось раскручивание спирали дефляции.

Китайская экономика, так же как и российская, ориентирована на экспорт. Но с началом кризиса на мировом рынке резко упал спрос на товары китайского экспорта – основу бурного развития Китая в последние 30 лет. Закрылись десятки, если не сотни тысяч китайских предприятий, работавших на экспорт, миллионы работников этих предприятий оказались на улице. Соответственно упал и внутренний спрос, но китайское правительство сразу же начало реализовывать мощную программу выхода из кризиса в 4 трлн юаней, рассчитанную на 2 года и направленную исключительно на стимулирование внутреннего спроса. Ее главной целью было недопустить раскручивания дефляционной спирали.

По официальному курсу 4 трлн юаней – это около $ 600 млрд, что существенно меньше любой из американских антикризисных программ Полсона или Обамы. По паритету же покупательной способности (ППС) – это $ 2-2,5 трлн, что больше программ Полсона и Обамы вместе взятых. У китайской программы есть не только количественные, но и принципиальные качественные отличия. Программа Обамы в меньшей степени, а вот программа Полсона целиком направлена на оказание помощи банкам, а к стимулированию спроса и выходу из дефляционной спирали не имеет никакого отношения. По мнению известного американского экономиста Джеймса Гэлбрейта – это пустая трата финансовых ресурсов, что-то вроде поения «коня барона Мюнхгаузен», у которого отрублена задняя часть туловища.

Руководство России тоже пытается удовлетворить «жажду ликвидности» российских банков и «напоить, разрубленную пополам, лошадь барона Мюнхгаузена», вливая все новые и новые финансовые ресурсы в банковскую сферу. В начале кризиса осенью прошлого года российское правительство направило 5 трлн рублей на «поддержку» российских банков и повышение их ликвидности. Но показатели банковской ликвидности «почему-то», наоборот, снизились с 703 млрд. рублей на 1 октября 2008 г. до 629 млрд. рублей на 19 декабря 2008 г. Зато 4 трлн рублей из российских золотовалютных резервов перекочевали на оффшорные счета частных лиц, обесценив мимоходом российский рубль в полтора раза, а внутренний спрос перешел в состояние свободного падения, раскручивая спираль дефляции.

Китайская же антикризисная программа полностью направлена на стимулирование роста внутреннего спроса, дабы недопустить раскручивания дефляционной спирали. Поэтому в Китае произошел лишь небольшой спад темпов экономического развития, связанный с перестройкой экспортной ориентации экономики на стимулирование роста потребления на внутреннем рынке страны. Китаю на эту перестройку потребуется 1,5-2 года, после чего китайская экономика начнет снова прирастать на 10% в год, но не за счет роста экспорта, а за счет роста внутреннего потребления. Российская же экономика будет и дальше падать на 10% в год, т.к. правительство надеется исключительно на рост цен российского сырья на мировом рынке и ничего не предпринимает для стимулирования внутреннего спроса. Следовательно, дефляционная спираль у нас и дальше будет продолжать сжиматься.

Российское правительство, воздействуя на экономику исходя из макроэкономических показателей, уподобляется врачу, который сбивает температуру у больного, вместо того, чтобы лечить болезнь, порождающую этот рост температуры. Мудрые китайцы правильно поставили диагноз и лечат саму болезнь. Поэтому они обязательно ее скоро вылечат. Правительственные экономисты в России просто сбивают температуру, и даже не хотят разбираться в причинах болезни нашей экономики. Они ждут, когда болезнь пройдет сама собой, а мировые цены на нефть снова поднимутся до небес. Расплата за подобную политику не заставит себя ждать.

Как стимулировать рост внутреннего спроса в России?

В последние годы бум строительной индустрии был одним из главных факторов роста внутрироссийского рынка, вклад которого в ВВП был не менее 3 трлн рублей. Поэтому важнейшей задачей антикризисной программы правительства должно было быть недопущения спада в этой сфере экономики. Но в докризисный период строительный бизнес развивался за счет дешевых западных кредитов и инвестиционного спроса, когда в условиях мощного роста цен на недвижимость ее покупка была очень выгодным вложением капитала. В условиях же кризиса, когда цены на недвижимость в России стремительно падают, инвестиционный спрос упал до нуля.

Дешевые западные кредиты и стабильный рост российской экономики, вызванный ростом цен на российское сырье, породили бурный рост ипотечного строительства жилья, а также строительства офисных и складских помещений. Но с прекращением притока в Россию дешевых западных кредитов ипотечное кредитование жилья, практически, перестало существовать, а строительство офисов и складских помещений в большинстве своем заморожено. Один пример возведение небоскребов «Москва-Сити» чего стоит, строители которых «Миракс–групп» и другие крупные корпорации близки к банкротству. За первое полугодие в Москве и Питере, переживавших в прошлые годы небывалый строительный бум, не было заложено ни одного нового здания, да и не все начатые стройки, судя по финансовым проблемам крупнейших строительных фирм, будут завершены. Поэтому объемы строительства в этом году, неизбежно, упадут на 40-50%. Но главное падение строительной отрасли России можно ожидать в 2010-2011 гг.

Остается лишь строительство, так называемого «жилья катастроф», т.е. социального жилья, а так же жилья для военных, переселенцев из аварийного жилья и других категорий населения, которое осуществляется за счет бюджетов различных уровней. Но общий объем этого строительства в 2009 году, вряд ли превысит полтриллиона рублей. Про инвестиционное же и ипотечное строительство, как основной «локомотив» роста строительной индустрии, можно будет забыть на ближайшие 10 лет. Конечно, можно вспомнить советский опыт жилищно-строительных кооперативов, или использовать немецкий опыт организации Стройсберкасс. Но в условиях раскручивающейся спирали дефляции и сокращающихся доходов населения, они не дадут существенного вклада в развитие строительной отрасли.

Строительство же «доходных домов», т.е. домов, строящихся специально для сдачи в аренду, и не сокращение, как сейчас планирует наше правительство, а наоборот, максимальное наращивание инфраструктурных проектов, как это делают китайцы, может возродить строительный бум в стране. Что приведет не к падению, а к росту российской экономики, т.к. в соответствие с мультипликативным эффектом 1 трлн рублей вложенный в строительство доходных домов или инфраструктурных объектов даст увеличение ВВП на 4-5 трлн рублей. При этом, примерно, 1,5 трлн рублей дополнительных поступлений получит бюджет. Но если этот же трлн рублей получит наша банковская система, то он снова окажется в оффшорах.

И еще одна мощная сфера повышения внутреннего спроса – это стимулирование покупки автомобилей, производимых не территории России. Правительство пошло на некоторые облегчения, пообещав компенсировать три четверти ставки рефинансирования ЦБ, покупателям российских автомобилей. Результат – близкий к нулю. И производство автомобилей в России неизбежно сократится в этом году не менее чем на 50%. Но производство автомобилей так же имеет большой мультипликативный эффект: оно завязано и на металлургию, и на нефтехимическую промышленность, и на металлообработку, и на другие сферы экономики. И также каждый вложенный в производство автомобилей рубль, даст мультипликативный эффект в 3-5 рублей роста ВВП, и соответствующий рост поступлений в бюджет.

А почему бы не организовать льготное кредитование через государственные банки, которым ЦБ мог бы давать исключительно под эту программу беспроцентный кредит. Банковскую маржу ограничить 3%, срок кредита не ограничивать тремя годами, а растянуть его на 5-7 лет. И если государство хочет помочь непосредственно «АвтоВАЗу», то из 30% первоначального взноса 15% сделать из государственного бюджета, так сказать, преференция исключительно для «АвтоВАЗа». Сейчас государство напрямую помогает «АвтоВАЗу» погасить его убытки, предоставляя кредиты, которые он все равно никогда не отдаст. Хотя было бы лучше, если бы это осуществлялось через стимулирование спроса на его продукцию. Эффект был бы значительно выше. Кроме того, это заставило бы «АвтоВАЗ» снижать свои издержки и повышать качество своей продукции в борьбе за покупателя. А так, кредитование «АвтоВАЗа» - это поддержание его агонии.

Кредитование на принципах исламских банков

Россия занимает 2-3 место в мире по экспорту зерна и 2-3 место по импорту мяса. Абсурд такого положения можно сравнить разве что с соответствующим экспортом нефти и импортом бензина, но вот бензин мы худо-бедно производим сами, а мясо закупаем за границей. Хотя 1 кг экспортированного зерна стоит в 15 раз дороже 1 кг импортированного мяса. Но для замены импорта нужно строить свинокомплексы, комбикормовые заводы, убойные цеха и т.д., т.е. нужны инвестиции в производство и переработку. И это выгодно, т.к. 3кг зерна дают 1кг свинины, а мультипликативный эффект от вложений в аграрный сектор будет, как в строительстве или автопроме – на каждый вложенный 1 трлн рублей рост ВВП составит 3-5 трлн. Но правительство РФ стратегической целью развития АПК почему-то провозгласило рост экспорта зерна. Вот уж поистине, умом Россию не понять.

Хотя, зачем заморачиваться строительством свинокомплексов и откормочных комплексов КРС, когда можно собрать богом данный урожай зерновых и отправить его на экспорт. И голова не болит о повышении отдачи от инвестиций в АПК, а то они имеют «привычку растворяться» не доходя до сельхозпроизводителей. Тут моя родная Орловская область показывает пример «высокой эффективности» инвестиций в аграрный сектор. В 1997 году в области был разработан инвестиционный проект «Пшеница-2000», который прокредитовал немецкий Дойче банк, под гарантии Орловской области. В результате реализации этого «инвестпроекта» все технологическое оборудование и финансовые средства растворились в неизвестном направлении, а на области повисла задолженность в 4 млрд рублей, которая будет погашаться в течение 30 лет из и так очень скудного регионального бюджета.

А вот пример с агрохолдингом «Моссельпром» сенатора С.Лисовского, получившего поддержку областных властей на инвестиционный проект по строительству свинокомплекса на 108 тыс. голов свиней, мощностью 12,5 млн тонн мяса в год. Анализ экономической эффективности этого проекта показывает, что этот инвестиционный проект нужен уважаемому сенатору, чтобы погасить убытки в 400 млн рублей, полученные его агрохолдингом в прошлом году. Г-н Лисовский справедливо посчитал, что вряд ли он сможет получить кредит на погашение убытков, а вот под большой инвестиционный проект кредит он получит. За счет этого кредита можно будет погасить убытки прошлого года, и безбедно прожить еще несколько лет. А то, что отпускная цена свинины на этом комплексе будет более 300 рублей, об этом скромно умалчивается. Главное выстроить аграрно-финансовую пирамиду.

С большой помпой в Орловской области был представлен и мегапроект ЗАО АВК «Эксима» по обеспечению к 2011 году ежегодного производства 12 млн голов свиней, или около 1 млн тонн мяса в убойном весе. Фирмой «Эксима» уже освоено 8 млрд рублей и требуется еще 5 млрд для продолжения проекта. Но при анализе данных этого «мегапроекта» оказывается, что даже после полного освоения 13 млрд рублей будет производиться ежегодно только 600 тыс. свиней в год, или 55 тыс. тонн мяса. А чтобы произвести разрекламированные 12 млн голов свиней и 1 млн тонн мяса потребуется еще, примерно, 150 млрд рублей дополнительных вложений, о которых авторы мегапроекта скромно умалчивают.

И возникает справедливый вопрос: «Ради чего осуществляются все эти инвестиционные проекты в АПК – ради развития сельскохозяйственного производства или ради разворовывания полученных финансовых средств?»

Но все эти проекты осуществляются с помощью обычных банковских кредитов под высокий процент, когда в залог закладывается какое-то имущество и иные активы, или под государственные гарантии. В условиях же кризиса резко возрастают риски невозвратов, т.к. падает массовый спрос и сокращается производство, а нашим банкам абсолютно безразлична эффективность использования их кредитов. Они в любом случае вернут свои кредитные ресурсы, хотя бы через продажу заложенных активов или выплаты государственных гарантий.

Поэтому обычная система банковского кредитования, как совершенно справедливо указывал Джеймс Гэлбрейт, будет неизбежно стагнировать, как она стагнировала и во времена Великой депрессии, и в 1970-80-х гг., т.к. в условиях кризиса нужно использовать принципиально иные формы кредитования. И такие формы кредитования есть, они основаны на принципах деятельности исламских банков.

Исламские банки, в отличие от традиционных, принимают непосредственное участие в бизнесе кредитуемых ими предпринимателей и делят с ними как доходы, так и убытки, получаемые от кредитуемого ими бизнеса. Следовательно, они кровно заинтересованы в высокой эффективности использования кредитных ресурсов. Именно поэтому они и эффективны в условиях кризиса. Но наши правительственные экономисты даже не удосуживаются изучить опыт работы исламских банков.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
  • Самое читаемое
  • Все за сегодня
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Telegram