Санация – условие победы в контр-партизанской войне

Часто можно услышать, что, якобы, в истории нет примеров, когда регулярная армия побеждала бы герилью.

Однако вопреки этому утверждению, военная история XX века показывает, что в противостоянии партизан и регулярной армии, армия выигрывала всегда — если только ей не мешали воевать политики, если на военные действия не накладываются политические ограничения. В последнем случае антипартизанская война становится подобной поединку опытного боксера-профессионала со слабаком-любителем — причем поединка, в котором профессионал выступает со связанными руками, а любитель, наоборот, может избивать противника и руками, и ногами и подручными предметами.

Историческая правда заключается в том, что в истории ХХ века не было ни одной полноценной партизанской войны, выигранной без массированной поддержки извне. (Революции и народные восстания против своего правительства — случай отдельный).

Полный перечень партизанских и террористических организаций уничтоженный различными регулярными армиями на просторах двадцатого века занял бы несколько страниц. Один из многих примеров, особенно уместный в контексте последних событий — турецкая Хизбалла: в течение более десяти лет эта организация терроризировала Турцию, пока не была все же полностью уничтожена турецкими спецслужбами.

Можно было бы еще вспомнить и разгром англичанами «арабского восстания» в подмандатной Палестине в 1936–39 гг., и массу других примеров из истории Британской империи, от войны против буров до замирения ИРА. Разгром восстания шиитов в Ираке при Саддаме. Многочисленные неудачные герильи в Латинской Америке — список тут на большой лист. Ликвидацию Басмаческого движения в республиках советской Средней Азии; также как и разгром прибалтийских Лесных братьев, украинской УПА, польской АК (Армия Крайовы), да много кого еще.

Да, были и успешные партизанские войны, однако они всегда опирались на массированную внешнюю поддержку или внешние источники финансирования, которые противостоящая партизанам регулярная армия по независящим от нее причинам не могла пресечь. Так, можно вспомнить успешные действия "городских партизан", например, борьбу еврейских подпольных организаций ЭЦЕЛЬ и ЛЕХИ с англичанами в подмандатной Палестине в 1930–40 годы, именно она стала одним из главных факторов, приведших, в конечном итоге, к созданию Еврейского государства. Однако от полноценной партизанской войны их отличает менее интенсивный характер боевых действий, а победа над противником была достигнута за счет психологического эффекта проведенных операций. Англичане в конце 1940-х годов ушли из Палестины потому, что были до предела ослаблены Второй мировой войной, у них просто не имелось ресурсов, чтобы сохранить огромную колониальную империю и, в частности, противостоять действиям еврейских партизан.

Идущие уже несколько десятилетий партизанские войны в Боливии и Перу — это, по сути, борьба за автономию от центрального испано-язычного правительства не ассимилированных испанскими колонизаторами индейцев. Место иностранной помощи занимают деньги, полученные от продажи наркотиков. Действия армии там затрудняют также малодоступный характер местности (тропические джунгли или высокогорье, выше трех тысяч метров) и слабость самой правительственной армии. И то в Перу партизанская война практически прекратилась.

Во время Великой Отечественной войны так называемое народное партизанское движение было, по сути, продолжением регулярной армии. Значительная часть партизан, костяки отрядов составляли попавшие в окружение части Красной Армии, генерал Ковпак — самый яркий такой пример. Партизаны снабжались из тыла, часто партизанские отряды представляли собой просто регулярные части и группы спецназа, заброшенные на территорию врага с целью выполнения конкретных задач. Конечно, местные жители также оказывали партизанам помощь и вступали в их ряды, но, тем не менее, массовое партизанское движение, способное серьезно беспокоить немцев, развернулось только после Сталинграда, когда у центрального командования появилось достаточно свободных ресурсов.

Примерно то же самое происходило и в случае антинацистского сопротивления в Югославии и Западной Европе.

Можно рассмотреть и пример антисоветского сопротивления на Западной Украине и Прибалтике. После войны там оставалось огромное количество оружия и боеприпасов, так что партизаны могли обходиться без внешней помощи. Попытки же разведок США и Англии наладить каналы переброски оружия и подкреплений в эти районы были эффективно пресечены сталинской службой госбезопасности. Когда же к концу 1940-х годов военные запасы стали иссякать — сошло на нет и вооружённое сопротивление. Конечно, свою роль в этом сыграла и весьма эффективная тактика Москвы. С одной стороны, в ответ на вооруженные действия Сталин проводил политику массовых репрессий, арестов и высылок. Однако в то же время было отвергнуто предложение Хрущева (тогдашнего руководителя Украины) о поголовном выселении украинской молодёжи из Западной Украины в центральные районы. Сталин избрал другую политику — политику улучшения условий жизни той части местного населения, которая не сотрудничала с повстанцами. В итоге, молодые литовцы, латыши и западенцы вместо того, чтобы пополнять ряды партизан, стали вступать в КПСС, возглавлять советские учреждения.

В Афганистане и Вьетнаме регулярные армии были связаны политическими ограничениями и не могли наносить удары по базам партизан вне государственных границ или, тем более, по странам, оказывающим им военную помощь, — Пакистану и США — в одном случае, и СССР и Китаю — в другом. Перекрыть же каналы связи в условиях вьетнамских джунглей и афганских гор оказалось невозможно. В этой ситуации победа над партизанами действительно оказалась крайне проблематичной. Однако история знает немало случаев, когда регулярная армия, поставленная политическим руководством в такие тяжелые условия, тем не менее, успешно решает поставленные задачи. Пример — басмаческое движение в Средней Азии, где Красная Армия также была лишена возможности как действовать вне государственных границ, так и полностью перекрыть каналы снабжения повстанцев.

Надо коснуться и ситуации в Ливане, т.к. Ливанскую войну часто приводят как пример якобы удачного действия партизан – ведь после нескольких лет контроля над территорией Северной Галилеи (так на протяжении двух тысячелетий, вплоть до 1948 года назывался район, ныне именуемый Южным Ливаном) ЦАХАЛ оставил его, передав Хизбалле.

Первая Ливанская война началась 5 июня (24 числа месяца Сиван по еврейскому календарю) 1982 года, когда израильская армия пересекла ливано-израильскую границу, после многомесячных обстрелов севера страны "катюшами" Организации Освобождения Палестины и непосредственно после организованного ООП покушения на израильского посла в Лондоне Шломо Аргова (он был тяжело ранен в голову). ООП к тому моменту практически создала в Ливане собственное государство (журналисты прозвали его "Фатахленд"). ООП имела там и укрепления, и огромные запасы вооружения. В начале войны, на юге страны вплоть до Бейрута (дальше на север Ливана ЦАХАЛ не продвинулся), израильской армией совместно с христианским ополчением в краткие сроки были полностью уничтожены отряды ООП и местные мусульманские формирования. Ту же задачу на севере Ливана решила и сирийская армия, вторгнувшаяся в страну вслед за израильтянами.

Однако после официального окончания войны на военных были наложены политические ограничения.

В районах Ливана, контролируемых Сирией, была создана шиитская вооружённая организация Хизбалла, действовавшая против Израиля. Однако и в этих условиях боевые действия велись не отрядами, базировавшимися непосредственно на контролируемой Израилем территории, но небольшими диверсионными группами Хизбаллы, проникавшими из сирийской части Ливана, нападавшими на израильтян и тотчас уходившими (если было кому уходить) назад. Израильская же армия была, по политическим мотивам, лишена возможности наносить удары по базам боевиков.

Исключительно оборонительная тактика, которую, по решению политиков, вынуждена была придерживаться израильская армия, проигрышна при любых условиях.

Хизбалла могла безнаказанно наращивать свои силы, накапливать вооружение, тренироваться. Время от времени авиация Израиля наносила удары по базам боевиков — но происходило это настолько редко, и удары были столь слабы (обычно дело ограничивалось пуском одной-двух ракет, никаких массированных бомбардировок Израиль не предпринимал), что никакого серьезного урона Хизбалла не несла. Однако и в этих условиях ЦАХАЛ успешно противостоял шиитам. С военной точки зрения, Хизбалла не представляла для Израиля серьезную угрозу, и если бы не компания в СМИ и политическое давление, организованное израильской пятой колонной, позорного бегства ЦАХАЛа из Ливана не случилось бы. То есть и в этом случае мы имеем пример войны, проигранной политиками, а не военными.

Вывод: история показывает, что в войне против регулярной армии партизаны, будь то лесные или городские, обречены на поражение – если только противостоящий герилье государственный механизм не находится в стадии разложения, и политики способны принимать адекватные решения, руководствуясь именно интересами нации – а не коррупционными соображениями или поддаваясь давлению извне. Но адекватное национально мыслящее правительство, служащее именно народу, а не себе – редкость в тех местах современного мира, где как раз и бушует особенно сильно огонь партизанской или террористической войны. Есть мнение, что именно дурное управление и является первопричиной этого кровавого положения. Что ж. В таких случаях для того, что бы остановить террор, надо начинать не с зачистки лесов, но с санации системы управления, начиная с ее высшего эшелона. Победа в контр-партизанской войне после такой санации будет гарантирована.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter