Надир Бекиров: «Россия перед выбором, как ей жить с крымскотатарским народом»

На фоне украинской трагедии ситуация в Крыму отошла на второй план, однако это не значит, что о ней можно забыть. Проблема сосуществования русской и крымскотатарской общин, исторических судеб крымских татар не уходит с повестки дня. И если российская позиция уже неоднократно была представлена в прессе, в том числе на АПН, то позиция другой стороны многим не вполне ясна. «Крымскотатарскую» точку зрения представляет президент международной общественной организации «Фонд исследований и поддержки коренных народов Крыма» Надир Бекиров.

- Много лет, задолго до возвращения Крыма в Россию, Вы жестко критиковали меджлис, отмечая постепенное падение его влияния в среде крымских татар. Какова влиятельность меджлиса в нынешних условиях? Согласно нашей гипотезе, она значительно снизилась в результате политики «шараханий», отягощенной множеством фатальных ошибок (в частности, апелляциями к Западу и Турции и т.п.). Идет ли на смену меджлису иная общественно-политическая структура или наступает черед участия крымских татар в тех или иных российских политических партиях и т.д.?

- Меджлис, а позже и Курултай крымскотатарского народа я критиковал, прежде всего потому, что они (теперь уже) давно и основательно коррумпированы. Я не имею в виду распоряжение материальными средствами, доставшимися из разных источников, о чем обычно любят писать и говорить все, кто по разным причинам недолюбливает Меджлис. Для меня главное то, что председатель Милли Меджлиса и его ближайшее окружение (буквально 3-5 человек) вполне преднамеренно выстраивало систему коррупции политической. Это была подделка и имитация выборов в эти органы, которая позволяла их беспроблемное формирование из числа заведомо согласных с «лидерами» подпевал. Далее это позволило кардинально изменить вектор воздействия. Из органов национального самоуправления они превратились в органы государственного управления крымскотатарским народом.

«Лидеры» о чем-то там договаривались с украинским государством или политиками, а потом пресмыкающийся перед этими «лидерами» состав Курултая и Милли Меджлиса поднимал руки или бросал бюллетени, санкционируя их закулисные шашни в виде своих решений. Далее вся система региональных и местных меджлисов где дурила народ, где давила на него, чтобы провести их в жизнь от имени и руками крымских татар.

Это было удобно и украинскому государству. Как только возникала какая-то проблема с крымскими татарами, к ним тут же посылали представителей Меджлиса, в особо тяжелых случаях самого Мустафу Джемилева, которые, повздыхав-посочувствовав, переходили к тому, что всякие там акции и протесты мешают вести плодотворный диалог с представителями власти и надо бы сворачиваться поскорее, а то ничего не получится. Так же обстояли дела и с журналистами, которые начинали критиковать государственную политику и еще больше – на международной арене, где Меджлис и персонально Мустафа Джемилев старались замолчать или заблокировать любую критику Украины за ее дискриминацию в отношении крымских татар.

Именно поэтому никто из украинских чиновников и экспертов никогда не интересовался, а как там избирается Курултай и Меджлис, есть ли эти самые выборы. Им удобно было иметь дело с подкаблучником, которого официально называли представительным органом всего народа.

Чем далее, тем более становился виден разрыв между тем, что на самом деле нужно народу, и тем, что от его имени заявляли и претворяли в жизнь Курултай и Меджлис. Отсюда и постепенная утрата влияния, и бешенство «лидеров» против несогласных с ними, и публичные ругательства в адрес несогласных.

Доказательствами в таких случаях глашатаи Меджлиса себя не утруждали – достаточно было просто публично проорать что-нибудь пострашнее в адрес несогласных. Например, чтобы было понятно, цитата из одного из материалов в газете «Авдет» - фактическом рупоре Меджлиса – за 2009 год: «Я, к примеру, тоже считаю Васви Абдураимова, Абдурешита Джеппарова, Надира Бекирова и кое-кого еще профессиональными провокаторами, агентами ФСБ, однако не утверждаю этого, так как не имею доказательств». Неплохо, да? Доказательств не имеет, «не утверждает», а просто в газете тиражом 20 000 экземпляров публикует, и потом газету раздают бесплатно по всему Крыму. Таковы методы Меджлиса.

Однако вплоть до последнего времени значительная часть крымских татар все еще не понимала, что лидеры предали и продолжают предавать крымскотатарский народ. Это и в самом деле не очень просто, потому что люди судили о них по их речам на митингах, созванных Меджлисом под другими предлогами, из газет, радио и телевидения, контролируемых Меджлисом или просто находящихся в собственности этих «лидеров». Их истинных поступков народ в общем-то и не знал, - для этого нужно было хотя бы следить за доступной информацией в интернете, прессе, анализировать их дела, а не дежурные фразы о единстве вокруг Меджлиса и усилении борьбы, которую на самом деле Милли Меджлис давно уже не вел.

Крымскотатарский народ был настолько наивен и доверчив, что и вообразить себе не мог реальные дела «лидеров». Ну, например, когда десятилетиями крымских татар уверяли, что надо голосовать за партию или блок, потому что в их списке – председатель Милли Меджлиса. А потом этот председатель за 10 лет пребывания в украинском парламенте выступал аж…18 секунд. Среди его законодательных инициатив был законопроект «О продовольственных банках» и «О деривативах» (знаете, что это? Какие-то чертовы финансовые бумаги типа акций). А законопроекты, касающиеся крымских татар, им или вообще годами не заявлялись, или заявлялись после того, как об этом начинали публично говорить в немеджлисовских СМИ.

2005-2010 годы были на Украине пятилеткой, полной победы «оранжевой» власти, когда и президент, и премьер-министр, и большинство в Верховной Раде были того же цвета, что и народные депутаты Джемилев и Чубаров, введенные туда по представлению Курултая. И что это за время? Возобновившиеся погромы крымскотатарских поселков (самые жуткие на ул. Балаклавской и на плато Ай-Петри в 2007 году), массовый вандализм на мусульманских кладбищах (сотни разрушенных и подвергшихся надругательствам и разорению могил), суды и посадки активистов крымскотатарского движения, и ни одной законодательной инициативы о правах крымских татар!

Разумеется, Меджлис был таким не с самого начала. Он постепенно, где-то начиная с 2000 года, регрессировал а к последнему времени просто превратился в райотдел милиции.

Да вот вам прямая речь! Из письма тогдашнего министра внутренних дел Украины Луценко премьер-Министру Тимошенко от 22 июля 2008 года: «для успешного завершения исполнительных действий, особенно во время принудительного выселения крымскотатарского населения из самовольному занятых земельных участков и помещений, кроме подготовительных мероприятий органов внутренних дел, также необходимо с помощью представителей крымскотатарского Меджлиса, местных органов исполнительной власти и средств массовой информации проводить и разъяснительную работу среди участников акции».

Относительно апелляций к Западу… В России на фоне развернувшегося противостояния - прямо-таки идиосинкразия к международным организациям, расположенным в Европе. При всем при этом, насколько я понимаю, Россия ни из ООН (даже из Совета Безопасности), ни из Совета Европы, ни из ОБСЕ ни т.п. и т.д. не вышла и даже признаков таких нет. Напротив, добивается, чтобы ей восстановили право голоса в ПАСЕ и т.д. Во всех заседаниях, касающихся российских интересов, Россия активно участвует, предлагает решения, лоббирует их и т.д. Почему вы решили, что крымские татары на это не имеют права? Кстати говоря, что менее всего повлияло на рост недоверия к меджлису, так это апелляции к международным организациям. О них обычные люди знают очень мало.

Что касается Турции, то у меня встречный вопрос: а что, Турция - враг России? Война с ней, что ли? Если так, почему Путин первым из мировых лидеров поздравляет премьер-министра Эрдогана с победой на парламентских выборах? И не дело ли самих крымских татар решать, с кем им иметь отношения? Россия поддерживает отношения с русскими за рубежом? Или это я придумал Комитет по связям с соотечественниками при Госдуме? Или русским с русскими за рубежом поддерживать отношения можно, а крымским татарам с крымскими татарами нельзя?

Вообще, что за местечковая ксенофобия? Крымские татары проживают не только в Турции, но практически по всей Европе, в США, Канаде, Австралии, Латинской Америке. Предлагаете у вас спрашивать разрешения, с кем нам водиться? Сотни тысяч россиян постоянно проживают за рубежом, миллионы ездят на отдых, за покупками, развеяться, на футбольные матчи, дефиле, учиться-лечиться, покупают и продают акции, соучреждают и берут кредиты, делают инвестиции, сорят деньгами на Западе и в Турции. Посмотрите, где учатся и женятся дети российской бизнес и политической элиты! А вы будете предъявы делать крымским татарам?

Точно так же крымские татары (не Меджлис) тысячами нитей связаны с «зарубежом», где проживают десятки тысяч родственников, учатся дети, лечатся больные, работают близкие, проводятся культурные мероприятия, конференции, реализуются бизнес-проекты. Да, собственно, почти весь мир живет сейчас так. Если кто-то в России от этого «шарахается» - флаг ему в руки, для нас это обычная практика.

Мнение об апелляциях руководства Милли Меджлиса к западу и международным организациям многократно преувеличено. Пока они получали свою мзду от украинского государства в виде должностей, наград, окладов и т.п. они и сами сидели, заткнувшись, и другим пытались рты затыкать. Они были совершенно не заинтересованы в том, чтобы информация о реальном положении и особенно о систематической дискриминации в отношении нашего народа крымских татар стала достоянием международного сообщества. Апелляции к ним для Меджлиса вовсе не так уж и характерны. Тогда, когда речь шла о дискриминации крымских татар в Украине, от этих организаций и их интереса бегали. «О падении интереса к проблематике крымских татар в Брюсселе свидетельствует тот факт, что Председатель Меджлиса Мустафа Джемилев не только не приехал на мероприятие по приглашению, но даже никого не прислал вместо себя и не прислал письменной информации с анализом Меджлисом текущей ситуации с крымскими татарами, как ожидали организаторы». Это из письма Представителя Украины при ЕС Елисеева заместителю Министра иностранных дел Украины П.А Климкину от 30 июня 2011 года.

Все изменилось, когда к власти пришли силы, не взявшие их в свою обойму. Вот тогда поднялся крик о страдающем народе. Однако как-то по сей день они стыдливо молчат о том, почему же не использовали абсолютно благоприятную ситуацию, пока сами были частью этой власти?.. Как они уверяли крымских татар – «оранжевые» наши несменяемые друзья! Даже предвыборный лозунг был такой: «Достлар даима берабер!», то есть «друзья всегда вместе!» - и гнали под него крымских татар на выборы. Для меня ответ очевиден – потому что они и были частью этой самой власти, которая давила крымских татар.

Кстати говоря, некое «противостояние» Милли Меджлиса с властью нынешней – российской - также вещь несколько ненатуральная. Если российская власть пообещает руководству Милли Меджлиса, что все крымскотатарские вопросы, и в первую очередь, финансовые и кадровые, будет решать через и только через него (чего, собственно, оно и домогается своей натянутой фрондой и подставами крымских татар под репрессии), все решится полюбовно и очень скоро.

А как объяснить это самим крымским татарам – выход найдется. Как это было сделано на последней сессии Курултая в марте: типа, «я так люблю свой народ, что готов ради него пойти на все! Даже на должность!!!».

Разумеется, из прагматических (или, если хотите, шкурных) соображений какая-то часть крымскотатарского бомонда разбежится по новым политическим субъектам, чтобы стать (или остаться) пригретой и сытой. Среди них будет немало тех, кто ранее отлизывали Меджлису особо старательно. Посмотрите, кто большей частью сегодня в исполнительной власти Крыма – выдвиженцы и назначенцы Меджлиса. «Несгибаемые борцы» за счастье народное. Тут сошлась «методология» как Украины, так и Меджлиса, и российской власти. Всем нужны приспособленцы – таких легче использовать. До поры до времени, правда.

Относительно списков общероссийских партий – посмотрите, кто в них вошел из крымских татар. Прежде всего, люди, которые много раз побывали и избирались по спискам украинских партий, занимавшие депутатские и чиновничьи должности в украинском государстве. А к тому же практически половина из них те, кто занимал эти должности по квоте Курултая и Меджлиса. Переподмахнули присягу и «на манеже – те же». Ничего удивительного, в эти списки пошли те, кому нужно «крышевать» какие-то свои интересы, не меняющиеся от того, чья власть на дворе.

Что касается «широких» народных масс - а что в программах общероссийскихпартий такого, чтобы крымским татарам захотелось их поддержать? Что в работе этих партий такого, чтобы крымские татары им поверили? В проходную часть списков этих партий вошли люди (не из крымских татар), которые преспокойно и нагло отменили свои собственные гарантии, данные крымским татарам в принятом ими постановлении от 11 марта 2014 года «О гарантиях восстановления прав крымскотатарского народа и его интеграции в крымское сообщество». Что ж это за «гарантии», которые легким манием руки отменяются? Что ж это за «гаранторы», у которых недержание?.. Так за кого же эти партии крымских татар держат? Что, впрямь кто-то думает, что у крымских татар амнезия?

Из того, что я вижу, какой-либо силы, способной повести за собой большинство крымских татар, пока нет. Фрагментарно - те за теми, эти за этими – да. Большинство – нет! Причины разные. Люди устали от обмана и боятся нового, в том числе и самообмана. Но самое главное даже не за кем, а куда идти? Пока не видно сколько-нибудь приемлемого для народа направления. То, что уже было – плохо. А где оно, хорошее?

- Как восприняло новые реалии большинство крымско-татарского населения – известно, что немалая его часть проголосовала на референдуме 16 марта так же, как и основная масса славян? На смену растерянности (такого никто не ожидал!) приходит приятие или?...

- Знаете, референдум вполне сознательно, на мой взгляд, был организован таким образом, чтобы никто и никогда не узнал юридически доказанной правды о его ходе и результатах. С точки зрения международного права (не законов Украины) он нелегитимен, потому что во время его подготовки и проведения не было достаточно времени, чтобы провести разъяснения как «за», так и «против», не были выведены вооруженные силы различных государств, не была обеспечена безопасность избирателей (не путайте с висевшими над голосующими различными камуфлированными бандами), не было участия и наблюдения со стороны международных организаций, обладающих соответствующе компетенцией.

Хотя, предполагаю, что при идеальной организации и соблюдении всех международных стандартов результат голосования мог быть похожим. Не в процентах, а в решающем большинстве. Тенденция присоединиться к России доминировала все постсоветское время в мыслях большинства населения и представлявших его политиков, и не была тайной ни для Киева, ни для Москвы.

Относительно крымских татар могу сказать: ощущая себя народом, они, в большинстве своем, не считали и не считают возможным, чтобы решения, касающиеся Крыма, принимались без их участия. Не хочу обсуждать тезис, что, дескать, они участвовали – референдум был открыт для всех. Эта демагогия слишком примитивна, чтобы долго с ней возиться, - судьба одного народа не решается другим народом, а уж тем более частью другого народа. «Народ Крыма» - фикция, не существующая в действительности. Здесь есть крымскотатарский народ, части других народов – русского и украинского, малые народы – караимы и крымчаки, и бессчетное множество представителей других народов мира, включая французов, малайцев и мало ли кого еще. Хотя и здесь, если, типа, свято поверить в документы, определяющие, что такое Республика Крым, выяснится, что в них то «народ Крыма», то «народы Крыма». Если речь идет о «народах», то их все можно найти и в Москве, и в Нью-Йорке, да и в сотне других государств. Просто перечислим с десяток «народов Крыма»: русские, украинцы, немцы, чехи, армяне, греки, румыны, татары (не крымские), евреи, итальянцы. Скажите, их нет в России? Или, может быть, в США? Продолжите перечень и выяснится, что представители этих на самом деле некрымских народов живут если не по всему миру, то в его половине точно.

И если они все вместе или по-отдельности являются народами этих стран или муниципалитетов, значит, все заявления о какой-то там неделимости территорий стран, провинций, республик, областей, районов и деревень – пустая болтовня. Любая едва знакомая между собой компания может провести свой референдум от этого плетня и вон до того забора, объявив о создании нового «неделимого» территориально-государственного субъекта.

Голосование крымских татар на референдуме, по моим впечатлениям (других критериев у меня нет), было не только не массовым, а, скорее, исключительным. И тут нечему удивляться. Крымских татар тошнит от того, что их столетиями пытаются подчинить чьей-то воле, то силой, то обманом, то, наконец, волей других народов.

Крымские татары не всегда были меньшинством в Крыму, но в те времена действовавшая власть не ставила вопрос на голосование, а принимала решения, какие хотела. Сейчас решения власти прячутся за волю некрымскотатарского большинства. К слову, так всегда поступала и Украина, например, на референдуме 18 января 1991 года.

