Вот мы и подошли к последнему вопросу. Представьте себе Турцию без Эрдогана. Звучит почти как научная фантастика, правда? Человек, который правит страной с 2003 года, стал настолько привычной частью пейзажа, что кажется вечным. Но вечного ничего не бывает. И вопрос «а что потом?» висит в воздухе всё ощутимее.
Начнём с того, что турецкая оппозиция — это не сборище маргиналов, как её любят выставлять. Это серьёзные силы, у которых есть свои оплоты. Главная оппозиционная сила — Народно-республиканская партия (НРП). Это та самая партия, которую создал Ататюрк. Она прошла долгий путь от жёсткого кемализма до левоцентристской социал-демократии. У них в руках ключевые мэрии — Стамбул, Анкара, Измир. Их мэр Стамбула Экрем Имамоглу — главная звезда и потенциальный кандидат в президенты. Он молод, харизматичен и уже побеждал людей Эрдогана на выборах. Правда, его постоянно таскают по судам и грозят политическим запретом. Знакомая история, не так ли? Эрдоган словно пытается повторить с ним тот же трюк, что когда-то проделали с ним самим.
Есть ещё Хорошая партия (İYİ Parti) — откол от националистов, который возглавляет Мераль Акшенер. Женщина в турецкой политике — уже событие, а тут ещё и боевой характер, прозвище «Асена» (волчица) и громкие речи. Плюс прокурдская Демократическая партия народов (HDP) — она представляет курдов, левых и прочую неконсервативную публику. Но её постоянно пытаются закрыть, обвиняя в связях с террористами. Проблема оппозиции в том, что она пёстрая до скрипа. Кемалисты, националисты, курды, левые — объединяет их только одно: «Эрдоган должен уйти». А вот что делать после — у каждого своя программа. Именно это позволяло Эрдогану выигрывать выборы даже при слабой экономике. Оппозиция разобщена, а он — монолит.
Теперь самый интригующий вопрос: а кто после Эрдогана в самой ПСР? Кто станет наследником? Это вопрос, от которого грызутся между собой турецкие элиты.
Первый кандидат — зять. Берат Албайрак, муж Эсры Эрдоган. Он уже был министром финансов в самый провальный период, и его отставка стала национальным праздником для турецкого бизнеса. Казалось бы, дискредитирован. Но он зять, а семейные узы в этой системе значат больше, чем компетентность.
Второй — Сулейман Сойлу. Бывший глава МВД, жёсткий, брутальный, популярный среди националистов. Человек, который лично руководил зачистками после путча. Но он слишком самостоятелен и, говорят, слишком амбициозен. Эрдоган таких не любит.
Третий — Хакан Фидан. Бывший глава разведки, а ныне министр иностранных дел. Теневой архитектор многих операций — от Сирии до Ливии. Человек, который знает все секреты. И он абсолютно, патологически лоялен. Именно таких Эрдоган ценит.
Но есть и четвёртое имя, которое звучит всё громче. Сельджук Байрактар. Муж младшей дочери Сюмеййе, создатель тех самых беспилотников «Байрактар», которые перемололи армянские войска в Карабахе. Он не политик, он инженер. Но он — национальный герой. Его обожает молодёжь, армия, националисты. И он член семьи.
Интрига с преемником до конца не решена. Возможно, её не решил ещё и сам Эрдоган. А возможно, он и не планирует уходить, пока дышит.
Но главное, что оставит после себя Эрдоган, — это даже не институты и не партии. Это изменившееся общество. За двадцать с лишним лет у власти он совершил настоящую культурную революцию. Религиозные консерваторы, которые раньше молчали и были людьми второго сорта, стали большинством, которое диктует моду. Их женщины в платках ходят по университетам, их мужчины занимают генеральские посты. Светская Турция Ататюрка съёжилась до прибрежных анклавов и крупных городов, чувствуя себя в осаде. Страна поляризована. Два мира живут рядом, почти не пересекаясь. И это его главное наследие. Не мост, а пропасть между двумя половинами нации.
Одни скажут: он спас Турцию от высокомерной светской олигархии, вернул народу его веру и его гордость. Другие скажут: он уничтожил республику, построил автократию и отбросил страну на сто лет назад. Истина, как обычно, где-то посередине. Но в одном сойдутся все: Турция после Эрдогана никогда не будет Турцией до него. Обратного пути нет.
Мы начали этот цикл с рассказа о стране, которая едва не исчезла с карты и была пересобрана Ататюрком. А закончили тем, как её снова пересобрали — на этот раз парень из трущоб Касымпаши. У каждой эпохи свои герои. У каждой революции — свои дети. Эрдоган стал отцом новой Турции, нравится вам это или нет. А история рассудит, кем он был — созидателем или разрушителем. Возможно, и тем, и другим одновременно. Спасибо, что прошли этот путь вместе со мной.
=================================================
И представляю вам новый цикл статей.
Он пас лам в горах, а потом бросил вызов целой империи.
Он поклялся никогда не надевать галстук — и стал президентом в свитере, навсегда изменив историю континента.
От мальчика из хижины до самого могущественного индейца планеты, от триумфа до изгнания и предательства бывших друзей. Мы раскопаем историю, которая похожа на политический детектив: кока, газ, восставшие индейцы, загадочные убийства и предательство соратников.
Шестнадцать статей о том, как Эво Моралес сломал старую Боливию и построил новую — и что пошло не так.
«Настоящий индеец! Взлёты и падения Эво Моралеса». Уже послезавтра.
