Приход православного постмодернизма. Часть 2

(Продолжение. Начало - см. часть 1).
 
События сентября-ноября 2018, связанные с действиями Вселенского патриархата по переделу конфессионального пространства Украины, привели к фактическому разрушению мирового православия как единого целого. Но это лишь частное проявление комплексной войны глубинных сил против всего мирового христианства.
 
Украинский вопрос выступил как детонатор, но он проявился как результат длительных процессов. Первоначально канонический и смысловой ад пришел к католикам и «старым» протестантам. 2018-й год вверг в него и православие.
 
Несколько десятилетий разъедавшие христианство модернисткие процессы проявлялись, прежде всего, в экуменическом движении. Экуменизм - «стремление к единению» приводил к «отсечению лишнего и мешающего», что в итоге сделало западное христианство «солью потерявшую соленость».
 
Модернизм подспудно изменял духовную ткань не только католичества, «старого» протестантизма, но и православия. На каком-то этапе у первых двух модернистские процессы привели к гибели реального христианского начала. У католицизма смерть пришла в 1965 году с окончанием Второго ватиканского собора, - против которого мужественно восстал архиепископ Лефевр. Завершила процесс в 2013-ом добровольная отставка папы Бенедикта XVI (Ратцингера) - первая за последние 600 лет.
 
О лютеранах, англиканах и прочих для которых стало нормой назначение на епископские кафедры женщин, ведущих и манифестирующих однополую сексуальную жизнь, говорить не стоит, это уже за гранью анализа. 
 
Но 2018 год, когда произошло рождение «фанарского православного папизма», привел к окончательному изменению духовной основы мирового христианства. 
 
Нынешний кризис затронул все православие, разрыв отношений между Русской православной церковью и Вселенским патриархатом ударил по всем Поместным церквям. Они попали в двойственное положение, когда положение «вне схватки» является едва ли не худшим, нежели участие в ней.
 
13 Церквей в решении разорвать отношения с Фанаром не поддержали РПЦ, что дает право струнникам украинской автокефалии говорить: «Мы правы, московиты не правы». 
 
Однако все 13 церквей открыто не присоединились к решению Константинополя об отмене собственного решения 1686 года, снятии анафемы с раскольников и переделу канонической территории Украины – следовательно «московиты» все же правы. 
 
В настоящее время находящиеся за пределами конфликта Поместные Церкви поставлены в положение «вилки решений», где любое действие неизбежно будет иметь негативные последствия. Если внешнее давление, - а оно идет, - заставит хотя бы пару Церквей, к примеру, Иерусалимскую и Грузинскую, присоединиться к решению Фанара, то общецерковный кризис по настоящему выйдет на мировой уровень, и тогда последствия будут еще более катастрофичными. 
 
«В этой ситуации остаться безучастным не удастся ни одной Поместной Церкви, потому что везде есть раскольники разного рода, которые ждут с нетерпением отработки нового механизма легализации их структур, чтобы этим воспользоваться. Создается прецедент, который позволит КП под видом «уврачевания» расколов и других проблем вмешиваться в жизнь любой Поместной Церкви, и никаких защитных механизмов уже не будет». 
 
Надо признать: нынешняя дико-алогичная позиция Константинополя – проявление заранее спланированного обострения внутренних противоречий во всех Поместных Церквах с целью усилить процессы деградации и разрушения.
 
Кредо мусульманской секты ассасинов «нет ничего истинного и все дозволено» - полностью отражает «экуменическое фарисейство» Вселенского патриархата последних десятилетий. 
 
Модернистские стремления Фанара закрепить собственные экуменические новации, проявились в попытке созвать в 2016 году на острове Крит «Святой и Великий Собор» - явный аналог Второго ватиканского собора. Но попытка провалилась: пять Поместных церквей, в том числе РПЦ, отказались в нем участвовать. Вполне допустимо рассматривать нынешнюю деятельность Стамбула-Константинополя в отношении украинской части канонической территории РПЦ, как своеобразную месть Московскому патриархату.
 
Тезис католического «революционного» Второго ватиканского собора об «открытости Церкви миру» - это фактически квинтэссенция деятельности Фанара в последние четыре десятилетия. 
 
Константинопольская церковь - единственная из Поместных церквей еще в 1964 году сняла наложенную в 1054 году анафему на католиков. Впоследствии в своей практике Фанар еще более «модернизировался». 
 
В частотности Вселенский патриархат провозгласил приверженность т.н. «евхаристической экклезиологии» – постмодернистской доктрине, где истинность веры ставится в зависимость от человеческих «диалогов любви» между разноконфессиональными прихожанами и клириками на основе формального признания урезанного Символа веры. 
 
В «евхаристии любви» «экуменический патриархат» открыто отказался от канонических ограничений на общение с еретическими и инославными конфессиями, и дошел до практики совместного литургического сослужения. 
 
Много лет Московский патриархат закрывал глаза на дичайшие экзерсисы Стамбула-Константинополя. На традиционалистскую критику внутри РПЦ всегда следовал ответ: «Надо принимать реалии современного мира». 
 
Порой деятельность РПЦ мало чем отличалась от действий Фанара. Достаточно вспомнить наложенный еще в 1982 году запрет на именование католиков еретиками, надо вспомнить деяния и обстоятельства кончины митрополита Никодима (Ротова) или «многолетнюю плодотворную деятельность» в одиозном «Всемирном совете церквей». 
 
Как пишет (очень рекомендую прочесть его статью) публицист дьякон Илья Маслов: «Во многом, в чем мы обвиняем Варфоломея и Фанар, грешит и наша патриархийная элита, и наша система духовного образования, и наши глянцевые церковные интеллектуалы. Может потому нашей церковной верхушке и нечего предъявить Фанару, кроме территориальных претензий, что игру они играли одну и лишь правила понимали по-разному»? 
 
Интересно, какова будет реакция руководства РПЦ, если «новая украинская церковь» канонизирует святого Сербской православной церкви Евгения Родионова и кавказских новомучеников ? 
 
Фанар уже многие годы был уподоблен в модернистских трансформациях протестантам и поствторособорным католикам. Правда до покаяний перед гомосексуалистами и назначения на епископские кафедры лесбиянок дело не дошло, но это, как говориться, вопрос времени. Принятое недавно Константинополем в нарушение древних канонов разрешение священникам сочетаться вторым браком уже реальность. 
 
Вселенский патриархат давно потерял канонический и нравственный стрежень. Как и филаретовская псевдоцерковь он явно стал слепым орудием «глубинных сил» ведущих работу по изменению социального и нравственно-аксиологического облика современного мира. 
 
Украинские, а теперь и стамбуло-константинопольские церковные структуры становятся инструментом «мирового глубинного правительства» в деле травли и истязания России.
 
Это уже не скрывается, чему пример недавняя встреча Вселенского патриарха Варфоломея с президентом Украины Порошенко и подписание ими «соглашение о сотрудничестве». 
 
Нынешняя ситуация на Украине как нельзя лучше показала, что «пошаговый модернизм» в отношении духовных ценностей приводит к их девальвации и рано или поздно кончается уничтожением. 
 
Надо отметить, что «украинско-константинопольская церковная атака» - удар и по собственно российской канонической территории провоцирующий «умственную сумятицу»: дезориентацию интеллектуально развитой части прихожан, слой коих стремительно истончается, а так же стимуляцию новых расколов и самосвятства, вплоть до самых экзотических форм.
 
Об нынешнем «украинском расколе» нужно говорить весьма условно: это, по сути, был не раскол (как, к примеру, у болгар с грекамив 19-20 веках), а «откол», выделение малой части из сохранившего на украинской территории цельность канонического пространства Русской православной церкви. 
 
Компромисс с «откольниками» невозможен в принципе. Все «внемосковское украинское православие» насквозь пропитано ересью этнофилетизма, когда «национальный дух» подминает под себя христианскую доктрину.
 
Суть «укрохристианства» - это глубинное, нутряное русоненавистнечество. «Свидомость» в любом случае подомнет под себя вроде бы как обязательные для христиан братство и любовь. 
 
Даже если допустить, что проектируемая «соборная украинская церковь загонит «москальску церкву» в новое катакомбничество и станет довлеющей на Украине, все равно истеричный дух конфронтации никуда не исчезнет. Это альфа и омега украинства как такового, для которого вопросы постижения Бога, спасения и праведной жизни – вторичные (если вообще ставятся) по отношению к «национальному вопросу». «Украина по над усим» - это и о Боге. 
 
Сейчас «свидомые» кричат о «москальской религиозной оккупации». – потом, если теоретически допустить, что их «мрии» исполнятся, - будут плакать, что Кубань и Сибирь не под «омофором» «украинской церквы».
 
При анализе событий на Украине в октябре 2018 возникает вопрос: «Почему не было нацистского штурма Киево-Печерской лавры? Почему на Украине не началась религиозная война»?
 
Наверное причина в том, что ситуация смысловой дезориентации и конфессионального хаоса без перехода в хаос социальный - именно это является целью заказчиков «украинского церковного реформирования». 
 
Обострять ситуацию до уровня религиозной войны «кураторы проекта» не хотят, им сейчас нужна относительно стабильная антироссийски настроенная Украина, способная выполнять функции орудия в комплексной войне против России.
 
А для этого совсем не обязательно наличие реально и эффективно действующей религиозной организации антироссийской направленности. Ею уже была филаретовская УПЦ КП, могла стать и проектируемая «новая украинская церковь».
 
На поддержание жизнеспособной «антимоскальской» конфессии нужны большие деньги. А их нет как у украинских властей, так и у заокеанских «заказчиков проекта». Просто поддержка «на плаву» 4000 филаретовских и 1000 автономистких приходов требует колоссальных финансовых вливаний.
 
Теперь, судя по ноябрьским заявлениям константинопольских иерархов, «кураторы проекта» решили включить «режим Армагеддон» и ввергнуть на церковном пространстве Украины в хаос всех: и своих, и чужих. Кроме, само собой, католиков. 
 
В подобном ключе становится понятным, что «аннигиляционные» заявления константинопольского архиепископа Иова (Гечи) - далеко не глупость. 
 
Разрушение всего и вся в православной и квазиправославной сфере Украины в итоге должно привести к тому, что на конфессиональное пепелище в итоге должны прийти униаты.
 
Украинский раскол изначально создавался как удар по русскому и мировому православно-духовному пространству. Целью ставилось уничтожение нравственно-моральный кодекса изначального христианства, подразумевающего нестяжание, общинность, любовь к ближнему и сострадание, примат духовного над материальным. 
 
Православие стараются убить именно как цельную мировоззренческую систему, но главная задача - уничтожение морально-этического начала, разрушение нравственного кодекса изначально присущего христианству.
 
В будущем мире по планам «тайных управляющих» должен воцариться смысловой ступор, абсурд как таковой. Крест по планам глобализаторов должен заменить знак доллара, о чем мечтала «апостол либертарианства» Алиса Розенбаум. Нагорная проповедь должна в итоге стать просто набором слов непонятным существам, которые, по инерции. еще будут именоваться людьми.
 

 
Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter