Танки и апельсины. Причерноморский сценарий

ОТ АВТОРА

Территория Причерноморья — интереснейшее место для разыгрывания разного рода исторических битв и сражений.

Роскошная плоская равнина идеально подходит для таких мероприятий. Через эту территорию, как утверждают археологи, семь тысяч лет назад наши предки индоевропейцы шли от Волги в Европу. В те времена, европейская культура гораздо большей степени отличалась от отечественной, и откровенно говоря — не в лучшую сторону. Так что направление этого движения — от Волги на запад — не менялось очень долго. Однако спустя шесть тысячелетий нашлись безумцы, которые посчитали, что движение должно осуществляться в направлении, обратном солнечному. Так им казалось более справедливым.

Переубеждать их приходилось неоднократно. И в 1242-м году, когда была предпринята серьезная попытка вторжения у Чудского озера, и в Сму́тное Вре́мя с 1598-й по 1613-й год, — когда жителям срединной Европы удалось на некоторое время осесть в Москве. Туристы из Скандинавии пытались повторить это достижение в 1709-м году, но безуспешно. Частично удачной попыткой группового любования красотами Кремля можно назвать кампанию 1812-го года.

Но тогда многочисленной группе туристов из Западной Европы удалось посетить загадочную русскую столицу лишь ненадолго. После этой даты массовые туристические экскурсии на восток на подступах к заветному городу неизменно оканчивались разворотом и рассеянием экскурсантов. При этом небезынтересно отметить и то, что экскурсии в обратном направлении обычно завершались торжественным проходом туристов с Волги и Днепра по улицам крупнейших городов.

Предлагая читателю данный сценарий, мы рассчитываем на его живой интерес к событиям, происходящим по соседству с современной Россией, где находятся такие, которые не прочь организовать новые экскурсии на восток. Он посвящен тому, как могут повернуться события в одном из наиболее древних очагов русской, да и вообще — индоевропейской культуры в ближайшие 5 лет, и какова при этом может быть роль России.

СТАРТ-АП

Президент одной из бывших республик СССР ликовал: наконец-то его дипломатия одержала убедительную победу. После нескольких отказов на очередном саммите НАТО западные союзники согласились начать процесс присоединения его страны к Североатлантическому блоку. «Наконец этот проклятый москаль, новый российский президент, должен будет съесть свою шляпу!» — посетила его одинокая мысль, и он радостно топнул ножкой. Этому приёму он научился у Гитлера, просматривая скучными вечерами ролики немецкой кинохроники. На одном из роликов, возбужденный фюрер, получив доклад о победе над Францией, стучит каблуком, как будто пытается станцевать гопак. Стоя перед большим зеркалом, президент «незалежной» державы, несколько раз попытался повторить элегантные телодвижения австрийского немца, но у него получался только гопак. «Странно», — подумал он, почёсывая зудящие волдыри на лице…

Вошла секретарь совета безопасности. «Нас можно поздравить!» — лицо её сияло. «Теперь мы дадим жесткий отпор любым проискам российских сепаратистов и угрозам нашей «незалежной» культуре. Слава нации!»

Президент вяло ответил. В его окружении называли русских и русскоязычных граждан республики «россиянами», а язык — «российским». Он со своими соратниками уже давно планировал широкие этнические чистки. За модель была избрана Югославия, где сербское население было изгнано со своих исконных земель в современных Боснии, Хорватии и Косово. Только так можно было сделать из его страны примерное демократическое государство. Пока что этому мешали многочисленные «россияне», которых было от половины до двух третей населения, и которые упорно голосовали против изгнания русского языка из общественной и культурной жизни, против союза с западными странами и против единства местной сугубо национальной церкви. Демократически решить вопрос не представлялось возможным, и американский посол уже давно делал соответствующие намеки «самостийному» президенту, указывая не положительный опыт Косово и других частей мира, где устанавливалась демократия, а недемократическое население уничтожалось или изгонялось в другие страны.

Оставалась, правда, одна закавыка: Россия. Москва, которая все больше открывала свой рот по разным часто мало имеющим к ней вопросам, могла на этот раз вспомнить и о своих единоверцах и единокровных братьях, живущих в соседней стране, и вмешаться. Откровенно говоря, это была не слишком вероятная перспектива, но исключить такое развитие было нельзя. В этом случае, рассуждал «незалежный» президент, его стране грозил бы раздел, отделение областей с доминирующим русским населением, а может — и полное прекращение существования. Именно поэтому его окружение так стремилось в НАТО. Под крылышком североатлантического блока было гораздо более удобно и безопасно начать этнические чистки, завершив таким образом таким образом «разбудову» национальной «дэржавы». В поддержке своих действий он был полностью уверен, ведь о такой поддержке недвусмысленно намекал ему американский посол, а американцы слов на ветер не бросают…

«НЕЗАЛЕЖНЫЙ» ТЕРРОРИСТОПРОВОД

Скромный работник офиса небольшой частной фирмы, а по совместительству — активист одной из русских национальных организаций ехал на встречу с российским послом. Там соберутся представители русских движений, политических, культурных и примыкающих к русским «русофильским» партий и организаций. На работе он был системным администратором, а в своей маленькой партии — одним из де-факто лидеров. Пробираясь на машине по многочисленным пробкам, он раздумывал, что следует сказать послу. Нужно обязательно упомянуть имена активистов, которые за последние месяцы неожиданно «покончили с собой» или умерли от «сердечного приступа». Служба безопасности активизируется. Её старые, ещё советских времен, сотрудники, безразличные к «национальной идее» самостийников, увольняются и замещаются бойкими выходцами из западных областей, помешанными на русофобии. Русские организации запуганы. И теперь на встречу с послом послали его, тогда как Главный нашёл отмазку. «Явно боится», — подумал админ-общественник.

Война уже началась, — считал он. Она здесь ведется против русских, как нации, за превращение их в безликих и безъязыких «жителей окраины», лимитрофа. Скоро дело дойдет до того, что недовольным придется бежать из страны. Россиянам следует понять, что эта война — и против них. Его бывший одноклассник, а теперь — источник в службе государственной безопасности сообщал, что наводнившие службу американские советники напрямую вербуют сотрудников для ведения шпионажа против России и разрабатывают новые пути снабжения оружием, деньгами и документами разного рода сепаратистов. «Российский посол — простой бюрократ», — решил он в конце-концов — Надеяться на то, что у него есть хотя бы элементы стратегического видения просто глупо. А его влияние, как в Москве, так и здесь, равно нулю. Не следует вообще слишком уж полагаться на помощь Москвы. Там своих забот тоже хватает». Все же имеющуюся у него тревожную информацию он решил открыть послу в личной беседе…

БОЛЬ РОССИЙСКОГО ПРЕЗИДЕНТА

Президент России рано утром уже сидел у себя дома перед экраном компьютера и просматривал новостные сайты. Как правило, он обращал особое внимание на комментарии зарубежных и оппозиционных СМИ. Смотреть телевизор он не любил. Бесконечная осанна на главных телеканалах его раздражала. «Эти люди, когда им прикажут, будут с таким же упоением его ругать, как теперь хвалят», — думал он. Несмотря на откровенное лизоблюдство в свой адрес, президент в последнее время отмечал и то, как беспардонно, а временами просто нагло, на этих телеканалах позволяют себе редактировать его слова. Причём от народа телевизионщики часто утаивали самое важное, что он пытался донести: слова о национальной чести, о том, что он сам — считает себя русским человеком и по большому счету — националистом. Сложившаяся практика и его убеждения не позволяли ему вмешиваться в работу редакций телеканалов, но кажется телепродьюсеры уже начали переходит всякие мыслимые границы, как будто сознательно провоцируя его на ответные действия. Когда дело касается действительной свободы слова — это одно, а когда, явно координируя свои действия, все основные телеканалы одновременно начинают «обрезать» не понравившиеся кому-то высказывания высших должностных лиц собственного государства, — это совсем другое. Это уже никак нельзя было назвать проявлением свободы слова или добросовестным информированием граждан. И власть имела все законные основания положить конец этому откровенному саботажу со стороны гостелестудий.

Неожиданно его внимание привлек необычайно развязный по тону комментарий на одном из наиболее ярых антикремлёвских сайтов. «Новый российский президент — такой же наследственный политический импотент, как и его премьер-министр, — бойко писал автор — Всю эту бездарную мафию, что московскую, что питерскую, пора гнать взашей! А казакам и сибирякам уже давно пора подумать об обустройстве своей государственной жизни собственными силами. Москва и Питер потеряли право называться центрами русской национальной жизни, не являясь русскими ни по своей культуре, ни по составу населения. Вместо старых имперских, новые славянские центры развития теперь возникли в бассейнах Днепра, Кубани и Енисея. Но Кремль высасывает из них все соки, а РПЦ уже давно превратилась в сборище негодяев и активно душит их духовную свободу. Казаки должны размежеваться с разложившейся Москвой и наоборот объединиться со своими братьями в соседней вольной республике. Вместе с ней пойдем в НАТО!»

Ситуация в пограничном государстве действительно была больным вопросом. Перейдя после просмотра прессы, к чтению закрытого обзора, который ежедневно предоставляла ему его информационная служба, президент запросил ленту новостей, касающихся ситуации вокруг активизировавшегося в последнее время процесса присоединения этого государства к НАТО. Вчера на заседании Совета безопасности России опять обсуждался этот вопрос. Служба внешней разведки доложила ему, что в пограничном государстве готовятся этнические чистки. Они должны начаться, как только это государство формально присоединится к НАТО, и вступит в действие статья Североатлантического договора, обязывающая страны-участники вмешиваться в случае угрозы безопасности или территориальной целостности одного из государств. А вступление соседнего государства в НАТО должно произойти совсем скоро, так что у кремлевского руководства почти не остаётся времени, чтобы решить, что делать.

Если это государство уже будет в НАТО, и в нём начнутся этнические чистки, Кремль станет перед тяжелым выбором. Отказ от поддержки соотечественников и единоверцев грозит критическим падением авторитета президентской власти в самой России, ростом сепаратизма в русских регионах, таких, как Кубань и Сибирь. Верховная исполнительная власть в России традиционно очень сильная. Но эта сила имеет свою обратную сторону: в случае неудач вся ответственность ложится на первое лицо. Таким образом, если Кремль вмешается уже после того, как соседняя страна присоединится к НАТО, Россию с большой вероятностью ожидает локальная война с НАТО на территории соседнего государства. Молодой, но уже подающий большие надежды, начальник генштаба объяснил присутствующим на Совете безопасности руководителям, что в случае прямого вооруженного конфликта с НАТО у России не останется иного выхода, как применить ядерное оружие поля боя. В ином случае вероятность выиграть конфликт или хотя бы закончить его на приемлемых условиях ничтожна. Слишком уж долго Россия пренебрегала развитием своих обычных вооруженных сил.

Генерал однако объяснил присутствующим, что применение тактического ЯО на поле боя не означает, что эскалация конфликта продолжится и перерастет во всеобщую ядерную войну. Об этом говорят и наши, и американские просчеты подобных сценариев. Территория самой России также скорее всего окажется интактной, то есть, не затронутой боевыми действиями. Ведущие страны НАТО будут опасаться ответного удара России по их собственным территориям, и постараются ограничить боевые действия и обмен ядерными ударами территорией пограничного с Россией государства.

Для России впрочем, и такой сценарий имел бы слишком много издержек. Во-первых, в таком случае получалось бы, что боевые действия проходят на исторически русской территории, и от них пострадает то же самое русское население, которое Россия собирается спасать от этнических чисток. Во-вторых, применение ЯО вблизи российских границ также не обещает ничего хорошего пограничным российским областям. Господствующий на всей территории Русской равнины западный перенос понесёт ядерные осадки в сторону российской территории.

Всё говорит за то, что уничтожать вредных двуногих следует подальше от собственного дома. И это, как требование безопасности, так и вопрос эффективности процесса, минимизации его побочных действий. Развитые демократические страны стараются воевать вдали от своих границ, и чем более они развитые и демократические, тем активнее и решительнее они противятся идее войны на собственной территории или вблизи неё. Может именно поэтому они такие развитые и благополучные, что не ожидают, как когда-то сказал один из американских президентов, — пока враг придет в дом, а упреждающим ударом массово истребляют потенциальных врагов на расстоянии. Чтобы вездесущие враги из категории «потенциальный» уже никогда не могли перейти в категорию «актуальный».

Российский президент задумался. Наконец, он оторвался от компьютера и добрался до ванной комнаты. Чистя зубы, он ещё и ещё раз прокручивал всё, что было сказано на вчерашнем заседании Совета Безопасности. Из всего, что было сказано, выходило, что наименьший риск вело за собой именно упреждающее вмешательство. Если Россия не будет ждать, пока соседняя страна формально станет членом НАТО, вероятность вооруженного конфликта с блоком НАТО будет невелика. Как показывают оценки Службы внешней разведки и аналитического отдела МИДа, в этом случае США не удастся заставить своих партнеров по НАТО коллективно вмешаться в ситуацию под эгидой блока. Дело в этом случае ограничится посылкой добровольцев и отдельных частей особо «ретивых» членов альянса на помощь русофобскому режиму. Сами же Соединенные Штаты скорее всего ограничатся посылкой спецподразделений и помощью оружием и амуницией. В такой ситуации Россия имеет все шансы выиграть этот конфликт без применения неконвенциональных видов оружия. Президент вытер лицо полотенцем и вернулся в свой кабинет. Внутренний телефон зазвонил, на проводе был его секретарь: «Вас тут газовики хотят слышать»…

ГАЗОВЫЕ ЗАБОТЫ

Руководитель крупнейшего российского газового концерна озабоченно ходил своему кабинету. Он запросил срочную связь с президентом, и теперь ждал, когда его соединят. Ситуация была как никогда плоха. Концерн и раньше зависел от устойчивого транзита своей продукции в Европу через территорию соседнего государства. Введение в строй новых транзитных путей казалось бы должно было снизить эту зависимость. Однако, год от года росли и газовые аппетиты Европы. На одной из предыдущих встреч с президентом тот удивленно спросил, как получилось, что до сих пор не построено ни одного завода по сжижению газа. Если бы в стране были газосжижающие мощности, хотя бы в таком объеме, как они имеются у Алжира или Ирана, страна избавилась бы от транзитной зависимости. Она бы продавала сжиженный на биржевом рынке, подобно нефти. Да и стоит сжиженный газ гораздо дороже, ведь это уже фактически «продукт высокой обработки», а не простое сырьё. На рынке жидкого топлива не существует «монополии потребителей», что повышает ему цену в Европе ещё выше.

Когда-то президент Алжира даже предложил предыдущему российскому президенту вместе организовать газовый консорциум. Но тот отказался, сославшись на то, что ему ближе по духу энергетическая безопасность Европы. Алжирцы настолько обиделись отказу, который свидетельствовал на их взгляд об очевидной глупости российского президента, что возвратили обратно уже поставленные Москвой истребители, и стали спешно переориентировать свою военно-техническую политику на Францию. Что ж, можно сказать с дураками тогда поступили именно так, как и следует поступать с дураками…

Руководитель российского газового концерна прекрасно знал, каких усилий стоило западным дипломатам сорвать развитие в России газосжижающих технологий, и сколько именно это стоило в американской валюте. Он также догадывался и о том, кто и зачем вдалбливал в голову кремлевцам идею о «европейской энергетической безопасности», Однако, он не был настолько глуп, чтобы говорить об этом президенту страны. В конце концов, у того имеются спецслужбы, чтобы ему докладывать о подобных вещах, — думал он. Если уж его собственные спецслужбисты не смогли объяснить, что почём, то геологическая наука тем более бессильна. Он сдавлено засмеялся…

Тут его соединили с президентом. В разговор с ним «главный российский газовщик» пожаловался на то, что концерн несет огромные убытки из-за продолжающегося воровства газа из трубопроводов на территории сопредельного государства. Он предупредил президента о том, что если так будет продолжаться и дальше, то концерн уже не сможет нести ту финансовую налоговую нагрузку, которая необходима для покрытия расходов по многочисленным социальным программам. Государственные планы по строительству жилья, повышению пенсий, зарплат учителям, врачам и военнослужащим могут быть сорваны. Поведение властей соседнего государства другие страны рассматривают, как прецедент, и уже тоже отказываются платить за поставленный Россией газ по мировым ценам. Президент пообещал помочь и сразу позвонил министру обороны: «Вы помните, мы как то на стратегических играх разыгрывали сценарий нестабильности в соседнем государстве». — «Конечно, помню!» — ответил министр. — «Так, вот, — продолжил президент, — Хотелось бы вернуться к этому плану более подробно».

КРЫЛАТАЯ ПЕХОТА

Сержант-контрактник возвращался в казармы с рыбалки. Он отслужил год, как и положено, срочную службу, и теперь подписал контракт на три года. «Чем без работы сидеть, лучше сынок послужил бы», — как-то на побывке сказал ему отец. Они были из Курской области, куда плоды новой экономической политики ещё дойти не успели. Его часть — 106-я Гвардейская ВДД — была расквартирована под Тулой. Казарменные помещения были новые, и если бы сержант во время службы женился, он имел бы шанс получить отдельное помещение для семейных. Впрочем, амбиции женского пола росли на порядок быстрее, чем расходы на социальное обеспечение военнослужащих, и реальных шансов жениться у сержанта в ближайшее время не было. Правда, он старался и в этом найти повод для оптимизма.

Радовала и техника: ещё когда он был срочником, в часть стало поступать новое вооружение и оборудование. Новым было всё. Это боевые машины десанта БМД-4М «Садовница», вооруженные пушками с почти гаубичными характеристиками, способные стрелять по танкам и бронемашинам противника с расстояния до пяти километров. Также поступили в часть и самоходные 120-ти миллиметровые противотанковые орудия «Спрут-СД», которые можно назвать и плавающим авиадесантируемым танком. Они имели точно такое же по своим возможностям орудие, как и обычные танки, однако в дополнение могли и плавать, и «летать» (с парашютом конечно). Особенно радовало то, что электроника в российских машинах наконец-то стала на уровне западных стандартов. Приборы были такие, которые раньше он видел только в фильмах о войнах будущего. Дисплеи светились ровным мягким светом, как в кабине космического корабля. Рации кодированной голосовой связи, защищенные тактические ноутбуки, беспилотные летающие аппараты — всё это поступило на вооружение части в последнее время, и теперь подразделения активно отрабатывали применение новых средств в бою.

Во всем этом перевооружении был один аспект, которого сержант по своей юной неопытности не понимал, или возможно понимал, но не придавал ему значение. Воздушно-десантные силы — были родом войск, который руководство страны реально планировало использовать в будущих конфликтах. По расчетам аналитиков, нужда в неповоротливых, тяжелых танковых дивизиях в конфликтах будущего сведется к некоему оптимальному минимуму. Это означает, что количество танков, состоящих на вооружении, снизится с примерно 15-ти тысяч почти в три раза. Однако потребность в мобильных силах, способных осуществлять операции на удалении от границ российского государства, будет только возрастать. Это было связано и с тем, что российское руководство приняло стратегическое решение ни в коем случае не допустить новой войны на своей территории, или ядерного конфликта у своих непосредственных границ.

Тяжелый опыт войн ХХ столетия постепенно начинал доходить и до неповоротливого сознания кремлевских руководителей. Возникающие трения и конфликты, коль скоро они возникают, должны теперь разрешаться на удалении от России. Если конфликтная зона приближается к территории России, задача руководства заключалась в том, чтобы нейтрализовать эту опасность на подходе, и не дать последствиям военных действий (а также военной опасности самой по себе) сказаться на экономике страны, на мирной жизнедеятельности её граждан. Таким образом, российские вооруженные силы должны обеспечить проекцию стабильности на удалении от российских границ. Последняя крайне необходима для ускоренного и бескризисного роста отечественной экономики, для обеспечения уверенного и стабильного роста рынка акций, — считали в кругах, близких к российскому большому бизнесу.

Силам ВДВ в этой стратегии придавалась особо значимая роль. В США только начинают разрабатываться концепции легких мобильных сил (программа мобильных бронированных машин FCS и формирование «легких бригад»), способных решать вопросы вмешательства на удалении максимально дешевыми средствами. А у России уже давно подобные силы имеются — это ВДВ. Осталось только совершенствовать их структуру, вооружение и поддерживать боеготовность на должном уровне.

Войска ВДВ должны были стать постоянно воюющими в разных частях света боевыми единицами, ибо именно таким образом они могли оправдать вкладываемые в них огромные средства. В будущем планировалось оснастить их боевыми роботами, но пока дело ограничилось тем, что единицы техники и отдельные подразделения были связаны в единую структуру, своего рода нейронную сеть. Степень интеграции общего информационного контура планировалось повышать постепенно, от модернизации к модернизации. Новые, более компактные процессоры и носители информации, более миниатюрные батарейки — всё это хозяйство требовало постоянного технологического совершенствования, чтобы оставаться на острие прогресса.

Военная электроника всегда отличалась от гражданской тем, что её компоненты должны быть устойчивыми к действию высоких и низких температур, вибрациям, к радиации и электромагнитному излучению ядерного взрыва. Отставшая в 90-е годы от конкурентов, ещё пять лет назад Россия была аутсайдером в военной электронике, не говоря уже о гражданской. Однако, вовремя вложив средства в наноразмерную электронику, России удалось обойти на очередном технологическом витке своих главных соперников. Правда, пока не всех: несмотря на углубляющийся экономический кризис США по-прежнему, как и в советские времена, несколько опережали Россию в области военной электроники. То, что в США внедрялось сегодня, российские военные получали только через 2-3 года. Сержант вошел в казарму.

«Ну, что, повоюем?», — весело подмигнул сержанту его товарищ по службе, когда он вошел в свою комнату. В комнате они квартировали вдвоем. Товарищ стоял перед зеркалом, примеряя новую выходную форму десантников и прихорашиваясь. «Прям, как девушка, « — подумал сержант. — Что ж, сфотографируешь меня в последний раз? — заржал товарищ, приведя прическу в надлежащий вид. Сначала сержант воспринял слова товарища «повоюем», как обычную шутку, но теперь забеспокоился: «Случилось чего?... спросил он неуверенно. — «Как, ты не слышал вчерашнее выступление нашего президента?» — товарищ удивленно поднял брови. «Россия не будет терпеть…», ну, и так далее. Сегодня все об этом только и говорят…».

Сержант смотрел вчерашнее выступление президента России по центральному государственному телеканалу, но не смог припомнить в нем ни одного тревожного момента. Обычные слова о том, что государство «обязуется и впредь обеспечить дальнейший рост благосостояния трам-пам-пам», «граждане получат высокооплачиваемую работу фью-ить», «морской флот и дальше будет бороздить просторы мирового океана трюм-трюм». Телеканалы как обычно вырезали те слова президента, которые могли вызвать «ненужное» беспокойство зрителей, заставить граждан задуматься о чем-то большем, чем кока-кола, попкорн и попса…

КУЗНИЦА СОВЕТСКИХ ТАНКОВ

Танковый завод, находящийся в одном из крупнейших городов бывшей союзной республики, был когда-то гордостью советского машиностроения. Именно здесь был разработан лучший танк Второй мировой войны. Впрочем, знаменитое конструкторское бюро включало выходцев со всего Союза. Конструкторское бюро завода вместе с ним побывало в эвакуации, однако и дальнейшем не потеряло своего новаторского блеска. И именно на этом заводе был усовершенствован, а затем и запущен в производство последняя, и наиболее современная серия танков Советского Союза. На нем была установлена наиболее прогрессивная на тот момент круглосуточная система огневого контроля, и противовоздушная крупнокалиберная установка с контролем изнутри башни, которые станут устанавливать на западные танки лишь спустя два десятилетия. А плоский, похожий на чемодан, двигатель новой модификации и по сей день остаётся более мощным на единицу своей массы и надежным, чем любой западный серийный танковый двигатель.

После развала союзного государства завод остался фактически без хозяина. Новая власть старалась распродать всё, что только можно, и как можно больше понравиться своим новым «сахибам». Производство лучших в мире танков — а во время принятия их на вооружения в конце 80-х годов именно так и обстояло дело — не входило в планы «самостийного», а на деле полностью подконтрольного зарубежью, руководства. Несмотря на это коллектив завода начал бороться за его выживание. Заветной мечтой людей была надежда на то, что когда-нибудь власть образумится, восточные славяне вновь придут к той или иной форме союза, и продукция завода вновь окажется востребованной.

Генеральный менеджер танкового завода выглядел необычно возбужденным. Тревога в его сердце смешивалась с чувством назревающих перемен, которое он не ощущал уже более 20 лет. За это время в его стране — небольшом периферийном осколке великой империи — многое менялось, происходили выборы и цветные революции. Но перемены не приносили радости, и воспринимались, скорее, как неизбежное зло. Теперь все будет по-новому. Наконец-то его завод сможет приносить пользу народу, а не работать на противника. Его предшественник был уволен особым приказом прозападного президента за то, что отказался передать американцам четыре новейших танка, разработанных в заводском КБ. Эти танки соответствовали, а если быть совсем уж честным — даже слегка превышали по своему уровню бронированию наиболее современные российские танки Т-90А. И американцы хотели испытать их на Абердинском танковом полигоне. После увольнения директора четыре танка все равно ушли в Америку. Такого предательства власти многие работники завода простить не могли…

В свою очередь американские разработчики из компании «Дженерал дайнэмикс» на полигоне провели на привезенных танках испытания своих подкалиберных снарядов с урановыми стержнями, и выяснили, что ни один из них броню новых танков не пробивает. Американцам пришлось разрабатывать новый, более длинный урановый стержень, но и после этого динамическая защита нового поколения направленным подрывом сверхпрочных пластин ломала атакующую стрелу из обедненного урана. В конце-концов американцы пришли к выводу, что в стандартном натовском танковом калибре 120 мм разработать снаряд, уверенно пробивающий русские танки, невозможно. Нужно либо увеличивать калибр, либо придумывать что-то принципиально новое.

В результате для борьбы с русскими танками последнего поколения был предложен новаторский комбинированный ракето-снаряд, который разгоняется до гиперзвуковой скорости, а затем ещё и выстреливает в танк урановым стержнем. Впрочем, масса этого снаряда, не говоря уже о стоимости, оказалась запредельной для имеющихся платформ, что потребовало бы новых гигантских капиталовложений в эту программу. Американцы решили, что пока количество русских танков наиболее современной генерации не превысило и полутысячи, вопрос борьбы с ними может быть оставлен на уровне опытно-конструкторских разработок. На этот раз хитрым русским не удастся втянуть Америку в ещё один истощающий виток гонки вооружений, — подумали в сенатском комитете по вопросам обороны, где вопрос о серийном производстве нового оружия был рассмотрен…

Менеджер танкового завода шел по длинному коридору. Слева и справа кто-то с ненавистью замазал черным спреем надписи на новых табличках, сделанные на «незалежном» языке. Такое происходило теперь по всему городу: чья-то неведомая рука портила надписи на госучреждениях, а кое-где и била вывески на магазинчиках. Впрочем, слишком много бить не пришлось: хозяйчики смекнули, куда ветер дует, и вскорости сами начали активно заменять свои прежние вывески на вывески на русском. Те же бизнесмены, которые в своё время не спешили выполнить очередной маразматический указ власти о «национальном языке», теперь посмеивались над своими … коллегами. Когда-то в школе он тоже с удовольствием изучал «ридный» язык, хотя идея изучения языка, на котором почти никто не говорит, и казалась ему странной. Теперь из-за десятилетия языкового насилия ситуация изменилась, и он с видимым удовлетворением смотрел на проказы своих сотрудников. Он зашёл в один из кабинетов, и открыл сейф. Там на электронных носителях находились чертежи и технологии производства. Он извлек из портфеля ноутбук, и стал переносить информацию туда, тщательно «затирая» носители последовательностью из нулей и единиц. После того, как дело было сделано, он возвратил заводскую библиотеку данных в сейф. Теперь его завод уже никогда не сможет работать на врага…

КОМБАТ

Командир танкового батальона дивизии, расквартированной в Подмосковье, размеренным шагом шел по расположению части. У дежурки стоял караульный.

– Где ротный? Сюда его!

– Так Вы же сами приказали его расстрелять за пререкания! — бодро ответил сержант.

Комбат ускорил шаг и вскоре был у ангаров с танками. Ротный сидел на танке и изучал книжку ТОИЭ («Техническое обслуживание и эксплуатация танка»). Двое бойцов тащили куда-то гидравлический подъёмник. Только тут комбат понял, что караульный сказал ему неправду. «Ротный, ко мне!», — отчеканил комбат. У него в подчинении были около полторы сотен военнослужащих, имелись 31 танк, ремонтно-эвакуационная машина, БМП и БТР управления и связи, а также два десятка грузовиков КАМАЗ. Все это хозяйство нуждалось в постоянном обслуживании, ремонте, пополнении и замене запчастей. Личный состав также периодически обновлялся, и его надо было дообучать.

Подготовка молодых офицеров танковых войск в училищах была недостаточной. В российской армии состояло на вооружении четыре технически и эксплуатационно отличающихся друг от друга танковых семейства: Т-62, Т-80УД и Т-72/Т-90, а также семейство с газотурбинным двигателем Т-80Б/У. Знать «на зубок» техническое обслуживание всех находящихся на вооружении танков было просто невозможно. Да и не было в том необходимости, поскольку, в каждой из частей были, как правило, танки только одного семейства. И этот офицер тоже проходил учебу на газотурбинных танках Т-80У, а после служил в другой части, но судьба так сложилась, что теперь ему приходится командовать ротой танков Т-90А. Поэтому он весь день находился в ангаре возле танков, самостоятельно и с помощью других офицеров штудируя эксплуатацию броневых махин.

«Пополнить все запасы, пайку на три дня и проверить всю амуницию», — отчеканил комбат, когда ротный подошёл. Комбат сам был ротным во вторую Чеченскую кампанию, и хорошо представлял себе техническую сторону дела. В боях за Грозный он был контужен, но возвратился в часть и вскоре получил повышение. «Время «Ч» уже известно командованию», — добавил он, понизив голос. Временем «Ч» в армии называют время начала операции. Но некоторые шутники объясняют время «Ч» более образно: как момент, когда я-ца первого военнослужащего зависают над первым окопом противника.

СМЕРТЕЛЬНЫЙ УКУС

Американский полковник был поражен случившимся, и не понимал, что произошло.

Двое из его подчиненных, стоявших в карауле были мертвы. Их тела теперь должны были принести в подвальное помещение в здании, которые с недавних пор занимали американские военные. Специальным самолетом с базы в Румынии будет доставлен патологоанатом, который должен провести вскрытие и установить причину смерти. Как бы то ни было, произошедшее не сулит ничего хорошего, и теперь полковник был озабочен тем, что писать в докладе своему начальству.

Американский взвод специальной охраны, состоявший их военнослужащих «морских котиков» был направлен для несения дежурства на стратегическом объекте N в далеком славянском государстве. Это было предприятие, которое изготовляло теперь космические ракеты, в советские времена занималось разработкой и производством стратегических ракет — носителей ядерного оружия. И по сей день ракеты, изготовленные на этом предприятии, несут дежурство в составе войск стратегического назначения Российской Федерации. По старому соглашению двух правительств, специалисты данного предприятия продолжали осуществлять гарантийное обслуживание носителей, приезжая для этого в российские воинские части. Хотя, конечно, они и не были посвящены в детали изготовления святая святых — ядерных боеголовок, стоявших на этих ракетах.

Американцев позвал сюда прозападный демократический президент, которому померещилось, что русские хотят выкрасть какие-то секреты производства ракет, возможно, чтобы начать производить их самим. Своей охране он, видите ли, не доверяет, поскольку «страна полна московскими шпионами». Американскому полковнику эта идея не нравилась. По мысли американцев, европейские страны НАТО, а также те страны, которые желают туда вступить, нужны Америке для того, чтобы помочь ей защитить собственную территорию. То, что руководитель страны, которая даже не вступила в НАТО, имеет наглость требовать охраны каких то своих заводов, которые только конкурируют с американской промышленностью, казалось полковнику неслыханной дерзостью. «И как Пентагон дал на это согласие?!», — сокрушался он.

Работать здесь американцам приходилось, чувствуя холодную ненависть местного населения. Солдаты, приходившие из увольнительных, часто жаловались, что проходящие мимо них местные девушки демонстративно, ничего не говоря, плюют им под ноги. Он и сам физически ощущал свинцовые взгляды рабочих в его затылок, когда по территории завода обходил расставленные по периметру посты наблюдения. И вот — первые потери…

Патологоанатом медленно наклонился над обнаженным мертвым телом, тщательно осматривая его со всех сторон. На первый взгляд, все было на месте, не было видно никаких синяков, ничего, хотя бы отдаленно напоминающего странгуляционную борозду на шее, говорящую о том, что обладатель шеи был задушен. И вдруг он заметил на затылке, на самой границе волосистой части головы, две мале

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter