Эксперты: инновационный криминал депутата Пономарева

 

Необычный вид бизнеса освоил депутат Госдумы, видный оппозиционер Илья Пономарев. Он заимствовал у американских академиков научную работу и выгодно продал ее центру инноваций «Сколково». За 127 страниц чужого текста Пономарев получил ни много ни мало 450 тысяч долларов.

Речь идет о докладе «Ярославский план 10-15-20: 10 лет пути, 15 шагов и 20 предостережений. Дорожная карта строительства инновационной экономики», подготовленном в 2010 году Нью-Йоркской академией наук и представленном на проходившем тогда Мировом политическом форуме в Ярославле.

Хотя в выходных данных этого труда Пономарев упомянут только среди 36 экспертов, принимавших участие в опросах, это не помешало депутату выдать его целиком за свою собственную работу. Удивительно, но расплатившиеся с Пономаревым менеджеры «Сколково» не заметили, что в списке авторов на обложке доклада фамилия Пономарева отсутствует. То ли это депутат Госдумы запутал «Сколково», то ли сами инноваторы не имели достаточной квалификации. А возможно, между сторонами имел место банальный сговор.

В любом случае негоже присваивать себе авторство чужого труда, к тому же уже, вероятно, кем-то оплаченного, пишет в своей колонке в «Московском комсомольце» экономист Никита Кричевский. Он же обращает внимание на еще один сомнительный проект Пономарева и «Сколково». В его рамках депутат, когда-то закончивший физфак МГУ, прочел 10 лекций за 300 тысяч долларов.

Столь щедрое вознаграждение показалось странным главе Института приоритетных региональных проектов Николаю Миронову. «Такие гонорары представляются для научного сообщества весьма большими. Это большая редкость, я о гонорарах таких размеров не слышал, - признался он. - Я сам неоднократно оформлял научно-исследовательские работы, выступал с лекциями, с докладами, и получал суммы намного скромнее. Доктор наук, обладающий уникальной информацией, может получать до тысячи – двух тысяч долларов в час».

«Лекции Пономарева кажутся мне крайне странными, - говорит и заместитель главного редактора журнала «Наука и жизнь» Дмитрий Зыков. - Надо ли говорить, что ни один ученый таких денег на лекциях не зарабатывает. К примеру, профессор Московского университета получает за курс, а это восемь лекций в месяц, максимум 30 тысяч рублей. Это для сравнения».

«Никто не спорит, Илья Пономарев – талантливый политик, но такие гонорары обычно платят «политическим звездам», топ-лоббистам или топ-моделям», - пишет в «Независимой газете» директор Центра политической информации Алексей Мухин. По его мнению, объяснить ситуацию с баснословными гонорарами депутата можно сразу несколькими схемами.

Это, прежде всего, банальный «откат», закамуфлированный под расточительство или инновационный проект. Возможно также, что руководство фонда «Сколково» на самом деле столь высоко оценило знания и опыт Ильи Пономарева. Тогда к уровню компетентности этого менеджмента также должны возникнуть вопросы. «Если эти специалисты так распоряжаются бюджетными средствами (а пока «Сколково» все-таки финансируется в основном из бюджетных средств; во всяком случае, обратное не доказано), то можно себе представить, на что идут более серьезные суммы», - отмечает Мухин.

При этом политическая риторика Пономарева, борющегося с чиновниками - «золотыми кренделями», странным образом  противоречит его же научной деятельности. Выходит, что большой разницы между Пономаревым и «олигархами», использующими бюджетные средства для личного обогащения, а также чиновниками, занимающимися тем же самым, нет. Спрашивается: стоило ли городить огород с оппозиционностью?

«Наши оппозиционные политики вообще известны тем, что у них слова нередко расходятся с делом. Людей, борющихся с коррупцией, обвиняют в коррупции, люди, которые обвиняют депутатов в незаконной экономической деятельности, сами ведут эту самую незаконную экономическую деятельность. Безусловно, с точки зрения профессиональной этики профессионального политика, получать финансирование в государственной структуре  и при этом критиковать государство, обвинять его во всех грехах, мне представляется не вполне этичным», - поддерживает Мухина Николай Миронов.

Стоит напомнить, что как раз во времена своей щедро оплачиваемой работы на «Сколково» Илья Пономарев был советником куратора фонда под тем же названием Виктора Вексельберга. И как раз от структуры, руководимой Вексельбергом, он получил этот выгодный подряд на лекции. Видимо, поэтому и был придуман трюк с «научно-лекционной» деятельностью, принесший неплохую прибыль «с оборота», предполагает Мухин.

Кстати, имя Вексельберга называли также ревизоры Счетной палаты, проверявшие работу инновационного центра. По их данным, олигарх в бытность свою главой фонда «Сколково» ежемесячно получал зарплату в два миллиона рублей. А выделенные на развитие иннограда из федерального бюджета три с половиной миллиарда рублей осели на счетах аффилированного Вексельбергу «Меткомбанка», где некоторое время «прокручивались».

Счетная палата нашла и другие подозрительные моменты в работе подмосковного инновационного центра. Например, получая финансирование из российского бюджета, «Сколково» ухитрялось выплачивать гранты американскому Массачусетскому технологическому университету. Также получил грант в размере 401 млн рублей Сколковский институт науки и технологий (Сколтех), которого нет в реестре участников инновационного проекта, и следовательно, никаких оснований для получения грантов он не имеет.

Наконец, все большее беспокойство у экспертов вызывает судьба самого проекта «Сколково», в теории преподнесенного как базис национальной инновационной системы, а на практике оказавшегося недостаточно просчитанным, не очень хорошо подготовленным, выглядящим калькой с устаревших западных образцов.

По мнению аналитиков, со «Сколково» пора что-то решать. «У меня есть сомнения в том, что «Сколково» очень эффективный проект. Есть подозрение, что проект этот в большей степени дутый и не до конца продуманный, - говорит Дмитрий Зыков. - От него определенно есть польза, но она не такая, как хотелось бы. Все из-за того, что проект «Сколково» не оптимально спроектирован. Соотношение потраченных денег и отдачи, на мой взгляд, не оптимально».

«До сих пор никакой реальной инновационной работы не ведется и модернизационных усилий не предпринимается. Да и привлечь, как обещали, серьезное финансирование со стороны российских и иностранных компаний пока не удалось. Проект, анонсированный как локомотив российской экономики, к сожалению, представляет скорее дорогостоящее отягощение для бюджета, испытывающего дефицит, в том числе из-за исполнения амбициозных обещаний некоторых деятелей», - жестко констатирует Алексей Мухин.

«Через четыре года после начала реализации проекта почти никаких инновационных результатов не видно, зато деньги «успешно» осваиваются, а скандалы день ото дня множатся. Удручающая, безвыходная картина. Не оставляющая власти иного выбора, кроме как скорейшего выявления и публичного наказания виновных», - пишет Никита Кричевский.

По всей вероятности, настало время внимательно присмотреться к «Сколково» и его «деловым партнерам» вроде депутата Пономарева, чтобы понять, каким должен быть настоящий инновационный центр, и должен ли он быть вообще.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter