Кто вы, мистер Трамп?

Кто может выглядеть экзотичнее на посту президента США, чем афроамериканец? Оказывается, белый богатый старик. Такова шутка истории, причуда контекста. Случайное отклонение от предначертанной траектории или перелом мировой тенденции?


Дональд Трамп уже несколько дней президентствует, а мир до сих пор не понял, с чем его едят, на какую полочку его положить и какую к нему прикрепить бирку. В ход идут аналогии разной степени натянутости.


Вот одна из них: Юлиан Отступник. Последний, предсмертный реванш старой Америки, издыхающего старого мира, отжившей традиции. Эта аналогия понравилась бы певице «Мадонне», которая на антитрамповском марше женщин, в промежутке между матерными ругательствами, сказала: «Добро не победило на этих выборах, но добро в конце концов победит». То есть, надо просто пересидеть эти годы, и наградой за терпение будет окончательное обрушение мира в глобальную собачью свадьбу, где не будет ни границ, ни полов, ни наций. И настанет, наконец, единая человечья общага, на которую так рассчитывал Маяковский.


Надежды девушек питают, но тут возможно возражение: Трамп стар, но команда его не стара. Трамп, может быть, карикатурный ретроград в быту вплоть до примитивного сексизма, но он устремлен в будущее, он умело пользуется плодами прогресса, он победил своих противников в Интернете и ориентирован на технологические прорывы. «Все будет как при бабушке» он не обещает, у него и бабушки-то такой нет.


Многие говорят о Трампе как об американском Ельцине. В самом деле, затеянный им пересмотр соглашений и о транстихоокеанском партнерстве, и о североамериканской зоне свободной торговли, его постоянные наскоки на союзников США по НАТО, задарма наслаждающихся американским военным зонтиком, несколько напоминают парадоксальную российскую ситуацию начала девяностых, когда ядро государства вдруг объявило о независимости от его окраин.


Правда, мы помним, что Ельцин суверенизировал Россию ради собственной власти, не заботясь о последствиях для страны и народа. Трамп же, кажется, всерьез намерен проводить политику разумного национального эгоизма.


Наконец, определенные мысли навевает и бюст Черчилля, который Трамп в первый же день президентства вернул в Овальный кабинет, откуда его в свое время вынес Обама. Черчилль как образец для Трампа? С точки зрения российских интересов это двусмысленный намек: этот жизнелюбивый английский политик, с одной стороны, был способен заключать прагматические союзы даже с русскими, с другой же - все-таки самолично начал холодную войну.


Впрочем, время, когда гадать о Трампе приходится по историческим прецедентам, быстро истекает. Скоро он сам станет меркой, которую будут прикладывать к политикам и явлениям настоящего и будущего. Само слово «Трамп» сулит нам богатую словообразовательную практику. Есть уже «трампизм», будет и «трампономика». Есть «трампомания», «трампофилия», «трампофобия» и даже «трампофрения». Можно говорить и о «трампоскептиках», и о «трампооптимистах». Возможно, и вместо «троллить» мы скоро будем говорить «трампить».


Иными словами, мир ожидает трампоморфоза: нужно как-то подстраиваться под Трампа, приспосабливаться к Трампу.


В России этот процесс начался прямо с инаугурационной речи, которая многими была прочитана с воодушевлением: достаточно заменить по тексту Америку на Россию – и вот вам готовая предвыборная программа кандидата в российские президенты. В самом деле, ведь запустение земель, составляющих колыбель народа, ради разорительных глобальных амбиций – это узнаваемое явление нашей истории. Получается, что нам свой Трамп нужен никак не меньше, чем американцам.


Но возможна и обратная проекция: то, что было когда-то сказано князем Горчаковым о России, вполне подходит для трамповской Америки: Америка не сердится, Америка сосредотачивается. И эта аналогия тоже успела стать общим местом.


Между прочим, статью под названием «Россия сосредотачивается» опубликовал пять лет назад не кто иной как Владимир Путин. С тех пор мы, кажется, очень сильно рассредоточились, приобрели новые территории, приняли на себя новые задачи далеко за пределами родных границ. А по-настоящему сосредотачиваться решила Америка; как всегда, увели идею из-под носа.


Вообще-то мотивы Трампа лежат, так скажем, чуть глубже поверхности. Вот лозунг Make America Great Again – он про что? Сделаем Америку снова великой? Но она и так великая, дальше некуда. Стоит, однако, вспомнить, что great значит не только «великий», но и «здоровский, клевый, зыкий». Сделаем Америку клевой страной, пусть она снова станет интересной страной, страной больших возможностей. Так это должен был прочитать – и, видимо, прочитал - избиратель – простой работяга «ржавого пояса», реднек или байкер.


При этом Трамп, по смыслу своей программы, против того «величия», которое США демонстрировали всю дорогу от Клинтона до Обамы, бомбя неугодные страны, свергая законные правительства, устраивая по всему миру революции разной степени бархатистости, сея хаос в обширных регионах.


Трамп – бизнесмен, но не бухгалтер. Он отстаивает содержательное богатство жизни, но гарантирует ли его политика немедленную денежную выгоду стране? Его главный экономический лозунг – «покупай американское, нанимай американцев» - смотрится почти скандально в стране с огромными торговыми центрами, где не найти и булавки американского производства. Все-таки глобализация не была навязана Соединенным Штатам насильно; напротив, до сих пор они сами изо всех сил навязывали ее миру – зачем? Чтобы покупать было дешевле и нанимать тоже было дешевле. Американский товар будет дороже, как и американский труд. А разницу будут вынуждены покрыть сами американцы.


Так что же, Трамп с его реиндустриализацией – маньяк старой Америки, реконструктор-самодур, которым движет предвкушение эстетического удовольствия от вида вновь задымивших заводов и фабрик, стильных олдскульных кадиллаков и шевроле, снова мчащихся по хайвеям?


Отнюдь нет. Трамп мыслит стратегически: великая держава, не производящая ничего – это колосс даже не на глиняных, а на бумажных ногах, скрученных из бумажных долларов, акций, депозитарных расписок, казначейских облигаций, патентов. Сильный конкурент, вроде Китая, а тем более блок стран, ведомый таким конкурентом, может обнулить все это росчерком пера, в то время как производственные предприятия останутся стоять где стояли. Страх этой «светской реформации», страх новых «95 тезисов», которые однажды будут прибиты к двери в каком-нибудь виртуальном Виттенберге, видимо, передался значительной части американских элит, иначе бы Трампу не удалось одержать столь ювелирно рассчитанную победу.


По сути, Трамп – прямо как тот же Черчилль - не обещает народу ничего, кроме упорного труда. Миллионы новых рабочих мест, которые он мечтает создать, должен кто-то заполнить. И это будут не гастарбайтеры из Мексики. Это будут американские граждане, ныне сидящие на социальных пособиях и в ус не дующие. Это они должны будут составить новую трудовую армию Трампа. Так ли уж страдают они без работы?


Или, может быть, этим людям сейчас отыщется работа менее пыльная и более увлекательная – в рядах создающейся армии антитрамповского протеста?


Пока мы увидели внушительный протест женщин, охвативший все крупные города США и выплеснувшийся далеко за границы страны. Но, в конце концов, чем Трамп не угодил женщинам? Тореадор попал в беду, схватил графиню за мантилью? Так это обида чисто гуманитарного свойства.


А вот когда будут задеты жизненные интересы десятков миллионов людей, получавших выгоды от глобализации и совершенно не нуждающихся в реиндустриализации, тогда-то мы и увидим ягодки. И CNN уже сейчас предупреждает: дамские марши в розовых pussy-шапочках – это лишь затравка, лишь демо-версия будущих протестов.


Будет ли их финансировать Сорос, или саудиты, или другие агенты и бенефициары глобализации, но деньги на такое дело уж точно найдутся, и преогромные. И если на деньги какого-то мелкого кондитера была раскачана и перевернута 45-миллионная Украина, то раскачать сопоставимую по численности населения и куда более огнеопасную по его качеству Калифорнию – раз плюнуть.


Так или иначе, мы увидим в США гражданский конфликт, которого не было со времен Никсона. И это на данный момент самое определенное, что можно сказать об эпохе Трампа.


Одна из особенностей грядущей «гамбургерной революции» - назовем ее так – состоит в ее всемирном характере: линия разлома пройдет через десятки стран. Возникает вопрос: а за кого нам болеть? Поддерживать ли нам Трампа, как некогда Януковича, попутно добиваясь от него каких-то послаблений? Или принять сторону «майдана»?

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter