Что принесут санкции против Киева: анонс полного хаоса

Анонс полного хаоса
 
Указ Владимира Путина от 22 октября о санкциях в отношении Украины вызывал немалый ажиотаж. Вот что, например, пишет в «Фейсбуке» Ирина Алкснис: «Обнаружила удивительное. Оказывается, реально есть люди, которые не понимают, с чего это вдруг Кремль решил ввести санкции против Украины - и почему именно сейчас. Более того, оказывается, такие люди есть и на самой Украине.
 
Ладно, объясню на пальцах. Украина во всех отношениях - социалка, экономика, политика - висит на соплях. … Там одно неловкое движение и вся эта конструкция рухнет, а за ней посыплется все остальное - выплата внешних долгов, внутри- и внешнеполитические договоренности, остатки социалки, в общем, все.
 
И тут Кремль в этот критический момент внезапно заявляет: ребята, а давайте я вам эту систему разбомблю нафиг - и посмотрим, что будет. Россия - главный внешнеэкономический партнер Украины. По-прежнему. У нее потенциальных инструментов сделать очень больно украинской экономике и финансовым интересам конкретных людей в Киеве, которые сейчас бурно торгуются и чего-то там решают по поводу нового или старого украинского президента, - выше крыши.
 
И, уверяю вас, фантазия у Кремля ой какая богатая. С него вполне станется организовать не экономический эквивалент ковровой бомбардировки, а пару точечных ударов - но таких, чтобы к марту украинскую экономику просто скрючило. Вот в Москве повеселятся, наблюдая за проведением президентских выборов в этих условиях. И похохочут над попытками управлять системой в состоянии хаоса.
 
Вот и вся разгадка обещанных санкций. У Москвы есть на Украине интересы, и она намекнула, что устроит там политический армагеддон, если эти ее интересы не будут учтены». 
 
Это, правда текст, в соцсети, а не скажем во «Взгляде» и РИА «Новости», где Алкснис регулярно публикуется. Но и во многих известных изданиях настрой тот же. Например, «Политаналитика», которая украинскую тему обычно игнорирует на этот раз опубликовала анонимный (вероятно, редакционный) материал, где говорится
 
«Москва своими последними шагами прозрачно напомнила – Европе, Штатам и самому Киеву, что в ее руках рычаги, которые способны кардинально повлиять на социально-экономическую ситуацию на Украине, а при желании даже обрушить ее и, как следствие, обратить политику на её территории в полный хаос. В ситуации выборов это будет означать утрату какого-либо контроля над ситуацией и ее управляемости со стороны тех, кто считает себя сейчас хозяином положения». 
 
Но хотя в прогнозах такого рода нет недостатков, нигде не говорится, а на какую именно болевую точку Украины надавит Россия что вся украинская экономика должна посыпаться. Сам указ президента, это не проясняет. Из него лишь следует, что правительство должно, во-первых, «определить перечни физических и юридических лиц, в отношении которых применяются специальные экономические меры (то есть санкции – Б.Г.), во-вторых, решить, какими должны быть сами санкции. Тем не менее, в катастрофический для Украины сценарий принято верить, поскольку верят в теснейшие связи ее экономики с российской. Выискивать цифры, показывающие состояние этих связей в сегодняшний момент, дело в век интернета не сложное, но для многих скучное. К тому же эти цифры создают картину, которая заставляет сомневаться в таком сценарии. 
 
Украинский экспорт: труба, глинозём, металл
 
Как известно самый главный украинский экспорт в России – это услуги по транспортировке газа и нефти. За первое полугодие Украина получила от него 1,5 млрд. долларов. Доходы Киева от контроля над трубой равны 80% его доходов от товарного экспорта в Россию. И ясно, что до завершения строительства «Северного Потока-2» и «Турецкого потока» эти поступления являются гарантированными. 
 
А ведь Украина считает себя в состоянии войны с Россией: в законодательстве закреплен факт российской агрессии, а понятие агрессии по украинским законам идентично понятию войны. И разве не рискованно пользоваться транзитными услугами государства, которое считает, что воюет с тобой? Странно, что официальная Москва при обсуждении газовых дел никогда не обыгрывала тот факт, а из политологов на него обращал внимание, кажется, только Дмитрий Дробницкий.
 
Что же касается экспорта товаров из Украины в Россию, то за 8 месяцев этого года он составил 2 449 млн. долларов. В любую из других стран экспорт был меньше. Это значит, что Россия остается крупнейшим рынком сбыта Украины. Но ее доля в украинском экспорте сейчас составляет около 8%, а не порядке четверти как было за годы правления Януковича. При этом в нынешнем году в сравнении с прошлым экспорт сократился на 6,5% или на 200 с лишним миллионов долларов.
 
Основных статей украинского экспорта в Россию три. Так, доля продукции машиностроения составляет в нем 26,3%, или 640 млн. долларов. На РФ приходится 18% экспорта украинских машин. Для некоторых видов продукции доля российского рынка существенно больше. Так в «страну-агрессор» ушло больше половины экспортированных запчастей для тепловозов и электровозов, а это 65 миллионов долларов.
 
На продукцию черной металлургии приходится 24,5% экспорта в Россию или 600 миллионов долларов. Но в целом в экспорте украинского металла РФ занимает не слишком большое место – 7,8%. Правда для отдельных товаров эта доля выше. Например, для труб она составляет 15%. Эту продукцию производят предприятия украинского олигарха Виктора Пинчука по чьим телеканалам идут сюжеты типа «Зачем Россия создала ИГИЛ» (экстремистская запрещенная в России организация).
 
Доля продуктов неорганической химии в украинском экспорте в Росси. составляет 16% или 391 млн. долларов. Причем, здесь «страна-агрессор» является монопольным рынком сбыта-- 75%. В частности, Россия закупает почти весь экспортируемый Украиной глинозем – а это $339 млн. 
 
Также Украина продала своим главным торговым партнерам бумагу и картон на 134 миллиона долларов. На российский рынок приходится свыше трети экспорта этих товаров. Схожая ситуация в такой группе как «пластмассы, каучук и резина» – $127 млн., и доля в экспорте свыше четверти.
 
Из этих цифр видно, что полно закрытие российского рынка для украинских товаров может стать катастрофическим для отдельных предприятий. Но вот негативное влияние на экономику в целом, думаю, оказалось бы меньшим, чем в случае с инициированной Киевом блокадой Донбасса, которая лишила Украину контроля над металлургическими комбинатами и шахтами региона, но не привела к экономическому спаду, а лишь замедлила рост. 
 
К тому же трудно представить эмбарго на импорт всех украинских товаров в частности глинозема, который поступает на предприятия «Русала» с завода в Николаеве, который ранее также принадлежал Олегу Дерипаске, а сейчас принадлежит его партнерам (а также акционерам «Роснефти») из швейцарской Glencore.
 
Украинский импорт: антрацит, солярка и ТВЭЛы
 
Больше сложностей для Киева создало бы прекращение российского импорта, который за 8 месяцев вырос на 21%, достигнув 5 094 миллиона долларов. Доля России в украинском импорте составляет 14%. При этом 54% российского импорта составляет минеральное топливо (в частности, 25% - уголь). Его закупки увеличились в полтора раза по сравнению с прошлым годом, тогда как объем прочего импорта из РФ даже чуть уменьшился
 
Да, Украина сейчас не покупает российский газ, точнее покупает тот же газ не у России, а у восточноевропейских стран. Тем не менее, энергозависимость Киева от Москвы увеличилось. Правда, можно посмотреть на эту проблему и под другим углом зрения – «страна агрессор» предельно смягчила негативные последствия для Украины от блокады Донбасса, ибо российский уголь возмещал потери донецкого. 
 
Сейчас на Россию приходится 63% украинского импорта угля в стоимостном выражении и 72% в натуральном выражении, при этом она имеет фактическую монополию (свыше 95%) по поставкам антрацита, который на подконтрольной Киеву территории не добывается. Мощность же работающих на антраците энергоблоков ТЭС и ТЭЦ составляет около 40% от тепловой генерации страны.
 
Что же касается углей газовой группы, то для электростанций Украине хватает собственных запасов. Но коксующихся марок среди них недостаточно. Этим сырьем для металлургии она обеспечена сейчас менее, чем на 20%. Преимущество российского газового угля в первую очередь в цене - он в полтора с лишним раза дешевле американского, а США сейчас на твердом втором месте среди импортеров угля в Украину - 22% поставок в натуральном выражении.
 
Очень велика доля России и на рынке нефтепродуктов. Украина обеспечивает себя бензином на 40%, а дизельным топливом лишь на 12%. 37% поставок нефтепродуктов приходится на Россию, и чуть больше 40% на Белоруссию. Но в последнем случае по преимуществу имеет место белорусский реэкспорт российских товаров. Однако он должен прекратиться, в случае соблюдения Минском договоренностей, заключенных в конце прошлого месяца с Москвой.
 
Очень схожая ситуация и со сжиженным газом, где Украина обеспечивает себя лишь на 20%. Только в данном случае его импорт практически монополизирован странами Евразийского экономического союза. 42% импортных поставок в Украину приходятся на Белоруссию (в основном реэкспорт из РФ), 35% на Россию, 19% на Казахстан. Этот рынок динамично растет, но пока стоимость импорта сжиженного газа Украиной почти в 8 раз меньше импортированных нефтепродуктов.
 
Наконец есть еще один товар, чье значение гораздо существеннее объемов импорта. Так стоимость купленных Украиной ТВЭлов для атомных электростанций почти в 11 раз меньше стоимости импортных нефтепродуктов - 307 млн долларов (при этом на 208 млн. куплено из России). Но ясно, что без этого товара Украина действительно может развалиться, ибо свыше половины электроэнергии в стране вырабатывают АЭС. Большинство энергоблоков страны работают либо на российском ядерном топливе, либо на его смеси с ТВЭЛами, сделанными в Швеции американской компанией Westinghouse. 
 
Прекращение российских поставок топлива, конечно, было бы для Украины сильнейшим ударом. Но с другой стороны удар оказался бы не одномоментным, а растянутым во времени, так как ТВЭЛы загружаются в реактор только во время его остановки на плановый ремонт, которая бывает раз в год, а Украина строит график работы АЭС так, чтобы в холодный сезон в ремонте находилось как можно меньше энергоблоков. Таким образом между решением о прекращении поставок топлива и началом его практических последствий был бы заметный временной лаг, в течение которого Украина могла бы эти последствия смягчить. Конечно, смена типа топлива в реакторе — это весьма сложный процесс, но Киев – правда в штатных ситуациях был способен его провести (ранее украинские АЭС работали исключительно на российских ТВЭЛах). Однако думается как раз ТВЭЛы, Россия, несомненно будет поставлять, чтобы избежать малейших упреков в попытке создать новый Чернобыль, который угрожал бы и соседним государствам. 
 
Наиболее серьезным ударом стало бы прекращение поставок антрацита. Да его можно купить на мировом рынке, и Украина пыталась это делать в ЮАР. Однако сообщалось, что украинские станции приспособлены к другому типу этого угля, поэтому южноафриканский антрацит обычно сжигали вместе с донбасским и российским. 
 
Но, похоже, Киев уже сейчас пытается уменьшить антрацитовую зависимость не за счет нового источника импорта, а сокращая потребление. Так сейчас запасы этого типа угля на ТЭС в 2,5 раза меньше, чем год назад, при том, что его расход на этих станциях был в 1,6 меньше, чем в прошлом октябре и составил лишь 18% от расхода угля на этих электростанциях. Однако общий запас угля на ТЭС страны на треть больше, чем год назад, а наиболее важна для прохождения зимы атомная энергетика. Если работают 12 энергоблоков из 15 (а именно столько, например, работает сейчас), то ЧП общегосударственного масштаба невозможно и даже при умеренных морозах на ТЭС происходит накопление угля. Так один блок-миллионник (а таковых в Украине 13), вырабатывает за сутки почти столько же электричества, сколько вырабатывали за средний октябрьский день все антрацитовые блоки украинских ТЭС. То есть полная остановки этих блоков, из-за прекращения поставок сырья, очевидно, способна вызвать веерные отключение электроэнергии, какие были в декабре 2014 (а еще раньше – в середине 1990-х), но коллапса энергосистемы не произойдет. 
 
Что касается прекращения импорта Украиной прочей продукции, о которой шла речь выше, то замена ее аналогичной – это только вопрос цены. Да, это вопрос болезненный, так закупка более дорогого коксующегося угля увеличит себестоимость металлургической продукции, а это ключевая экспортная отрасль, которая два года показывала устойчивый рост и в последние месяцы как раз притормозила. Но и здесь негативный эффект для Украины будет не одномоментным, а растянутым во времени. Распространено мнение, что прекращение поставок дизтоплива вызвало бы одномоментный шок, особенно если произошло бы накануне или в разгар полевых работ. Однако польский журналист Павол Кост в подробной статье о возможностях России устроить для Украины топливный кризис пишет: «В течение нескольких лет Киев утверждает, что заботится об увеличении резервов (нефтепродуктов – Б.Г.). Хотя подробности этого не являются общедоступными, неофициально говорится, что Украина готова к аналогичным кризисам». Да, в Польше склонны переоценивать украинские возможности, однако в России их склонны недооценивать. Но независимо от объема украинских резервов ясно, что проблема замены импортеров этого товара вполне решаема, а проблемы с логистикой также преодолимы, лишь ценовая накрутка увеличится.
 
Санкции против лиц, но не против страны
 
То есть, полное прекращение российского импорта (включая перекрытие реэкспорта через Белоруссию) конечно, создаст для Украины немалые проблемы, но не приведет к анонсированному коллапсу. Тем более, что масштаб этих проблем окажется все же поменьше, чем был в 2014. Немалыми оказались бы и убытки и для российских экспортеров, но это уже тема особого разговора. 
 
Однако о том, как санкции «разбомбят Украину на фиг» говорит не Владимир Путин, а политические аналитики. И тем самым оказывают президенту России плохую услугу. Заинтересованная часть общества начинает предвкушать как «эта конструкция рухнет, а за ней посыплется все остальное». А окажется, что ничего не рухнет. Причем это очевидно станет ясно, не с течением некоторого времени, а сразу после объявления санкций.
 
Да, конечно, увлекательно рассуждать о том, к чему привел бы полный разрыв экономических связей между Украиной и Россией. Однако на самом деле указ российского президента отнюдь не о такой перспективе. Надо просто чуть внимательнее вчитаться в его текст. Ведь если в случае с главными (секторальными) западными санкциями против Москвы, объектом ограничительных мер является сама Россия как государство, то в указе Путина речь идет о санкциях в отношении украинских физических и юридических лиц (хотя в нем и говорится, что такие действия предприняты в ответ на действия украинского государства). 
 
А что значит такой выбор объекта санкций? Как уже было показано выше, наиболее существенный удар по Украине нанесло бы прекращение российского импорта. Но, предположим, в указе будут фигурировать некие фирмы – импортеры, связанные с украинскими олигархами, например некий покупатель угля, назовем его ООО ««Шахтер» - чемпион». Нанесет ли это удар по соответствующему олигарху, если ничто не мешает ему зарегистрировать, скажем, ООО «Рога и копыта», которое выразит намерение купить тот же уголь. А когда Россия включит это ООО в санкционный список, появится новое. Ведь санкции анонсированы не в отношении отдельных товарных групп, а физических и юридических лиц.
 
И если в Кремле думали, что существующей формулировкой объекта санкций, можно повлиять на Украину, то там серьезно ошибались. Но вполне возможно, что указ изначально задумывался лишь как демонстрация того, что Москва не будет «терпилой» и в ответ на аресты российских кораблей и черные списки нежелательных россиян, появятся черные списки нежелательных украинцев, которым запрещено въезжать в РФ, чьи активы в России будут арестованы. 
 
Так в санкционной сфере появится симметрия, а, возможно, некоторые деятели даже заметно пострадают материально (впрочем, украинские олигархи хранят сбережения на Западе, а украинские инвестиции в Россию на порядок меньше, чем российские на Украине). Однако такой шаг, конечно, не изменит украинской политики, которая приобретает все более тревожные черты. Так, на решение Трампа выйти из договора РСМД официальный Запад отреагировал без восторгов. И даже те, кто подчеркивал понимание действий Белого Дома, как например главы МИД Польши и Литвы Яцек Чапутович и Линас Линкявичюс, говорили, что хорошо было б, если б Москва и Вашингтон в итоге смогли бы сохранить договор. Единственным кто обошелся без таких слов, стал их украинский коллега Павел Климкин. Похоже, в Киеве надеются на то, что США оценят преимущества Украины как европейской страны с наименьшим подлетным временем ракет средней дальности к центральной России (да и до Ирана с украинской территории будет ближе, чем из Болгарии, Румынии, или Греции).
Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter