Месть за президента

Похищение и предполагаемое убийство российских дипломатов в Ираке практически совпали по времени с ликвидацией в Аргуне шейха Абдул-Халима Сайдулаева — четвертого ичкерийского президента. Но связь между двумя этими эпизодами долгой войны — не только временная. Делом жизни Сайдулаева, основной его функцией в «чеченском сопротивлении» была привязка кавказской войны к «всемирному джихаду», войне «за победу Ислама во всемирном масштабе», укрепление связи с зарубежными «братьями», в первую очередь арабскими (Сайдулаев в совершенстве владел языком Корана).

Напомним, что российские дипломаты были похищены 3 июня в Багдаде. Охранник посольства Виталий Титов погиб, а четверых дипломатов — третьего секретаря посольства Федора Зайцева, Рината Аглиулина, Анатолия Смирнова и Олега Федосеева (водителя, повара и охранника соответственно) — террористы увезли в неизвестном направлении. Похитители долго никак не проявляли себя. Лишь 19 июня, через два дня после ликвидации Сайдулаева, группировка "Моджахеддин меджлис аш-Шура" вдруг взяла на себя ответственность, потребовав взамен на освобождение полный вывод войск из Чеченской республики и освобождение из тюрем всех боевиков, захваченных на Северном Кавказе.

А 25 июня на сайте иракских моджахедов и на канале «Аль-Джазира», через который исламисты обычно передают миру свои послания, был выложен видео-файл, на котором было запечатлено убийство трех дипломатов (хотя российский МИД еще не подтвердил факт убийства) — после цитаты из Корана двое мужчин в черном, с черными масками на лицах и с возгласом «Аллах Акбар!» убивают их, «в отместку за пытки, страдания и убийства наших братьев и сестер, которым они подвергаются от рук безбожного русского правительства» — как гласит последующее заявление убийц. В транскрипции, принятой в русскоязычных СМИ, название иракской организации «Меджлис аш-Шура» звучит очень похоже на название структуры, Президентом которой был Сайдулаев — «Маджлисуль Шура». И это, действительно, одно и то же словосочетание, которое переводится приблизительно как «консультативный совет моджахедов». Случайности нет и здесь — арабские и чеченские моджахеды позиционируют себя как «воины всемирного Джихада» и неоднократно заявляли, что ведут «общую борьбу с неверными».

«Президент Чеченской Республики Ичкерия, Амир Государственного Комитета Обороны — Маджлисуль Шура Чеченской Республики Ичкерия» Абдул-Халим Сайдулаев, именуемый еще «шейх Абдул-Халим», убитый 17 июня 2006 г. в чеченском городе Аргуне, был малоизвестен большинству россиян. Даже фамилию его российские СМИ пишут с разночтениями.

Многие эксперты высказывали мнение, что ликвидация четвертого ичкерийского президента окажет слабое влияние на происходящее на Кавказе. Думается, они в корне неправы.

Реальная власть в чеченском сопротивлении, в той степени, в которой можно говорить вообще о наличии в нем единого командования, принадлежала в последние годы Шамилю Басаеву. Так было и при Масхадове, и при Сайдулаеве, так будет и при его преемниках — до тех пор, пока Басаев не опустится в мир иной или не будет совсем уж серьезно искалечен. Президентом после Сайдулаева назначен Доку Умаров (род. в 1964-м году), бывший «секретарь Совета безопасности» и до сего момента «Вице-президент Чеченской Республики Ичкерия и министр госбезопасности Чечни-Ичкерии».

Человек этот вполне заслуженный: еще в 1998 г. указом Масхадова он был снят со всех постов за «причастность к похищениям людей и нападение на сотрудников прокуратуры Ичкерии», он также публично обещал «расстрелять Аслана Масхадова, если тот пойдет на переговоры с Москвой». 27 марта 2000 г. командование объединенной группировки федеральных войск на Северном Кавказе уже объявляло о «гибели Доку Умарова в бою в Ножай-Юртовском районе Чечни» — что не помешало ему впоследствии, согласно данным Информационного Центра "Панорама", провести ряд громких акций: захват ряда населенных пунктов в Веденском и Урус-Мартановском районах (август 2002 года); похищение сотрудников Чеченской прокуратуры Надежды Погосовой и Алексея Климова (декабрь 2002 года); взрывы зданий УФСБ Ингушетии в Магасе и электрички в Кисловодске (сентябрь 2003 года); по данным спецслужб, он был одним из организаторов рейда боевиков в Ингушетию 22 июня и вылазки в Грозном 21 августа 2004 г. Не совсем ясно, имел ли Умаров отношение к захвату 1 сентября 2004 г. школы в Беслане: 2 сентября 2004 г. "Известия" сообщили, что, по их информации, группой командовал именно Умаров. Его опознал по фото один из школьников, которому удалось убежать во время захвата. («Известия», 2 сентября 2004). Однако позднее было сообщено, что среди убитых 3 сентября 2004 г. террористов Умарова не было.

Доку Умаров — человек во всех отношениях простой, блестящими полководческими и организациоными способностями Басаева он не обладает, как не обладает и излишними политическими амбициями — так что расклад власти и стиль боевых действий сепаратистов вряд ли претерпит изменения. Разве что теперь Басаев будет несколько чаще появляться перед телекамерами и микрофонами журналистов, чеченских и западных: в результате множественного осколочного ранения лица у нового президента имеются некоторые, хотя и не всегда заметные, проблемы с дикцией.

Интенсивность боевых действий и в самой Чечне и на всей территории РФ, «громкость» и жестокость проводимых терактов уже давно зависят не от индивидуального темперамента лидера, находящегося в данный момент на должности «верховного командира», но от объективных возможностей боевиков, технических и политических. Иначе говоря, сепаратисты устраивают ровно столько терактов, сколько в данный момент позволяют им осуществить их не очень большие силы и, не менее важно, допускает политическая и медийная обстановка.

Так что собственно в военной области никаких изменений не произойдет. Зато в области политической и пропагандистской ликвидация шейха Абдул-Халима ударит по «чеченскому сопротивлению» очень болезненно.

По сообщениям газет, за год и три месяца, прошедшие с тех пор, как Садуллаев возглавил чеченских сепаратистов, его имя крайне редко упоминалось в СМИ. Несмотря на громкую должность, в отношении него даже не было возбуждено уголовного дела, не числился он и в списках федерального розыска. Сайдулаев стал четвертым Президентом за 15-летнюю историю самопровозглашенной Республики Ичкерия. Все предыдущие президенты тоже были убиты. Предшественниками Сайдулаева были: Джохар Дудаев, Зелимхан Яндарбиев, Аслан Масхадов. Два профессиональных советских военных и один профессиональный советский писатель (напомню, что член Союза писателей Яндарбиев в 1985–1986 годах был председателем Комитета пропаганды художественной литературы Союза Писателей СССР, а в 1986 стал главным редактором детского журнала "Радуга").

Сайдулаев же был сделан совсем из иного теста, он представлял другое поколение, другой тип чеченца и другой мир — мир не советского интеллигента, но мир ислама. Сайдулаев был реальным, настоящим мусульманином. Крупным знатоком ислама и самостоятельно мыслящим богословом. Он родился в 1967 году и официально учился лишь в Чеченском университете на филологическом факультете, однако, не успел его закончить в связи с началом войны. Кроме обычных чеченского и русского языков он в совершенстве владел арабским — что в современной Чечне большая редкость. Шейх Абдул-Халим ни разу за свою жизнь не покидал пределы Чечни, за исключением одной поездки в Хадж в Мекку. Исламу он учился в самой Чечне, и у местных стариков, богословов и вообще у кого только мог, и самостоятельно — и в результате приобрел репутацию большого знатока мусульманского закона.

В период между первой и второй чеченскими войнами Сайдулаев активно выступал с исламскими проповедями по чеченскому телевидению и с исламскими лекциями в разных регионах Чечни. Возглавлял исламский джамаат города Аргуна, был имамом Аргунской мечети. В 1999 г. указом Алана Масхадова шейх Абдул-Халим был введен в «Государственную комиссию по конституционной Шариатской реформе», а в 2002 г. возглавил «Верховный шариатский суд Ичкерии». Практически, убитый президент являлся одним из главных идеологов и архитекторов системы исламского правления в Чечне. "Его знали как идеолога. Он много выступал с проповедями, делал религиозные заявления по ичкерийскому телевидению в период между двумя чеченскими кампаниями", — отметил в интервью источник в управлении ФСБ по Чечне.

Да, Сайдулаев не был активным боевиком, никогда не имел в своем подчинении крупных отрядов и, действительно, с точки зрения сторонних наблюдателей, мог казаться номинальной фигурой. Но сторонние наблюдатели, русские в особенности, всегда были мало успешны в понимании взаимоотношений внутри чеченского общества.

Во-первых, авторитет богослова позволял ему навязывать дисциплину и заставлять подчиняться общим решениям самых своевольных полевых командиров (говорят, несколько раз Сайдулаеву удавалось, цитатами из Корана, убедить в неверности его намерений самого Шамиля Басаева — во что, по словам знающих людей «вообще-то поверить трудно»).

Кроме того, Сайдулаев являлся выдающимся мастером пропагандистской войны — пожалуй, не менее выдающимся, чем Басаев войны партизанско-диверсионной.

Ему удалось убедить и западных, и. что еще труднее, российских экспертов, в том, что он представляет некую «умеренную линию Масхадова», в одном и том же тексте объявлять убийства детей и захват заложников, совершаемые сепаратистами, преступлением, говорить, что это запрещают законы ислама, — и тут же оправдывать эти акции и возлагать ответственность за них на «русских». Причем говорить так, что даже серьезные эксперты повторяли потом об этой самой «умеренной линии, представленной Сайдулаевым.

Вот примеры из интервью покойного мастера:

Интервью Президента Чеченской Республики Ичкерия Абдул-Халима Сайдулаева болгарскому независимому еженедельнику «Политика» (№ 112, 9–15 июня 2006):

«Сайдулаев: Что мы не приемлем в нашем государстве — проведение операции с захватом заложников, мирных жителей. Как раньше, так и сегодня. Неприятие этого пути у нас было и при Аслане Масхадове, после него и я следую тому же. Однако, может возникнуть вопрос, почему Шамилю Басаеву не воспрещается проводить подобные диверсионные операции.

Пока русские убивают наших женщин и детей, сегодня по Шариату у меня нет никаких прав запретить ему такой путь. Сказать ему — «если ты это сделаешь, последует наказание» — возможность не оставляют русские.

Если бы русские прекратили это насилие, тогда я мог бы сказать Шамилю Басаеву, и не только ему, но и всем остальным об ожидающих их наказуемых мерах. Такой путь возможен был, и при Масхадове, возможен и сегодня.

Но пока русские уничтожают наших женщин и детей, мне остается только призывать человека к пониманию. А так, ни властью, ни законом, ни в других направлениях у меня никаких рычагов нет. Однако этот путь мы не приемлем на государственном уровне: ни раньше, ни сейчас. И не потому, что русские не делают этого с нами. Наоборот, русские уничтожают наших женщин, убивают детей. У нас уже убито 50 000 детей.

Нас всех потрясло, как и во всем мире, что в Беслане погибло более 180 детей. Но мы отмечаем, почему также не было всеобщим горем для мирового сообщества уничтожение и 50 000 убитых русскими наших детей?

Не молчание ли по отношению к убийству наших тысяч детей и сделало возможным Беслан, и то, что было до Беслана? Если мы не зададимся этим вопросом и не прислушаемся к чужой боли, оттого что мы будем говорить, что в Чечне террористы, это не закончится».

Интервью шейха Абдул-Халима газете «Vakit» (Турция) (27 марта 2006) «Мы будем воевать до победы…»:

Вопрос: Чеченских моджахедов подвергают критике за то, что они, осуществляя операции, нападают на мирных жителей. Что вы скажите на счет этой критики?

А.Сайдулаев: «Чем чудовищнее ложь, тем больше в нее верят». Русские распространяют пропаганду, заявляя, что мы только и делаем, что убиваем мирных жителей. Они пытаются внушить эту пропаганду миру. Однако всем очень хорошо известно, кто на самом деле убивает мирных людей, и кто отдает приказы на убийство. Все знают, что именно Путин отдал своим войскам приказ за каждого убитого солдата убивать 10 чеченских мирных граждан, заявляя, что только так можно победить.

Вопрос: Тем не менее, ваш подчиненный командир признал ответственность за захват школы в Беслане, который стал причиной гибели сотни детей и женщин.  

А.Сайдулаев: Захват осуществили моджахеды. Это правда. Но бойню устроили русские. Моджахеды не убили ни одного мирного человека, хотя у них была такая возможность. Все кто был свидетелем тех событий, говорят, что русские спецназ использовал огнеметы «Шмель», танки против заложников Беслана. Мы много раз предлагали создать независимую комиссию для расследования бойни в Беслане. Но Путин против этого. Потому что виновные бойни они.

Вопрос: Предположим, что заложников в Беслане убили русские, но захватили их моджахеды. Считаете ли вы правильным такие захваты заложников?

А.Сайдулаев: Наше правительство не несет ответственности за подобного рода операции. Что бы ни делали русские, какие бы чудовищные преступления они не совершали против нашего народа, мы не будем уподобляться им. Но вместе с тем нельзя забывать, что зверства русских оккупантов, без разбора убивающих мирных жителей Чечни, женщин, детей, стариков, порождают ответную реакцию. Появляются группы, которые наносят ответные удары. Остановить такие группы очень трудно. Главной причиной этих акций является чудовищные преступления русских оккупантов.

Мы говорим русским — воюйте не с мирными людьми, а воюйте с нами, моджахедами, оставьте наших детей и женщин в покое, не бомбите наши школы, больницы. Если русские прекратят преступления против мирных граждан, мы сможем остановить эти группы, и они прекратят ответные акции».

Сайдулаев старался быть максимально политкорректным — с точки зрения тем, недопустимых в западных СМИ. Он не допускал антизападных и антиамериканских высказываний — хотя Америку в «чеченском сопротивлении» не любят.

Среди чеченских моджахедов очень сильны и антисемитские настроения. Евреев они воспринимают, вслед за своими арабскими учителями, как воплощение зла. «Чеченцы — вера наша сила, И мы войдем в Иерусалим», «Взор к Аллаху устремим, Будет наш Иерусалим!», «Коран и меч мы принесем, Земля святая Палестины» — поется в популярных песнях чеченских сепаратистов. Сайдулаев демонстративно избегал этих тем в своих публичных выступлениях. Умаров, как «честный солдат» (коим, он, видимо, действительно является — в рамках представлений чеченских исламистов о «честном солдате», естественно), — рубит правду-матку.

Интервью «командующего Западным фронтом ВС ЧРИ» генерала Доку Умарова «телевидению ЧРИ» (18 августа 2004):

«Аллах говорит в хадисе, что, вместо одного моджахеда, я дам вам сорок моджахедов.

Враги называют Джихад терроризмом.

Это тоже одна из пропаганд сионизма, еврейское лобби, которое заправляет сегодня всей информационной системой в этом мире, старается очернить сегодня наш джихад, оклеветать наш джихад и наш народ какими-то именами, но чеченцы всегда славились своей добротой, своим гостеприимством и всегда старались на добро ответить в десять раз большим добром.

Те люди, кто стараются обвинить моджахедов, которые на пути Аллаха, оклеветать их какими-то террористическими названиями, эти люди совершают большую ошибку.

Вопрос: Что бы вы могли сказать об общей ситуации в исламском мире?

— Многие братья мусульмане стараются закрыть глаза, заткнуть уши на происходящее в исламском мире уничтожение. Многие шейхи, многие богатые мусульмане думают, что, имея деньги, они будут независимыми, они за эти деньги могут купить свободу. Сегодня тотальное и общее уничтожение мусульман идет во всем мире. Сегодня евреи, сплотив те государства, которые подконтрольны им, объединили весь христианский мир для уничтожения мусульман. И в мире сегодня идет Джихад. Сила может быть сегодня и у Америки, и у России, и у евреев, но не больше, чем Аллаха сила. Аллах сегодня на нашей сторонне.

Я думаю, что мы стоим на пороге больших событий, когда мусульманский мир просыпается и понимает, что, вместо того, что бы они были рабами Аллаха, они были рабами евреев. Так что, я думаю, братья-мусульмане поднимутся на большой джихад».

Однако особенно важна была роль Сайдулаева как исламского деятеля.

Сепаратисты более всего заинтересованы в «глобализации» своей борьбы — в том, чтобы исламский мир рассматривал происходящее в Чечне как часть единого фронта всемирного Джихада (Парадоксально, но в этом, со своей стороны, и в своей интерпретации, заинтересована и Москва — речь идет о том, чтобы заставить «мировое сообщество» рассматривать борьбу на Кавказе как один из фронтов противостояния «мировому терроризму»).

Конечно, в исламском, особенно в арабском, мире достаточно тех, кто воспринимает борьбу сепаратистов как свою борьбу, как борьбу за дело Ислама, как исполнение заповеди Джихада. Но еще больше тех, кого боевики презрительно зовут «предателями» и «обывателями», тех, кто предпочитает торговать с богатым кремлевским партнером или получать от него иные политические и финансовые преференции. Из крупных исламских богословов безоговорочно в поддержку ЧРИ выступил лишь шейх Юсуф Кардави. Он расценивает сопротивление федеральным силам как «джихад».

«Нет сомнения в том, — говорит выпущенная Ю. Кардави фетва, — что чеченцы ведут справедливую борьбу в защиту своей страны, своей религии и своего достоинства и, следовательно, совершают перед Аллахом самый лучший вид из всех проявлений джихада».

Поэтому «поддерживать угнетенных мусульман во всех уголках мира — это долг каждого верующего». Родившийся в Египте и живущий с 1961 г.в Катаре арабский богослов Кадави (его фамилию русскоязычные СМИ часто дают и как «Кардауи») — один из самых авторитетных законоучителей исламского суннитского мира, с его мнением трудно не считаться — однако «слишком многие», по мнению моджахедов, лидеры мусульманского мира, в том числе и религиозные, предпочитают «поддерживать угнетенных мусульман» лишь на словах, а то и просто «в душе». Именно на них мог эффективно воздействовать Сайдулаев, он персонифицировал «исламский аспект» «чеченского сопротивления». Но его авторитета — авторитета реального знатока исламского закона и богослова, его знаний и связей нет ни у Умарова, ни у Басаева, вообще ни у кого среди «руководителей ЧРИ». 

Их ислам, в отличие от ислама, ликвидированного людьми Рамзана Кадырова шейха Абдул-Халима, — ислам недавний, неглубокий и часто просто внешний. Доку Умаров, например, говорил про начальный период войны в опубликованном 13-07-05 на радио «Свобода» интервью корреспонденту Андрею Бабицкому: «В то время я молиться не умел».

«Пусть собаки лают
Караван идет
В этот бой последний
Джохар нас поведет
Только пред Всевышним
Все падем мы ниц
Армия Джохара
Волки без границ!!» — так поется в одной из песен популярного «барда чеченского сопротивления» Тимура Муцураева. Ликвидация Сайдулаева, однако, способна сузить границы маневра этих волков. Хотя не следует забывать, что и сами «волки джихада», и поддерживающие их силы в исламском мире все еще сохраняют способность предпринимать попытки, иногда болезненные, разорвать сужающееся кольцо — вроде похищения и убийства российских дипломатов.

 

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter