Ремарки на полях письма мракобеса

В общем-то, понятно, что убеждать в несуществовании бога человека, откровенно и честно признающемуся в своем мракобесии, - это все равно, что какому ни будь римскому папе 13 века доказывать, что Земля круглая, а сторонника Птолемеевой системы убеждать в идеях Коперника. Вера она по природе своей на то и вера, что возникает на этапе неразвитого знания, не базируется на нем, а когда приходит с ним в противоречие, то скрывается в замечательном тертуллиановом постулате: «Верую, ибо это нелепо». Из которого, кстати, вытекает, что в существование высшего существа тип людей с определенной психикой склонны верить, именно в силу нелепости такого утверждения.

Есть люди, которые верят в миф о Христе, есть – те, кто верит в харизму Магомета, те, кто верит в черного кота, в домовых, сглаз, порчу, обереги, амулеты, очищение кармы. А еще те, кто верит, что утром вставать нужно с определенной ноги, если сдаешь экзамены – то не мыться пока не сдашь последний, а некоторые – вообще полагают, что следить за чистотой – в принципе греховно… Кто-то верит в гадалок, кто-то – в кофейную гущу…

Имеют право. Хотя, конечно, сложно понять, как в начале 21 века можно полагать, что Мир был создан движением воли некого неизвестно откуда взявшегося существа с неограниченными возможностями и неизвестным происхождением.

Однако все же нужно признать, что автор статьи, подписавшийся именем «Александр Ершов», который по некоторым данным был некогда социологом, речь ведет не об этих многократно проговоренных темах, а о конкретных данных, приведенных в конкретной статье и их интерпретации. То есть, пытается держаться в рамках научного обсуждения.

Поэтому в данном случае и в ремарках на его статью речь идет именно об этом – о цифрах конкретного исследования ВЦИОМ и их интерпретации.

Правда, начиная свою статью он начинает ее все же не с научного анализа, а с попытки уязвить прогрессистских течений язвительным замечанием: «Для левых идеологов и атеистов процесс массовый интерес к религии со стороны граждан постсоветских государств является крайне неприятным явлением. … потому, что этот процесс противоречит базовым принципам идеологии атеистической прогресса».

Однако нет здесь ничего уязвляющего. Потому что действительно, отступление прогресса, все те процессы, которые запущены в нашей стране для любого сторонника гуманистического прогресса – печальны. Потому что это, безусловно, движение назад, действие механизма регресса, шаг за шагом уводящее страну и человека в прошлое, причем не только «досоциалистическое» - но и прямо Средневековое. То есть это в целом движение к худшему, к варварству и дикости. Если автор статьи полагает, обратное, что мы идем вперед, что страна живет лучше, чем жила тридцать лет назад, что шаг за шагом выигрывает в сравнении с ведущими странами мира, ее промышленность становится все сильнее, преступность сокращается, а человек становится свободнее и благороднее – пусть так и скажет. Но тогда он докажет свою безусловную оригинальность.

И нет никакого парадокса и никакой удивительности в том, что как он пишет: «Как кончилась советская власть начался совершенно нелогичный процесс обращения населения России к Православию». Этим он вновь пытается съязвить и указать на нелогичность данного процесса с точки зрения левых. Но как раз с их точки зрения – это вполне логично. Если наступает кризис коммунистической идеологии, если от уровня социалистического развития общество отбрасывается назад, если разрушаются более высокие идентификации – им на место с неизбежностью приходит более примитивные. Левые всегда говорили, что за политической и социальной контрреволюцией наступает пора и духовной реакции, пора мистики и мракобесия.

И поэтому известные явления как искреннего обращения людей к религии, так и распространения моды на религию в условиях после катастрофы рубежа 80-90-х гг. – вовсе не противоречит «базовым принципам идеологии атеистической прогресса», как пишет автор, а наоборот – подтверждает их. Это ведь только отечественные псевдолибералы и последыши горбачевщины считали рожденную ими катастрофу движением вперед. Но, они, как раз, и не восторгаются идущей клерикализацией общества.

Факт клерикалазации общества и моды на религию – никто вовсе не отрицает, в противоречие того, что утверждает автор. Наоборот, ее признают и на эту опасность указывают. И процесс этот вполне объясним как общим наступлением регресса, так и тем, что, утратив прежние, гуманистические и атеистические духовные опоры и основания надежды – часть общества стремится укрыться хотя бы в этих – религиозных.

Однако речь идет о том, что, во-первых, общественное сознание страны при всей своей травмированности несет в себе некие глубинные здоровые начала, которые стихийно сопротивляются духовному регрессу и религиозности, а во вторых – что описанное обращение мало помогает – и разочарование придет. И будет тем более болезненным, в частности, для сторонников религии, чем дольше его придется ждать.

Автор статьи утверждает, что «порядка 80% населения России называют себя православными» - вообще-то он несколько завышает цифру, но не намного, - однако соглашается, и это делает ему честь, с тем, что это отнесение носит не религиозный, а социокультурный характер. Правда тут же пытается отыграть вынужденное выступление, задавая, как ему кажется «неудобный» вопрос характер: «почему для своей социокультурной позиции большинство россиян предпочитают религиозное самоназвание?»

Да потому, о чем было сказано ранее, что при разрушении последней, более высокой самоидентификации сознание обращается к предыдущей, более низкой. Если в силу каких-то исключительных обстоятельств в некой местности исчезает бензин – то люди начинают ездить на лошадях, а если нет тех – ходить пешком. И это вовсе не означает, что последнее им нравится больше - они используют то, что есть.

В Россия категория «православное» давно уже стала значительно шире ее исходного понимания сторонников Никео-Константинопольского символа веры. «Православное» стало неким условным наименованием типа культуры, в его отграничении как западному римско-католическому, так и восточному исламскому, не говоря о прочих. В силу определенных обстоятельств, «православное» определение стало не столько религиозным, сколько национальным моментом самоидентификации, на определенном этапе синонимом слова «русское».

Почему вообще можно встретить немало людей, одновременно признающих себя и православными, и атеистами – а иногда прямо определяющих себя как «православные атеисты».

Однако автор, все же добросовестно отмечает, что к религиозному самоопределению признание своей «православности» отношения особого не имеет, и признает: «Число тех, кто относится к Православию не номинально, а реально действительно значительно меньше – порядка 20% - 25%». Но следом пытается отыграть свою уступку: «Вот ведь беда, для наших левых – это незначительное число постепенно растет, скажем, в середине 90-х годов этот показатель был около 15%. (В качестве примера можно привести данные социологических исследований РОМИР на эту тему)».

Вот тут интересно, потому что с одной стороны не понятно, почему он число реально верящих определяет именно в 20-25 %%, а не меньше, а с другой – утверждает, что в 90-е годы их было 15 %. Из этих цифр действительно могло бы следовать, что их число за 10-15 лет выросло. Но не обязательно – потому что сам этот процесс может быть не линейным – сначала рост, потом падение. Однако важнее другое. В подтверждение своих цифр, очевидно по сегодняшнему дню и по 90—м гг. автор приводит ссылку на доклад Музафарова в январе 2004 года на конференции "Церковь и государство в России и в мире".

Каждый, кто пройдет по предложенной автором ссылке, может убедиться, что доклад содержал данные, касающиеся исключительно опросов РОМИРа в 2003 году.

Соответственно, во-первых, понятно, что там не могло быть никаких упоминаний о состоянии дел сегодня, в 2009 г. Но, во-вторых, там нет никаких упоминаний и про данные 1990-х гг.

В третьих, там вообще нет, и ни в каком виде не упоминаются ни 15 % «реальноверящих» в 90-е годы, ни про 25 % реально верящих сегодня.

В четвертых, притом, что этот доклад очень интересен и насыщен, и представляет весьма значимые данные – там вообще ничего нет ни про какие 15 % либо 25 % реально верящих и в 2003 году.

Зато там есть данные о том, что куда больше чем в бога россияне верят в амулеты, обереги, заговоры, порчу и прочие прелести – 70 %.

То есть, что угодно там есть, а того, на что ссылается «Александр Ершов» - нет.

Может быть, подобные данные и есть в каком-то другом месте – но тогда на него и нужно было ссылаться. Может быть, данный автор что-то с чем-то перепутал. Может быть, надеялся, что проверять не будут. Но пока – приведенные данных со ссылкой на документ, в котором они отсутствуют – очень напоминает общий стиль борьбы клерикалов против атеизма и гуманизма – и антикоммунистов против коммунистов и социалистов.

Продемонстрировав, таким образом, свою научную добросовестность и социологическую компетентность, «Александр Ершов» торжественно обещает: «Покажем лишь некоторые ошибки автора, при анализе социологических данных». (Речь идет о статье «Тающий Мираж»).

Ссылаясь на анализ ответов на вопрос «Вы были бы за или против, чтобы в школе детям преподавали основы религии, Закон Божий?», по которым получается, что в группе свыше 60 лет таких 65 %, в группе 45-59 лет – уже 56 %. Далее проявляется та же тенденция: в группе 35-44 года таких 52 %, 25-34 года – 47 %, 18-24 года – 42 %, из чего делается естественный вывод: «Чем люди моложе – тем меньше они тяготеют к религиозной теме. Религиозная ориентация, охватившая часть населения после кризиса социализма и коммунистической идеологии – медленно, но последовательно отступает. Чем оказывается младше группа, тем большим становится число отрицательных ответов на этот вопрос», - «Ершов» пытается опровергнуть это – хотя, что собственно тут опровергать – цифры налицо.

Он пишет: «автор оставляет без внимания факт, что даже в самой младшей возрастной группе (от 18 до 24 лет) число респондентов, давших положительный ответ (42%) заметно превышает число ответивших отрицательно (37%)».

Ну и что? В статье что, писалось обратное? В статье что, было сказано, что «число респондентов давший отрицательный ответ выше, чем давших положительный»? Нет. В статье просто говорилось, что чем возраст меньше, тем отрицательных ответов больше. В статье не говорилось, что религиозная ориентация ушла – в статье говорилось, дословно, что она «медленно, но последовательно отступает».

Если на то пошло, вот полная ВЦИОМовская таблица по данному вопросу:

Вы были бы за или против, чтобы в школе детям преподавали основы религии, Закон Божий? (закрытый вопрос, один ответ)

 

Всего опрошенных

Возраст, лет

18-24

25-34

35-44

45-59

60 и старше

За

53

42

47

52

56

65

Против

27

37

34

30

23

19

затрудняюсь ответить

19

21

19

18

21

17

Четко видно, что чем группа моложе, тем не только меньше положительных ответов – но и больше отрицательных. В группе 60 и старше положительные ответы более чем в три раза превышают отрицательные, разрыв – 46 %, в группе 45-59 % - уже лишь в два с половиной раза, и разрыв составляет 33 %, в группе 35-44 % - превышение несколько более чем в полтора раза и разрыв – 22 %, в группе 25-34 превышение сокращается до трети, а разрыв – 13 %. Наконец, в группе 18-24 превышение падает примерно до 10 % - и разрыв сокращается до 5 %. Почему при погрешности в 3.7 % автор называет это «существенным превышением» - знает лишь его религиозная совесть.

Уменьшая по этому показателю религиозность с падением возраста? Уменьшается. О чем тогда спор…

Правда, автор делает и иную оговорку. Он называет подобную трактовку «довольно распространенной ошибкой принятия возрастных изменений за динамические», утверждая, что дело не в падении религиозности, а в том, что молодость менее склона к религиозности, а старость – более, что просто сегодня не религиозная молодежь завтра станет религиозными стариками. Не говоря уж о том, что тогда выходит, что человек тем более религиозен, чем он менее жизненно дееспособен, что религия – отражение упадка сил и движения к смерти, нужно, с одной стороны отметить, что когда некое мировоззренческое или идеологическое явление утверждается в жизни, то обычно первыми оно овладевает как раз молодыми.

Но с другой – пусть тогда автор даст данные, которые покажут, что в прежние годы и старшие, и младшие группы были по этому показателю еще менее склонны к религиозности, чем сегодня. В случае со ссылкой на данные РОМИРа он уже пытался сделать нечто подобное – и мы видим, как это у него получилось.

Он может, конечно, сослаться на цифры того же исследования, согласно которым в 2001 году 48 % выступали за преподавание в школах «Закона божьего» и основ религии, а в 2009 году таких стало 53 %, но как и указывалось в исходной статье: «некорректность содержится уже именно в нем. Потому что «Основы религии» - само по себе может быть вполне светским общеобразовательным предметом, изучающим общие психологические, философские и исторические основы изучения религии, как явления духовной жизни. А «Закон божий» - конкретный религиозный предмет. Разница между ними такая же, между такими предметами, как «Политические идеологии современного мира» - и «Научным коммунизмом» или «Историей КПСС».»

Но, вот, например, данные пусть и не прямо, но косвенно отражающие эту же тему. Если в 1998 году говорили о том, что никогда не ходят к причастию 68 %, то к 2007 году таких стало 78 % (с очень сложной динамикой колебаний между этими датами). Так растет реальная религиозность в последние десятилетия или падает?

Но, естественно, что автор не может смириться со столь неприятной очевидностью, и говоря о возможностях выбора между основами одной из традиционных религий России, основами ведущих мировых религий и светской этикой, не хочет признать, что если первый большей степени можно отнести к религиозным предметам, то второй и третий – к светским. Ссылаясь на то, какие предметы преподаются в светских университетах, а какие в духовных, он, хотя и соглашается, что первый предмет скорее избрали бы религиозные люди, но утверждает, что второй – «Основы мировых религий» - избрали бы если и не вполне религиозные, то колеблющиеся. Но наверняка ушедшие от атеизма и светскости.

Здесь путаются совсем разные понятия. Во-первых, есть характер самого предмета взятого отдельно – а есть то, как кой характер он приобретет в том или ином вузе в зависимости от ориентации и принадлежности последнего. Если историю КПСС преподавать в духовной академии – она, скорее всего окажется религиозным предметом – потому что станет историей «безбожной организации».

Во-вторых, что важнее, характер чтения самого предмета в том или ином вузе – это одно, а характер выбора между предметами – это другое. Что, собственно и признает автор применительно к изучению «Основ одной из традиционных религий». Но выбор «Основ мировых религий» - это именно познавательный выбор. Для того, чтобы желать ознакомиться с историей и явлением такого духовного и социального феномена, как религия – вовсе не нужно быть верующим. Феномен фашизма можно изучать, как симпатизируя ему, таки стараясь его понять и не допустить, равно как и из чистого любопытства.

Но конкретную традиционную религию скорее будет изучать тот, кто испытывает к ней тягу, а «все религии» - тот, кто испытывает общий интерес либо стремится противодействовать религиозной опасности.

Вообще приобщение к религии, как правило, идет не через опыт рационального изучения основ этого явления – оно идет через принятие и эмпатию некой конкретной религии, создаваемых ею образов и впечатлений – просто потому что приход к религии носит не рациональный, а скорее чувственный, эмоциональный, дорациональный характер. С чем тут спорить – просто непонятно.

Последний, пожалуй, четко обозначенный упрек «Александра Ершова» к исходной статье это то, что она оставила «без внимания третью и наиболее важную в данном вопросе кроссовое распределение – распределение в зависимости от наличия или отсутствия в семье респондента детей школьного возраста. А ведь только оно и имеет смысл. Ну в самом деле, какое значение может иметь ответ 19-летнего человека, у которого детей школьного возраста нет?».

Ну, вообще-то, ответ 19-летнего человека означает и то, нужен ли ему данный предмет или нет – и сбрасывать его со счетов тоже не нужно.

Однако автор прав, говоря, что особо существенно здесь мнение тех, у кого есть дети и кому нужно принимать решение за них.

Он приводит ВЦИОМовскую таблицу, и, в соответствии с его трактовкой отбросив тех, кто избрал бы изучение «Основ мировых религий», указывая на примерное равенство в этой группе избирающих изучение «Основ одной из традиционных религий» и тех родителей, кто избрал бы изучение светской этики, видит в этом почему-то успех славного дела религионизации страны. Если их и поровну, то какой тут успех?

Но вот эта таблица:

С 1 сентября 2009 года в рамках новой образовательной программы «Духовно-нравственное воспитание» в российских школах вводится преподавание нового гуманитарного предмета, который родители смогут выбрать для своих детей. Какой из курсов выбрали бы Вы для своего ребенка? (закрытый вопрос, один ответ)

 

Все опрошенные

есть дети школьного возраста

в семье нет детей школьного возраста

История и основы одной их 4-х традиционных религий России (православие, ислам, иудаизм или буддизм)

21

22

20

История и основы всех основных мировых религий

27

25

27

Основы светской этики

19

23

18

Ни один из перечисленных

13

15

13

Другое

1

2

1

затрудняюсь ответить

19

12

21

сайта ВЦИОМ)

Действительно, из тех, у кого есть дети, изучение традиционной религии выбирают 22 %, основы светской этики – 23 % – «Ершов» последнее небольшое превосходство списывает на погрешность исследования. Допустим. Но он, почему то, не обращает внимания, что это соотношение в группе имеющих детей для клерикалов хуже, чем соотношение в обществе в целом.

Ведь по обществу в целом изучение традиционной религии предпочли бы 21 %, а среди имеющих детей 22 % – по примеру автора один процент спишем на погрешность. Но вот светскую, этику среди всех респондентов предпочли бы всего 19 %, а среди имеющих детей – уже 23 % – рост то для последних в пользу светскости – что прямо противоречит утверждениям «реакционного мракобеса». Правда, «мракобес», да еще «реакционный» – он на то и мракобес, чтобы на не устраивающую его реальность вообще и не устраивающие реальные цифры в частности внимания не обращать, заклиная, как он сам пишет: «Не боюсь тебя чудище, ибо не чудище ты, а мираж вовсе».

Заканчивает свою статью автор пафосным восклицанием: «мы, реакционеры, находим эти результаты оптимистичными для нашего дела» - находите, никто не сомневается, что ваши отношения с реальностью – находятся вне ее реального осознания. «Не «религиозный дурман» рассеивается, а призрак коммунизма отправляется в небытие» - это только что звучало – про чудище и мираж. «Ибо для человека» - очень напоминает пассажи одного из героев «Ярмарки тщеславия» – «Ибо человек, который» - правда, мракобесы такого не читают; «вера в Бога является столь же естественной необходимостью как и дыхание, отыми у него веру – и наступит деградация»

- Ну, бывает. А есть такие, для кого воровать - также естественно, как дышать, есть такие, для кого насиловать и убивать – также естественно, как дышать, а есть и такие, для кого, если не уколешься – наступает «деградация» - она же «ломка».

В завершение – еще несколько показательных цифр, которые, очевидно должны укрепить оптимизм автора и его сторонников по «неумению дышать» без аромата кадила.

1. Все десять заповедей, принятых в христианстве, знают лишь 2 % населения.

2. Среди называющих себя православными все десять заповедей знают тоже всего 2 % населения.

3. Что максимально знакомо из заповедей: «не убей» - 56% опрошенных и «не укради» - 52%.

4. Самая малоизвестная заповедь – «бог един» - 2 %.

5. Не смогли вспомнить или не знают ни одной заповеди треть респондентов (33%), среди последователей православия - четвёртая часть (27%), среди неверующих и колеблющихся между верой и неверием - свыше половины (57-61%).

Что это за православные, из которых лишь 2 % знает, что «Бог един», 40 % не знает заповеди «Не убий», а 43 % не знают заповеди «не укради» - и насколько это может внушить оптимизм – автору конечно виднее. Но если это ему оптимизм внушает – то он себя не напрасно назвал «реакционным мракобесом».

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
  • Самое читаемое
  • Все за сегодня
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter