Несмотря на информационную блокаду, в российских СМИ появились подробности уничтожения штабной колонны 58-армии.

По дерзости и качеству исполнения эта операция грузинских коммандос имеет мало равных в истории спецопераций, и, несомненно, войдет в военные учебники.

Пятьдесят восьмая армия, бывшая армия генерала Лебедя — пожалуй, самое боеспособное и опытное соединение Российской армии. Именно она отвечает за Кавказ, накопила в этом сложном регионе большой боевой опыт.

Постоянное пребывание частей армии на линии огня способствует тому, что солдаты и офицеры хорошо обучены и дисциплинированы. Командующий армией генерал-лейтенант Анатолий Хрулев — один из самых опытных российских военачальников. Именно он возглавил действия российских войск в Южной Осетии.

Тем большее удивление вызывает успех грузинских коммандос.

Находившийся в момент нападения рядом с командующим 58-й армией журналист «Комсомольской правды» по пути из Владикавказа в Москву рассказал, как было дело. Вот его монолог:

«Мы ехали в Цхинвали на БТРе командующего 58-й армией, в колонне из 30 боевых машин, чтобы разблокировать окруженных в Южной Осетии российских миротворцев и журналистов. Въезжали в Цхинвали с юга. Основная Зарская дорога немилосердно обстреливалась. И мы решили идти по другой дороге, через лес. Вдруг я увидел у подбитого танка двух грузин. Потом пригляделся: за каждым столбом — грузины, с автоматами, пулеметами. Сказал сидящему рядом бойцу: «Грузины». Он истошно закричал: «Грузины!» Колонна остановилась».

Это было первое выдвижение командующего операцией российских войск в Южной Осетии Хрулева непосредственно в район боевых действий, и его должен был сопровождать весь штаб армии. Очевидно, грузины обладали совершенно точными сведениями о передвижении колонны.

Несмотря на то, что передвижения техники отслеживаются со спутников и американцы, очевидно, передают такую информацию грузинам, факт нахождения в данной колонне командующего и штаба легко скрыть. Так что сведения эти могли быть получены, скорее всего, агентурным путем — что свидетельствует и о высоком качестве работы грузинской разведки на территории России.

Грузинами удалось полностью застать врасплох штабную колонну.

По свидетельству журналиста именно он заметил готовых к бою грузинских спецназовцев.

Ситуация выглядит более чем странной — по идее, колонну с командующим, тем более штабную колонну, должно сопровождать боевое охранение, кроме того, обычно используются и беспилотники, которые кружат над местностью на высоте около 2–х километров и отслеживают ситуацию. Не говоря уж о том, что осуществляется спутниковая разведка.

Как грузинские коммандос могли незамеченными подойти вплотную и что при этом случилось с боевым охранением и было ли оно вообще — неизвестно.

«К машинам!» — крикнул командующий. Мы подбежали к БТРу, но тут началась пальба. Упали между БТРом и «уазиком». Я услышал, как трещат стекла «уазика», понял, что стреляют по нам. Вместе со Сладковым, спецкором телеканала «Вести», его оператором и еще двумя журналистами побежали к бетонному забору. Все это происходило уже на улицах Цхинвали. Упали. «Ой, я ранен! — крикнул оператор. — Рука немеет». У него было сквозное ранение в плечо».

То есть группа грузинского спецназа была весьма многочисленна.

Цхинвали к тому времени считался зачищенным от грузинских частей — это следует и из сообщении российского командования и из того факта, что в город уже перебазировался командующий армией.

«Грузины сразу зажгли две наши БМП. Стреляли отовсюду, падали люди, наши и грузины. Бой шел в десяти метрах друг от друга, расстреливали в упор. Потом колонна стала разъезжаться в разные стороны, растянувшись километра на полтора. Мы решили бежать в обратную сторону за отъезжавшим БТРом, в сторону от города. Впереди бежал генерал. Смотрю, он исчез в дымке. В эту секунду взорвался БТР, к которому мы бежали.На меня выскакивает грузин».

В Интернет-блоге на Живом Журнале спецкора «Комсомольской правды» в Грузии Дмитрия Стешина приводятся дополнительные подробности:

«Юра Снегирев, спец.корр «Известий» рассказал, как подстрелили Александра Коца (журналиста «Комсомолки», который был ранен вместе с генералом Хрулевым):

«Санька ехал в машине командующего 58 армией — делал интервью, утром надо было передавать материал. Колонна попала в засаду. Водителя убили. Лежал в кювете вместе с генералом, генерал отстреливался из табельного».

Командующий армией, бегущий в одиночку, без сопровождения, как простой солдат, грузинский спецназовец, выскакивающий (откуда?) ему навстречу, колонна, которая под огнем стала «разъезжаться в разные стороны», бросив своего командующего, генерал-лейтенанта, одного на поле боя, фактически на верную смерть или плен, лежащий в кювете раненый генерал, в одиночку отстреливающийся из пистолета, — на простом русском языке это именуется «разгром».

Не исключено, что грузинские коммандос целенаправленно охотились за генералом: убийство водителя, ранение остальных пассажиров — классическая картина захвата. В этом случае генерал-лейтенант просто смог убежать, в суматохе боя выделить его уже было невозможно.

Далее продолжение репортажа Александра Коца, спецкора «Комсомольской правды»:

«Я кричу ему: «Я журналист!» Он кричит: «А я киллер!» И палит по мне метров с восьми. Мне показалось, из автомата. Но Витя Сокирко военкор газеты «Московский комсомолец», потом сказал, что это был гранатомет. Я почувствовал сильный удар в руку, свалился. Жду, когда он будет в спину добивать. А он не добивает. Поворачиваю голову, а он лежит мертвый. С нами был майор, вот он его завалил.

Так мы впятером и лежали, уткнувшись в землю, изображали трупы: я, Витя, два бойца и этот майор. Майора потом сильно ранило — в голову и перебило колено».

Красноречивая картина. Майор, по-видимому штаба армии и другие лежат, прикинувшись трупами.

То есть грузинские спецназовцы полностью овладели полем боя.

«Вот так мы лежим. Лежим с Витей лицом к лицу. Говорю: «Витя, я истекаю кровью». Витя очень спокойным голосом: «Держись, все будет нормально». Потом кто-то кинул в нас гранату метрах в трех. Она взорвалась. Раненый майор и его застрелил. Пальба со всех сторон. Спрашиваю Витю: «Ты был в таких переделках?» Он опять очень спокойно: «Нет, в таких не был, но все будет нормально. Главное — лежи, не шевелись, попробуй перетянуть руку».

Я перехватил ее другой рукой. Я чувствую, что сильно вытекает кровь. Рука сначала онемела, потом начало жечь. Потом мне все стало по х... Потом кто-то из снайперов стал стрелять над нашими головами. Потом стрельба начала удаляться. Продолжаем лежать. Я говорю Вите: «Витя, мне сейчас будет трындец». Витя говорит: «Надо что-то делать». Выскакивает и бежит наперерез подбитой бээмпэшке, которая тащилась из города. Кричит: «Остановитесь, тут раненые».

Куда при этом делись грузины, откуда появились российские снайпера и вообще военные — неизвестно.

Очевидно, что к месту уничтожения колонны прибыл и какие-то российские силы.

«БМП проехала мимо и не остановилась. Но тут же подъехала еще одна БМП. Эта остановилась. Стали грузить майора, он очень тяжелый.

А я не могу подняться. Витя говорит: «Саня, соберись, надо в нее запрыгнуть». Потом мы забрались в БМП и выехали из опасной зоны. Там солдатики меня перевязали. А майор, который спас мне жизнь, до госпиталя не доехал. Он умер».

То есть, несмотря на то, что к тому моменту грузинский спецназ уже исчез с поля боя, и, видимо, прошло какое-то количество времени и появились какие-то значительные российские силы — вообще не было никакой помощи раненым, ни оказания первой помощи на месте, ни организованной эвакуации.

Речь при этом, напомним, шла о раненых офицерах штаба армии.

Почему это произошло, где были санитары и медицинские части, куда и почему не останавливаясь мимо своих раненых товарищей ехали БМП — непонятно. С уверенностью можно сказать лишь то, что умерший майор был далеко не единственным погибшим вследствие неоказанной вовремя медицинской помощи.

«В госпитале мне сказали, что из тридцати машин, которые были в колонне, из Цхинвали вышли пять».

На простом русском языке это означает: «Штабная колонна командующего российскими силами в Южной Осетии была полностью уничтожена».

Грузинский спецназ готовили американские и израильские инструктора. И, очевидно, подготовили - «на уровне лучших мировых стандартов».

То ли еще будет.