Проект «оккупационная монархия»

На русский престол посадят Майкла Кентского


«Комитет-2008» работает. Только это не тот всем известный «Клуб Взволнованных Лоботрясов» в составе шахматиста Каспарова, юмориста Шендеровича и женщины-журналиста Трегубовой. Настоящий «Комитет по ожиданию 2008 года» работает в другом месте. И результаты его креатива зачастую бывают просто пугающими.

Как сказано в одной рекламе, «в такие дни все буквально валится из рук». Сложносочиненная многоходовка с выборами на Украине закончилась так, что вспоминать не хочется. Полпред Козак из последних сил пытается потушить пожар, расползающийся по всему Северному Кавказу. В вопросе об отмене натуральных льгот правительство продемонстрировало вопиющую некомпетентность и к тому же — потрясающую трусость, «отыграв назад» по первому требованию бунтующей улицы.

«Вертикаль власти», столь тщательно шлифуемая все последние годы, трещит по швам. Президент Путин явно рискует повторить судьбу салтыково-щедринского градоначальника Двоекурова: «Много лет возводил он хитроумное сие здание, а о том не догадался, что строит на песце».

Пришло время принимать нестандартные решения. К сожалению, с креативом в Администрации в последнее время стало очень туго. Призывы к разоблачению «врагов народа» — вещь, безусловно, эффективная, только слишком уж неуместно такие речи звучат из уст светского денди, коллекционера антикварных кукол и автора декадентских стихов. Администрация явно мечется из стороны в сторону. Правая рука не знает, что делает левая. Группа спичрайтеров Джахан Поллыевой пишет речи о величии Советского Союза а «думский дозор» Владислава Суркова пропихивает через палату закон об отмене советских праздников. На поверхность всплывают какие-то странные, казалось бы, раз и навсегда похороненные проекты. Например, о восстановлении в России монархии.

«Кузен, не позорьтесь!»

Напомню историю вопроса. Всевозможные «Павлы Вторые» и «Николаи Третьи» повылазили изо всех щелей чуть ли не с конца восьмидесятых годов. Однако всерьез вопрос о восстановлении монархии стал рассматриваться в начале 1997 года, когда стало ясно, что Борис Ельцин болен серьезно и пора подумать о безопасной эвакуации. В Администрации начал тихо, но интенсивно разрабатываться проект, получивший условное название «испанского варианта» или «русского пакта Монклоа». По плану Ельцин должен был сделать то же самое, что когда-то сделал генералиссимус Франко — то есть взять «на воспитание» наследника свергнутой королевской династии и, по достижении последним совершеннолетия, передать ему власть и восстановить монархию. Идея принадлежала Никите Михалкову; со всей силой бюджета Управления делами Президента проект поддержал Пал Палыч Бородин. Он уже тогда твердо знал, что «России нужен царь».

Мало кто знает, что восстановление Большого Кремлевского Дворца началось именно в расчете на будущую коронацию. Тогда же Первую роту Кремлевского полка переобмундировали в кивера и колеты по образцу 1913 года. А в подмосковном Зубалове началось активное обустройство резиденции для будущего цесаревича — дрессировалась прислуга, была заказана посуда с монограммами…

Помешала сущая мелочь — отсутствие законного наследника престола. Принц Хуан Карлос де Бурбон — нынешний король Испании — прямой внук царствовавшего короля и законный сын короля в изгнании. У Романовых законных наследников не осталось. Большевики методично выбили всех, кто мог реально претендовать на русский престол. Даже тех, кто царствовать субъективно не хотел — Елизавету Федоровну или Михаила Александровича. Что же касается династии Кирилловичей, которую активно лоббирровали Михалков с Бородиным, то первая же серьезная научная экспертиза однозначно показала — Кирилловичи прав на престол не имеют. И не потому, что родоначальник династии — великий князь Кирилл Владимирович — в 1917 году щеголял по Петрограду с красным бантом — кто богу не грешен, царю не виноват… Просто по российскому закону о престолонаследии законный наследник должен быть рожден от православных родителей. Мать же Кирилла — великая княгиня Мария Павловна-старшая — на момент рождения сына была лютеранкой и приняла православие гораздо позже.

Дальше — хуже. В 1905 году Кирилл женился на собственной двоюродной сестре — Виктории-Мелитте Гессенской — чем окончательно закрыл себе и своим потомкам путь на русский престол. Николай II с треском выгнал Кирилла из России и законодательно запретил всем Кирилловичам именоваться великими князьями. Радость Кирилла в феврале 1917 года можно понять: тут наденешь красный бантик…

Однако революция пошла немножко не так, как хотелось Кириллу и Кирилловичам. Драпать пришлось всем. А дальше началось то, что все мы видели в замечательном советском фильме «Корона Российской империи»: «Кузен, не позорьтесь!..». В 1924 году Кирилл сам, без посторонней помощи, объявил себя императором, а своего сына Владимира — великим князем. Владимир женился на Леониде Багратион-Мухранской — неправославной и разведенной. Их дочь Мария, в свою очередь, вышла замуж за принца Фридриха-Вильгельма Гогенцоллерна Прусского — тоже неправославного. В результате всего вышеперечисленного родился мальчик, правильное имя которого — Георг Гогенцоллерн-Гессенский-Багратион-Мухранский. Президенту Ельцину его пытались продать, как «наследника российского престола великого князя Георгия».

Не на того напали. Бориса Николаевича Ельцина все-таки было очень сложно развести втемную. Всем Кирилловичам было раз и навсегда отказано от Кремля, причем отказано в самых невеликосветских выражениях. Все деньги (немаленькие, кстати, деньги), израсходованные на промо-туры «императорской семьи» по регионам России, все презентации и вся джинса по телевизору — все пошло прахом. Ельцин решил однозначно — тему Романовых закрыть! Она и была закрыта в 1998 году — торжественными похоронами семьи Николая II. Оставшихся Романовых недвусмысленно попросили не беспокоиться.

Но не прошло и года, как идея всплыла вновь. На этот раз «проектом «Царь»» всерьез увлекся Борис Немцов. Молодой реформатор задал вполне резонный вопрос: а почему, собственно, все так зациклились именно на Романовых? На них что, свет клином сошелся? Нет законных Романовых — поищем других. Например, Бернадоттов.

Все помнят странный «протокольный казус», случившийся во время визита Ельцина в Стокгольм. Тогда Немцов — на тот момент практически официальный преемник Ельцина — буквально сгреб в охапку наследницу шведского престола кронпринцессу Викторию и потащил ее в дальний угол королевского парка. Два часа шла приватная беседа — без свидетелей, без переводчиков, без охраны. После этой беседы кронпринцесса — веселая румяная шведская девка — перестала принимать пищу, впала в нервную анорексию и едва не умерла от дистрофии.

Больше Немцова в Стокгольм не приглашали.

Принц и нищие

С приходом Путина, казалось бы, все — тема закрыта. Не тут-то было! В Россию неожиданно зачастил один из членов британской королевской фамилии — принц Майкл Кентский. Майкл Кентский в Петербурге, Майкл Кентский в Самаре, Майкл Кентский на Урале, Майкл Кентский раздает интервью и ведет в России очень широкую благотворительную деятельность… С чего бы вдруг? И кто проплачивает? Именная стипендия в Плехановской академии – дело, мягко говоря, недешевое, не говоря уже об ожоговом центре в Москве и сети ночлежных домов в Петербурге. А также о журнале для русских бездомных «Дно», издающимся на средства принца в Глазго. Ближе типографии, видимо, не нашли.

Все это, господа, называется — пиар. Майкла Кентского активно и целенаправленно промоутируют по стране. Ответ на вопрос — «откуда денежки, Ваше Высочество?» — находится просто, если вспомнить, что принц является официальным патроном Российско-британской торговой палаты. В списке ее членов — такие уважаемые компании, как «Бритиш Телеком», «Бритиш Газ», «Бритиш Эйруэйз» — и другие, которые пока не светятся. Среди таких «несветящихся» называют, например, британских нефтяников из «Бритиш Петролеум» и «Шелл». А учитывая то, что в самое ближайшее время начнется распродажа активов успешно попиленного ЮКОСа, то опереточная, на первый взгляд, фигура Майкла Кентского на глазах начинает наливаться серьезным политическим значением.

Это вам не Кирилловичи. Майкл Кентский — серьезный лоббист британских деловых кругов, прежде всего — нефтяников. И характерно, что именно сейчас принц активно предлагает себя растерявшейся и мечущейся Администрации. В качестве просто агента британского нефтяного бизнеса или в каком-либо ином качестве — пока большой вопрос. В конце концов, Майкл Кентский — родной внучатый племянник Николая II и прямой кузен ныне царствующей Елизаветы II Английской. Есть о чем подумать…

А пока принц активно учит русский язык.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter