А.Ш. — Представьтесь, пожалуйста.

ОТВЕТ — Я житель Абхазии и Краснодарского края. До войны жил в Абхазии, теперь, можно сказать, на два государства.

Что касается имени, то настоящего имени в печати я не назову — так что зовите как хотите. Хоть Василием.

А.Ш. — Почему вы скрываете имя? Вам чего-то угрожает? Вас могут преследовать в Абхазии за ваши взгляды?

ОТВЕТ — Мне практически ничего не угрожает. Себя бы я определил как «политически активный бизнесмен». Я патриот Абхазии, сторонник ее независимости.

Я не в оппозиции к местной правящей системе, но я вне её. Я не во всём согласен с нашими властями, но не хочу им мешать, а они не мешают мне.

Сейчас в Абхазии практически нет политических преследований оппозиции. Оппозиция относительно слаба. Тем не менее, тут, по сути, клановое общество. Я же, по этническим и некоторым иным моментам нахожусь вне местной абхазской клановой системы.

Однако в последнее время, ситуация накаляется, и перед выборами и в связи с активностью грузин, устроенными ими терактами, и какие-то проблемы могут появиться. Мне это не нужно.

А.Ш. — Возможно ли, что абхазские элиты предпочтут вхождению в Россию возвращение в состав Грузии, в той или иной форме, пусть даже декоративной?

ОТВЕТ — Такая возможность есть.

В том числе ввиду усиления грузинской экономической активности в Абхазии.

Об этом мало кто говорит, но реально грузинские предприниматели усиливают через Москву свою активность в Абхазии и выкупают определенные объекты на ее территории. Происходит это через Москву, т.к. через Грузию действовать невозможно, после последних терактов граница вообще перекрыта.

Московская грузинская диаспора заинтересована, — и судя по всему, получила указание, — инвестировать а Абхазию. Так, в прессе проходило, что Бадри Патаркацишвили имел а Абхазии собственность, ему принадлежала одна из табачных фабрик.

А.Ш. — Но ведь Патаркацишвили был оппозиционным, антиправительственным деятелем.

ОТВЕТ — Что касается установления грузинского контроля над Абхазией, то по этому вопросу в Грузии нет правительственных и антиправительсвенных деятелей. У них существует полный консенсус. Если оппозицию тут в чём и упрекает Михаила Саакашвили, то в нерешительной позиции по отношению к конфликтным регионам.

А.Ш. — Имеется ввиду грузинский капитал, действующий через Москву, или капитал грузин — российских граждан?

ОТВЕТ — Тут невозможно разобрать, что грузинский, что московский капитал.

Вообще активность грузин в Абхазии усилилась. И это связано с выкупом ими своего жилья. Во время грузино-абхазской войны грузины потеряли значительную часть своей собственности, почти вся грузинская собственность организованно перешла к другим владельцам.

После войны прежние владельцы, грузины, пытались её вернуть через абхазские суды. Абхазские суды грузинам отказывали.

Сейчас грузины сменили тактику. Они приходят сюда сами, то есть приходит прежний владелец к новому и говорит: «Слушай, это мой фамильный дом, вот тебе денег, купи себе что-нибудь другое». И довольно много грузинских семей уже переселилось в курортные прибрежные районы.

А.Ш. — Это их личные деньги или в выкупе недвижимости помогает грузинское государство?

ОТВЕТ — Не знаю, но, судя по масштабам этих операций, они имеют поддержку официального Тбилиси. И абхазские власти этим процессам не препятствуют.

А.Ш. — Мы знаем, что из всех постсоветских войн грузино-абхазская война была самой чудовищной (после гражданской войны в Таджикистане) по жестокости, причем с обеих сторон. Сейчас возвращающиеся грузины становятся объектами нападений?

ОТВЕТ — Нет, о таких фактах не слышно.

И речь у нас сейчас идет о центральных районах, приморском районе Абхазии, Гагры, Сухуме, а в Гальском районе грузины уже давно возвращались, они там спокойно компактно проживают.

А.Ш. — Насколько я знаю, в Абхазии консенсус элит состоит в том, что Абхазия должна быть независимо и от Грузии и от России. Вхождение в состав России все годы фактической независимости рассматривалось как меньшее из двух зол, если не удастся избежать вхождения в Грузию. Какова ситуация сейчас?

ОТВЕТ — Да, так и есть. В этом плане ситуация не изменилась. Разница лишь в том, что этот раз нынешнему руководству Абхазии «на грузинском направлении» сделаны слишком заманчивые предложения, связанные с легализацией торговли.

Вдобавок к предложениям, усилилось и военное давление на руководство и на страну в целом, и в Кодорском ущелье и в Гальском районе, а также дипломатический прессинг. За пару месяцев у нас побывали столько «шишек» из Европы и США, сколько не побывали за все годы независимости.

