Социально близкие и социально чуждые

В свое время для характеристики преступных элементов коммунисты использовали термины из классовой теории. Закоренелые уголовники часто характеризовались как «социально близкие элементы». И вообще отношение к преступлениям, совершенным ради наживы, было снисходительным, чего не скажешь об отношении к «социально чуждым» - политическим оппонентам. Все это я припомнил, читая об освобождении из-под стражи под подписку о невыезде Сергея Цеповяза, ближайшего подельника лидера Кущевской ОПГ Сергея Цапка. С Цеповяза сняли обвинения в соучастии в убийстве 12 человек на улице Зеленая в станице Кущевская. Теперь его обвиняют лишь в укрывательстве особо тяжких преступлений. По данным следствия, он подвез исполнителей убийства к дому фермера, потом утопил ножи и спрятал стволы с помощью которых убивали хозяина дома и его гостей. Экая, право, мелочь! Действительно, зачем Цеповязу томиться за решеткой до суда? Пусть лихой человек гуляет!

Для сравнения: Евгению Хасис обвиняли в том, что она, находясь вблизи от места преступления, неустановленным следствием способом передала неустановленный сигнал, уведомив преступника о появлении жертвы. И ее на основании следственных «неустановок» и предположений обвинили в соучастии в убийстве и упекли на 18 лет тюремного заключения. А Цеповяз как «социально близкий» правящему режиму элемент со 105-й статьи соскочил на 316-ю. Максимальное наказание по которой – до 2 (!) лет. Зачем его наказывать строже, он же не опасен для власти – всего лишь бандит. А Евгения Хасис – другое дело. Она русская националистка, политический враг, «социально чуждый» для власти элемент.

Впрочем, помимо классовой теории есть и еще одно объяснение почему Цеповяз получит не более 2 лет, а Хасис – 18. По всей видимости бандит сдал операм убийц, которых подвез к дому жертв, и чье оружие он после убийства выбросил и спрятал. А Евгения никак не могла облегчить работу следствия, никого не могла сдать в обмен на свободу для себя, а оговаривать невиновных в интересах «правоохранителей» отказалась. И за это она будет сидеть 18 лет.

Однозначно, сводки о приговорах, вынесенных «социально близких» правящему режиму элементам не дают мне забыть о собственном статусе политического заключенного. Читаю «МК» за 7 июля с.г.: банда занималась грабежами (ст.161 ч.3 – от 6 до 12 лет), разбоями (ст.162 ч.3 – от 7 до 12), мошенничеством (ст.159 ч.4 – от 5 до 10 лет), убийствами (ст.105 ч.2 – от 8 до 20 лет, либо пожизненное). Мособлсуд назначил наказание: Каткову (один из главарей и организатор двойного убийства) – 15 лет строгого режима; Комиссарову (второй главарь и непосредственный исполнитель двойного убийства) – 17 лет строго режима; еще два подельника не участвовавшие в убийствах, получили по 7 и 4 года строгого режима. Можно попытаться объяснить поразительную в сравнении с нашим приговором гуманность суда тем, что подсудимые в отличии от нас сотрудничали со следствием и всех сдавали. Но нет, в газете со ссылкой на Мособлпрокуратуру сказано четко: «остальных членов группы следствие пока не выявило». Молчат, значит, бандиты. Не ссучились. За что же им тогда такая «скачуха» (снисхождение от суда) выпала? А не было никакого снисхождения. Просто Катков и Комиссаров сотоварищи для власти – «свои», понятные и «социально близкие», бандюганы без политических воззрений и с корыстными мотивами. Пацаны просто шли к успеху, о плохом не думали. А вот Тихонов и Хасис – это карбонарии, якобинцы и вообще «не тех идей». А значит, «ату их, ату!». Чтобы другим была наука. Показательно. На вечную каторгу. Чтоб не выбрались. Эх, нельзя жалко «без права переписки»…


Никита Тихонов, СИЗО  "Лефортово", июль 2011г.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
  • Самое читаемое
  • Все за сегодня
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Telegram