https://www.apn.ru/ ru Материал недели - АПН - Агентство Политических Новостей https://www.apn.ru/templates/todaynews/images/logo.png https://www.apn.ru/templates/todaynews/images/logo-180.png https://www.apn.ru/index.php?newsid=38633     Константин учил другому. Что нация возникает тогда, когда простые граждане обретают права, в феодальном обществе принадлежащие аристократам. Нация— есть всеобщая аристократия. Что права человека основаны на отрицательном опыте — знаменитый Билль оправах США перечисляет, чего НЕЛЬЗЯ делать с американским гражданином. Права — предохранитель от беззакония, юридическая основа сообщества равных граждан, которые и есть нация.     Материал недели Wed, 23 Sep 2020 14:48:48 +0300 Политолог и публицист Павел Святенков в интервью изданию Украина.ру  вспоминает о своем покойном друге — политике, писателе, философе Константине Крылове, который умер 12 мая 2020 года.   Константину Крылову в октябре этого года должно было исполниться только 53 года. Это еще не возраст. Он мог бы еще жить и жить. Но в апреле с ним случился первый инсульт. Его положили в больницу. Потом было еще два инсульта, после третьего его не стало. У Константина два высших образования — он окончил факультет кибернетики МИФИ и философский факультет МГУ. В качестве политика он был лидером так и незарегистрированной Национально-демократической партии. Как поэт он писал стихи под именем Юдика Шермана, а как писатель сочинял фантастику, которую публиковал под псевдонимом Михаил Харитонов. В 2009 году, по результатам опроса, проведенного сайтом Openspace, занял пятое место среди самых влиятельных интеллектуалов России. В жизни Крылов был дружелюбным, интеллигентным, тактичным, обаятельным, неагрессивным и порядочным человеком.   - Павел, весной 2014 года в рядах русских националистов произошел раскол: одни поддержали Русскую весну, а другие встали на сторону Киева. Крылов встал на сторону Русской весны и Новороссии. Почему? — Константин Крылов играл в долгую. Он понимал, что Русская весна не одержит мгновенной победы. Для него было важно, что русские оказались способны к отпору агрессору, ведущему наступление непросто на национальные, но и на человеческие права нашего народа. На сторону режима Порошенко перешли откровенные нацисты, которые не считали себя русскими. В лучшем случае они характеризовали себя как «славяне», «русичи» и т.п. Воевать за Порошенко поехали люди, отказавшиеся от русской идентичности и сделавшие выбор в пользу расизма: пропагандистских рассказов о расовой неполноценности русских, будто бы являющихся не славянским народом, а тайными финно-уграми. Украинская доктрина на этот счет была создана в конце XIX века, когда Финляндия ещё не была богатым и высокоразвитым европейским государством. Поэтому в наши дни эти обвинения со стороны проукраинской пропаганды выглядят смехотворно — дескать, русские — это тайные финны и, возможно, даже венгры. Но расисты верят. Писатель Крылов: В отличие от украинцев, дончане уверены в своей этничности     Константин был русским человеком. Для него был неприемлем расизм, тем более так называемый расизм русофобский. Поэтому он поддержал Донецк и Луганск в борьбе против режима Порошенко, пришедшего к власти в результате государственного переворота. Он поддержал русских, борющихся за русский язык и культуру, поддержал восстание против откровенной попытки геноцида. В результате Минских соглашений право русских Донецка и Луганска на свои язык и самоуправление было признано на международном уровне. Столь же естественной была и поддержка возвращения Крыма в состав России. Крым оказался на Украине как «подарок» Никиты Хрущева, без всяких консультаций с народом. В русской культуре он всегда осознавался как часть России. Возвращение было актом исторической справедливости. Когда Константин увидел, что впервые после распада Советского Союза делаются шаги по объединению русских, самого крупного разделенного народа Европы, он поддержал Русскую весну. Он не надеялся на оглушительную победу, но считал её началом борьбы за воссоединение русского народа. - Павел, на прощании с Костей ты произнес трогательную речь в память о друге. Можешь вспомнить, когда и при каких обстоятельствах вы познакомились? О чем говорили в первый раз? —Мы познакомились в 2002 году. Я писал в «Живой журнал», который был своего рода «республикой интеллектуалов». Константин Крылов был одним из самых умных ЖЖ-стов. Я решил с ним познакомиться. Договорились о встрече в метро «Улица 1905 года». Поскольку Константин был главным редактором газеты «Спецназ России» Ассоциации ветеранов «Альфы», я ожидал увидеть рослого «афганца», а то и «чеченца». Помню, как раз тогда на станции ждал поезда огромный мужик двухметрового роста. Константина я представлял примерно таким. Но подошел невысокого роста джентльмен с умным и чуть лукавым лицом. «Я работал в лесу»,— улыбаясь, сказал он мне. Я не понял, что такое «лес», но почувствовал, что передо мной серьезный аналитик,— может быть, с опытом работы в разведке или крупном банке. Человеческий контакт установился сразу. - Кем он был для тебя? —Сложный вопрос. Думаю, старшим другом. Поражал его объем знаний в области философии и математики, основанный на двух дипломах — МИФИ и философского факультета МГУ. Он обладал уникальным умением создавать классификации, причем как политического, так и художественного свойства. Публицист Виктор Милитарёв сказал мне: «Он даже думает логическим квадратом». Так и было. Последователь Аристотеля в области философии, Константин мыслил очень строго и всегда докапывался до сути любого явления. Это и делало его интеллектуальным лидером поколения, вызывало уважение к нему со стороны людей очень разных политических взглядов— от крайне левых до крайне правых. - Можешь вспомнить интересные моменты из вашего с ним общения? — Знаете, редкий случай, когда человек сам был «интересным моментом». Мы дружили 18 лет. И всякий раз Константин не переставал удивлять. То оказывалось, что он постмодернистский поэт Юдик Шерман, от стихов которого классные дамы всего мира должны краснеть так, что в их присутствии можно было проявлять фотобумагу. При этом знаменитый поэт Игорь Караулов однажды сказал мне так: «Он— новатор в поэзии». Он был преемником парадоксального Хармса, младшим современником неполиткорректных и гениальных Дмитрия Пригова и Мирослава Немирова. То выяснялось, что Константин — превосходный писатель-фантаст Михаил Харитонов, чьи рассказы вызывали вопли восторга и возмущения среди почитателей братьев Стругацких. Первый сборник Харитонова был опубликован по рекомендации Сергея Лукьяненко, который просто нашел рассказы в интернете. И лишь потом узнал, что их пишет «тот самый» Крылов. О количестве виртуалов в «Живом журнале» можно только догадываться. Я знаю лишь некоторых, и многие носили откровенно сатирический характер. Обычно ожидается, что интересные случаи — это «случаи на охоте». Кто где поскользнулся или сел на торт, кто поймал в капкан щуку или в сеть зайца. Разговоры с Константином были сами по себе «интересными случаями», приключениями духа. Он был единственным жителем и великим мастером своей личной Касталии. Мы много обсуждали теорию литературы, и я делился с ним открытиями в этой области. Например, очень часто каркас романа может быть основан на какой-либо игре. «Алиса в стране чудес» — на картах, «Алиса в Зазеркалье» — на шахматах. Вышеупомянутая Касталия — на «игре в бисер». «Приключения Буратины», роман, благодаря которому имя Константина Крылова останется в истории литературы, основан на картах Таро. - Каково, по-твоему, значение Крылова для современного русского национализма? Что он в него привнес? Что вообще такое русский национализм в понимании Крылова? — Всё просто — он его создатель. Главное, что он привнес, — идею свободы. Патриоты 90-х выступали за те или иные формы авторитаризма. Дескать, Сталин придет, порядок наведет. Воспевание расстрелов, пыток и гулагов является неотъемлемой частью этого дискурса и сегодня. Константин учил другому. Что нация возникает тогда, когда простые граждане обретают права, в феодальном обществе принадлежащие аристократам. Нация — есть всеобщая аристократия. Что права человека основаны на отрицательном опыте — знаменитый Билль оправах США перечисляет, чего НЕЛЬЗЯ делать с американским гражданином. Права — предохранитель от беззакония, юридическая основа сообщества равных граждан, которые и есть нация. Благодаря Крылову исчезли родимые пятна русского национализма: 1) антисемитизм, над которым он тонко иронизировал и считал «поилкой для тараканов»; 2) авторитаризм как средство решения всех проблем; 3) расизм, основанный на американской концепции «капли крови»: человек, у которого прадедушка чернокожий (как у Пушкина), признается 100% чернокожим, хоть реальный цвет кожи был белым. Теперь существует понимание, что важно не только происхождение, но и личный выбор человека. Поэтому националисты спокойно принимают всех, кто думает по-русски и действует как русские, даже если предки таких людей принадлежали к другим народам. — Он останется в истории как идеолог русского национализма или как писатель-фантаст Михаил Харитонов? — Крылов-политик и Крылов-фантаст — одно целое. В его романах скрыта серьезная политическая философия. «Приключения Буратины» — это роман становления. В классическом тексте Коллоди деревянный мальчик становится человеком. В сказке Алексея Толстого Буратино так и остаётся бревном, пусть и в ранге директора театра. Константин Крылов тонко уловил это противоречие. И в политических, и в литературных текстах он работал на интеллектуальный и политический рост русского народа. Чтобы он, народ, мог однажды повторить великую фразу Пиноккио: «Какой я был смешной, когда был Деревянным Человечком! И как я счастлив, что теперь я настоящий мальчик!» Константин Крылов хотел нас всех сделать людьми. Донецк не стал военным городом. Молодежь не «грузят» патриотизмом — Константин Крылов - Почему такой писатель, как Крылов, жил так скромно? Почему его не издавали, а если издавали, то гонорары были смехотворны? Вообще Костя был непрактичным человеком? Ты согласен со словами Галковского, что Костя мог бы получать миллионы, а работал фактически за еду? — Почему не издавали? На счету Крылова, наверное, полтора десятка книг, причем в разных жанрах: от фантастики в издательстве «АСТ» до поэзии в маленьком издательстве «Ракета». Хороший писатель получает деньги не только на еду. Константин был хорошим писателем. Я всерьез считаю, что по состоянию на начало 2020 года в России было два писателя— Пелевин и Крылов. Вал сочувствия в связи со смертью Константина и огромное количество читателей «Буратины» на разных этажах власти свидетельствуют, что я не преувеличил. - Есть ли некая литературная "тусовка", куда могут попасть только избранные, и каковы критерии попадания туда? —В литературную тусовку не надо попадать. Институты признания можно взять штурмом— хорошими текстами. Растусованность и кормление критиков колбасой не работают. Хорошие книги у Константина были и есть. В этом году Константин был выдвинут на АБС-премию (премию Стругацких) за роман «Приключения Буратины» и дошел до шорт-листа. Кроме того, за роман он был выдвинут на премию Пятигорского. Думаю, постепенно его признали бы столичные эстеты и завсегдатаи фуршетов. Так всегда бывает. Хорошей книгой и душевной беседой в литературной среде можно сделать больше, чем просто душевной беседой. - Дихотомия Быков и Крылов: одного спасают силами государства, а о другом вспоминают после смерти. Почему так? — Потому что у нас до сих пор есть номенклатура. И в эту номенклатуру Константин никогда не входил. Впрочем, даже и в этих обстоятельствах он входил, например, в Малое жюри премии «Национальный бестселлер». Благодаря его голосу лауреатом премии в2013 году стал писатель, скрывающийся под псевдонимом Фигль-Мигль. Интеллектуалы воспринимаются у нас как шуты у трона короля. Шуты должны говорить правду, но с резиновой курицей на голове. По темпераменту и интеллекту Константин был достоин, чтобы с ним говорили как с равным. Ни «люди власти», ни литературная тусовка к этому небыли готовы. - Откуда у Кости была такая склонность к конспирологии? Например, он вслед за Галковским считал, что «Россия— это криптоколония Англии»? Откуда в нем это какое-то помешательство на кознях англичан против России? Помню, в разговорах он мог говорить о какой-то группе каких-то таинственных людей, называя их просто «Они». Например, «Они просто поставили Юзефович заведовать критикой» или «Они внесли меня в черный список». Недавно смотрел американский фильм «Теория заговора», в котором героя в подобной ситуации просят разъяснить, кто эти таинственные «Они». Герой отвечает: «Они — это Они». Так кто эти загадочные «Они" у Крылова? Масоны, евреи, либералы, англичане? Кто? — Теория криптоколонии — это попытка осмыслить болезненный опыт краха Российской империи и избавить русский народ от ярлыка «вечно виновного» в ленинско-сталинской диктатуре. Дескать, «сами выбрали». «Козни англичан» позволяют сказать, что страну сломала могущественная внешняя сила. Сторонник «английского заговора» сам становится немного «англичанином» — с улыбочками и умолчаниями, но общий уровень политической культуры это поднимает. Это попытка сделать из русских не объект политики со стороны иностранных государств, а субъект. Попытка обрести самосознание, очень важная в национальном строительстве. - А кто такие «Они»? —Я думаю, это религиозный вопрос. Константин когда-то придумал концепт «нерусь» как совокупность людей и явлений, сознательно ставших на путь служения злу, нанесения вреда России и её народу. Речь идет не об этничности или религии, а личном сознательном выборе людей. Противостоянию злу в религиозном смысле, злу как порождению дьявола и его слуг, Константин и посвятил свою жизнь.   https://www.apn.ru/index.php?newsid=38277 Крылов казался такой данностью, что в голову скорее могло прийти, что он мог бы написать некролог по мне, если бы я жил так, чтобы этого  удостоиться. Публикации Sat, 16 May 2020 08:40:49 +0300 Весть о смерти Константина Крылова, полученная от его ближайшего друга, была для меня шоком на физиологическом уровне: как врезаться на ходу в бетонную стену. Этот шок заставил меня кое-что осознать.   Я не привык глубоко скорбеть о смерти даже близких людей, относясь к ней по принципу «Бог дал, Бог и взял». Но чувство горя от смерти Крылова было неожиданно глубоко. Эта неожиданная глубина сама по себе увеличила тяжесть шока, с которым я пытаюсь бороться, глуша себя работой по сборке некрологов и видео на странице о Константине Крылове, и отвлекаясь от неё на то, чтобы что-то перечитать или переслушать, время от времени вспоминая, что новых статей уже не будет, как и завершения «Буратины».   Крылов казался такой данностью, что в голову скорее могло прийти, что он мог бы написать в некрологе по мне, если бы я жил так, чтобы этого некролога удостоиться, — чем что мне написать в некрологе по Крылову.   С творчеством Константина Крылова, под псевдонимом Михаил Харитонов, даже не зная ещё о существовании самого Крылова, я начал знакомиться в самом начале века, и тогда же я назвал его в электронном письме лучшим писателем-фантастом современной России. Впоследствии, я имел честь стать его коллегой по руководству одним из начатых им проектов: русской энциклопедией «Традиция». Но, живя далеко от Москвы, я не знал Константина Крылова лично, и даже не пытался устроить знакомство, не желая отвлекать на себя его ценное время; таков был мой выбор, и теперь мне с этим жить.   Ещё один факт кончина Крылова заставила меня осознать о себе — это то, что в тех редких случаях, когда я высказывался по каким-нибудь интеллектуальным вопросам, Крылов был единственным человеком, чьё мнение мне было бы по-настоящему интересно выслушать, и кого мне хотелось бы переубедить в случае разногласий. Хорошо ли это, или нет, не знаю, но наверное, это и называется «учитель». Таковы мои личные чувства и мысли по поводу смерти Крылова. Они никому не интересны, и я оставил бы их при себе, но они тесно связаны с уроками и вызовами, которыми стали его жизнь и смерть.   Бог посетил русских в этом году самым тяжёлым образом из возможных. Смерть Крылова — тяжелейший удар по русскому движению, и вполне может стать его крахом, если мы окажемся не на высоте — и вместе, и каждый из нас по отдельности. Именно так: и все в целом, и каждый. Никто сейчас не вправе сказать: «я был бы полезен общему делу, если бы оно существовало», — каждый может сделать что-то и в одиночку, независимо от участия и воли других.   Пока что вся история Крылова укладывается в до боли знакомый нам сюжет о пророке в своём отечестве, о гласе вопиющего в пустыне, о человеке, по советскому выражению, «сгоревшем на работе», служа нам всем, в то же время, каторжным трудом борясь с нищетой. Следующие сцены этого сюжета — запоздалые сожаления людей, которые «любить умеют только мёртвых», дрязги за его наследие, а потом забвение и крах дела покойного. Чтобы выворотить судьбу из этой накатанной колеи, от каждого из нас потребуется сверхусилие: и в смысле количества труда, и в смысле преодоления застарелых вредных привычек.   Судьба Крылова, если её осмыслить, выбьет из нас остатки иллюзий о нашем месте в мире. Любое богемное ничтожество осыпают благами при жизни, а почестями — и после смерти, которая следует не в пятьдесят два года, а через десятилетия существования в качестве памятника самому себе; Крылову же не помогла деятельная помощь сотен русских людей. Русские слабее всех, жизнь русского дешевле всего, издеваться над русскими приятно и выгодно, поэтому ничего лишнего у русских нет. Сознание этого поможет нам избавиться от нашего идиотского благодушия (и ещё меньше благодушия останется, если прочитать комментарии к этой записи Алексия Навального) и расхлябанности; мы будем помнить, что каждая копеечка, каждая секунда внимания, которые мы упускаем в руки разнообразной неруси, были отняты у Крылова, сократив его жизнь.   При неблагоприятном — но привычном — развитии событий возможен и конфликт за место «нового Крылова». В реальности, никакого «места Крылова» нет: был только сам Крылов, а любой из нас, кем бы он ни был, — далеко не Крылов. Попытавшийся претендовать на его место или монополию на толкования его наследия поставит себя в смешное положение и повредит самому этому наследию. Душеполезная мысль «я не Крылов», если её усвоить, ведёт и к другим практическим выводам.   Раз вы не Крылов, вам лучше бы поддерживать свою физическую форму и здоровье: на Ваше лечение не будут собирать деньги по всей стране (что и его не спасло), да и смысла нет. Считайте себя на военной службе и относитесь к себе соответственно.   Если вы хотите оставить по себе какую-то память, то выберите среди своих многочисленных замыслов те, которые можете быстро осуществить, сосредоточьтесь на них и сами позаботьтесь о том, чтобы результаты не пропали; отложив свои более грандиозные идеи навсегда. Вы не Крылов; никому не будет интересно разбирать ваши черновики. Ваша неоконченная работа, пользуясь сравнением самого Крылова, — только груда испорченных материалов.   Если вы хотите совершить какой-нибудь экстравагантный поступок, высказать необычное мнение или показаться в странной компании, вспомните: вы-то не Крылов. Крылов был широк (а нам лучше бы быть поуже), он был выше подозрений; когда он высказывал спорные мнения, например, о русском языке или письменности, это заставляло пересмотреть то, что мы считаем данностью, с тем, чтобы потом улучшить. А вы только вызовете раздоры и попортите свою репутацию.   Когда вы собираетесь выписать кого-нибудь из русских из-за ничтожных разногласий по земельному вопросу, вспомните Крылова: он того человека выписал? Выписал бы теперь? Для Крылова он был достаточно хорош, а для вас — нет? Делая любой значимый выбор, принимая любое решение, полезно вспомнить о Крылове. Не надо делать того, чем он погнушался бы, как и того, что было бы соразмерно масштабу только его личности.   Наше горе и чувство опустошённости — не просто эмоции, а осознание, что жизнь и смерть Крылова стали вызовом всем нам. Память о нём — драгоценность, которую мы не должны вывалять в грязи. Крылов был системообразующим элементом зарождающейся русской нации. Судьба вырвала его, тем самым в самой грубой форме поставив перед каждым из нас вопрос о её жизнеспособности. Если мы сумеем дать правильный ответ, преобразовав героические усилия отдельных людей в работающие социальные институты, если докажем делом, что русская нация может жить и без Константина Крылова, — мы тем поставим ему лучший из возможных памятников. Если нет, мы были его недостойны, а оставаться среди нас далее ему было незачем.   https://www.apn.ru/index.php?newsid=38275 ... быть в современной России русским националистом непросто - тебя боятся, тебя заранее не понимают и даже слушать не хотят, ведь это что-то почти неприличное и социально опасное. Публикации Fri, 15 May 2020 09:16:37 +0300 Об ушедшем от нас Константине Крылове сейчас пишут почти все – самых разных политических ориентаций и идейных предпочтений. Но о нём не услышать на ТВ, о нём помолчат многие известные деятели. Его тексты – достояние интеллектуально неравнодушных людей, знакомых с ними в основном по интернету или не отвыкших покупать довольно толстые книги. Хотя сам он всячески стремился вырваться на самую широкую аудиторию.   Он обладал огромным талантом публичного интеллектуала – умел говорить об очень сложных вещах, но так, что они становились доступны самой широкой публике. Он умел увлекать и убеждать – редкий случай человека и прекрасно пишущего, и ярко выступающего.   Однако быть в современной России русским националистом не просто – тебя боятся, тебя заранее не понимают и даже слушать не хотят, ведь это что-то почти неприличное, этически вызывающее и социально опасное. Общайся там со своими, а к широкой публике не лезь, не волнуй. Ни хороших постов, ни наград и званий. Приличному обществу удобнее думать, что тебя просто нет.   Может, система и права в своём страхе. Крылов открыто упражнялся в резкости суждений и выступал сознательно провокативно. Он вызывал на идейный конфликт. Он как бы кидал вызов, предлагая читателю или слушателю либо бурно возмутиться, либо столь же рьяно согласиться. Его тексты насыщены не только острыми мыслями, но и предельно ярко выявленным отношением автора ко всему, чего он касался. Они написаны не просто для того, чтобы выразить идеи, но и так, чтобы эти идеи могли быть максимально широко услышаны. Крылов стремился преодолеть то очень знакомое отечественным интеллектуалам чувство крика во сне, когда, как писал столь любимый им Мандельштам, «наши речи за десять шагов не слышны».   Его «фанатами» были как те, кто его очень любил, так и те, кто его яростно ненавидел, но почему-то всё равно постоянно его читал и о нём разговаривал. Мне не раз приходилось встречать таких людей – они готовы были часами объяснять, чем так «ужасен этот Крылов», при этом быстро выяснялось, что они ежедневно за ним следят и давно уже «подсели» на его тексты.   При этом разные люди знали разные грани его творчества – кто-то воспринимал его в первую очередь как публициста и философа, кто-то как писателя-фантаста, кто-то как общественного деятеля. И нередко люди с удивлением для себя открывали, что он, оказывается, ещё и… Все эти ипостаси одного человека существовали в обществе как бы раздельно, почти не пересекаясь, соединяясь только в нём самом. Он сам увлечённо играл в их диалог. Уже лёжа в больнице с инсультом, он умудрялся в шутку сдавать анализы и за Константина Крылова, и за Михаила Харитонова – чтобы выяснить, кто из них ещё здоровее. Но при этом внутренне он был очень целостным человеком – продуманно, глубоко целостным.   Его интеллектуальный вызов формировал вокруг себя проблемное поле, и оно притягивало к себе людей. Вокруг него как бы сходились социальные круги, и друг друга узнавали люди, которые иначе никогда и не пересеклись бы. Формировались какие-то общества, заявлялись всё новые инициативы. Крылов – конечно, не один – формировал среду интеллектуального национализма. И для нулевых годов это была работа почти на ровном месте – эту среду надо было не столько собирать, сколько именно создавать.   Это был не старый «национализм», замешанный на советских понятиях, в которых националисты виделись почти нацистами и обязательно шовинистами. Это был дискурс о правах русского народа как равного среди равных, как не менее других готового принять на себя ответственность за своё государство и своё будущее.   Созданный им толстый журнал «Вопросы национализма», научным редактором коего (совместно с Олегом Кильдюшовым) я последнее время являюсь, стал первым специальным изданием по теории нации и истории национальных движений в современной России. Конечно, как любой научный журнал он «не для всех», его читательская аудитория невелика –просто по определению. Однако в своей среде он смог существенно изменить отношение к этой проблематике и радикально расширить круг обсуждаемых тем. Вышедшие 32 выпуска стали, наверное, самым существенным вкладом в интеллектуальную разработку национальной темы в России за последнее десятилетие. Как раз в конце прошлого года исполнилось 10 лет его изданию, но мы решили немного отложить торжества. Теперь их не будет. 33-й выпуск, посвящённый идейному наследию Крылова, за неимением финансирования станет, очевидно, последним.   Отсутствие материальной базы у современного русского движения – факт неудивительный. В нынешней системе она не может возникнуть внутри России, и уж тем более не может прийти извне. Но последствия этого трагические в том числе и на личном уровне – ведь Крылов, в сущности, сгорел на работе. Будучи вынужден проделывать огромный труд просто ради прокорма семьи, и стараясь вырвать время для написания своих сочинений, он не мог взять отпуск и просто перевести дух. Он перенапрягся – и вот подряд три инсульта. «Вечная спутница избытка сил, тоска по несбыточному», – как он писал в одном своём рассказе, всё же не может вечно преодолевать возможности нашей плоти.   Последнее время Крылов подрабатывал, читая лекции. Но не в каких-то учреждениях, а приглашая к себе в офис. Тесная комната забивалась людьми самых разных профессий, взглядов и возрастов (хотя в основном молодёжи), которые приходили послушать его выступления с оригинальным взглядом на историю философии и русскую мысль. Удивительно, что сейчас такое возможно – он жил в современной России как античный философ. Не знаю, кто ещё может себе сейчас такое позволить.   Он как бы всё время пытался успеть проговорить важные мысли, суметь донести их до как можно большего количества людей. И ушёл в самом прямом смысле на взлёте – не закончив своего главного трёхтомного романа, не дописав свои главные философские трактаты. Как писатель и политический мыслитель Крылов странным образом объединял фантастический взгляд на мир с радикально реалистичным подходом к общественной реальности. Он не был политическим мечтателем, не рассуждал в стиле «вот завтра, когда мы придём к власти…». Он был гораздо практичнее – помогал людям трезво оценивать происходящее и осознанно формулировать свои интересы. Он пробуждал в людях русское самосознание и давал им понять, зачем им это нужно.   Единственное, что он выводил за сферу своего вызова обществу – его зороастризм. Глубокая увлечённость этой религиозной традицией никогда не находила выхода в проповеди – он даже своих близких не склонял к её принятию. Он мог с увлечением объяснять своё понимание этой веры, но только если его на это специально вывести. Это было своё, только личное. При этом он признавал русской национальной религией именно православие. Более того – его Национально-Демократическая партия была чуть ли не единственной в России, проводившей свои заседания под иконой – она висела у изголовья стола.   Крылов совмещал мягкость, учтивость, очень добро-внимательный взгляд на людей с режуще резкими суждениями и готовностью на столь же резкие действия. Он нередко позволял себе вспылить, но в этом не было какой-то обидной несдержанности, а скорее просто более доходчивая форма объяснения, своего рода поза социального философа, знающего, где надо расставить акценты.   Был повод, из-за которого я много раз чувствовал себя очень рассерженным – то, как Крылов вёл дискуссию за столом, когда был организатором собрания или формально руководителем коллектива. Вернее будет сказать, что он её не вёл – он её затравливал и уходил в себя, точнее, в свой «айпад». А народ быстро скатывался от споров к крикам, начинался балаган, от которого, на мой взгляд, никакого проку. Я обращался: «Костя, ты здесь заглавный, ты должен вести дискуссию, иначе будет базар!» На что он отвечал: «А по-моему народ и так не молчит». То есть ему сам факт активного обсуждения был важнее того, чтобы до чего-нибудь договорились. Главное, что вызов брошен, люди возбудились. И вот сейчас мне кажется, что всей своей деятельностью он сделал ровно то же самое – завёл дискуссию, а сам вновь по своему обыкновению отстранился. И мне опять очень хочется призвать его не оставлять всё на самотёк.   Когда в середине нулевых я стал с ним общаться, испытывал большое чувство радости, что наконец-то нашёл, с кем можно поговорить на волновавшие меня темы, и кто может адекватно воспринимать и обсуждать мои тексты. Кажется, тогда впервые в постсоветской России стал формироваться круг «сознательных русских» людей, чьи взгляды были уже очень непохожи на ту среду, которую сам Крылов называл «старопатриотами». И этот круг сейчас понёс огромную потерю. Однако он её переживёт, сохранится и будет вновь расширяться – и во всём этом опять же будет заслуга Крылова.   Когда яркий человек уходит, он приобретает новое значение – из него начинают делать символ, культурного героя. И в данном случае наверняка произойдёт то же самое. Тем более что у русского движения сейчас нет современного мыслителя, который был бы его общезначимым авторитетом, таким вот идейным символом. Им станет Крылов, и это правильно. К его работам будут вновь и вновь обращаться, и, уверен, их актуальность будет только возрастать.   У него как у любого активно пишущего человека осталось много ненапечатанных текстов, в основном в той или иной степени не дописанных. Так или иначе их надо будет публиковать. Когда мы в этом году маленькой компанией праздновали Русский Новый год, Константин сказал, что собирается прислать мне свой новый текст, над которым тогда работал – он иногда собирал мнения коллег перед тем, как что-то опубликовать. Вот только я забыл, что именно – пропустил мимо ушей, ведь «когда пришлёт – тогда и посмотрю». Но прислать его он так и не успел. Теперь каждую новую его публикацию я буду читать с мыслью, не о ней ли он хотел услышать моё мнение. И – что бы я ему об этом сказал, о чём бы мы поспорили, в чём бы опять согласились.   Но ведь такой внутренний диалог вели с ним очень многие люди – в основном лично не знакомые, но уже привыкшие к такой внутренней беседе с неизменно пробуждающим сильное отношение мыслителем. И, уверен, эти беседы не прекратятся. Разговор никто не прерывал.   https://www.apn.ru/index.php?newsid=38270 Умер Константин Анатольевич Крылов, наш дорогой Костя. При его жизни мы с ним называли друга друга по имени-отчеству. Но ныне я впервые называю его так, как звал для себя, в душе. Публикации Wed, 13 May 2020 07:55:47 +0300   Умер Константин Анатольевич Крылов, наш дорогой Костя. При его жизни мы с ним называли друга друга по имени-отчеству, как принято у русских людей. Но ныне я впервые называю его так, как звал для себя, в душе.   Для меня это очень большая личная потеря, ведь он был из числа редких, штучных, незаменимых людей, какими так небогато, увы, украшена сегодня Русская земля. Я сердечно любил его, несмотря на разницу в годах и политических мнениях, ведь зато во взглядах на жизнь, литературу и искусство мы были чрезвычайно близки даже в мелочах. Понимали друг друга с полуслова, с полуцитаты (он, как мало кто, знал русскую поэзию, особенно Серебряного века), наслаждались беседой и обществом друг друга. Воспоминания о прекрасных часах многих дружеских пиров, насыщенных не только вкусными закусками и напитками, но и умными, высоко содержательными разговорами, поэзией, музыкой, добрыми словами и чувствами, пиров, в которых К.А. не раз бывал центром внимания, – из числа самых дорогих за последние 15 лет. Как мы теперь будем без него?   В политике он оставил по себе заметный след, и без него сообщество русских националистов потускнеет. Одаренный организатор, без которого не сложился бы целый ряд важнейших элементов русского общественного бытия, Крылов не щадя сил брался за многое, начиная от таких медиаресурсов, как умный и интересный сайт АПН и самый на сегодня интеллектуальный журнал «Вопросы национализма», и заканчивая правозащитной организацией РОД и собственной политической партией НДП. Трудно даже исчислить все инициативы и процессы, которые в свое время держались на этом деятельном и продвинутом человеке, умеющем находить общий язык с самыми разными людьми, когда того требовала польза дела.   Получивший великолепное образование на факультете кибернетики МИФИ, а затем на философском факультете МГУ, талантливый поэт и писатель, весьма заметный в кругах постмодернистской литературы, Крылов обладал редкой способностью импровизировать практически на любую тему, имеющую общественное значение. Огромная эрудиция, блестящая память, острый, склонный к парадоксам ум, свободное владение русским языком в его самых изысканных свойствах, современный стиль мышления позволяли ему интересно говорить и писать, даже когда тема дискурса была далека от его профессиональных познаний. «Ты не горяч и не холоден, теплохладен еси» – это явно сказано не о нем: он был именно горяч, когда дело касалось его заветных идей и идеалов, в ожесточенном споре мог отбросить фальшивую политкорректность и высказать до конца и нелицеприятно все, что думал – драгоценное по нашим кислым временам и душам свойство. (Но поскольку я и сам такой, мы избегали острых углов в наших дискуссиях, дорожа друг другом как личностями и ставя дружбу выше политических разногласий.)   У Константина было замечательное и ценное для интеллектуала свойство: если что-то его всерьез интересовало, он начинал копать литературу и шел до предела, изучая вопрос дотошно во всех подробностях. Таким он был во всем: в познании жизни в самых разных ее аспектах, в религии, в литературных пристрастиях. Он не играл в эрудита, как это свойственно многим поверхностным людям, он был им в реальности. Какой занимательностью и познавательностью всегда были отмечены беседы с ним! И с какой лихостью он умело расправлялся с застарелыми предрассудками, с косными представлениями заурядного большинства!   Известие о том, что К.А. ушел в иной мир, больно отозвалось в моей душе, я знаю, что никогда не смогу смириться с такой потерей. Тем более, что в мои годы находить и заводить новых друзей – ох, как нелегко. «Дружите с теми, кто моложе вас, А то устанет сердце от потерь», – сказал один поэт. Но Константин Крылов опрокинул и эту расхожую истину…   https://www.apn.ru/index.php?newsid=38226 Пока у власти Путин, наш основной закон – это Путин, и при чём тут вообще Конституция? Публикации Wed, 11 Mar 2020 23:49:41 +0300 С самого начала внезапной конституционной лихорадки, то есть с 15 января сего года, все заинтересованные наблюдатели, от статусных аналитиков до последнего пикейного жилета и от заядлых оппозиционеров до твердокаменных турболоялистов, в один голос твердили, что речь идёт не столько об исправлении неких кричащих, нетерпимых далее недостатков Конституции – документа, который за ненадобностью мало кто открывал, - сколько о так называемом «трансфере». Под «трансфером», напомню, у нас понимается такая как бы передача власти, при которой Путин как бы перестаёт быть президентом, но вместе с тем остается главным лицом в стране за счет какого-то хитрого механизма.   Вот о механизме люди и спорили. «Путин возглавит Госсовет и будет править оттуда!» – заявляли одни. «Нет, Путин возглавит Совбез!» - возражали другие. «Нет, Путин сразу возглавит и «Единую Россию», и Госдуму, и Конституционный суд!» - примерно так считали наиболее оригинальные мыслители. Но постепенно эти варианты, один за другим, блёкли, отпадали, развеивались.  Сам Путин произносил разные слова про сменяемость, про недопустимость двух центров власти. Становилось даже как-то интересно: а где же всё-таки наколка? Или в нас говорит застарелая подозрительность, а наше честное начальство в самом деле решило всего-навсего улучшить Основной закон?   Но нет, явилась престарелая космодесантница Валентина Терешкова и всё исправила. «Пришёл Эйнштейн, и стало всё как раньше». Отгадка оказалась до обидного простой, как удар лома: обнуление сроков. Сменяемость власти – это вещь важная, нужная, но как-нибудь потом. С другими президентами будете экспериментировать, если доживёте. А Путин будет избираться столько, сколько будет жив. Получается, он еще и не избирался президентом, пребывая как политик во внутриутробном состоянии. Сейчас у него нулевой президентский срок, а до этого был минус первый, а еще раньше минус второй и минус третий.   А мы-то, дурни, обсуждали: надо или не надо вносить Бога в конституцию? А точно ли брак – это союз мужчины и женщины? А как правильнее сказать: «русские» или «государствообразующий народ»? А это всё шелуха, обёртка. Главный наш подарочек – это Путин. Путин, завёрнутый в мятого и немного отсыревшего Бога.    Конечно, и сейчас находятся люди, которые триумфально трубят о небывало успешной спецоперации, осуществленной под прикрытием конституционного балабольства, коронавирусной пандемии и биржевого краха, устроенного верным Сечиным аккурат на ход ноги Терешковой. Путин опять всех переиграл, Путин не допустил внутриэлитной смуты, пришёл лесник и всех разогнал, либеральный реванш не прошёл, Крым спасён, Донбасс спасён, Асад спасён и так далее.   Проблема в том, что таких людей опять стало значительно меньше. 10 марта 2020 года от айсберга «путинского большинства» отломился приличный кусок. Этот день в истории стоит в одном ряду с 24 сентября 2011 года, когда Путин объявил о своём решении вернуться на президентский пост.  Тот день породил Болотную. Что будет теперь – поглядим и очень скоро узнаем.   Что фактически сказал нам Путин – сперва устами Терешковой, а потом и самолично с думской трибуны?   Прежде всего, он поставил в неудобное положение ту Конституцию, об улучшении которой он якобы усердно пёкся целых 55 дней.  Фактически он публично подтвердил, что Основной закон страны – никакой не закон, а всего лишь средство для достижения личных и узкогрупповых целей, лишь часть спецоперации. О каком верховенстве закона в стране можно говорить, если первое лицо так обращается с Конституцией?   Поправка Терешковой полностью меняет наш взгляд на эту Конституцию. Если прежде можно было воображать, что под руководством Путина пишется Конституция для послепутинской эпохи, и сама по себе эта задача была интересной, пробуждала в людях какое-то любопытство к участию в государственной жизни, то теперь всякий интерес к этой Конституции будет утрачен, поскольку понятно, что Путина этот документ не переживёт и после Путина, то есть после 2030 или 2036 года, Основной закон будет неминуемо переписан заново. Ибо, пока у власти Путин, наш основной закон – это Путин, и при чём тут вообще Конституция?   Кроме того, оговорив себе право избираться на новый срок, Путин фактически намекнул,  что вся воспитанная им за двадцать лет элита состоит из предателей, подонков и (или) недоумков – страну оставить не на кого! Допустим, неправы те, кто говорит, что нам нужен новый президент с новым курсом. Знаем мы ваши новые курсы, проплаченные Госдепом. Но, оказывается, нового президента со старым курсом тоже найти невозможно. Мексика с этим справляется, а Россия – нет.   Это при том, что у нас есть великие кузницы кадров – «Единая Россия» и Объединенный народный фронт, были «прокремлёвские молодёжки», теперь есть «Лидеры России». Все эти структуры, казалось бы, только тем и занимались, что выращивали «такого как Путин». И вот – нулевой результат.   Мне не кажется, что Путин «цепляется за власть», боясь потерять выгоды, связанные с властью. Я даже не думаю, что он боится после отставки оказаться в тюрьме. Возможно, он любит красивую арифметику и хочет править чуть дольше Сталина (хотя почему – не Петра Великого?). Но ещё более вероятно, на мой взгляд, что он хочет уйти триумфатором, а результаты его деятельности всё меньше и меньше похожи на триумф. И вот он думает: ну, до 2024 года уже никакого реального успеха не добиться, а вот до 2030 года, может быть, и получится настоящий прорыв.   Впрочем, чтобы понять истинные расчеты этого человека, нужно самому провести какой-то срок у власти, так что не будем додумывать. Куда проще понять, что должны чувствовать рядовые граждане перед перспективой заморозки исторического времени ещё на 6-12 лет. В обществе всегда есть люди, желающие перемен ради перемен. Но одно дело, когда эту категорию составляют юнцы, не заставшие перемен, скажем, десятилетней давности, плодами которых наслаждаются их старшие братья, и совсем другое дело – наша нынешняя ситуация, ведь к 2024 году «партия перемен» будет включать в себя большинство граждан от сорока лет и младше. Это может разорвать страну и похоронить все результаты «стабильности», которая, впрочем, давно уже нестабильна.   По-настоящему успешными для Путина (и для нас под его руководством) были первые два президентских срока (по новому счету – минус третий и минус второй). Но уже начиная с конца 2008 года страна вступила в эпоху шестилетних экономических циклов. Каждый такой цикл начинается с падения цен на нефть. Затем следуют проедание накопленных резервов, постепенная стабилизация, накопление новых резервов, составление прожектов по радикальному преображению страны (нанотехнологии, майские указы, нацпроекты и т.п.), затем вновь рушится нефть и деньги вместо развития опять пускаются на проедание. Во смотрите: 2008 – 2014 – 2020. Теперь проедать будем до 2022 года, строить грандиозные планы начнём ближе к президентским выборам, в 2023 году, а в 2026 году (или, если точнее, к концу 2025 года) нас ждёт очередной биржевой бадабум.   Собственно, это и есть политика Путина. Никакой другой политики он нам не показал и в новом цикле опять не покажет. Точно так же мы видели всё, на что он способен, и в деле «евразийской интеграции». «Крупнейшая геополитическая катастрофа двадцатого века» - это же он сказал про развал Советского Союза. А наш разрыв с Украиной – это геополитическая катастрофа двадцать первого века. И на горизонте уже виден точно такой же разрыв с Белоруссией. Тут Путин тоже показал всё, на что он способен: за Крым спасибо, но как же быть со всем остальным?   По сути, единственный подвиг, которого ещё ждали от Путина – это передать власть преемнику с помощью чего-то хотя бы внешне похожего на свободные выборы. Увы, факир был трезв как стёклышко, но фокус не удался. https://www.apn.ru/index.php?newsid=38150 Именно в Рождество дончане много говорят о войне. Говорят и каждый раз извиняются. Публикации Sun, 12 Jan 2020 22:33:41 +0300 Оказаться в Донецке под Новый год мне хотелось давно. Любой праздник — это своего рода позитивный эксцесс, выход за рамки обыденности, перехлест; в ситуации, когда в повседневную жизнь людей с трагической регулярностью вторгается экстрим совершенно другого рода и праздник, видимо, будет другим.   При этом, в отличие от Дня Победы (или важных для региона Первомая и Дня Республики, о которых я писала в свое время), Новый год и Рождество — истории частные, дружеско-семейные и проявляющие в людях традиции и чувства именно личные, именно домашние.   В зимние праздники рубежа года мы так или иначе подводим итог его трудам, являя их плоды на праздничном столе, и делим эти плоды с теми кто дорог, кто трудился рядом или придавал этим трудам особое значение одним своим существованием.   Настроение города в канун новогодья — приподнято-деловитое.   Народ тащит с базаров сосны — ёлки здесь экзотика. В супермаркетах очереди на кассу. Озорной таксист, что везет меня по адресу, при виде вооруженных военных подмигивает в стекло заднего вида и напевает: и автоматчики, и пулеметчики!… Это, пожалуй, единственное за весь день напоминание о продолжающемся позиционном противостоянии; в остальном ощущение что люди, как в той притче, зареклись думать о войне — как о белой обезьяне. И, на удивление, это у них получается.   Созваниваюсь с местными друзьями и получаю несколько приглашений в гости. Комендантский час на праздники отменен, поэтому есть шанс успеть всюду — и к друзьям в центр, и к друзьям на окраину, и на площадь Ленина, где запланированы гуляния.   В первом доме я первый гость; впрочем, сразу вслед за мною приходит зрелая пара. Начинается заполнение новогоднего стола. Хозяин — блюзмен, бизнесмен и общественный деятель Геннадий, в свое время участник боевых действий, — подвозил продукты, эвакуировал детей, был ранен осколком на Саур-Могиле. Сейчас наготовил еды на целый голодный взвод. «Была семья — всегда так готовил, теперь семьи нет, а привычка осталась», — комментирует не так давно разведенный Гена.   Гости — все кроме меня — тоже принесли с собой домашние заготовки. На столе — полный мультикультурализм: оливье, холодец, «синенькие», форшмак, свиная рулька, курица карри. Садимся провожать старый год.   Хозяин немного не в форме после вчерашнего корпоратива, и тон задает Люба — веселая, обаятельная женщина, экономист по профессии. Военной темы здесь не избегают, но и не муссируют; видно, что по этому вопросу меж друзьями уже давно достигнут некий консенсус, и обсуждать особо нечего. Для оживления беседы Люба рассказывает украинский анекдот про поселянина, который все зазывает и зазывает к себе кума, а у самого на дворе злая собака. Гена и спутник Любови, Дмитрий, то и дело поправляют ее: мол, говоришь не на мове, а на суржике. Наконец Люба всплескивает руками, скорее изображая возмущение, нежели возмущаясь. Дима усмехается: во, дожили, действительно! Два еврея учат хохлушку размовлять.   - Мои родители приехали в Донецк после войны из Винницкой области, — рассказывает Любовь. — Отец устроился на шахту, их поселили в общежитие, но прожили они там меньше года, вскоре получили ключи от двухкомнатной крупногабаритной квартиры, «сталинки», как теперь называют. В доме были все молодые семьи, ровесники, все шахтеры. Праздники справляли во дворе: выносили столы, скамейки уже были вкопаны. Готовили шашлыки, мы, дети, показывали домашний театр… Жизнь была, как я теперь понимаю, вполне обеспечена. Донецк в советское время и работал, и жил хорошо.   Хозяин дома Геннадий — коренной дончанин, из еврейской купеческой семьи дореволюционных времен. В прошлый приезд он показывал мне дом, принадлежавший его прадеду купцу Горелику, ныне памятник архитектуры «старой Юзовки» — по имени основателя Донецка, предпринимателя Джона Хьюза, а также черту оседлости, которая проходила по Кальмиусу — за ним, в нынешнем Калининском районе, начиналась территория Войска Донского. Незадолго до одиннадцати я спохватываюсь вызвать такси — не за черту оседлости, но, как говорили в моем детстве, «за линию». Теперь линия ж/д путей отделяет спокойные районы города, куда украинские подарки не долетают аж с 2015-го, от тех, куда еще долететь может. Такси приезжает на удивление оперативно. В городе, где банковская система до сих пор, по большому счету, недоступна, есть, тем не менее, несколько сервисов такси с мобильными приложениями. Для приехавшего с большой земли тут главное вовремя вспомнить, что платить придется наличными и не выскочить из машины в расчете на списание с карты: могут понять неправильно.   В поселке за ж/д вокзалом нет иллюминаций и праздничной подсветки; у хозяев вид, будто их разбудили.   — Мы прилегли вечером, вчера был тяжелый день на работе, да и год такой, выматывающий. — говорит мне Ева, которая служит в ДНР по социалке. Ева не говорит — был очередной выматывающий год. Понятно и так.   Тем не менее, и здесь полный стол безо всякого столичного эстетства: салаты, соленья, гусь. Ближе к полуночи включается телевизор, смотрим обращение Владимира Владимировича. Хозяева внимательно слушают российского президента, будто ждут что он скажет что-нибудь и для них. Путин желает всем гражданам России семейного уюта и счастья в новом году. Дончане кивают. Бьют Кремлевские куранты. Играет гимн. Хозяева — Ева и Денис, подпевают, но как-то без огонька. Из-за окон слышатся звуки салюта. Подходим к окну. В темноте над окраиной Донецка хорошо видны соцветия праздничных залпов в центре города. — О, а вот сигнальная ракета… поплыла, — говорит Денис. Ракета — ближе, чем салют — медленно спускается по дуге. Затем раздаются звуки стрелкового оружия.   — Это в честь праздника палят или перестрелка? — спрашиваю я.   — А черт его знает. Скорее и то, и это. Салют и перестрелка вперемешку.   Взмывает еще одна «сигналка»; Денис задергивает шторы, мы возвращаемся к столу.   Теперь по плану поездка к ёлке на главной площади города, но тут Еве звонит мама, которая живет в общежитии после того, как они потеряли семейный дом в пригороде Донецка, занятом украинскими войсками. Ева поздравляет маму с Новым годом, завершив звонок, говорит мне: — В центр не поедем, в общежитии отключили лифт, маме не спуститься, четырнадцатый этаж…   — Как это?… — недоумеваю я.   — А вот так. Им отключают лифт по графику, который вывешивают незадолго до. А там беженцы, много пожилых и пострадавших… Не спуститься, не подняться. Не знаю, что это вообще такое, кто принимает подобные решения.   — Ешь гуся, — Денис пытается разрядить обстановку. — Гусь наш, сами вырастили. Или вот холодца наверни, свинка домашняя, соседи закололи под Новый год…   — Скажи, а почему вы не возьмете маму к себе? — не унимаюсь я.   — Мама была на яме у украинцев, ей лицевые кости разбивали прикладом — нос, скулы, наручники вросли в ткани, она прикована была к трубе сколько не знаю дней… С тех пор как видит парней в форме, неважно чьих, ее трясет просто инстинктивно, до истерики. А у нас тут хлопцы военные то и дело.   За окнами слышен сильный глухой звук.   — О, что-то крупное упало, — комментирует Денис, который сам недавно был «парнем в форме». — На Вольво-центре.   — Давай о хорошем! — командует Ева. — У меня теперь тоже российский паспорт. Хочешь, покажу?…   Мы некоторое время обсуждаем, как Ева вышла на фотографии. Затем она рассказывает, как ездила получать паспорт в близлежащий российский пункт.   — Мне очень понравилось! Во-первых, там не было никаких обычных душных теток среди российских служащих, только подтянутые такие мужчины в костюмах или в форме. У меня была ОРВИ, температура дикая, но день уже назначен, надо. Я подъехала, говорю нашим, которые в очереди: извиняйте, придется меня пропустить, а то если я тут буду стоять, то скоро попросту лягу. Все поняли, посмеялись, вошли в положение. Захожу, и тут ко мне кидается какой-то хлопец: о, я помню тебя по Дебальцево! Там русские эти мужчины в костюмах: вы были в Дебальцеве? С таким уважением на меня смотрели, чуть не хлопали, как в американских фильмах бывает. Потом мы зашли на получение и там принесли Присягу гражданина России. Меня эта процедура очень тронула, читала текст с выражением, как на детском утреннике…   Ева смеется, и одновременно начинает хлюпать носом. Я вспоминаю свое получение паспорта — никакой Присяги там не было: получите, распишитесь, все.   Мне даже становится немного завидно, хотя завидовать тут, собственно, нечему, кроме очень запоздалого и очень пока небольшого торжества справедливости. Цена которому — страдания, лишения, оставленный дом и тяжелый труд в новом, уже не своем доме, благодаря которому у Евы и Дениса есть салат оливье, холодец и гусь, и всем этим они радостно делятся еще и со мною. А мама Евы получит подарки только назавтра, когда заработает лифт.   Вернувшись первого января в пустую съемную квартиру, я смотрю ролик президента Украины, которым уже шумно восторгаются в рунете. Владимир Зеленский говорит о том, что все украинцы разные, некоторые даже говорят по-русски, и все-таки они вместе. Ролик сделан модно, молодежно, с упором на южную сентиментальность. Наверное, он мог бы тронуть Еву. Если бы она не видела раны от наручников на запястьях матери. И если бы от имени, более того — именем нынешнего государства Украина не творились подобные злодеяния, которые теперь украинский президент предлагает считать несущественными культурными различиями, вроде как — «но почему аборигены съели Кука? За что — неясно, молчит наука».   По ощущению, дончане ничего больше так не хотели бы, как забыть об этой войне хотя бы за новогодним столом. Но какие-то вещи невозможно ни забыть, ни простить при всем желании, пока творившие их считаются «захисниками Вiтчизни», а их жертвы, в лучшем случае — этническим и/или культурным меньшинством, представителям которого, так уж и быть, позволено ходить на работу по проспекту Ватутина, а не Шухевича.   Так или иначе, желая того или нет, президент Украины поставил важный вопрос: как теперь жить соседям, один из которых пришел к другому, порушил хату, побил жинку и детей, уничтожил скотину, а теперь говорит — пожалуй-ка ко мне на самогон, а из-за забора при этом огрызается злобный пес? Украинский анекдот на это отвечает буддийским — отож!   У дончан ответа на подобное пока нет.   Еще один момент омрачил в Донецке новогодние каникулы; на этот раз это было обстоятельство внутреннего характера. Уже в новогоднюю ночь в соцсетях появились сообщения, что одновременно с отменой комендантского часа начались вечерние задержания машин с украинскими номерами и граждан без документов или с паспортами Украины. Машины препровождали на штрафстоянки, пешеходов доставляли в участки и там опрашивали, снимали отпечатки пальцев и даже копировали контакты из адресной книги мобильных устройств.   Позднее эти сообщения подтвердились. Действия МВД ДНР получили различные толкования: от превентивных антитеррористических мер в период отмены комендантского часа до попытки искусственно увеличить число мелких правонарушений в этот период — с тем, чтобы затем иметь повод режим комендантского часа не отменять. На практике, если постоянная или временная регистрация автотранспорта на территории ДНР уже давно является обязательной, то запрета жить по паспорту Украины на территории Республики де-факто не существует. Более того — с момента принятия президентом России закона о упрощенном получении гражданства России для жителей Донбасса, имеющих паспорта ДНР, это самое получение не имеет даже смысла особо стимулировать: очередь на паспорт ДНР теперь стоит чуть не до лета. Что касается копирования контактов из телефонов, то представители властей ссылаются на подобную же практику украинцев при пересечении границы ДНР/Украина. Но тогда непонятно, в чем была необходимость вводить ее именно в новогодние каникулы на улицах Донецка.   Тем не менее, на Рождество мы собираемся у меня примерно той же компанией. Накануне я работала допоздна и не успела на Рождественский сочельник в Преображенский собор; храм полон и на следующий день: народ подходит семьями, торжественно крестится уже у ворот и следует в церковь.   Вечером приходят друзья. Первым — Гена, с которым мы двигаем стол и шкафчик, а также опрокидываем мою ёлку. То есть сосну. Затем Гена проявляет удивительный талант при готовке ленинградского специалитета — бутербродов с килькой. Таким образом, к приходу Евы, Дениса и Ольги — доцента Донецкого университета, переводчицы с английского на украинский — у нас готовы бутерброды с килькой, салом, тресковой икрой, а духовке стоит огромная домашняя курица.   Ева заходит с баночкой рождественской кутьи и со свечкой из храма. Еще они с Денисом принесли бутылку местного игристого вина: это подарок мамы, которую они поздравляли до нас. По здешней традиции, родители здесь дарят детям подарки именно на Рождество, даже если дети уже взрослые. Ева твердо заявляет, что перед основной трапезой все должны съесть по три ложки кутьи, причем первой — хозяйка. Также Ева зажигает свечку из церкви и ставит ее на стол. Съев кутью, нужно передать ее следующему участнику застолья и обязательно поцеловаться троекратно. Все принимают участие, крещеным оказывается даже Гена, который в свое время пять лет прожил в Израиле — но не прижился и вернулся на родину, в Донецк.   Как ни странно, именно в Рождество дончане много говорят о войне. Говорят и каждый раз извиняются — вот еще это расскажу, и не буду больше омрачать праздник.   Я бы не сказала, что эти рассказы омрачают, хоть они и не для слабонервных. Просто после каждой истории, помимо боли, появляется новое измерение человеческой жизни. Про парня, у которого не было ступни и он служил санитаром в интернате для детей с нарушениями слуха и речи, и которому при эвакуации из Славянска шальной очередью бойца украинского добробата, хлестнувшей по автобусу с детьми, разнесло голову. Про пожилую нянечку, которую вся семья умоляла не ехать с детьми, но она поехала, и ее тоже убило. Про семьдесят личных машин с гуманитаркой, собранной жителями Донецка безо всяких указаний свыше, которые пропали на дороге на Славянск летом 14-го вместе с грузом и людьми.   Это совсем не похоже на святочные рассказы, и в то же время в них есть что-то от чуда — чуда возвышения людей над личными интересами и готовности в прямом смысле отдать жизнь за други своя.   Мне хочется тоже чем-то поделиться с этими людьми, кроме несчастной курицы, которая никак не дойдет в духовке. Я ставлю им ленинградскую «Волховскую застольную»; и, кажется, никогда на моей памяти у стихов Павла Шубина (музыка Исаака Любана) не было столь внимательных слушателей.   После того, как Денис берет шефство над курицей и она наконец появляется на столе мы какое-то время говорим о ерунде — вроде секретов приготовления «синеньких», лошади каких пород прыгают лучше и какие фильмы сейчас идут в кинотеатре «Звездочка». Затем мы поем «Темную ночь», поем «Нiчь яка мiсячна», а доцент Ольга поет колядку на украинском, в ней есть такие слова: «Темненькая нічка тьмою світ закрила,/ Тьмою світ закрила. А Пречиста Діва по світу ходила, Прийшла до багача, /на ніч ся просила: — Пане господарю, переночуй мене, Бо темная нічка / находить на мене. А той пан господар не хтів ночувати, Сказав своїм слугам / собаками гнати. А тії собаки як ся налякали — Перед Матір Божов / на колінця впали…» И все за столом слушают, и все подпевают. И те, рядом с кем парню-санитару оторвало голову украинской пулей, и те, чьей матери ломали лицо прикладом, и даже те, кто вообще не может до сих пор говорить о том, что с ним в последние шесть лет произошло.   Похоже, парадокс ситуации в том, что президент Зеленский на седьмой год войны пытается втолковать народу Украины те элементарные вещи, за которые когда-то встали люди Донбасса. Те самые «европейские» — или христианские — ценности уважения и даже восхищения культурой соседа, которые у дончан естественны, как дыхание. За которые так называемые «вооруженные формирования государства Украина» убили сотни, если не тысячи людей на земле, где я сейчас нахожусь.   Христос на земли — возноситеся! Донецк, Рождество. 2020. https://www.apn.ru/index.php?newsid=38111 Преследует ли украинский олигарх украинские интересы? Непохоже что-то. Публикации Sun, 01 Dec 2019 18:33:47 +0300 Начнём с цитаты.   Украине пора забыть о Западе и вновь повернуться в сторону России. Люди хотят мира, а вы, — это было обращение к Америке, — принуждаете нас к войне и даже не даете нам на нее денег. Мы возьмем у русских 100 миллиардов долларов. Я думаю, сегодня они были бы только рады нам их выделить.   Так говорил Игорь Коломойский в интервью «Нью-Йорк Таймс» от 13 ноября.   Интересы личные и государственные   Многочисленные комментаторы обычно задавались вопросами, а почему и насколько всерьез все это сказано - особенно после того что было 2014-м году, когда Коломойский называл Путина «шизофреником, который может привести мир к катастрофе» и создавал добровольческие батальоны.    Основных версий было две. Так, Петр Акопов во «Взгляде» пишет, что Коломойский   ...хочет, чтобы они понимали, что на Украине давно раскусили их «хитрый план» (как можно дольше использовать Украину для сдерживания России бесплатно, чтобы потом не было обидно, когда придется ее «слить») и не собираются вечно быть пешкой в чужой игре.   Но куда больше говорилось, что Коломойский просто намерен пошантажировать Запад, чтобы тот расщедрился на деньги и прекратил ставить Киеву условия. Такую версию разделяет и набравший популярность в последние месяцы на Украине канал «Легитимный», который умно пиарит Зеленского и не критикует Игоря Валерьевича:   Игорь Коломойский должен сыграть роль для «Запада» плохого полицейского, а Зеленский на его фоне должен стать «хорошим полицейским». ИВК будет озвучивать все те токсичные месседжи, которые должны подталкивать Запад идти на компромиссы в переговорах с Украиной. Порой Западу надо напоминать, что Украина сдерживает «русский мир», а это стоит больших денег, за это надо платить – это президент сказать не может, особенно в той форме, как это ультимативно сделал ИВК. Для этого и нужен «плохой» олигарх.   В обеих версиях, однако, фундаментальный недостаток. Из них следует что Коломойский преследует украинские интересы, так как он их понимает. При этом вторая предполагает, что он ради этих интересов даже имиджем своим жертвует, приобретая пророссийскую репутацию, токсичную для Запада, который игры в двух полицейских не поймет.   Но Коломойский не раз доказывал, что думает, прежде всего, о собственных интересах. Поэтому любопытно взглянуть на эволюцию его отношения к России. Не за всё постмайданное время, а лишь за четыре с небольшим последних месяца.   Три непохожих интервью   Вернувшись после победы Зеленского в Украину, Коломойский стал невиданно публичным. Даже во время его губернаторства такого не было. Летом он дал три больших интервью. Ближе всего к сказанному для «Нью-Йорк Таймс» первое - журналу «Новое время» (опубликовано 4-5 июля). Там он называет войну в Донбассе внутренним конфликтом, не критикует Россию и призывает выполнять Минские соглашения.   А 6 августа появляется интервью РБК и там уже Коломойский говорит о российском вмешательстве в Донбассе и требует изменить Минские соглашения в ключевом пункте:   убрать изменение Конституции, заменить пятилетним переходным периодом особого статуса Донбасса.   И даже транзитных доходов от России ему не нужно:   Нам до задницы ваш газ. Вы нанесли нам уже столько вреда и ущерба, что еще на 3 млрд вреда — надо сжать зубы и пережить. Я считаю, что трубу вообще можно было бы закрыть и забыть.   А в интервью изданию «Цензор» (публикации 27 и 30 августа), Коломойский развивает идеи предыдущего. Он призывает включить Крым в Минские соглашения, а если Россия не уступит в Донбассе   начать экономическую войну, поднять вопрос, как металл, производимый на Донбассе, продается на экспорт, как Россия участвует в подделке сертификатов.   Тогда как   Америка -- это светоч демократии, это опора мира.   В госдепе видят желтые флажки   То есть: прежде чем, в ноябре возжелать обниматься с Россией, Коломойский за два с лишним месяца проделал явную антироссийскую эволюцию. Поэтому его заявления «Нью-Йорк Таймс» логично считать следствием того, что происходило с ним осенью.   А происходило следующее.   13-15 сентября в Киеве состоялся очередная конференция так называемой Ялтинской европейской стратегии (сокращенно YES), ежегодный международный форум, который с 2004 устраивает самый евроинтегрированный украинский олигарх Виктор Пинчук. Именно юристы Пинчука в ходе его тяжбы с Коломойским, длившейся в Лондоне в 2013-2016, вбросили в западные СМИ информацию о причастности Игоря Валерьевича к заказным убийствам на родине. Но итогом лондонского процесса стало мировое соглашение, и сейчас Коломойский пришел на YES, фотографировался с Пинчуком и говорил, что у них вечный мир.   Но не всем этот приход понравился.   14 сентября известный британский эксперт украинского происхождения Тарас Кузьо записал в «Твиттере»:   Американский посол (на самом деле поверенный в делах – Б.Г.) Тейлор сбежал с устроенного Пинчуком в рамках YES ланча сразу после того, как туда пришел Коломойский.   Правда, нигде больше о подобном демарше Тейлора не приходилось читать. Видимо всё же приход Коломойского на ланч стал для прочих гостей не таким шоком, как приход толстовской Анны Карениной в оперу. Но вряд ли Кузьо это всё придумал. Отношение Соединенных Штатов к Коломойскому стало очевидным по публикации показаний американских госчиновников в рамках расследования по делу об импичменте Дональда Трампа.   Да и без этих свидетельств было ясно, что американский истеблишмент беспокоится по поводу возможного влияния Коломойского на Зеленского и опасается возврата олигарху национализированного в конце 2016 Приватбанка как доказательства этого влияния. Однако с этой публикацией стали понятны уровень этого беспокойства, мнение американцев о динамике влияния Коломойского и предлагаемые меры противодействия.   Так, специальный советник по Украине Госдепа и Совета нацбезопасности Кэтрин Крофт сказала:   Я думаю, до середины сентября мы были твердо уверены в том что Зеленский искренне утверждает что предан борьбе с коррупцией и останется независимым от Коломойского. Но появление Коломойского на конференции YES в середине сентября, в сочетании с не столь сильными как хотелось бы сигналами относительно будущего Приватбанка, думаю стали желтыми флажками для всех, кто следит за политикой Украины.   Поверенный в делах Уильям Тейлор не упоминал о YES, но сказал:   Коломойский наращивает влияние. И в связи с этим я несколько раз очень ясно выражал озабоченность президенту Зеленскому и его команде.   А бывший спецпредставитель США Курт Волкер также говорил о росте влияние Коломойского который он видел например в произошедшей в сентябре оставке секретаря СНБО Александра Данилюка:   Коломойский вернулся на Украину, давал интервью СМИ, играл очень заметную публичную роль и вопрос Приватбанка, еще не решен окончательно. Также есть фотография встречи Коломойского с Зеленским в офисе Зеленского обнародованная президентской администрацией. Это прозрачно, но все равно плохой знак. Думаю, Данилюк ушел по всем этим причинам.   В другом месте Волкер говорит:   Коломойский становится все заметней на Украине. А у Зеленского ограниченное окно возможностей, чтобы взять в свои руки бразды правления, провести реальное законодательство, продвинуть фундаментальные реформы в различных сферах и победить коррупцию. Если он не сделает этого за первые 3-6 месяцев, то он, вероятно, потеряет парламентское большинство, после чего вряд ли сможет много сделать.   А в предоставленной конгрессу переписке Волкера в мессенджере есть датированное 4 июля сообщение о встрече с Зеленским, которое адресовалось тогдашнему заму главы АП, ныне министру иностранных дел Вадиму Пристайко и касалось подготовки встречи двух президентов. В частности Волкер писал:   Я хотел, чтобы он знал: мы поддерживаем заявленную им приверженность реформам, но на самом высоком уровне озабочены , чтобы он повел себя проактивно в отношении Коло<мойского> и реально осуществлял реформы, о которых он говорит. Я с глазу на глаз говорил с ним о Джулиани и его воздействии на Президента.   То есть доказательное отмежевание Зеленского от Коломойского стало предпосылкой встречи Трампа с президентом Украины.   Причем во всей массе показаний в рамках дела об импичменте, я не нашел свидетельств озабоченности Трампа каким-либо другим украинским деятелем. О Коломойском ему было кому говорить. Так, бывший специальный помощник президента и старший директор по России Совета национальной безопасности Фиона Хилл говорила, что она и другие, не названные ей аппаратчики советовали президенту не спешить со встречей с Зеленским, пока не прояснится состав правительства и степень влияния Коломойского.   (Окончание следует) https://www.apn.ru/index.php?newsid=37724 Ушёл из жизни Игорь Малашенко. Вспомним, кем он был и кем стал. Публикации Thu, 28 Feb 2019 06:02:56 +0300 В прекрасной испанской провинции Андалусии, в элитном посёлке Сотогранде, в ночь на 25 февраля покончил с жизнью российский бизнесмен, интеллектуал, управленец западного типа, создатель телеканала НТВ и супруг Божены Рынской, Игорь Малашенко.   В последние месяцы Малашенко попадал в новости исключительно как «муж Божены». Суть дела была в том, что прежняя супруга, Елена Пивоварова, пыталась вытащить из него через суд как можно больше денег, и в том преуспевала. На разделе имущества Игорь вроде как потерял состояние. Божена регулярно писала в соцсетях, как бывшая (она называла её «гангреной») обдирает Игоря. Дело дошло до того, что Малашенко вынудили – через суд - жить на 250 долларов в день. Не стоит язвить, для людей с положением Малашенко это действительно небольшие деньги. Но всё-таки полной нищетой назвать это нельзя, да и совсем уж нищим его назвать было затруднительно. Он обладал недвижимостью в США, Великобритании и Испании, а также несколькими квартирами в Москве и загородным домом в элитном подмосковном поселке Чигасово. Да и вообще: не такой это был человек, чтобы убиваться из-за денег.   Пишут также, что у него была клиническая депрессия. Это не когда у человека плохо на душе, а вот именно болезнь, с обратным захватом серотонина нейронами. Продолжительная клиническая депрессия вполне может привести к суициду. Правда, тогда непонятно, как это он разъезжал по миру, не думая о собственном состоянии, даже без лекарств. Если так – то, значит, не берёг он себя, нет.   Способ ухода – он повесился в собственной спальне – напоминает о других известных удавленниках. Например, о Борисе Березовском. Вероятно, пойдут слухи, что ему (как и Березовскому) помогли. Если даже и так, мы этого никогда не узнаем точно. Да и вообще: сейчас такое время, когда верить новостями всё сложнее. Если вдруг Малашенко кто-нибудь заметит на пляже в Малибу, многие не поверят, но никто не удивится. И не такое бывало. Однако с прежней жизнью-то он простился в любом случае. И, пожалуй, стоит вспомнить - кем он был, что он нам дал.   Игорь Малашенко родился в семье советской суперэлиты. Его отец – генерал-лейтенант,  заместитель начальника штаба Объединённых Вооружённых Сил государств - участников Варшавского договора, профессор, член-корреспондент Академии военных наук и вообще Большой Человек [1]. Он учился в хорошей школе, закончил философский факультет МГУ. Сам он впоследствии говорил, что оказался там «по глупости», что быстро и понял. Диссертацию он защищал уже не по позорному «марксизьму», а по Данте. Потом его взяли в сверхгиперпрестижный Институт США и Канады. Оттуда он вышел старшим референтом международного отдела ЦК КПСС. В 1982-1983 стажировался в Вашингтоне. По советским меркам это был уровень божества, за такое счастье любой советский карьерист был готов убивать – ну или лизать ноги начальства, лишь бы только хоть чуточку пожить в капиталистическом аду. Предупреждая дальнейшее: Игорь Малашенко туда не только попал, но, похоже, чему-то научился.   Горбачёвские перемены он воспринял правильно. Участвовал в работе «Группы нового политического мышления», а из неё пересел в кресло консультанта аппарата президента СССР. Говоря по-нашему, он возглавлял отделение пресс-службы Президента, работавшую с западной прессой. В конце октября 1991 года Егор Яковлев предложил Малашенко должность политического директора телекомпании «Останкино». Сам Малашенко в одном интервью назвал её «малопонятной». Он немного слукавил: должность была как раз очень даже понятная. «Политический директор» на советском языке – это идеологический смотрящий, осуществляющий цензуру и направляющий политическую линию. Должность требует специфических качеств, которыми покойный, видимо, обладал. Далее он стал гендиректором, а затем и. о. председателя телерадиокомпании «Останкино». И прокололся всего один раз: пропустил в эфир сюжет об осетино-ингушском конфликте. Игнуши наорали на россиянское начальство, оно уволило всех причастных. Егор Яковлев вылетел из кресла руководителя ВГТРК, на его место поставили Вячеслава Брагина. С Брагиным он работать не смог – тот был, по его словам, «чудовищным аппаратчиком». Поэтому Малашенко вместе с группой товарищей хлопнул дверью. А в июле 1993 года было зарегистрировано ТОО «НТВ». Это была первая в истории РФ частная телекомпания. Финансирование которой взяла на себя группа "Мост" Владимира Гусинского [2].   Сейчас, глядючи на физиономию этого самого Гусинского, недоумеваешь – что, вот этот самый человек потрясал устои и был некоронованным королём российских СМИ? «Да на нём же всё написано». Ну да, этот самый. Не боги горшки обжигают, а дурацкий российский горшок так и в вовсе.   Напомним факты. Гусинский по образованию был театральным режиссёром. Дипломный спектакль в ГИТИСе он ставил по мольеровскому «Тартюфу» (что, учитывая дальнейшее, более чем символично). В начале 1980-х в Москве заведовал художественно-постановочной частью Международного фестиваля молодёжи и студентов 1985 года, был главным режиссёром культурной программы для иностранных участников Игр доброй воли, и вообще «проводил всякие мероприятия». Это требовало специфического советского умения «договариваться», «входить в кабинеты» и так далее. То есть сочетания смекалки, наглости, умения кидать понты и выходить сухим из воды. Собственно, качеств «крупного авантюриста», как называли таких людей раньше. В приличном государстве людей с такими свойствами ловят и сажают. Но россиянский капитализм с самого начала задумывался как афера, мошенническое предприятие. Соответственно, именно такие люди оказались востребованы.   В 1986 г. Гусинский с товарищем создал кооператив под названием «Металл». Они занимались производством женских украшений, строительством металлических гаражей. Бранзулетками он занимался до 1988 года, когда он создал консультационно-информационный кооператив «Инфакс». Формально кооператив занимался «консультированим в сфере права и финансов», а на практике – сводил бизнесюков и начальство, за что имел свою дольку малую.   «Мост» был создан в 1988 как «совместное предприятие с американцами» (тогда это было в моде и давало некоторую защиту от наездов). Потом, благодаря дружбе с Лужковом и его шайкой, «Мост» раздулся, создал всякие там «Мост-банки», а в 1992 дорос до «холдинга АО группа «Мост». Занимались они скупкой лучшей московской недвижимости за копейки, на чём чудовищно раздобрели. Дружил Гусинский также с тогдашним министром финансов Фёдоровым (тот сделал банк Гусинского уполномоченным банком правительства РФ и агентом по продаже "золотых" сертификатов Минфина), получал какие-то немыслимые кридиты и вообще жил кучеряво.   При этом – что важно – Гусинский всегда всё про себя понимал, иллюзий не испытывал. Он знал, что он никакой не «бизнесмен», что он маравихер и торгует воздухом. Это его в дальнейшем очень выручало по жизни.   Идея создать систему СМИ, которые стали бы орудиями политического влияния, вряд ли пришла бы в голову Гусинскому самостоятельно. Это ему кто-то подсказал. В СМИ Гусь (как его к тому времени уже все звали) не разбирался, в том числе – в экономической стороне дела. То есть не знал, во что ему это обойдётся.   Сначала он завёл себе ручную газету «Сегодня», с Леонтьевым. И почти сразу замахнулся на телеканал.   Малашенко сосватал Гусинскому Киселёв. При первой встрече они смотрели друг на друга как существа с разных планет. Но довольно быстро сошлись – как люди одной крови.   Написав предыдущую фразу, я понял, что меня могут понять превратно. Хорошо, договорим до конца. Гусинский, пока жил в России, всячески выпячивал еврейское происхождение. возглавлял РЕК и вообще активно играл на этом поле. Но именно что играл. Ставил пьесу «страшный всемогущий еврей» с собой в главной роли. По сути, это была торговля своей кровью, то есть мошенничество. Евреев тут боятся и перед ними лебезят (по причинам, о которых говорить было бы долго), так что это работало.   Что касается идентичности Малашенко. Он был советский человек из номенклатуры, которому было дозволено считаться нерусским. Однажды он заявил под камеру: «Я не русский. По крови я украинец, а по самоощущению космополит». Понятно, что никаким «украинцем» он не был – просто демонстрировал, что он не русский, в смысле не жертва советской системы (русский в советской системе = жертва), а её выгодополучатель. Но отречение от своей крови – такое же мошенничество, как и торговля ею. Так что с Гусинским у них было нечто общее. А именно, самоощущение. Теперь, наконец, об НТВ, главном творении Малашенко.   Всю частную собственность в РФ тех лет создало государство, раздав правильным людям бывшую советскую собственность. НТВ исключением не было. НТВ начало вещание в августе 1993, сразу после путча, когда Ельцин уничтожил единственный демократический институт в РФ. После отработки и слаживания команды, 17 января 1994 года НТВ вышло в эфир на четвертом федеральном канале. Указ подписал лично Борис Николаевич Ельцин. Первое время НТВ вещало начиная с 18.00 (утро отдали «Российским университетам», были такие). После успешных выборов 1996 года Ельцин в благодарность отдал НТВ всю кнопку целиком. За услуги связи НТВ платило по госрасценкам (ни до, ни после такой халявы не было ни у кого). Под развитие НТВ Гусинский постоянно брал кредиты у государства и получал их. А чего вы хотели: всё, что умеет жулик – это брать в долг и не отдавать, на этом всё и строится. Гусинский всю жизнь этим и занимался: брал и не отдавал. И предпочитал иметь дело именно с государством – российским, конечно же.   Сейчас говорят, что НТВ было равно сумме фамилий «Добродеев – Киселёв – Арсеньев - Малашенко» плюс несколько теневых фигур (типа Шмуковича, который крутил-вертел денежки). Мы это отметим, но не станем развивать тему. Мы всё-таки о Малашенко.   Насколько слов о названии канала. Сейчас все повторяют, что НТВ «никак не расшифровывается», это великий Малашенко так пошутил – дескать, понимайте как хотите. Я предполагаю, что он имел в виду нечто вроде HTV, High TV. Не в смысле разрешения экрана, разумеется.   Кстати об этом. Сейчас Малашенко выставляют каким-то гением телевещания. Разумеется, никаким гением он не был, просто пожил в Америке и читал две-три базовые книжки на английском – как делать нормальное телевидение. Но на советских неизбалованных людей всё это производило огромное впечатление. Например, все до сих пор ахают: ах, Малашенко ввёл сетку передач. Ну то есть когда все знают, что после новостей в 21:00 идёт свежий импортный фильм до 22 с чем-то. Открытие-то какое! Или: Малашенко наладил систему продажи рекламы на НТВ. То есть сосредоточил это дело в собственных руках и поставил жёсткие цены. Для этого, конечно же, надо было быть сверхмыслителем, жан-жак-руссом и макиавеллием [3]! Ещё ему удавалось покупать у иностранцев хорошие импортные фильмы по умеренным ценам. Вероятно, он торговался – а все прочие вчерашние советские люди это делать стеснялись и у западников всё покупали втридорога. Хотя вообще-то западники считали (и справедливо считали) ельцинскую Россию нищей помойкой, и готовы были сбывать туда медийный продукт по бросовой цене, чтобы хоть что-то получить.   Однако надо понимать и другое: на фоне той омерзительной африканской жижи, которую представляло из себя – и представляет сейчас - российское телевидение, НТВ смотрелось лучом света в тёмном царстве. Малашенко делал всё по грошовой американской книжке, но это было в миллион раз лучше, чем то, что могла сделать советская инвалидная комапда. Мэтры и гранды советского телебаченнья настоящего (то есть американского) телевидения просто никогда в жизни не видели. И простейших вещей не понимали – и даже не думали, что там вообще есть что понимать. На Западе Малашенко не взяли бы даже на провинциальную радиостанцию, а тут он раздулся в «фигуру». Ну так в стране слепых и кривой – король.   Теперь о том, чем «старое НТВ» запомнилось. Это были три медиа-кампании. Первой была война НТВ на стороне «Чеченской республики Ичкерия». Второй – выборы Ельцина. И третьей – уничтожение «старого НТВ» руками Йордана и Коха (в этой последней кампании НТВ выступило в главной роли).   Начнём с «Ичкерии».   Чем на самом деле была Первая чеченская война и какие цели преследовала, наша публика так до сих пор и не поняла. Мы этот момент тоже пропустим, во избежание ненужных споров на пустом месте. Скажем только, что очень похожая игра – в одни ворота– сейчас ведётся с Украиной: РФ делает всё возможное, чтобы укрепить украинскую антирусскую государственность, в том числе и то, что кажется «враждебными действиями». И тогда тоже так было – все эти «басаевы-дудаевы» были частью той невидимой и всемогущей силы, которая уже сто лет управляет территориями бывшей Россiйской Имперiи, убитой в 1917 году… Но для неосведомлённого наблюдателя картинка выглядела так: есть Россия, воюющая с чудовищным русоедским дудаевским режимом, и есть этот самый режим. Частью которого – вдруг! – стала телекомпания  НТВ. Которое гнало на всю страну бешеную прочеченскую пропаганду.   Маленькое уточнение. Прочеченской пропагандой – с ведома и одобрения ельцинского государства – занимались тогда очень многие, вплоть до самых неожиданных персонажей. Помню, как я в те годы почитывал газету «Завтра» и наивно удивлялся бешеным восхвалениям «несгибаемого духа чеченских воинов» (это в «античеченских» вроде бы текстах). Но НТВ отличалось от всех прочих тем, что выступало на стороне чеченцев абсолютно открыто. По исследованию Генштаба 1996 года, до 80% всех видеосъемок НТВ боевых действий велось со стороны чеченских боевиков или же использовались пленки, снятые на стороне сепаратистов.   Егор Холмогоров в своей статье о Малашенко называет его «полевым командиром «Ичкерии» высокого ранга». На мой взгляд, это несколько неуважительно. Ранг человека определяется его положением в пищевой цепочке. Полевого командира можно было убить, журналиста – в том числе с НТВ – как минимум, подержать в зиндане и «сделать с им всякое интересное». Малашенко нельзя было и пальцем тронуть.   Роль НТВ в проигрыше Первой чеченской и подписании сверхпозорных «хасавюртовских соглашений» не стоит преувеличивать, но ни в коем случае и нельзя преуменьшать. По сути, именно НТВ сделало капитуляцию России чем-то неизбежным в глазах российского же общества. Именно оно внушило большинству русского населения, что чеченцы абсолютно непобедимые воины, за которыми стоит правда, а «федералы» - это жалкие, смешные цыплята, годные только на то, чтобы им резали горло.   Брали ли НТВшники деньги у чеченцев? Люди в теме – например, председатель Комитета II Госдумы по безопасности Виктор Илюхин – говорят, что да, называли конкретные суммы. Но нет никаких сомнений, что сотрудники НТВ работали не столько за доллары, сколько за совесть. Русских и Россию они искренне ненавидели, в том числе и те, кто сами были «русскими» – но которые переживали это как позор и стигму и хотели любой ценой выписаться. Прочеченская кампания была отличным способом заработать себе репутацию настоящего русоеда и быть допущенным к настоящим делам (других не пускают, и все это знают). Так что всё это было весело, задорно, с огоньком. И – талантливо, ага.   Для меня лицом Первой чеченской войны навсегда останется Татьяна Миткова [4]. Когда я видел на экране эту тётку со скошенными от постоянной честности глазами, я понимал – передо мной лицо дьявола, лицо торжествующего и безнаказанного Зла с Большой Буквы. Она так смаковала катастрофы  российской армии, так любовалась боевиками, так наслаждалась расстрелами «федералов» [5] - как малинку кушала. Эта милая женщина, у которой с губ капала кровь русских солдат, за свои труды получила орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени, орден Почёта, орден Дружбы («за большой вклад в развитие отечественного телерадиовещания и многолетнюю плодотворную работу») благодарность Президента Российской Федерации Путина («за информационное обеспечение и активную общественную деятельность по развитию гражданского общества в Российской Федерации») и кучу разнообразных ништяков. То есть всё, что она говорила и делала, благословлено, одобрено или хотя бы прощено россиянским государством. Вот именно так это и надо понимать, да… Однако Миткова просто работала лицом, а Игорь Малашенко занимался организацией процесса. За каждое слово, произнесённое на экране, отвечал он лично.   Не менее значимой была его роль в переизбрании Ельцина в 1996 году.   Про эти выборы написано столько, что я уже и не буду усугублять. Скажу только, что Хасавюртовская капитуляция и выборы Ельцина были единым целым, я бы даже сказал – выборы Ельцина были продолжением капитуляции и её логичным завершением.   Но по порядку. Стоит упомянуть конфликт Гусинского с Коржаковым. По официальной легенде, страшный Коржаков так наехал на Гуся, что тот (трусливый, как все жулики) быстренько уехал в Лондон и собирался избавиться от непрофильных активов, в том числе от НТВ. На исторической встрече Гусинского с руководством канала (1995, Лондон, гостиница Lanesborough) все высказались за закрытие, кроме Малашенко – который, дескать, убедил Гуся, что с НТВ в руках он может запугивать власть как хочет, а также и дальше брать кредиты (любимое занятие) у бизнесюков, которые боятся разоблачений в СМИ.  Гусинский ему поверил, вернулся в РФ и отбился от Коржакова. А в 1996 и вовсе помирился с ельцинской семьёй: встретился с ЕБНом в Давосе и навешал ему на уши какой-то особенно наваристой лапши.   Коржаков стоял за то, чтобы выборы отменить. Ельцин и его люди решили, что в перспективе это подрывает легитимность власти, и выборы – какие-никакие – надо провести. И весьма логично, что это дело доверили недругам Коржакова и его людей [6].   Историю «коробки из-под ксерокса», надеюсь, читатели помнят. Кончилась она тем, что Ельцин уволил Коржакова, Барсукова, «и их духовного отца — господина Сосковца», как срифмовал торжествующий Чубайс.   Именно с этого момента и понеслась та самая знаменитая кампания 1996 года. Руководить которой Чубайс и его люди доверили именно Малашенко. Разумеется, нужно понимать эти слова правильно. Стратегию выборов определял Чубайс с ельцинской семьёй, а работу с регионалами вёл Черномырдин. Однако вся медийная часть была именно на Малашенко. Который сдружился с Татьяной Юмашевой и Семьёй в целом.   Сейчас уже никто не скрывает (даже власть), что выборы были фальсифицированы, что Зюганов выигрывал в первом же туре, что большинство населения России голосовало за него – то есть против Ельцина. Роль ельцинских СМИ была не в том, чтобы заставить измученных русских людей голосовать за пьяное чудовище. Их роль была в том, чтобы большинство поверило, что это сделали другие.    Им это удалось.   Напоминаем: летом 1996 года рейтинг Ельцина составлял 3%. Осенью большинство поверило, что за него голосовало 53,82%.   Как это было сделано? Начать с того, что Малашенко гонял Ельцина по стране, как цуцика, каждый день Борис Николаевич прилетал, приезжал (а иногда и приплывал) в новое место. Здоровьичка это взяло у старого алкаша немало. Зато были достигнуты сразу две важные цели. Первая – все СМИ имели повод показывать «новости» с участием ЕБНа. Вторая, ещё более важная: у президента появлюсь возможность откосить от предвыборных дебатов. Это последнее было сверхважным, принципиальным. Во всём мире, кроме России, дебаты с участием действующего президента - абсолютно обязательная вещь. Но именно в 1996 было решено: Ельцин с Зюгановым публично дебатировать не будет. Что и логично: косноязычному ЕБНу, который говорил «шта» и «панимаишь», дебаты даже с Зюгановым грозили позором. Так что его мельтешение по стране было вполне себе продуманным ходом, а точнее уходом. Все остальные кандидаты на дебаты ходили, Ельцин же всех посылал со словами «у меня уже запланирована встреча с избирателями в Мордовии, я обещал, ну как это я не приеду, у меня рейтинг упадёт» [7].   Но главным была антизюгановская кампания, переходящая в прямое запугивание избирателя. Многие, наверное, помнят плакат «Купи еды в последний раз», где ужасающего вида Зюганов всей своей рожей показывает – если он победит, еды больше не будет. Ещё была газета «Не дай Бог» и лозунг «Голосуй или проиграешь».   Сейчас государство изо всех сил промывает людям мозги советизмом и сталинизмом. В 1996 году люди ещё помнили советские очереди, голод, талоны на продукты и прочие прелести. Ельцинским удалось создать ощущение, что угроза возвращения социализма, с нехваткой мыла, спичек и еды – реальна. Хотя во всех восточноевропейских странах, действительно освободившихся от коммунизма, временный приход левых сил к власти был нормальным и даже полезным явлением, моментом отладки демократического механизма. Отдай Ельцин власть Зюганову, у нас могла бы сохраниться демократия. В её уничтожение Малашенко внёс свою – и немалую – лепту.   Кстати сказать, всё это нисколько не мешало НТВ продолжать прочеченскую пропаганду. Она даже усилилась. Эта неувязочка была всем пофиг, ага-ага. Говорят, что после выборов впечатлённый Чубайс предложил Малашенко возглавить Администрацию Президента, но тот отказался. Я читал разные интерпретации этого факта, вплоть до самых экзотических. Но, вероятнее всего, он просто знал свой уровень. Малашенко был хорош для руления людьми, заведомо ему уступавшими по компетенциям, и с мощной поддержкой за спиной (Гусинский, Ельцин). В мире госчиновников он не был своим по крови и рулить в привычной манере не смог бы. А вот в качестве руководителя НТВ он мог вырасти в главу международной медиа-империи. Гусинский этого и хотел. Он планировал стать владельцем транснациональной корпорации. В 1998 году он начал вещать на Францию, в следующем году купил около 20 процентов акций американской компании Contral European Media Enterprises, в которую входили 6 коммерческих телестанций, вещающие на Чехию, Венгрию, Румынию, Словению, Словакию и Украину. Его программы смотрели также все страны СНГ, Израиль. Он планировал разместить акции телеканала на на NASDAQ. Ожидалось стрясти с этого около миллиарда долларов, причём Малашенко в тот момент уже был владельцем 10% активов компании.   В преддверии размещения Гусинский сделал финт ушами - всучил «Газпрому» 30% акций НТВ за 300 миллионов долларов (или дороже, сейчас уже не разобрать), а потом эти же акции получил «в собственное управление». Пробил эту «сделку» Черномырдин.   Кризис 1998 года похоронил международные амбиции Гуся. Стало не до жиру – быть бы живу. Самые амбициозные проекты – такие, как НТВ+ со спутниковыми тарелками – оказались убыточны. А ведь под это дело Гусинский уже купил американский спутник (что, кстати, вызвало недовольство в Кремле, так что пришлось покупать ещё и российский). Всё остальное тоже перестало приносить прибыль. НТВ всё больше подсаживалось на государственные деньги.   Роковым для Малашенко моментом стала операция «Преемник». Поддержать Путина своими медийными средствами Малашенко отказался. Это было воспринято ельцинской семьёй как предательство [8]. Сам Малашенко объяснял дело так, что ему не понравился Путин. Но ему вообще никто особенно не нравился. На Лужкова с Примаковым, чья победа в грядущих выборах тогда казалась более чем вероятной, он тоже не ставил. Более того: если Примаков собирал симпатии на резко антизападной позиции, то НТВ вовсю поддерживал бомбёжки Югославии. Хотя у того же Гусинского с тандемом Лужков-Примаков отношения были скорее хорошие. Он считал победу блока «Отечество — Вся Россия» на выборах 2000 года неизбежной.    Я пропускаю длинную, запутанную и полную драматизма историю, где, как и у кого  Гусинский занимал деньги на дальнейшее поддержание проекта в условиях, когда государство перестало ему потворствовать. Тут очень много цифр, имён и вранья. Завершилось всё это атакой на НТВ, спланированной и осуществлённой государством. Причём в качестве орудий использовались люди того же типа, только круче – Борис Йордан и Альфред Кох. По сравнению с этими железными дровосеками НТВшники выглядели бледно.   Что касается Гусинского: 13 июня 2000 года его арестовали, предъявили обвинения в экономических преступлениях (разумеется, это было «мошенничество в особо крупных размерах») и посадили. Не помогло даже звание «главного еврея России», то есть председательство в РЕК. Впрочем, просидел он недолго, 16 числа того же месяца его освободили под подписку. Он, естественно, тут же и сбежал в Европу. В конце года его задержали в Испании, потом освободили за 5,5 миллиона долларов. В 2007 году он получил испанское гражданство, доказав, что является потомкам изгнанных из Испании в 1492 году евреев-сефардов. Какие-то денежки у него остались – видимо, оно кое-что припрятывал. Живёт, не бедствует.   Что касается Малашенко, то с этого момента его звезда начинает закатываться.  В начале двухтысячных он уехал из России, много лет жил в Нью-Йорке, чем-то пытался заниматься, особо не преуспел. Немножко возился с украинскими СМИ, консультировал. Тоже как-то без особого успеха. В 2012 вернулся. Тогда же пошли разговоры о том, что он связался с Боженой Рынской, имеющей репутацию скандальной демимонденки. Насколько заслуженную – не мне судить.   Дальнейшее слишком известно, чтобы тратить на это внимание читателя. В общем и целом, Малашенко ушёл из жизни в статусе «муж Божены». Что я по этому поводу имею сказать.   Если бы я в году этак девяноста пятом каким-то чудом узнал бы, как закончится жизнь г-на Малашенко, я бы, наверное, был бы доволен. Как и аналогичной смертью любого видного энтивишника той эпохи. Думаю, не я один.   А сейчас… чего уж теперь-то? Мне даже жаль его. Человек-то действительно был небесталанный. И в настоящем человеческом государстве (например, в императорской или национальной Россiи) он мог бы стать настоящей звездой, идолом и кумиром. Но не здесь, не в СССРФ. При этом самореализоваться ему очень хотелось. Ему дали такую возможность, но ценой работы на кровавых чертей. И когда это перестало быть актуальным – списали. В этой стране отработавшего своё человека ждёт судьба отработанного материала. Не сразу, но в своё время. Оно и пришло.   И последнее. Игорь Малашенко был каким-никаким, но дантоведом. И не мог не задумываться над тем, каково его собственное место в дантовском мире. Думаю, он понимал, что даже в чистилище ему путь заказан. Интересно, в какой круг Ада он определял себя? Присмотрел ли он себе там относительно терпимый уголок, где не всегда есть место мукам? Вспомнил ли он о месте сём, когда петля захлестывала шею?   Быть может. Кто знает.   ПРИМЕЧАНИЯ   [1] Малашенко-старший был непубличной фигурой, о личной жизни и убеждениях его мы знаем мало. Но кое-что можно извлечь из его текстов, недаром говорят – «стиль это человек». Вот, к примеру, цитата из интервью Малашенко-старшего: «Фашистская Германия совершила вероломное нападение и обрушила на Советский Союз удар заблаговременно развернутой армады». Такую нечеловеческую фразу может произнести (или написать) только человек, знающий советский язык изнутри и прекрасно понимающий, какие эпитеты где нужно вставлять по канону. «Не подкопаешься». Думаю, подкопаться под Малашенко-старшего было практически невозможно. Сейчас, кстати, некоторый пытаются – а именно, припоминают ему «участие в подавлении венгерского восстания». Насколько можно судить, в Венгрии он действительно был, но ни большими достижениями, ни какими-то преступлениями не прославился. Полагаю, он и тогда всё прекрасно понимал. [2] При участии банков "Столичный" и "Национальный кредит" – впрочем, те вскорости отвалились. [3] Кстати. Советские товарищи (в частности, Сергей Пархоменко, работавший в то время на Малашенко) рассказывали о том, что на столе у Малашенко не лежало и не стояло ничего, кроме бюста Макиавелли, на который-де Малашенко чуть не молился. Это всё сказки, до такой пошлятины покойник не опускался. На столе у него стоял бюст Данте, напоминал о кандидатской. [4] Миткова родилась в 1955 году в интеллигентой семье: дочь советского офицера, служившего во внешней разведке. Детство прошло в сладкой Швейцарии, дальнейшая биография тоже напоминает ковровую дорожку. [5] Насколько я помню, «федералы» - это тоже изобретение НТВ. Впрочем, тут я могу ошибаться, вопрос тёмный. [6] В дальнейшем Коржаков всё же понадобился – когда договаривались с генералом Лебедем о его самосливе в пользу Ельцина во втором туре. [7] На следующих выборах Ельцин не участвовал в дебатах уже безо всяких объяснений и оправданий, про Путина уже и не говорим. Но так можно стало именно в 1996. [8] Дочь Ельцина так и говорила: «он предал папу». https://www.apn.ru/index.php?newsid=37432 Израиль – это последнее крестоносное королевство Европы. Только без креста, а с могендовидом. Публикации Wed, 25 Jul 2018 01:46:27 +0300 Как известно всем заинтересованным людям, в Государстве Израиль - которое так много значит для нас - наступило время больших перемен. А именно – 19 июля Кнессет  принял "Основной закон: Израиль как национальное государство еврейского народа". В законах, заменяющих Израилю Конституцию (приличные конституционные страны, как известно, конституций не имеют,  это старая британская традиция), теперь прописано, что Израиль – это не «демократическое еврейское государство», а просто и незатейливо – «еврейское государство». Также в законе говорится, что "право на реализацию национального самоопределения в государстве Израиль есть только у еврейского народа". "Земля Израиля - историческая родина еврейского народа", это само собой. Столицей Израиля провозглашается «единый и неделимый» Иерусалим. В законе прописано, что государственным языком в Израиле является иврит. Арабский раньше считался государственным языком,  теперь арабский получил некий "особый статус", но государственным больше не считается. Ну и так далее – как будто закон писали поклонники апартеида. Здесь я пропускаю большой кусок рассуждения на тему «ну и правильно сделали, вот и нам бы так». Бессильная зависть обездоленных русских к хорошо пристроенным народам, среди которых евреи сияют, как адамант во злате – вещь понятная, обсуждать тут нечего. Зададимся лучше вопросом – а самим евреям-то это зачем? У них что, были какие-то проблемы с национальным характером государства? Характерно, что по тому же самому поводу недоумевают и сами евреи. Как написала у себя в фейсбуке одна израильтянка: «Я до сего момента была уверена, что живу в еврейском государстве. И наконец оказалась права!» Остальные реагируют примерно так же. Ну да, Израиль – еврейское государство, но зачем же стулья-то ломать и орать об этом на весь мир? Вопрос интересный. Вот им-то мы и займёмся. И для начала зададимся вопросом, что такое Израиль вообще. Даже не так – откуда он взялся. Ещё точнее – какой исторической традиции наследует. По официально принятой в Израиле версии истории Израиль – это воплощение тысячелетних мечтаний еврейского народа-богоносца вернуться в своё государство. Разрушенное в стародавние времена римлянами. Произошло это, по историческим меркам, «чёрт знает когда» - то есть в 135 году нашей эры. При этом считается, что римляне изгнали евреев из этих мест и даже переименовали территорию в «Сирию палестинскую». После раскола Римской империи территория отошла к Византии, потом к персам, потом опять к Византии, и около шестьсот тридцатых годов на многие века стала мусульманской. В общем, если что и было там в древности – то его и следов не осталось. А вот чего следы остались – так это европейских завоеваний. В 1099 крестоносцы, прибывшие в Палестну по призыву Папы Римского Урбана II, захватили Иерусалим и  основали Иерусалимское королевство, первым правителем которого стал великий Годфрид Бульонский. Крестоносцы удерживали эти территории почти двести лет – последняя крепость крестоносцев, Акра, пала в 1291. Я не буду пересказывать того, что было в промежутке. Имена и деяния королей Иерусалимских известны (краткую сводку вы можете прочесть здесь). Дальше пришли турки и владели этими территориями очень долго, с небольшими перерывами на господство египтян. Это продолжалось до Первой Мировой, когда Палестину захватили британцы. Теперь вопрос. На что больше похож современный Израиль с геополитической точки зрения – на древнее иудейское царство или на крестоносные королевства? Древние Израиль и Иудея были типичными «восточными царствами» среди таких же восточных царств. Римское завоевание накрыло их всех одновременно. Конфликт с Римом был конфликтом сильного, но отсталого и фанатичного восточного общества с высокой европейской цивилизацией. Который завершился так, как обычно завершаются подобные конфликты. Причём – что особенно интересно в плане дальнейшего – римляне предпочли разрушить Иерусалим и построить на его месте фактически новый город, Элию Капитолину, а также изгнать иудеев, чем «интегрироваться» с ними. Впрочем, римляне поступали так всегда. И не потому, что были жестокими или озабоченными вопросами чистоты крови. Согласно римским легендам, они сами были полукровками низкого происхождения, потомками беглых рабов и похищенных ими женщин-сабинянок. Римляне вообще были прагматичны и не страдали снобизмом. Однако отношение к «восточным царствам» у них было крайне негативным. Известно знаменитое «Карфаген должен быть разрушен» - но он и был разрушен, причём полностью. Примерно так же они обходились и с другими «восточными царствами». Крестоносные королевства были ровно тем же самым, что и Израиль сегодня – островками европейской культуры, окружёнными враждебно настроенным человеческим морем. Их падение было связано как с накатом мусульман, так и с внутренним разложением. Первым крестоносным правителем Иерусалима был великий, сверхвеличайший рыцарь Запада, абсолютное и совершенное Солнце Белого Мира, Солнце Рыцарства - Готфрид Бульонский (1060-1110). Он до сих пор почитается одним из совершеннейших рыцарей – таких, как король Артур Пендрагон, Ричард Львиное Сердце или Эдуард Принц Уэльский, и выше их. И прославлен он не только и не столько военными подвигами, сколько безупречным нравственным обликом. Достаточно упомянуть две вещи. Чтобы принять участие в Крестовом Походе, Готфрид Бульонский продал всё имущество, что у него было, в том числе и свои фамильные земли. Второе: будучи завоевателем Иерусалима, отказался от короны Короля Иерусалимского, сказав, что ему не подобает носить корону там, где Спасителя короновали терновым венцом, и принял лишь титул «защитника Гроба Господня». Между этими деяниями прошло многое, подтверждающее благородство Готфрида Бульонского, его безупречную честь и верность слову. Теперь переместимся в конец XIII века. Иерусалим пал в  1187 году. Последним оплотом крестоносцев стал город Акра. Держался он, в частности, благодаря перемирию, которое христианский король заключил с султаном. Однако город раздирала война между генуэзцами и венецианцами, известная как «война святого Саввы». Причиной был раздел сфер влияния. Доделились до того, что мамелюки ослабленную Акру взяли. Нет, дух рыцарства угас не сразу. Например, последний король Иерусалимский [1], несчастный прокажённый Балдуин IV (1161-1185), был достоин великого Готфрида – он был мудр и отважен. Увы, он был последним королём – и последним истинным рыцарем. Сейчас мне скажут – ну, это обычная история. Победы – дело рук великих, а поражения и провалы – результат действий или бездействия всяких ничтожных людишек. Бездарные потомки губят начинания славных предктов. На детях великих природа отдыхает. И всё такое. Что тут интересного? А интересного тут много. Прежде всего – какая именно«природа» отдохнула на славных рыцарях? Ответ прост. Европейцы в Святой Земле подчинились природе этой земли. То есть восточной, азиатской стихии. Как свидетельствовали сами же крестоносцы, они, жители Запада, очень быстро становились жителями Востока. Рождённые во Франции или в Германии, они быстро привыкали к положению богатого горожанина из Тира или Антиохии. Они изучали восточные языки, чтобы общаться с местными. Они женились на местных женщинах, желая породниться с богатыми восточными семьями. Этому способствовало то, что большинство жителей Палестины были христианами разных толков – хотя и не католиками. Однако культура их была восточной культурой. Крестоносцы называли их «пуленами», презирали – но само существование этой прослойки между франками и арабами сыграло свою роль. Франки начали привыкать к местной одежде, местной кухне, местным обычаям. Но главное – они начинали впитывать восточные нравы. Несмотря на то, что крестоносные королевства были во многом устроены как классические феодальные государства, дух Востока распространялся в них: дух неверности, деспотизма, корысти, продажности. Крестоносные королевства всё больше превращались в торговые, а затем и финансовые центры, раздираемые при этом мелочными склоками, алчностью, жаждой власти. Дух христианства исподволь пропитывался исламом и другими восточными учениями, порождая причудливые ереси. Победители пленялисьпобеждёнными. Самым известным примером этого внутреннего перерождения была судьба ордена тамплиеров. Он был основан в 1119 году на Святой Земле после Первого Крестового Похода рыцарем Гуго де Пейном. Эти люди отреклись от мира и его благ, чтобы защищать Святую Землю от нападений язычников. Штаб-квартира Ордена располагалась в захваченной крестоносцами мечети Аль-Акса на Храмовой Горе (откуда и название). Братья Ордена принимали обет бедности, послушания и целомудрия. На печати тамплиеров изображались два человека на одной лошади – символ добровольной нищеты. Орден был распущен в 1312 году папой Климентом V под давлением французского короля Филиппа Красивого, устроившего суд над рыцарями. К тому времени Святая Земля была уже давно покинута европейцами. Орден нищих рыцарей превратился в орден богатейших ростовщиков, ссужавших деньги самым могущественным людям и занимающимся большой политикой. Хотя обвинение состояло в том, что члены Ордена занимались оккультизмом и тайно исповедовали антихристианские учения. Сейчас принято считать, что всё это клевета, а соответствующие показания были добыты под пытками. Однако репутация у Ордена была именно такой. Слухи о тайных и непотребных обрядах, совершаемых членами Ордена, ходили по всей Европе. Прежде чем сочувствовать несчастным, стоит вспомнить о том, что Ближний Восток – колыбель не только великих религий, но и практически всех ересей. Он же всегда был перекрёстком торговых путей и финансовым центром. Так что, вероятнее всего, славные рыцари просто-напросто набралисьна Востоке местных нравов, обычаев и ценностей. Сам орден превратился из защитников христианских ценностей в восточное тайное общество, с особыми обрядами для посвящённых, тайной роскошью «учителей» и прочими подобными вещами. Что сначала привело их к успеху, а потом – к краху. Стоит заметить, что восточное влияние проявилось даже во внешности храмовников. Например, бритые подбородки или аккуратно подстриженные  заменились длинными восточными бородами. Когда начались гонения, хватали длиннобородых [2]. Иногда восточное влияние распространялось и без сознательного участия людей, хотя и через них. Например, с Ближнего Востока в Европу пришла проказа – отвратительная болезнь, убивающая человека долго и мучительно. Слово «лазарет» возникло как обозначение лепрозория – от названия Ордена Святого Лазаря, созданного в Италии для ухода за прокажёнными. Восток заражалЗапад даже в буквальном смысле. Я никоим образом не хочу «нагнетать и кошмарить». Крестовые походы принесло Европе и много полезного – начиная с немалых доходов, которые европейцы извлекли из захваченных ими земель. Но вот именно культурное влияние было скорее отрицательным. Что владыки Европы запомнили надолго. Перейдём теперь к эпохе колониального раздела мира. Опыт крестоносных королевств был учтён. Везде колонизаторы старались создать абсолютно замкнутые общества, никак не соприкасающиеся с местным населением. Которое эксплуатировалось – но и только. Все культурные воздействия шли только в одну сторону. Дикарей били палкой и держали за оградами поселений. Лучших из них учили в религиозных школах. Местных властителей прикармливали. Но все влияния шли строго в одном направлении. Европейцы не хотели брать от местных ничего. Разумеется, уровень самоизоляции был разным. Испанцы в Латинской Америке всё-таки начали смешиваться с местным населением. А вот, скажем, голландские поселенцы в Южной Африке с самого начала ввели строжайшую систему апартхейда, раздельного существования, где европейцы были сверху, а негры – внизу. Очень интересной была судьба англичан в Британской Индии. Британцы прилагали неимоверные усилия, чтобы избежать смешения с местным населением, не переродиться, остаться британцами. Однако обаяние индийской культуры оказалось слишком значимым. Уже Киплинг, певец Империи, писал о том, что родившиеся в Индии – как и он сам – уже не англичане, а какой-то новый народ. «Нам пели лори, а не соловьи», писал он. Но дело было, конечно, не в птичках, Южноафриканские буры остались бурами – потому что стена между ними и неграми была выше. Теперь переместимся в прошлый век. Кто, собственно, создал Израиль и почему? Если коротко – Израиль создали европейцы. Европейские евреи и неевреи, но именно европейцы. Основатель сионизма, Теодор Герцль, был рождён в Австро-Венгрии, в Будапеште, и его родным языком был немецкий. Герцль изложил своё видение будущего Израиля в ряде книг, самой известной из которых был Der Judenstaat, «Еврейское государство». То, что там описывалось, не оставляет сомнений в том, что Герцль – как и все сионисты – планировали создать в Палестине самое обычное, стандартное европейское государство. Поддержали эти планы британцы [3]. В ноября 1917 года была обнародована Декларация Бальфура [4], где говорилось о «национальном очаге еврейского народа». Дальнейшее известно. Итак. Что же в итоге было построено на Ближнем Востоке? Израиль – это последнее крестоносное королевство Европы. Только без креста, а с могендовидом. Однако религиозная мотивация осталась, по сути, та же самая – ну или очень близкая. Как и всё остальное: начиная с технологического превосходства и кончая связями с европейским миром и постоянным конфликтом с «неверными». Почему Израиль был создан именно таким? Причин было много – при желании их можно насчитать около двух десятков, и все будут очень серьёзными. Но одну из них обсуждают очень редко, а она тоже значима. У добрых европейцев есть привычка доводить любое дело до конца. Они не смирились с потерей Иерусалима. И не отказались от планов создать на этом месте европейский анклав. Особенно если учесть, что для многих политиков, занимавшихся этим вопросом, это была не только мировая, но и личнаяистория. Нетрудно представить себе, как какой-нибудь «неприметный, но влиятельный» британский лорд на секретном совещании говорит: «Основатель моего рода был соратником Готфрида. Он был бы доволен, если бы Святая Земля была очищена от мусульман. Руками евреев? Ха! Остроумнейшее решение, оно понравилось бы другому моему предку, епископу Кентскому… он любил такие комбинации… По-моему, превосходно, джентльмены! Что скажет господин Бальфур?» Увидеть эту картину мешает только имидж «еврейского государства». Хотя евреев пришлось ломать через колено, чтобы сделать из них людей, пригодных для жизни в Израиле. Если кто-нибудь возьмёт на себя труд поинтересоваться историей раннего сионизма, он будет поражён, настолько нетипичныеевреи создавали Израиль. И насколько они при этом были похожи на средневековых рыцарей. Достаточно вспомнить, например, Иосифа Трумпельдора, выходца из Российской Империи, организатора отрядов еврейской самообороны в еврейских поселениях Палестины. Трумпельдор был полным кавалером Георгиевского креста. В России таких было всего две тысячи человек – за всё время существования ордена. При этом большую часть времени от воевал без руки – левую руку он потерял при обороне Порт-Артура. На среднего еврея своего времени – осторожного, берегущего себя, думающего о своём благополучии и о семье – он был абсолютно не похож. Зато в воинстве Готфрида Бульонского его бы, как минимум, поняли… Примерно такое люди Израиль и создали. Скажу больше. Израиль – вот именно такой, каким мы его знаем, с самыми незначительными поправочками – мог бы быть создан и без евреев. Представьте себе вариант альтернативной истории, в котором Герцль умер в младенчестве. Зато в Соединённых Штатах в среде мормонов (ну или крайних, отмороженных протестантов – типа «свидетелей Иеговы») появился бып пламенный проповедник – какой-нибудь Иеремия Джонс – который призвал бы своих единоверцев (каковых именовал бы «истинным Израилем», что соответствует обычной практике крайних протестантов) переехать на библейские земли и там создать государство истинных христиан, живущих по заповедям. Далее, предположим, что по каким-то причинам его проповедь увенчалась бы успехом и десятки тысяч людей поехали бы в Палестину. При этом в США их бы преследовали и давили, что ещё больше усиливало бы эмиграцию. Ну и как финал – что англичане в пику своим кузенам поддержали бы этот исход… Так вот, мы увидели бы на месте нынешнего Израиля… его почти полную копию. Скорее всего, она и называлась бы так же, и порядки там были бы примерно те же. Даже имена действующих лиц были бы практически те же самые, библейские. Представьте: правил бы там сейчас президент Исайя Аберкромби от партии «Единство верных», а его главным оппонентом был бы Захария Смит от «Рабочей Партии  Праведников». Светские жители Иерусалима жаловались бы не на кашрут, а на посты, соблюдалась бы суббота, в армии служили бы симпатичные Сары и Ребекки, а танки «Господь Саваоф» и «Экскалибур» рассекали бы пустыню Негев… Всемирное отношение к Израилю было бы примерно таким же, как и сейчас. Ну и, конечно же, арабо-израильский конфликт цвёл бы и пах во всей своей красе и прелести. Забавно, но лучше всего всё вышесказанное понимают антиизраильски настроенные арабы, особенно антиизраильские боевики. В их риторике слова «крестоносцы» и «сионисты» - практически синонимы. Уяснив всё это, обратимся к вопросу – а как Израиль собирается избежать ориентализации? То есть постепенного растворения в восточной массе? Решений всего три. Конфликт, сегрегация, присоединение к превосходящей силе. До сих пор от «омусульманивания» Израиль предохранял арабо-израильский конфликт. Однако в настоящий момент двадцать процентов населения Израиля – арабы. Эти люди имеют те же права, что и израильтяне. При этом они нелояльны еврейскому государству, ненавидят его и хотели бы его уничтожить. В лучшем случае они готовы его терпеть, пока оно их хорошо обеспечивает. Однако они уверены, что присутствие евреев в Палестине – такое же временное явление, как и крестоносные королевства. Рано или поздно евреи будут изгнаны оттуда. Или – растворятся в мусульманском большинстве. Опять же – чтобы не ходить далеко за примером. Эдвард Саид, один из самых известных мировых интеллектуалов арабского происхождения и непримиримый противник еврейского присутствия на Ближнем Востоке, автор знаменитого «Ориентализма», консультант Ясира Арафата и т.п. под конец жизни пришёл к выводу, что высокая рождаемость среди арабов является главным оружием против «сионистской оккупации». Арабы – в том числе полноправные арабы – рано или поздно станут большинством в Израиле. После чего мирными демократическими средствами приведут к власти промусульманское правительство, которое покончит с «еврейским характером» Государства Израиль. А то и с ним самим. Впрочем, можно и не ждать, пока палестинцы «перерожают» евреев (которые эту опасность видят и принимают свои меры [5], хотя и недостаточные). Достаточно систематического давления на Израиль с требованиями расширения прав арабов и ограничить некоторые права евреев. Как только арабский сравняется в правах с ивритом, мотивация учить иврит очень сильно ослабнет, зато возникнет необходимость учить арабский. Когда будут убраны льготы и привилегии для ортодоксов, они начнут думать о переезде в Америку, где возможностей больше. И так далее: снижение комфортности Израиля для евреев будет означать только одно – народ потихоньку начнёт разбегаться. Учитывая же склонность евреев жить в диаспоре, это означает, что Израиль просто-напросто загнётся. Конечно, это произойдёт не сейчас и даже не завтра. Такие процессы идут долго. Сейчас Израиль ещё даже не в упадке. Однако перспективы ориентализации еврейского государства просматриваются вполне определённые. Особенно в том случае, если Израиль перестанут субсидировать извне, или субсидирование ощутимо уменьшится. К чему всё это приведёт? Примеры уже есть. Достаточно посмотреть на судьбу Родезии и ЮАР. Думаю, описывать то, что там началось после прихода к власти чёрных, не обязательно – все и так всё знают. Теперь, наконец, мы можем понять, почему в Израиле принимаются явно дискриминационные законы. Израиль вынужден ограждать себя от постепенно наступающей ориентализации, вводя элементы апартеида. И опять же – думаю, среди наших читателей нет дураков, которые думают, что апартеид и расовая (а также национальная и религиозная) дискриминация в современном мире невозможна. Просто «кому таторы, а кому ляторы». Кто-то должен быть толерантным, а кто-то нет. Например, та же Прибалтика, в которой выстроены эталолонные национальные государства, вполне открыто практикует апартеид. И никто не скажет прибалтам ни слова – потому что «им можно». Очевидно, что уж евреям-то можно куда больше, чем каким-то эстонцам или латышам. Так что никаких проблем по этой части у Израиля не будет. Каковы ожидаемые выгоды? Израильское общество сплотится. Растерянная и разуверившаяся израильская интеллигенция – довольно примитивная – убедится, что государство крепко стоит на ногах [6]. Ценность «бытия евреем» возрастёт. У людей прибавится уверенности, что ситуация под контролем и Израиль останется еврейским государством. Ну хорошо, скажет читатель. А перспективы-то какие? А перспективы, увы, нерадужные. Затормозить процесс не значит остановить его. По сути, апартеид – это политика осаждённой крепости. Обороняться такая крепость может очень долго. Но перспективы осаждённых понятны. Рано или поздно Единственная реальная перспектива долговременного выживания Израиля – это полная, абсолютная интеграция с Европой, включая полное членство в ЕС и НАТО. А точнее – начиная с этого. Далее – безоговорочное принятие всех европейских ценностей, позиционирование себя как европейской страны, форпоста ЕС на Востоке. Именно к этому и должен стремиться Израиль, если он хочет сохраниться как «государство белых людей» - что в данной ситуации является единственным вариантом сохранения себя как государства евреев[7]. Да, для этого нужно пересмотреть некоторые устаревшие представления о сущности и роли евреев в истории. Совершить исторический выбор, твёрдо заявив о своей европейской идентичности. Но других перспектив не видно.     [1] Его преемник был королём лишь номинально, дальше уже началась сплошная «комедия дель арте». [2] Дело доходило до смешного. Например, король Эдуард II выдал своему камердинеру Питеру Ожеру, который дал обет не сбривать бороды, пока не совершит паломничество, специальный документ о том, что тот не является тамплиером и никогда в братстве не состоял. [3] Достаточно упомянуть, что ближайшим сподвижником Герцля был англиканский священник Уильям Хехлер (1845-1931). Несмотря на то, что Хехлер постоянно ссылался на Библию и пророчества – и вообще производил впечатление блаженного идеалиста - именно этот человек устраивал все политические контакты Герцля,  начиная от встречи с турецким султаном и до контактов с германским кайзером Вильгельмом Вторым. Видимо, высокий идеализм счастливо сочетался в нём с крайним прагматизмом, как это часто случается с англичанами. [4] Артур Джеймс Бальфур (1848-1930) – 50-й премьер-министр Великобритании в правительстве Ллойд-Джорджа. В годы Первой Мировой был министром иностранных дел. Принимал участие или непосредственно руководил весьма многими делами, включая «русскую революцию». В России практически неизвестен, а очень зря. [5] Израильтяне любят возмущаться льготами и привилегиями для еврейских ортодоксов, однако высокая рождаемость в их семьях является достаточным основанием, чтобы продолжать их поддерживать на государственном уровне. [6] Это касается и той части интеллигенции, которая кормится «борьбой с государством» - теперь она видит, что кормушка прочна и надёжна. [7] В этой связи́ стоит заметить, что выбор иврита как государственного языка, при всех очевидных преимуществах такого решения, в перспективе было не самым лучшим. Например, немецкий язык сейчас был бы более выигрышным вариантом. Увы, Холокост поставил крест на этой возможности. https://www.apn.ru/index.php?newsid=37381 Кто и зачем распространяет слухи о "безнравственных русских девушках" Публикации Fri, 29 Jun 2018 06:08:37 +0300 Футбольный чемпионат преподнёс нам немало сюрпризов. Впрочем, для кого сюрпризы, а для кого и не очень. Однако, то, о чём я намерен писать, стало – в какой-то мере – сюрпризом даже для меня.   Я имею в виду появление в государственном медийном темнике  проблемы «секса с болельщиками».   Ну то есть. В связи с мундиалем в Россию понаехало множество молодых мужчин. Понаехали они сюда в основном с развлекательными целями. Естественно, в развлекательные цели входит и секс, ежели подвернётся (за профессиональным сексом едут в другие места). Местные девушки с болельщиками охотно общаются, потому что те приехали сюда на праздник, а люди на празднике обычно добродушны и веселы. Это, знаете ли, привлекает. Весьма вероятно, что какие-то местные девочки нестрогих нравов и в самом деле воспользовались такой возможностью. Ещё более вероятно, что ей воспользовались профессиональные проститутки: странно было бы упускать клиентуру. Но, в общем, ничего особенно интересного в этом нет. И первые дни мундиаля никого эта тема не интересовала вообще.   Как вдруг. Сначала в соцсетях – вКонтактике и Фейсбученьке – поднялась какая-то странная волна обсуждений морального облика российских девушек. Которые, оказывается, массово отдаются иностранцам, срывая с себя трусы чуть ли не на трибунах. При этом не просто отдаются, а при этом ещё и дико гордятся этим. И всячески восхваляют достоинства – половые и культурные – иностранцев, при этом всячески ругая и презирая местных парней, которые, оказывается, иностранным красавцам в подмётки не годятся. Так что местные, бабами оскорблённые, страшно злятся, рвут зубами рубахи и вот-вот пойдут бить развратниц по холёным личикам.   Далее. Тема вдруг (ох уж это вдруг!) начала распространяться со скоростью лесного пожара.   При этом ступени эскалации шли следующие. Сначала на данную тему вдруг начали писать всякие «авторитетные блоггеры», в основном известные тем, что они пишут за денежку. Потом тему подхватила сетевая журналистика. Тон был сразу взят вот такой: «Мундиальщики в восторге от русских дев, а наши мужики готовят вилы». Текст немного предсказуем:   «Откровения нашей мундиальщицы: я несколько вечеров провела поочередно с уругвайцем, испанцем и с австралийцем. А еще пополнила список мужских контактов, но с австралийцем понравилось больше всего, никакого дискомфорта и разницы менталитетов, наши парни и рядом не стояли. Теперь плотно общаемся – хочу в Австралию!     А наших вечно недообслуженных мужиков просто бомбит на эту тему. Как это так, девушки смеют знакомиться с какими то уругвайцами, когда тут Уасилий одинокий ходит. Понятное дело, обидно. Вот один из тысячи камов на просторах интернета:     Стыдно смотреть на этих потаскух. Мне интересно, как вы после чемпионата в глаза русским парням будете смотреть? Ведь ни один уважающий себя парень с вами не станет связываться, после такого позора и предательства.     Но девчонки осмелели и парируют нехило, вот одна ответочка, прилетевшая разгневанным мужикам:     Успокойтесь, а мужчинка, получающий смешную зарплату и не желающий саморазвиваться - это приз, за который девушки должны биться? Если у тебя хобби танки и пиво по вечерам, то не стоит удивляться, что тебе предпочитают более состоятельных и симпатичных иностранцев. Просто это конкурентная борьба, в которой российские мужчины проигрывают, какая романтика может быть в хрущевке с обоссанным подъездом и однушке, купленной в удушающую ипотеку?»   Думаю, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, зачем такие тексты пишутся. В общем-то, это уровень ВОЕННОЙ ПРОПАГАНДЫ, аналог того, что украинцы пишут о русских. То есть текст предельно оскорбительный, рассчитанный именно что на вспенивание адреналина[1].   Но ладно «сетевые люди». Внезапно о том же самом стали писать газеты, в том числе центральные. Новые Известия написали статью про «народную дипломатию», обильно цитируя авторшу предыдущего текста – то есть выводя его на уровень совсем уж массовой аудитории. «Комсомолка» быстро опубликовала статью Платона Беседина, с темой «про шлюх». А на радио «Говорит Москва» тут же организовали дебаты между профессиональной феминисткой и тем же самым Бесединым, а также председателем некоего движения «Сорок сороков» (видимо, изображающего православную общественность). Дальше – «квашня по избе пошла». Уже на Первом канале тему отрабатывали Шейнин и Компания:скакали, прыгали, пыжились, изображали одновременно и ревнивый гнев «русских мужчин», и злорадное ликование «русских женщин». Что будет завтра – сами понимаете. Для особенно простодушных людей поясняю. Если какая-то тема вдруг вылезла в центральные СМИ – это значит, что тему раскручивает государство. Которое, видимо, имеет какой-то свой интерес, чтобы об этом говорили.   Ну хорошо, скажете вы. Но зачем это нужно?   Тут придётся дать немножко теории. В данном случае – теории нации.   Национальная общность основана на солидарности людей одной крови. Основной, извините за выражение, скрепой этой общности являяется союз мужчин и женщин. Состоит этот союз в том, что женщины, при прочих равных, предпочитают «своих» мужчин – и наоборот. Предпочитают в разных смыслах, начиная с тяжёлого-фундаментального «создать семью и родить детей» и кончая банальным «потрахаться». Что не отменяет всяких исключений, но в общем и целом – так.   Для того, чтобы национальную солидарность какого-то народа уничтожить, следует перессорить мужчин и женщин. Делается это просто: государство разными способам внушает женщинами ненависть и презрение к мужчинам, желание их «давить каблучком» - и тут же предоставляет им для этого всякие возможности. Набор этих возможностей зависит от характера государства. Например, в СССР женщины могли жаловаться на мужа в партком и профком (просто по бытовым мотивам) и их через это наказывать. А в современных США (где тоже борются с «белым» национализмом) для тех же целей придумали феминизм с его «посткоитальным несогласием» и обвинениями в изнасиловании через пятьдесят лет после. Но это всё детали технические. Важно, что женщин натравливают на мужчин.   Однако и мужчин тоже нужно натравливать на женщин. Очень хорошая, цепляющая чувства тема – это женская измена: что личная, что, так сказать, коллективная. Демонстративное предпочтение мужчин чужой расы или национальности – это очень действенный удар по психике. Вызывающий либо вспышку агрессии, либо тупую покорность, либо, наконец, мазохистское наслаждение от собственного унижения. На просвещённом Западе, кстати, третья стадия уже достигнута ан масс. Кому интересно, поинтересуйтесь, что такое sexwife и cuckolding, и какую роль в этом играет расовая тема (конкретно – демонстративная измена мужу, которому «не дают», с какими-нибудь неграми и латиносами). Впрочем, вы, скорее всего, знаете. В десятые годы это и до нас доехало. Однако в силу общей отсталости – не так чтобы уж очень массово.   Зато у русских, переживших советскую власть и постсоветскую, есть специальная родовая травма – чувство унижения перед иностранцами. Которые воспринимаются как высшие существа, полубоги. И более того, так и ДОЛЖНЫ восприниматься, по задумке советских и постсоветских начальников. Что мужчинами, что женщинами. Которые должны перед этими самыми иностранцами срывать трусы – а потом всю жизнь вспоминать это счастье.   Но есть одно препятствие. Чтобы преклоняться перед иностранцами, их всё-таки нужно видеть не только в кино. Но и вживую. Более того, видеть их не такими, какие они есть на самом деле, а, так сказать, в парадном виде.   Самым простым решением кажется туризм. Устроить массовый завоз иностранцев – вот тебе и результат. Однако НЕТ. Потому что иностранный турист на полубога никак не тянет. У туриста не то настроение, понимаете? Он приехал не с местными общаться, а посмотреть на природу, памятники архитектуры, попробовать кухню… ну, может, и местных девушек потрахать, если тут есть дешёвые бордели. Однако на полубога он обычно не тянет. Обычный человек, чаще всего в депрессии, приехавший развеяться и посмотреть что-то. Я уже не говорю о том, что туристы – как правило, люди пожилые, сморщенные, не особо красивые. А что богатые – ну да, их запомнят именно этим. «Я дала американцу, он мне десять долларов». Но морщинистая рожа американца никакого чувства восхищения не вызовет, нет.   Главными же свойствами полубогов является МОЛОДОСТЬ И РАДОСТЬ, которую они излучают. «Чтоб он весь был молодой, светился и улыбался». Вот такие вещи – да, запоминаются и производят впечатление.   Но как добиться такого результата? А очень просто: устроить специальный ПРАЗДНИК, на который приехали бы в Россию именно МОЛОДЫЕ иностранцы, и именно что ВЕСЁЛЫЕ. Люди, едущие на праздник, особенно коллективный, заранее настраивают себя на радость.   Кроме того, праздник не должен быть слишком продолжительным. В том числе из-за сексуальной темы. Слишком раздухарившиеся иностранцы начнут хамить, а местные успеют обозлиться, и, чего доброго, их побьют. Этого нельзя-с. Инстранцы должны прилететь, очаровать, овладеть туземками и улететь обратно. А туземки – всю жизнь жить этими воспоминаниями.   Первый и самый успешный опыт в этом направлении был поставлен в СССР в 1957 году. В Москве был проведён VI Всемирный Фестиваль Молодёжи и Студентов.   О том, что это за фестиваль такой, кто его придумал и где, и как всё это делалось, можно прочитать даже в Википедии. Переписывать статью из Вики я не хочу. Достаточно упомянуть, что это был самый мнголюдный фестиваль за всю историю фестивального движения, в Москву приехало около 34 тысяч человек. Молодых и счастливых.   Результатом стало то, что впоследствии стали называть «первой русской сексуальной революцией». По официальной версии (эти слова важны) тысячи и десятки тысяч комсомолок-спортсменок бросились совокупляться с иностранцами чуть ли не в подворотнях. Тут активизировались комсомольцы: они ловили девушек, желающих вкусить заморской любви, брили им головы и всячески унижали. Но девушки продолжали отдаваться – чтоб в жизни было что вспомнить. Через девять месяцев родилось множество «детей фестиваля», чернокожих, желтокожих и всяких.   Повторяю – такова официальная версия, она же народная легенда.   Реальность была скромнее. Секс с иностранцами был, но не то чтобы повальный: девушки всё-таки стеснялись. Некоторые рассчитывали на «порядочность иностранцев» - типа, после секса он женится и увезёт из СССР. Некоторые просто отдавались за шмотки. «Дети фестиваля» имели место, но не в товарных количествах. Зато было очень много разговоров. ОЧЕНЬ много. В частности – про дикое количество рождённых в Москве негров и мулатов, которых называли «дети фестиваля».   Почему я считаю это разговорами? Для начала: вот простое рассуждение:   «В Москву приехали 34 тысячи человек из 131 страны мира. Капля в этническом море. Чернокожих гостей фестиваля, я думаю, насчитывалось и того меньше - порядка 5- 6 тысяч. Учтите, что были среди них и особы женского пола... Уже исходя из этого, чернокожий беби-бум выглядит совсем нереально.     К фестивалю готовились загодя, тщательно формировали делегации. Установка - достойно представлять свою страну, свой регион. И это еще один аргумент против массовости такого явления, как фестивальные дети. […]     - Кто же тогда ввел в оборот термин "фестивальные дети"?   - Не исключено, что советская пропагандистская машина. Или средства массовой информации.»   Впрочем, в той статье дальше перегнули палку. Конечно, фестивальных детей было достаточно много – не «десятки» уж точно. Но вот упоминание советской пропагандистской машины тут к месту. Потому что те самые разговоры поддерживались не без её участия. Хотя хватало обычного женского вранья.   Я сам помню такую историю. Подруга моей матери рассказывала о себе, что в 1957 имела близость с иностранным студентом. Он-де был латиноамериканцем, и произвёл на неё колоссальное впечатление красотой и сексуальными возможностями, так что после него она, дескать, с трудом переносила неуклюжих импотентных русских мужичков. Однажды она это рассказала при мне – я тогда учился в десятом классе и был сочтён достаточно взрослым – на семейном празднике, слегка выпив. Вечером мама, грустно вздыхая, объяснила, что её подруга – хорошая женщина, но со сложной судьбой. А летом 1957 года она находилась не в Москве, а на практике в Ташкенте. Увы! [2]   Разумеется, были и такие, кто и в самом деле попробовали импортной плоти. Однако cоветские женщины и девушки, при всех их плохих качествах, совсем уж дурами они не были. Убедить попробовать негритятинки их было можно, но после снятия пробы у многих возникал вопрос - и что, это был тот самый чувственный рай, который нам снился? А уж тот факт, что прекрасные иностранцы относились к русским дурам как к бесплатным давалкам, уважухи не показывали и даже в ресторанах не кормили, очень расхолаживал. [3]    Однако же с чисто пропагандистской точки зрения эффект имел место. Легенда о прекрасных иностранных мужчинах получила некую опору. Пропагандистский посыл фестиваля работает даже сейчас. Например, центральный эпизод фильма «Стиляги» (очень хорошо сделанного по меркам РФ) – это как раз «фестивальный ребёнок». Зачатый от негра, которому главная героиня фильма отдалась как «существу с другой планеты». Негритёнка главный герой  - и его родители - признают «своим». Ну то есть это куколдинг в его наивысшем развитии... Впрочем, и это в сторону.   Следующим визитом иностранных красавцев могла стать Олимпиада-80. Однако западный бойкот сильно проредил поток туристов. К тому же это были именно что туристы – люди разного возраста, вида и т.п. Вообще, атмосферы «праздника и бешеного драйва» не случилось, да и не планировалось. Цели мероприятия были другие – показать СССР лицом в рамках предпродажной подготовки. Впрочем, это уже иная тема, к тому же могущая вызвать совсем уж лишние ассоциации… Не будем об этом. Как и об унылом XII Всемирном фестивале молодёжи и студентов в Москве в 1985.     Потом была перестройка и открытие границ. Москву и Питер стали посещать иностранцы, но не с толстым членом, а с толстым кошельком. Или – выдающие себя за обладателей такового. Множество глупых русских женщин кинулось на них с целью убежать из СССР в качестве жены. Или хотя бы срубить деньжонок.   Перестроечная власть это всё поощряла. Одним из первых «перестроечных текстов» была огромная, на несколько номеров статья в «Московском Комсомольце» о жизни проституток (кажется, она называлась «Ночные охотницы»). Статья была слегка закамуфлирована под советскую мораль, но, по сути, была рекламной.   В 1988 году в журнале «Аврора» вышла повесть Кунина «Интердевочка». Название говорило само за себя – речь шла не просто о проститутке, а именно о проститутке, обслуживающей иностранцев. Тема, что называется, выстрелила.   Пропускаем девяностые и двухтысячные – пришлось бы писать слишком много. Сразу подведём итоги.   Русские (то есть бывшие советские, а иногда и не бывшие) женщины познакомились-таки с иностранными мужчинами и их ПОПРОБОВАЛИ. Это было достаточно массовым явлением, причём полученные впечатления свободно циркулировали. Современная россиянка или спала с иностранцем (меньшинство), либо слышала от знакомой, каково это (довольно часто), либо знакома с предметом из СМИ, слухов и сплетен (большинство). Но её информированность на порядок выше, чем у её мамы родом из СССР.   Образ «божественного иностранца» в женском сознании сильно померк. Их ставят выше русских, но только потому, что русские вообще имеют очень низкий статус. В частности, миф о какой-то потрясающей сексуальности иностранцев (поддерживаемый в СССР) и их богатстве (важный для девяностых) уступил место относительно трезвой оценке. «Люди как люди».   Отдельно следует отметить появление женского секс-туризма – «Турция и Египет». Наши дамы – особенно на возрасте – открыли для себя мужскую проституцию. И узнали, что отдаться турку – это не великая честь, а платная услуга.   И совсем уж упали в глазах россиянок всякие негры. Трудно преклоняться перед негром, если ты каждый день видишь его у входа в метро, раздающего бесплатную рекламу.   В итоге. Иностранцы в глазах современной русской женщины привлекательны как потенциальные мужья – хотя все понимают, что выйти замуж за иностранца малореально. «Чисто для потрахаться» иностранец интереснее в плане гигиеническом и поведенческом (без подробностей, спросите у тётенек, они расскажут). Но ощущения, что отдаёшься полубогу, уже нет. И не ожидается.   Сейчас происходит ресоветизация РФ. Чекисты, управляющие этой страной, хотят вернуть всё взад – как в СССР, только без социальных гарантий и с нищетой. Возвращается и преклонение перед иностранцами, а также возрастание роли женщин и важность темы унижения русских мужчин. А поскольку у чекистов плохо с креативом – да и зачем он нужен при реставрации? – они сейчас пустили в ход старые наработки времён фестиваля. Слегка отрихтованные современными пиар-технологиями. Или не слишком современными.   Ну например. Сейчас наших бабонек поощряют говорить гадости русским мужчинам под традиционным советским соусом: МУЖИКА НАДО ЖУЧИТЬ. То есть постоянно мучить его, пилить, и в частности – сравнивать его с другими мужчинами. Чтобы он стал лучше. «Вот Петров машину купил, а у нас машины нет». Сейчас бабонек буквально настропаляют рассказывать, какие иностранные болельщики «витальные и позитивные», а наши – квёлые и вялые. Дескать, если тысячу раз сказать русскому мужчигне (замученному тяжелейшей жизнью в России, жизнью-мукой, жизнью-кошмаром), какие аргентницы весёлые, наглые и витальные, он тоже из себя что-то такое выжмет. Так что надо говорить об этом побольше, побольше.   Даром, что реакция на такие разговоры давно известна: "Тут за день так накувыркаешься... Придешь домой - там ты сидишь!"   Мужчин, разумеется, разводят на «мужскую честь». Ване советуют накостылять прекрасному аргентинцу, ведь он «наших девок имеет». При этом накостылять предлагают аргентинцу, а не девке (девка это святое, её нельзя). А главное – накостылять безо всякого реального повода.   Ибо никакой оргии на трибунах – или под ними – на самом деле нет. А то, что есть – это обычное фоновое б..дство, которое было, есть, будет, но интереса не представляет. Нет даже свидетельств о каких-то массовых самоотдачах. Всё, что есть – это злобные тексты профессиональных провокаторов и провокаторш.   НЕ ВЕДИТЕСЬ.   [1] Заметим, ссылок на «мундиальщицу», «недообслуженного мужика» и авторшу «ответочки» нет – всё это сочинено на коленке.   [2] В связи с этим не могу отказать себе в удовольствии процитировать классическое место из «Трудно быть богом» Стругацких:   «Кавалеру и вертопраху, знающему столичное обращение и сосланному в провинцию за дуэль по любви, следовало иметь по крайней мере двадцать возлюбленных. Румата прилагал героические усилия, чтобы поддержать свое реноме. Половина его агентуры, вместо того чтобы заниматься делом, распространяла о нем отвратительные слухи, возбуждавшие зависть и восхищение у арканарской гвардейской молодежи. Десятки разочарованных дам, у которых Румата специально задерживался за чтением стихов до глубокой ночи (третья стража, братский поцелуй в щечку и прыжок с балкона в объятия командира ночного обхода, знакомого офицера), наперебой рассказывали друг другу о настоящем столичном стиле кавалера из метрополии. Румата держался только на тщеславии этих глупых и до отвращения развратных баб.»   От себя добавлю, что женщине не обязательно быть развратной, чтобы рассказывать небылицы о «кавалерах из метрополии», достаточно глупости и тщеславия – качеств, увы, весьма распространённых.   [3] Вообще, что касается легенд. Малое количество реальных афророссиян объясняли тем, что «власти их скрывают». Ходили слухи о каких-то специальных изолированных детдомах, заполненных негритятами. Я даже слышал такую версию, что их выращивали под контролем КГБ, чтобы засылать в Африку, где как раз началось движение «за социалистическую ориентацию». Те, кто это придумывал, явно не учитывали, что это для нас все негры на одно лицо… Впрочем, это в сторону.