Россия Абхазии, конечно, все равно ближе. Но руководство страны пытаются склонить в другую сторону.

А.Ш. — Каково реальное отношение абхазов, и элит и народа, к России и русским?

ОТВЕТ — К русским отношение хорошее. Отдыхающие из России — основной источник доходов.

К российскому государству отношение более сложное.

Двойственно оценивается и позиция России во время абхазо-грузинской войны. С одной стороны, на определенном этапе Россия вступилась за Абхазию, реально помогала абхазам, участвовала в этой войне и соединениями и военными советниками. С другой стороны, известно и о фактах утечки в ходе боевых действий к грузинам секретной информации, которая была известна российским военным. Россия помогала и Грузии, передавала ей оружие, в том числе и бронетехнику. Шеварднадзе был эвакуирован из осажденного Сухума русскими военными, скорее всего спецназом.

Но сейчас Россия стала делать больше для Абхазии. Это опять с одной стороны. С другой стороны все шаги Москвы половинчатые и в республике опасаются, что РФ может дать обратный ход.

Ну не можем мы столько лет быть в подвешенном состоянии. Абхазии нужны независимость и признание.

А.Ш. — Абхазы и родственные им адыгейские народности — видимо, единственный народ в 19 веке в Российской Империи, который подвергся полноценному геноциду, в ходе Кавказской войны. Помнят ли они об этом? И затрудняет ли этот груз прошлого вопрос о вхождении в Россию?

ОТВЕТ — Не скажу, что это особо актуально, но, конечно, помнят. Да и приезжающие сюда из Турции потомки махаджиров (изгнанников) не дают об этом забыть.

Вопрос о вхождении в Россию этот вопрос давно минувших дней не затрудняет, потому что на сегодняшний день для элит так вопрос вообще не стоит.

А.Ш. — Как Россия могла бы еще более укрепить свое влияние в Абхазии?

ОТВЕТ — Чтобы добиться этого, надо пойти навстречу жителям Абхазии, признать, наконец независимость республики и активизировать торгово-экономические связи, направлять инвестиции не только в курортную индустрию, но и в инфраструктуру, жилищное строительство, порты.

А.Ш.. — Каковы отношения сейчас между абхазами и прочими живущими там народами?

ОТВЕТ — Отношения сложные. Причем наиболее остро проблема стоит даже не с грузинами, а с армянами.

С грузинами все ясно — это враги, и возвращаться беженцам скорее всего не дадут. Только если у элит откажет чувство самосохранения. Ползучая экспансия, о которой я рассказывал, пока опасна не демографически, а политически.

А вот что касается армян, то для абхазских элит это серьезная проблема. По некоторым оценкам армян у нас больше чем абхазов, причем много приезжих. Политических требований они пока не выдвигают и ведут себя тихо. Крупные куски собственности в руках абхазов, зато мелкий бизнес в значительной его части армянский. Некоторые горячие головы вообще говорят о возможности гражданской войны между абхазами и армянами.

А.Ш. — До войны абхазы составляли меньшинство, да и сейчас их меньше половины. Опасаются ли абхазы того. что в случае вхождения в состав России они снова станут меньшинством?

ОТВЕТ — Да. Но они опасаются стать меньшинством и в независимой Абхазии.

А.Ш. — Каковы перспективы разрешения абхазского конфликта?

ОТВЕТ — По моему мнению, выбор таков. Либо — независимость и дальнейшее сближение с Россией. Либо — продолжится постепенная сдача позиций как это фактически идет сейчас.

При обоих вариантах весьма вероятна война с Грузией.

А.Ш. — Как относятся в Абхазии к Олимпиаде в Сочи?

ОТВЕТ — Хорошо относятся. Это же рабочие места, дополнительный приток отдыхающих и обслуживающего персонала Олимпиды, инвестиции и более пристальное внимание РФ к нашим проблемам.

Тут отдают себе отчет, что для Москвы важнее всего деньги. В Сочи вбухивают немало, и сохранение этих денег весьма заботит московские власти.

А.Ш. — Понимают ли абхазские власти и народ, что Абхазия — самый удобный рычаг, через который можно давить на Россию в связи с Олимпиадой, что через Абхазию Олимпиаду, при желании, можно сорвать просто в последний момент?

ОТВЕТ — Да, понимают. Но Олимпиада превращается в абхазскую экономическую повестку дня, поэтому здесь сделают все, чтобы она была.

А.Ш. — Собираются ли власти Абхазии, в свою очередь, использовать вопрос Олимпиады как рычаг давления на Россию?

ОТВЕТ — Надеюсь, что у нынешних элит хватит ума не делать этого.