К тому же крымские татары не питали никаких иллюзий относительно того, кто закрепится во власти после и в результате референдума. Те самые, которые накануне принимали закон о гарантиях крымскотатарскому народу, а по прошествии месяца в праведном гневе заявляли, что никаких приоритетов и льгот по национальному признаку никому (читай - для крымских татар) в Крыму не будет. Я их понимаю – им достаточно тех льгот и привилегий, которые они уже имеют у себя на исторической Родине, в своих собственных национальных государствах. Крым для них – это уже бонус к тому, что они и так имеют.

Растерянность, действительно, присутствует – в новых исторических условиях народу нужно время, чтобы собраться и найти свой путь. Я вижу настроения у части российского и крымского истеблишмента – «куда им деться с подводной лодки?!». Вместе с тем, у крымских татар есть выработанный многовековой практикой иммунитет к чрезвычайной перемене обстоятельств жизни. Нас много раз уже «добивали в последний раз» и по-разному. Нельзя сказать, что крымским татарам это легко давалось, но до сих пор все, кто «одерживал победу» над нами, давно или недавно ушли, а крымские татары как народ продолжают жить - удивительное дело.

Поэтому я рекомендовал бы поменять тон и стиль отношений с нашим народом, если кто-то хочет действительно долговременного урегулирования.

- Меджлис принял решение не участвовать в сентябрьских выборах в Госсовет Крыма и местные советы. Если решение по Госсовету еще можно понять (у кандидатов от меджлиса, действительно, мало шансов), то отсутствие крымско-татарского представительства в местных советах, пожалуй, способно лишь усугубить отчуждение меджлиса и от основной массы населения, и от самих крымских татар. Или в местные советы выдвинутся крымские татары, не связанные с меджлисом?... Как Вы видите эту ситуацию?

- По тем правилам, которые пока предлагаются, выборы, по сути, будут переизданием референдума. Такое было и при украинской власти по украинскому законодательству. Результаты буду примерно те же, то есть, по-настоящему, для крымских татар как народа – никакие. Если для Меджлиса нужно как-нибудь да попасть из «неофициоза» в «официоз», то для огромного большинства народа разница между «креслодавами» меджлисовского пошиба в бывшей Верховной Раде Крыма и Украины и потенциально немеджлисовскими, но опять-таки избранными не самими крымскими татарами, а невесть кем, несущественна. Нас «превращали» в «крымчан» украинской властью, сейчас будут делать то же самое «российской». Ну и что?

Очевидным признаком развала меджлисовко-курултаевской системы является боязнь руководства Меджлиса собрать Курултай по вопросу о выборах. Первоначально грозились это сделать еще 15 апреля. Потом провели выездное заседание за пределами Крыма в Геническе. И все кого-то попугивают: вот как соберем Курултай! Вот как решим чтось там!!!

А боятся его собрать по простой причине. На территории Крыма сессия Курултая пройдет под плотным контролем российского государства, за его пределами – под не менее плотным контролем украинского. И в том, и в другом случае делегатам есть что терять, и результаты могут стать сюрпризом для нынешнего руководства меджлиса вплоть до того, что оно не останется на своих должностях даже номинально. Делегаты либо проголосуют за участие (чтобы дальше участвовать в местных выборах и попасть снова во власть, к чему они привыкли), либо от него отколется та часть, которая этого захочет. А так: «нет дворца - нет дворца!» Риска никакого – Курултай, типа, действует, мы все еще «представительный орган - глас народа», и так хоть десять лет! Ну а мы (руководство Меджлиса) – озвучка этого гласа.

В крымскотатарской среде существовали и сейчас существуют некоторые политические силы или центры притяжения, которые не только лояльны к России, а просто в восторге от нее. Это и группа некоторых ветеранов национального движения, и организация «Крымские татары за союз с Россией», основанная еще при украинской власти. Самой показательной является «Милли Фирка», наиболее радостно принявшая состоявшиеся перемены. Однако посмотрите: нескольких месяцев российского правления в Крыму хватило, чтобы все более-менее имеющие имя крымскотатарские организации отказались принять участие в выборах в сентябре этого года. От части Меджлиса, все еще находящейся под контролем Рефата Чубарова, до наиболее оптимистично пророссийской «Милли Фирка». Той самой, которая заверяет, что огромное большинство крымских татар вышло и проголосовало на референдуме за соединение с Россией.

Как вы думаете, о чем это говорит? А о том, что никто из них не рассматривает участие в выборах на условиях, созданных российской властью к настоящему времени, как акцию, полезную для крымских татар и даже для себя. Собственно, это косвенное, но достаточно ясное подтверждение того, что огромное большинство крымских татар на референдум также не выходило.

Фактически это объявление бойкота выборам Госсовета РК не только Меджлисом, утратившим монопольную возможность манипуляций крымскими татарами, но и значительным большинством активных крымских татар вообще. Энное количество на выборы пойдет, в том числе и в качестве кандидатов. Их мотивы? – смотрите выше.

Есть, правда, вновь созданная (июнь 2014) организация «Крымбирлиги» (по-русски что-то вроде «Единство Крыма»), которая заявила, что собирается принять участие в выборах. На ее счету одно существенное достижение – она добилась принятия Госсоветом РК закона о легализации всех самостроев, что, конечно же, очень важно для крымских татар. Однако, учитывая, что крымская власть состоит из пацанов – хозяев данного слова, умеющих его забрать назад в любой момент, оваций пока нет. Люди подождут и посмотрят, как будет работать этот закон.

Выборы в местные советы ожидаются в следующем году. Если они состоятся, многие из делегатов Курултая и нынешних членов местных меджлисов ринутся на них, как это делали десятилетиями ранее, независимо от того, что им будут предписывать именем Рефата Чубарова. Будут ли они застенчиво представляться «все еще членами меджлисов» или откровенно перейдут под другие флаги, не суть важно. Ожидая этого, руководство Меджлиса пыталось обговаривать возможность «разрешения» своему активу принимать участие в местных выборах. Как бы, «народу это надо». На деле в Меджлисе понимают, что просто не удержат в узде вскормленных ими местных карьеристов при отсутствии такой узды.

Однако год впереди – это немало. Поведение людей будут определять не только их личные или корпоративные устремления, но гораздо более широкий общеполитический контекст. Есть ли с кем и за чем пойти?

- Устраивает ли Вас закон о реабилитации крымско-татарского народа, подписанный президентом Путиным 21 апреля, и почему? В чем его сильные и слабые стороны? Какие еще шаги необходимо, на Ваш взгляд, предпринять России для завоевания доверия со стороны крымских татар? Какие принципиальные требования крымских татар остаются на повестке дня и должны быть разрешены в рамках российского законодательства?

- Начать с того, что это не закон, а указ. А насчет сильных сторон – это вы погорячились. Для завоевания доверия со стороны крымских татар от имени российской власти им успели уже два раза за кратчайшее время плюнуть и в лицо, и в душу. Первый раз - этим указом, второй – засылкой сотен БТРов, автозаков, военных вертолетов и тысяч и тысяч «робокопов», чтобы помешать траурному митингу в день 70-летия депортации крымскотатарского народа 18 мая 2014 года. Ярко, недвусмысленно и очень убедительно российская власть показала, что боится и не понимает крымскотатарский народ. Неизвестно даже, чего больше?

Боится ли, насылая на абсолютно мирный, невооруженный и, в общем-то, немногочисленный народ увешанную железом армаду со всех углов России (или хотите сказать, что это крымские резервы?). Это ж как надо трусить перед своими, типа, согражданами? Одним из народов России, в соответствии с собственно российской правовой системой. И на фоне того, что вышеназванный указ говорит о проведении траурных мероприятий с участием правительства? О вкусах не спорят – может быть в России именно так и печалятся о своих жертвах репрессий?

Или не понимает? Нет, не понимает… Я читал после всего этого бедлама несколько восторженных заметок. Ах, как классно! И вертолеты-то барражировали, и татары куда-то там на окраину ушли. Пусть авторы штаны просушат. Мы умеем быть спокойными и не поддаваться на провокации. И еще мы умеем делать выводы не только из сопливых проповедей дружбы на всяческих официозных празднествах.

Я предполагаю, что текст указа сам Владимир Путин не писал. Я не знаю, насколько внимательно он его читал, и были ли у него вопросы к составителям. Я могу судить по степени его знакомства с темой по его замечанию о том, что в Крыму были греки, которое он высказал в разговоре с членом нашейорганизации Айдером Мустафаевым в Сочи 16 мая.

Исторические крымские греки, чьи корни уходят в античность и Византийский период, в ходе столетий жизни в Крыму и взаимодействия с другими этническими группами, преимущественно тюркского корня, сложились в новый народ - «урумы». Они были и есть православные, говорили и говорят на языке, который сейчас называется крымскотатарским. Их после тысячелетней истории в Крыму изъяли и принудительно переселили в Приазовье российские военные власти в 1778 году. Нынешний Мариуполь и окрестности, основателем которого они и являются, названный ими по своему старому историческому центру – Марьямполь под Бахчисараем. К моменту российской аннексии Крыма (не дергайтесь – в 1783 году) их в Крыму уже несколько лет, как на Родине не было. Кстати, второе имя урумов, использовавшееся даже в советских паспортах – греко-татары. И лишили их Родины отнюдь не крымские татары. В 20-е годы прошлого столетия к ним в Приазовье из Крыма возили учебники нашего общего с ними языка.

Депортированные греки (так же как и армяне) – потомки переселенцев XIX века - с исторической крымской христианской общиной практически никакой культурной или генетической связи не имеют. За сто лет пребывания в Крыму, они, как и многие этнические группы, создали свою религиозную и культурную инфраструктуру. Ну что ж – их права, как и права любого национального меньшинства, диаспоры, должны соблюдаться. Однако они к вопросу о коренных народах Крыма никакого отношения не имеют. Уверен, что консультанты Президента России ему об этом не рассказывали.

Какова логика возражения Президента? Более 200 лет назад один из коренных народов Крыма был под российским конвоем вывезен из Крыма и удерживался (а были специальные запреты царского правительства на возвращение) за его пределами. И что? А вот поэтому мы вас – крымских татар – коренным народом не признаем. Ну и ну! От этого мы – крымские татары, так же как караимы и крымчаки, не перестанем быть коренными народами Крыма, и это никак суть проблемы не меняет. На Кавказе десятки коренных народов, в США - сотни, в России также сотни, по миру - тысячи, в целом около 300 миллионов человек.

Если исходить из того, что текст указа – твердая позиция самого Президента России, то должен спрогнозировать, что никакого взаимопонимания между крымскотатарским народом и главой Российского государства не будет. Я говорю о народе, а не о дежурных прихлебателях, доставшихся России в наследство от украинской власти. Если текст – плод антикрымскотатарского лобби, то это, безусловно, большой успех тех кругов, которые работают на то, чтобы между крымскотатарским народом и российским государством такого взаимопонимания не допустить с самого начала.

Ряд наблюдателей заявляют, что указ такой широкий, что его следует наполнять содержанием. На мой взгляд, юридический текст, содержание которого неопределенно и неизвестно настолько, что его приходится додумывать, придумывать и наполнять «вдогонку», это просто не юридический, а, может быть, и не текст. Безусловная ответственность Президента, ставящего под возможный удар одновременно с подписью и свою политическую репутацию, - подбор разработчиков и советчиков. Они остались в тени, и, уверен, потирают руки. Он, независимо от мотивов, выглядит, как бы помягче выразиться… Понятно, что сегодня это не самая больная для него проблема, но этот указ издавался в расчете не на один день, полагаю.

Между прочим, в тот же день Верховная Рада Украины приняла (после десятилетий задержки) закон о восстановлении прав лиц, депортированных по национальному признаку. Формальное авторство последнего варианта принадлежит Мустафе Джемилеву Документ пустейший настолько, что даже меджлисовская пропаганда не решилась его опубликовать, и, тем более, расхвалить, как им «по службе» требовалось.

Что же можно сделать? Следовало бы собрать специалистов, включая международных, да и в России они есть, и поработать не только над «продолжением» этого указа, а в целом над законодательством России в сфере национальной политики и статуса народов России. Подход не должен быть формальным. Если опять привлекут угодников на «чего изволите» - результат будет не лучше. Разумеется, в такой группе должны работать и специалисты, и представители общественности из крымских татар в том числе.

Что именно туда включить? Тема настолько отдельно особая, что просто сделаю отсылку на два международных акта – Декларацию ООН о правах коренных народов и Конвенцию №169 Международной Организации Труда». Обе легко найти в интернете. Для начала – хотя бы доработать и принять то, что было в постановлении Верховного Совета АРК, отмененном им же через месяц после перекраски в Госсовет. Это потребует определенных изменений в Конституциях России и Крыма. Но тут уж или строить, или плюнуть с самого начала, со всеми вытекающими…

- Крымские татары (отнюдь не только меджлис) настаивают на официальном признании себя в качестве коренного народа Крыма. Однако, как разъяснила в одном из интервью политолог Галина Хизриева, это понятие не признается российским правом. Кроме того, убеждена она, «крымские татары, обладающие высоким уровнем модернизации и далекие от племенного образа жизни, не могут быть отнесены к категории «коренные малочисленные народы» наряду с хантами, манси, нганасанами и другими народами, за которыми этот статус закреплен законодательно». С этой позицией трудно не согласиться: указанный статус закреплен за малыми народами, будущее которых в силу ряда причин неопределенно. Уместно ли в этих обстоятельствах требовать статуса «коренного народа» для крымских татар, тем более что большинство населения полуострова относится к этому заведомо негативно?

- Знаете, когда я слышу, что некая Галина Хизриева или ее аналог в Украине – некий Леонид Тимченко, зав. чего-то там по международному праву, или Ирина Кресина – зав. отделом Института государства и права в Киеве (или дюжина Ваших коллег из Института стратегических исследований при Президенте Украины) что-то там говорят о коренных народах, то хочется встать и отсалютовать, - настолько это «известные», «признанные» и «авторитетные» эксперты!

Я с 1994 года участвую в работе различных органов ООН, занимающихся коренными народами. Чтобы представить, что это такое, назову их: рабочая Группа ООН по коренным народам, рабочая Группа ООН по выработке Декларации о правах коренных народов, рабочая Группа по Постоянному Форуму ООН для коренных народов, Экспертный механизм ООН по правам коренных народов, Постоянный Форум ООН по вопросам коренных народов. Это только те, которые собирались или собираются регулярно – ежегодно. Не считая каких-то разовых встреч, конференций, круглых столов и т.п. Честно сказать, пропустил из них, наверное, около 10. Но и без этого набирается более 40. К тому еще 6 лет был официальным экспертом ООН в Добровольном Фонде для коренного населения в качестве представителя крымских татар.

Удивительное дело! Ни на одном из них не то чтобы не встречал, но даже не слышал упоминания о Галине Хизриевой… Ирен-Эрика Даес? – да. Альфонсо Мартинес Кобо? – да. Мигель Альфонсо Мартинес? - да. Джулиан Бургер? – да. Ли Свепстон? – да. Уилтон Литтлчайлд? – да. Виктория Таули Корпус? – да. Ну, в конце-то концов, Павел Суляндзига или Зинаида Строгальщикова из России? – да. Их, в общем-то, немало, - десятки, если не сотни. Но вот невезуха! – такого весового эксперта, как Галина Хизриева - стыд нам и позор! – никто не знает.

У нас просто нет никакого выхода, кроме как равняться на нее! Ее познания в этой сфере столь велики и общепризнанны, что мы можем послать все международное право и практику коту под хвост, раз они до нее «не доросли»! Никак иначе! Я предполагаю, что, если она со своим авторитетом как-нибудь зайдет на какую-нибудь встречу коренных народов, все наперегонки бросятся за ее автографами. А как же…Человек-легенда! Светило!

А потом, Вы о чем ее спрашивали? О тех, кого считают в российском официальном списке «малочисленными»? Так по критериям, установленным самим российским государством (чего нигде в мире больше нет) малочисленностью считается «не более 50 000» человек. Ну и что? Слава Аллаху, несмотря на старания всех режимов нас больше. И не только нас. Ногайцев, например, тоже. В мире существует такие коренные народы как аймара – 2 миллиона или кечуа – 6. А некоторые явно «малочисленные» народы России, например, ботлихцы, карата, кайтаг, андийцы, дидойцы, ахвахцы, астраханские и сибирские татары, в этот список все равно не включены. Сам список год от года изменяется российским правительством по своему усмотрению, без кардинального изменения численности этих народов и без каких-либо объяснений. Ну и что?

Мы совсем не напрашивались и не нужно нам навяливать лэйбл «малочисленного коренного народа» так, как он расписан в далеком от международного права российском законодательстве. Развивайте законодательство в соответствии с нашим реальным статусом и стандартами международного права, а не с придумками ваших доморощенных неучей, дел-то…

Помню, в 2012 году, когда Постоянный Форум ООН по вопросам коренных народов (штаб-квартира ООН в Нью-Йорке) рассматривал ситуацию в регионе Восточная Европа, Россия, Центральная Азия и Закавказье, официальная представительница России публично заявила, что, дескать, у нас практически все народы России коренные, поскольку сформировались на ее территории. Никто из официальной российской де

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter