Впереди паровоза

Если мне в день приходит 1000 писем спама,
должен ли я зарегистрироваться
в качестве почтового отделения?

bash.org.ru

Недавно, в феврале, прогремело на весь Интернет имя сенатора Владимира Слуцкера. Причиной тому были его новаторские предложения в области СМИ.

Сначала новатор счел, что следует распространить действие закона «О СМИ» на интернет-издания. По его словам,

«ключевой поправкой в закон должно стать положение об обязательной регистрации интернет-сайтов с аудиторией не менее 1 тыс. посещений в день. Это соответствует статье 12 закона “О СМИ”, где обязательной регистрации подлежат печатные СМИ с тиражом от 1 тыс. экземпляров и выше».

Кроме того, по мнению Слуцкера, в закон «О СМИ» следует ввести норму, разрешающую прессе ссылаться только на интернет-ресурсы, прошедшие государственную регистрацию. Правда, увидев удивленные глаза вокруг, сенатор сделал шажок назад. Под действие измысленного им закона, мол, не предполагается подводить блогосферу, форумы и прочие популярные сетевые ресурсы, не являющиеся интернет-изданиями:

«В настоящее время наши юристы работают над таким определением интернет-издания, которое позволит отделить блоги, форумы, сайты знакомств и прочие ресурсы от тех, которые функционируют, как СМИ, но так не называются, определяя себя, например, как “домашние библиотеки” и т.д»..

Вот можете мне сказать, каким образом библиотека может функционировать как СМИ? Различие, на мой взгляд, принципиальное. Хорошо кем-то сформулированное:

«Предложение сенатора Слуцкера: все телефонные автоответчики с числом звонков на них более 1000 в месяц — считать средствами массовой информации с обязательной регистрацией в органах юстиции».

В ответ на репризу Слуцкера председатель Госдумы Борис Грызлов, возглавляющий партию «Единая Россия», заявил, что не должно быть ограничений в распространении информации по Интернету, если всемирная сеть не является инструментом дестабилизации ситуации и не применяется террористами.

Последовало множество реплик на тему «Слуцкер просто обижен на интернет, так как для него на компромате.ру завели отдельный раздел, и компромата там больше, чем на всех других сенаторов».

Небезызвестный Антон Носик прямо указал:

«У г-на Слуцкера, по всей видимости, есть проблемы, которые связаны с его бизнесом. И теперь он боится или боялся, что в прессе появятся соответствующие публикации. Далее, возможно, он и столкнулся с их появлением в Интернете, но добиваться удаления материалов никаких оснований нет. Ведь и в газетах это могло появиться, только с ними договорились, а с Интернетом — нет. И вот в голову товарищу Слуцкеру приходит спасительная идея: каким образом сделать так, чтобы в Интернете такое не распространяли. Для этого нужно принять закон, в котором бы говорилось: против Слуцкера писать не будут».

Директор Национального исследовательского центра телевидения и радио Алексей Самохвалов сказал, что демарш депутата является скорее самопиаром сенатора, чем политическим заказом: «Есть очень много людей, которые пытаются любой ценой добиться, чтобы их имя мелькало в СМИ».

В Совете Федерации энтузиазма также не проявили. Председатель профильной комиссии верхней палаты по информационной политике Людмила Нарусова сказала РИА «Новости», что пока не может комментировать эту инициативу и сообщила, что предложение Слуцкера не рассматривалось на заседании комиссии по информационной политике. «Пока для меня эта инициатива — лишь сотрясание воздуха», — подчеркнула сенатор.

В интернете появились издевательские комментарии вида «что власти будут делать с анонимными изданиями, которые хостятся за границей и хотели класть на всех этих депутатов с большим пробором?», а также вполне логичные «а как считать?».

В самом деле, пусть сегодня на сайт зашло 700 человек — значит, его регистрировать не надо, а завтра — зашло 1038 человек, и уже надо. А послезавтра — всего 572. И что? И это не считая того, что счетчики легко накручиваются. Надо какой-то сайт «подвести под статью» — никаких проблем. Особенно с учетом того, что не сказано, за какой период берётся статистика. Это у печатных изданий есть такое понятие, как тираж. Считать посещения сайта — это все равно что исчислять тираж печатного издания количеством заглядываний в него читателя: купил человек журнал по дороге в метро, пролистал на эскалаторе — один экземпляр, раскрыл в вагоне — уже два экземпляра, дал посмотреть коллеге на работе — три. И так далее.

Юлия Латынина, при всем моем к ней неуважении к ней лично и к «Эху Москвы» в общем, тоже профессионально подметила:

«И, кстати, о сенаторе Слуцкере. Я вот тут подумала — а вдруг какие-то нехорошие слова о сенаторе Слуцкере были бы написаны на стене туалета, а там посещаемость точно больше тысячи человек в день, и тогда бы пришлось вносить закон о признании туалета средством массовой информации».

Были и взвешенные комментарии, например, от коллеги Слуцкера по Совету Федерации С.Лисовского:

«Разрабатываемый членом СФ Владимиром Слуцкером законопроект, направленный на регистрацию как СМИ сайтов с посещаемостью свыше 1000 человек по факту являющихся Интернет-изданиями, ненужный и непонятный. Такой закон, если даже он и вступит в силу, будет невыполним с технической точки зрения. Непонятно, кто и как будет считать количество посещений сайтов. С высокой степенью вероятности можно сказать, что таким образом будет создана еще одна кормушка для чиновников, которые будут пытаться считать посетителей, выдавать свидетельства о регистрации, а коррупция за счет всего этого будет расти».

Но все гораздо интереснее.

И печальнее.

Сейчас власть устроена по принципу «обратного отбора». И не удивительно, что кто-то бежит впереди паровоза, озвучивая то, что до поры афишировать не предполагается.

До поры, повторяю. До поры.

* * *

Что представляет собой интернет?

Сейчас Семть — самое надёжное средство получения информации, особенно той, которую пытаются скрыть. Да, читая разнообразные Интернет-СМИ, блоги и форумы, поневоле вспоминаешь об обезьянах и пишущих машинках. Но тем не менее — именно в свободной Сети можно найти сведения, которую не печатают в СМИ (и не публикуют на официальных интернет-СМИ). Информацию важную и актуальную.

Еще до интернета — помните ГКЧП? — информация распространялась благодаря сети FIDO. И совсем недавний пример: про фарс выборов этого года правдивая информация шла только через интернет, официальные СМИ же бодро рапортовали о выполнении плана по валу.

При этом надо учитывать, что пользователи интернета — группа, более образованная и активная, чем среднестатистический гражданин. И интернет все шире распространяется среди населения: уже нередко можно встретить ситуацию, когда телевизора дома вообще нет, зато компьютер есть у каждого члена семьи.

Еще семь лет назад провайдеры были обязаны установить аппаратуру СОРМ. ФСБ может прочитывать всю электронную переписку без разрешения судей или прокуратуры, а также отслеживать в режиме реального времени все действия в интернете отдельно взятого человека.

Но этого мало. Человек, имеющий доступ в интернет, становится опасен — для власти, для бизнеса. Просто тем, что может сказать правду.

Эксперт.ру:

«В американской прессе появились исследования, утверждающие, что блоги активно читает четверть работающего населения страны. Причем каждый тратит на просмотр интернет-дневников по меньшей мере 3,5 часа в неделю…

Причем, если бы сотрудник просто сидел на рабочем месте и смотрел в стену, делая вид, что думает о деле, никого бы это не возмутило. Блоги же, зачастую содержащие больше актуальной информации, чем обычные СМИ, и способные расширить кругозор сотрудника, почему-то были признаны страшным злом. И не только за океаном».

«На службе люди производят некий продукт, сидят смирно и получают за это деньги. А приходя домой, начинают рубить правду-матку. Оказывается, официант не может пережить, что мясо в ресторане не первой свежести. Рука оператора сотовой связи так и тянется написать в дневнике, что тарифы в мобильной телефонии — сплошной обман, особенно роуминг. Даже конт­ролерша в метро на станции “Перово” не в силах молчать о том, что турникеты считывают с проездного билета по несколько поездок за раз, и был бы у нее блог — она исписала бы его постами, клеймя начальство и техников. Это уникальный плюс российских интернет-дневников: из них можно много чего узнать — никто ничего не стесняется и почти ничего не боится».

Россия — не исключение из правил. Просто это страна с развитым Интернетом, грамотным населением, не растерявшим ещё остатки совести, и антинародным режимом, который все терпят, но никто не любит. Но и в других странах тоже есть честные люди и бесчестные чиновники. Скажем, в Штатах против блоггеров по всей стране выдвинуто 69 судебных исков. Среди них — история о том, как против блоггера Лэнса Датсона подан иск на миллион долларов. Датсон обвинил департамент туризма своего штата в растрате денег налогоплательщиков на пропагандистскую кампанию. По мнению юристов, расплывчатый текст закона допускает толкование, согласно которому непрофессиональные, некоммерческие блоги и веб-сайты могут быть отнесены к издательской продукции, что наложит на них те же обязанности и ответственность, что есть у журналов и газет.

Узнаваемо? Слуцкеры — они такие, в каждой стране есть.

И это — уже не первая в 2008 году инициатива представителей власти по введению контроля над пользователями интернета. Начальник бюро специальных технических мероприятий МВД РФ генерал-полковник Борис Мирошников предложил регистрировать паспортные данные граждан, подключающихся к интернету. Такой меры нет ни в одной стране мира, включая тоталитарно-закрытый Китай.

Зато Государственная дума отклонила 4 апреля 2008 года законопроект, согласно которому чиновники обязаны были бы раскрывать сведения о доходах и имуществе, а также имущественных обязательствах своих близких.

В общем, думаю, тенденция понятна: власть должна о населении знать все, а электорат о «слугах народа» — ничего.

Но дело даже не в этом… В конце концов, иллюзий о современном чиновничестве никто и так не питает.

Давайте бегло посмотрим на практику правоприменения в области интернета — еще до принятия закона имени Слуцкера.

В Сыктывкаре (Республика Коми) прокуратура расследует необычное дело, связанное с «Живым журналом» В феврале 2007 г пользователь этого ресурса Савва Терентьев оставил на страничке местного журналиста Бориса Суранова нелестный комментарий о работе милиции. Правоохранители, прочитав его мнение, решили, что пользователь их оскорбил, и возбудили уголовное дело.

Интерес представляет не киборг Терентьев, оснащенный модемом, а «использование блога как средства массовой информации». Понимаете, куда дело идёт?

Еще более раннее: в марте 2006 г. губернатор Владимирской области Николай Виноградов потребовал привлечь к уголовной ответственности пятерых участников интернет-форума на сайте kovrov.ru за критические высказывания в адрес властей. УВД города Коврова немедленно возбудило уголовное дело по ст. 319 УК РФ («оскорбление представителя власти»).

А 1 февраля 2008 г. был приговорен к одному году лишения свободы в колонии-поселении за возбуждение межнациональной розни студент Виктор Мильков, житель Майкопа. На суде Мильков пояснял, что «разместил на своей страничке «Живого журнала» не видеоролик об инсценированной казни кавказских мигрантов, а «ссылку на него, чтобы обсудить с друзьями достоверность этой записи» (которая, как признали компетентные органы, является фальшивкой). Журнал Милькова был закрыт для всеобщего просмотра и доступ к нему, не зная пароля, получить невозможно, что и подтвердили эксперты. Таким образом, никакой «демонстрации фильма в Интернете», о чем говорят в СМИ, не было. Тем не менее, свой срок он получил.

Или вот ещё. Интернет-ресурс левой оппозиции ФОРУМ.мск закрывался компанией «Мастерхост», обслуживающая сервер. Бюро специальных технических мероприятий МВД обратилось к провайдеру с требованием удалить с интернет-страницы интервью кандидата в депутаты Василия Шандыбина, в котором ЦИК усмотрел «признаки противоправной предвыборной агитации». В интервью, которое стало предметом спора, Шандыбин комментировал выдвижение сенатора Людмилы Нарусовой кандидатом в депутаты Госдумы.

И так далее, и тому подобное…

Как видите — все просто. Сказал что-то, что не нравится власти — можешь оказаться на нарах. Даже если в запароленной только для друзей записи.

Видимо, очень жаль, что индикаторы «неправильных» мыслей еще не изобрели, а то мыслепреступление стало бы реальностью.

Из «положительных» примеров — когда посадили и впрямь за дело — вспоминается только печально известный Стомахин. Но если учесть, что и сколько он писал, и сколько его терпели…

Но и это еще не всё (с), как говорится в рекламе.

Напомню, что в октябре прошлого года руководство МВД и Генпрокуратуры под предлогом борьбы с экстремизмом обратилось к сенаторам с предложением законодательно ввести ответственность владельцев информационных ресурсов в российском сегменте интернета за размещаемую на них информацию. Тогда же сообщалось, что параллельно в Госдуме уже готовится законопроект о приравнивании размещения материала в интернете к публикации в СМИ.

И вот — дождались. Слуцкер отвлекает внимание явно шутовским проектом, а тем временем в Государственной Думе обсуждаются поправки в законодательство, напрямую касающиеся каждого пользователя Интернета.

* * *

Из проекта федерального закона «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием деятельности по противодействию экстремизму»:

Статья 13.Ответственность за распространение экстремистских материалов в сети интернет.

Материалы, размещаемые на сайтах в сети интернет, признаются экстремистскими федеральным судом по месту их обнаружения или нахождения физического лица либо организации, их разместившей, на основании заявления прокурора или при производстве по соответствующему делу об административном правонарушении, гражданскому или уголовному делу. Одновременно судом принимается решение о прекращении доступа к данным материалам на сайте в сети интернет».

До позапрошлого года у российских «правоохранителей» хватало ума в Интернет со своим уставом не соваться. Крайне отрицательная реакция сетевого сообщества на подобные вмешательства и, самое главное, необходимость полного соблюдения буквы закона в доказывании, делала уголовные дела «про Сеть» бесперспективными — любое сомнение толкуется в пользу подсудимого, а сомнений таких в делах тьма. Ибо невозможно стопроцентно доказать, что именно в это время за этим компьютером сидел именно этот человек — если, конечно, его не засняла при этом видеокамера. Одни хакеры, способные подделать любой IP и «врезаться» в телефонную сеть, много стоят в разрушении доказательной базы — как доказать, что запись не подделана другим лицом? Да и юридические проблемы местонахождения контента были не менее серьезны — как, например, было быть с ЖЖ, сервера которого находятся в США?

Но проблема решается подгонкой законодательства, что и делается в спешном порядке. Причем — наплевав на Конституцию, в которой гарантируется свобода слова.

Так, несколько ней назад члены комитета Госдумы по безопасности обсуждали проблему преступности мигрантов и преступлений против мигрантов. Почему-то с вполне актуального вопроса преступности среди мигрантов разговор быстро перешел на спор о том, чем отвлечь российскую молодежь от идей национал-социализма, а затем — на экстремизм и все такое.

Нововведением стало исключение понятий «массовое распространение» и «хранение в целях массового распространения». Теперь следствию не нужно будет доказывать массовый характер, достаточно наличия разжигающего рознь материала в газете или зарегистрированном интернет-агентстве.

Новые нормы, касающиеся ксенофобских статей, будут внесены и в закон «О противодействии экстремистской деятельности». Если суд, прокурор, Роспечать, Росрегистрация вынесли редакции предупреждение за такого рода текст, которое не было оспорено в суде, это СМИ будет обязано опубликовать на своих страницах текст предупреждения так же, как оно публикует опровержения.

Есть и другая новация. Чтобы какой-то материал можно было без задержки признать экстремистскими, суду будет достаточно заявления прокурора. Это резко отличается от нынешнего порядка, при котором прокурор вынужден направлять в суд представление: документ, содержащий материал предварительного следствия по делу, результаты экспертизы.

Впрочем, экспертизы такого рода — явная профанация. Приведу два примера.

Недавно в отношении координатора общественных связей ДПНИ Александра Белова опять возбудили уголовное дело. На этот раз Прокуратура Западного административного округа Москвы. Опять по пресловутой «русской» статье. 282 — возбуждение розни. Основанием послужило выступление на «Русском марше» 2007 года. Первичный материал был направлен в прокуратуру из ГУВД города Москвы за подписью главы МВД Москвы Пронина еще в ноябре 2007 года. Материал содержал несколько страниц описания «безобразий» происходивших на «Русском марше» и заканчивался требованиями к Правительству Москвы и Прокуратуре — не согласовывать в дальнейшем проведение массовых публичных мероприятиям лицам входящим в Оргкомитет «Русский марш», и возбудить уголовное дело в отношении Александра.

Юридическую подковность главного милиционера Москвы, выдвигающего очевидно незаконные требования, сейчас комментировать не будем. Но к пронинскому творчеству прикладывался уникальнейший опус, подготовленный специалистом 5 отдела экспертно-криминалистического центра ГУВД Москвы О.Н. Ваниной.

Документ большой, приведу лишь мелкий отрывок.

А. Белов: «Близится рассвет, близится победа, которую никто не остановит! Ни орды оккупантов из Средней Азии или Закавказья, ни какие-то указания с Запада, ни продажные чиновники! Их время заканчивается!»

Трактовка «эксперта»:

«В данном фрагменте субъект — “чиновники”, группа лиц, объединенная по принадлежности к социальной группе, характеризуется как “продажные”».

Вообще-то речь идет именно о продажных чиновниках, а не о всех. Похоже, «эксперт» нечаянно проговаривается: вполне возможно, что не-продажных чиновников в РФ пренебрежимо мало.

Еще очень характерное «дело» возбуждено на Сахалине Следственный отдел города Южно-Сахалинск возбудил уголовное дело по факту экстремизма.

«Следствие выяснило, что с 2002 года по март 2008 года неустановленное лицо наносило на банкноты Банка России рукописные надписи экстремистского содержания. Впоследствии через неопределенный круг лиц данные банкноты вводились в свободный денежный оборот на территории Сахалинской области».

Дело возбуждено по признакам статьи 280 части 1 УК РФ (публичный призыв к осуществлению экстремистской деятельности), и приснопамятной статьи 282 части 1 УК РФ (действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенные публично).

Оказывается, по мнению следствия, призыв не покупать у некоей группы населения — это призыв к экстремистской деятельности. И даже экспертизы не понадобилось.

Вот теперь картина складывается полностью.

Любое высказывание против чиновников будет трактоваться как экстремизм.

Любое высказывание против того, чтобы русские продолжали быть третьим сортом в России и продолжали планомерно вымирать, будет трактоваться как экстремизм.

Любое высказывание против «линии партии» — сами знаете, какой именно — будет трактоваться как экстремизм.

Быть русским — будет трактоваться как экстремизм.

* * *

Кстати, вы знаете, что с 1 февраля вступила в действие новая версия закона «Об исполнительном производстве»? Если оставить в стороне многие технические подробности, крупные нововведения сводятся к трем позициям.

Во-первых, судебные приставы смогут «входить» в дома россиян в их отсутствие.

Во-вторых, запрет на выезд за границу может налагаться не только судом, но и некими «полномочными органами» — при неуплате налогов и штрафов и наличии расплывчатых «обязательств перед государством».

В-третьих, судебные приставы смогут самостоятельно оценивать имущество.

То, что судебные приставы смогут врываться в дома граждан в их отсутствие — вещь совершенно невиданная в международной практике, поскольку выводит судебно-исполнительные органы даже из-под формального контроля других инстанций. Попробуй потом докажи, что из дома вынесено не только то, что обозначено в описи имущества, если ты при этом не присутствовал! Наличие понятых тут мало что меняет — приставы могут привозить их с собой.

И тут важнее даже не то, что приставы могут оценить что угодно как угодно дешево или что кто-то не сможет выехать заграницу.

Куда интереснее то, что таким способом легко обнаружить дома что угодно «экстремистское».

* * *

Post Scriptum.

Чиновники Россвязьохранкультуры заявили, что для использования технологии Wi-Fi, которая сейчас внедрена практически во все продаваемые ноутбуки, коммуникаторы, карманные компьютеры и даже многие мобильные телефоны, нужно специальное разрешение на использование радиочастот и регистрация в надзорной службе. За нарушение таких требований компьютер или стационарный модем может быть конфискован.

Интересно, отголосок чего именно так «вылез»?

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter