Народное правосудие

На самом деле мы не знаем, виновен полковник Буданов в тех преступлениях, которые ему приписывают, или не виновен.

Безусловно, любой отец, чья дочь оказалась изнасилована и убита кем либо – имеет полное право убить ее насильника. Вне зависимости от любого решения любого суда.

Нужно только, чтобы вина его была очевидна. И главная инстанция, которая сегодня лишает очевидности любое судебное дело – это суд и сам судебный процесс. Главное требование к суду – он должен быть скорым и справедливым. Современный российский суд не является ни таким, ни таким.

Мы не знаем, был ли Буданов виновен. Мы знаем, что он был арестован 27 марта 2000 года и осужден 25 июля 2003 года. То есть его дело рассматривалось дольше, чем первое дело Ходорковского. Уже самого этого трехлетнего срока рассмотрения дела по подобному обвинению – достаточно, чтобы не доверять судебному приговору.

Мы знаем, что обвинение в изнасиловании было с него снято.

Мы знаем, что преступником его считают 7 % граждан страны. И в то, что его вина доказана в суде – верят 17 % от тех, кто что либо о нем слышал (70 % от всех опрошенных). То есть – 12 % от всех.

Тоже заслуживает внимания – 7 % верят в совершение преступления. И 12 % - в то, что оно доказано в суде. То есть - почти половина даже тех, кто верит в доказанность преступления – не верят в само преступление. Или, иначе говоря, считают, что в нашем суде вполне можно доказать в том числе и то, чего не было на самом деле.

Зато 58 % граждан верят, что Буданова осудили не потому, что вина его была доказана – а потому, что решено было сделать дружественный акт навстречу чеченцам.

Шаг сделали. Теперь Буданова убили. Кто – мы опять таки не знаем. По ВЦИОМовским данным, лишь 20 % думают, что это сделали чеченцы. И тех, кто так не думает – можно понять – Не нужно было Кадырову это убийство в ситуации, когда он не мог взять на себя ответственность за него – и подозрения интуитивно падали бы на него.

8 % думают, что это сделали родственники девушки. 17 % к моменту опроса просто не слышали об этом убийстве. 43 % не смогли определить своего мнения.

По Левадовским данным 24 % винят в убийстве чеченских боевиков, 23 % родственников девушки. Интересное расхождение в данных социологов.

По этим же данным удовлетворение от убийства Буданова испытали 4 5 % –ровно столько, сколько по некоторым данным поддерживают идеи правозащитников. По большому счету – именно эти люди больше всего и были заинтересованы в нем. Как и во многих иных резонансных убийствах – от Литвиненко до Политковской: это создает фон, необходимый для их активизации и работы.

Убить соратника и обвинить в этом спецслужбы ненавидимого ими государства – естественный прием политических провокаторов.

Буданов, конечно, не был их соратником. Но его убийство работало на разжигание социальной и национальной напряженности. И было им выгодно не меньше, чем убийство Юшенкова или Политковской.

Все складывается из того, что мы не знаем. Ни был ли Буданов виновен. Ни кто его убил.

Но мы знаем, что общество в его вину не верит. Мы знаем, что 57 % считают наказание слишком жестоким и лишь 14 % - как справедливый.

Суд над ним не был скорым – длился в сумме со следствием итоге более трех лет. И не был справедливым. Потому что нельзя считать справедливым суд, в правоту которого не верит 58 % тех, кто что либо о нем слышал.

Но если не было скорого и справедливого уда – значит суда не было как такового. А раз не было суда – то человек уже должен сичтаться невиновным.

Конечно, все это проблема не только этого процесса – это проблема российского суда в целом. Которому, в принципе, доверяет сегодня всего 25 % граждан. Один из четырех.

Современный российский суд, в сознании большинства россиян – это место, где ложь признают правдой. А суд, имеющий такую репутацию, не имеет права на существование. И главное – не имеет смысла в своем существовании. Смысл в суде есть только тогда, когда общество ему доверяет и верит в его честность и правоту.

Если предполагать, что мы хотим иметь реальную судебную систему – современный суд нужно упразднить. И создать другой. Создаваемый не властью, а народом. И зависящий не от власти – а от народа.

Потому что судебная власть - они, в общем-то, тоже власть. А по конституции единственный источник всякой власти в России – ее многонациональный народ.

Преступников является не том, кого преступников объявляют юристы, а тот, кого преступником считает народ. Решение суда не может приходить в противоречие с волей народа. Если человек объявлен судом виновным, а народ его таковым не считает – значит уже его вина не доказана, а приговор – не справедлив.

ВЦИОМовские данные показывают, что подавляющее большинство народа России не считает Буданова преступником. И 58 % считают, что он должен быть реабилитирован – и ему должны быть возвращены звания и награды.

Да, возможно социологических данных недостаточно для того, чтобы принять это решение. Тем более, что наши социологи могут в зависимости от конъюнктуры и властного заказа один раз посчитать одно, другой раз – другое. С ВЦИОМом такое бывает: выявит что-то, что вызовет неодобрение власти – да еще в профессиональной гордости опубликует: власти не понравится. И через пару недель публикует противоположное.

Но раз он пишет, что 58 % граждан по его данным не верят в виновность Буданова и настаивают на его реабилитации, - нужно поверить.

Просто кто-то должен взять на себя инициативу по сбору подписей под простым вопросом: требованием о реабилитации Юрия Буданова.

Можно создать и зарегистрировать инициативную группу – можно не регистрировать, но создать. Создать группы пикетчиков и сборщиков подписей. И просто и честно начинать спрашивать прохожих и собирать их подписи.

С одной стороны – прекрасный повод проверить достоверность данных социологов.

С другой – осуществить принцип известной статьи Конституции о народе, как единственном источнике власти.

С третьей – сделать шаг вперед в реформировании российской судебной системы.

И посмотреть, как власть посчитается с мнением народа.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter