С Востока на Запад: на Кавказе всё спокойно

В этой колонке, уважаемый читатель, мы будем рассказывать Вам о том, что происходит в самой таинственной и пугающей части Российской Федерации — на Кавказе. Этакий небольшой обзор за прошедшую неделю.

Надеемся, что наша скромная просветительская деятельность поспособствует тому, что Кавказ (в первую очередь российский) будет восприниматься адекватно — без ужасов (которых, к сожалению, много больше в других частях Федерации) и без розовых соплей.

Итак, пойдем, во имя милосердное, как солнышко — с Востока на Запад.

Восточный Кавказ. Самая большая республика — Дагестан. Тут крупнейшее событие — выступление президента Муху Алиева с ежегодным посланием к парламенту.

Содержание его сводится к основным тезисам политики Муху Гимбатовича в последнее время:

а) надо прекратить чиновничьи поборы с населения и малого бизнеса, и тогда легко будет догнать по экономическим показателям соседние регионы,

б) бороться с экстремизмом надо не только усилиями правоохранительных органов, но и усилиями всего общества.

Идеи-то, конечно, замечательные. Тем более у дагестанского президента есть произведения и помимо ежегодного послания, где это же самое излагается с ещё большим блеском.

Однако в некоторых деталях послание кажется противоречивым. Примерно в том же смысле, что и отмеченная еще Макиавелли склонность людей хвалить Ганнибала за его достижения, осуждая основу этих достижений — крайнюю жестокость.

Например, в послании осуждается коррумпированность значительной части правоохранительных органов, признаются факты незаконных методов ведения следствия. Однако при этом признается, что они (органы) принимают на себя основную нагрузку в борьбе с терроризмом и прочей преступностью. Простейший вывод из этого — коррупционеры и основные борцы с преступностью — это, по крайней мере, пересекающиеся множества. И защищают они не общество, а свои коррупционные возможности.

Усиливает такое впечатление тезис республиканского президента о том, что необходимо в противовес подпольной чиновничьей асоциальной системе создать противостоящую ей «альтернативную государственную систему». То есть президент республики признаёт, что существующая государственная система занимается, как минимум, не тем, чем должна и нуждается в альтернативе. Впрочем, можно предполагать, что такие высказывания — следствие разочарования дагестанского президента в своих попытках реформировать дагестанскую систему и устроить там «вертикаль власти».

Дело в том, что Дагестан — это единственный субъект Федерации, где рейтинг главы любого района стабильно превышает рейтинг главы субъекта. И любой начальник (особенно районного уровня) считает, что раз он эту должность купил, значит, он и полновластный хозяин. Муху Гимбатович, с момента своего воцарения, неоднократно публично и непублично собирался покончить с таким положением вещей. Да, видать, пока не получилось.

Другим интересным моментом была прошедшая в начале недели спецоперация в Хасавюрте.

Примечательна она тем, что радикально отличалась от того, что, мы видели ранее. Это было не долгое окружение и с последующим длительным. унылым расстрелом одного отдельного боевика в отдельно взятом месте.

Нет! — совершенно одновременно представители четырёх силовых структур (все — федералы) ворвались в несколько десятков домовладений, не делая исключения даже для крупных начальников (в том числе милицейских).

Задержали, со слов самих силовиков, подозреваемых самых различных национальностей. При этом никто не был убит, и, похоже, даже вообще не применялись гранатомёты и огнемёты.

Более того, после операции высокопоставленные чины дагестанского МВД (включая замминистра) проводили разъяснительную работу среди пострадавших и пытались в конструктивном ключе объяснить им необходимость таких действий. Всё это, вне зависимости от подробностей, которые всплывут позже, говорит о том, что наши силовики — это далеко не всегда те, за кого они себя выдают (см. выше — послание президента Дагестана). О нет, это вполне дееспособные в профессиональном плане люди. Могут, когда хотят.

В соседней Чечне практически ежедневно происходили перестрелки и подрывы, к сожалению, и с жертвами. В условиях гражданской войны трудно ожидать чего-нибудь другого, однако это не то, что может в дальнейшем радикально повлиять на историческую судьбу Кавказа и России. Куда более значимо для наших судеб сообщение о том, что в новом учебном году в Грозном откроется суворовское училище. Процент чеченцев-офицеров, и так не маленький, в недалёком будущем должен будет, таким образом, приведён в пропорциональное соответствие с четвёртым местом чеченцев по численности среди народов Российской Федерации. Надеюсь, последствия понятны.

В Ингушетии также происходили взрывы и обстрелы, но тут игра происходила в одни ворота — страдали исключительно милиционеры. Начальник Сунженского (самого боевого) РОВД подвергся за неделю аж двум нападениям. Одно лично и одно на домовладение. В этот раз пострадали только милиционеры-охранники, ранее террористам удавалось задеть и самого начальника и членов его семьи.

В Ингушетии гражданская война имеет интересную особенность — здесь существует «легальная» (ну, или полулегальная) оппозиция.

В западных странах подобные структуры принято называть «легальным крылом» партизан/террористов, так как они оправдывают, (хотя и ни в коем случае и не одобряют!) экстремистскую деятельность. В случае Ингушетии это всё же не однозначно так. Полулегальные оппозиционеры всё же не делают из террористов героев — а, с другой стороны, сами являются довольно самостоятельной силой. В прямом смысле слова «сила», да-да.

Например, они могут из хулиганских соображений отобрать дорогой джип у родственников республиканского президента. В ответ на это президентские родственники, строго соблюдая закон талиона, отбирают у лидера оппозиционеров роскошный «Мерседес».

Оппозиционеры на прошлой неделе презентовали свой новый проект (после Общенационального митинга и альтернативного кланового парламента) — восемьдесят тысяч подписей в поддержку возвращения на пост главы республики Руслана Аушева. Подписи не простые, а с точными паспортными данными, что говорит о чрезвычайной развитости, смелости и зрелости ингушского гражданского общества.

Подписи обещали в скором времени передать Президенту Российской Федерации.

По идее, если не побоялись писать паспортные данные, то уж адресату точно не должны побояться передать. Будем следить за развитием сюжета.

Последняя на Восточном Кавказе республика — Северная Осетия-Алания. За её границей — «Иран-постом» — уже начинается Запад.

Осетия, как и полагается «форпосту России на Кавказе», пребывает в чинном спокойствии.

За этой тишиной скрывается мощь подпольной кавказской сверхдержавы, единственной здешней элиты, способной себя поставить на равных с федеральным центром (как в Москве, так и в брюссельском и прочих обкомах). Очередное державное достижение — похоже, что путём хитрых (хотя и достаточно простых по сути) дипломатических манёвров с перспективным движением осетинских сепаратистов, которые одновременно ещё и евроунионисты, осетинской элите удалось гарантировать существование Республики Южной Осетия. А значит, по умолчанию, и самые мощные вооружённые силы на российском Кавказе (технически превосходящие даже воинство Рамзана Ахматовича).

Однако ещё не вечер, и может великий и ужасный (по крайней мере, в отечественной прессе) Михаил Николаевич сумеет как-то обойти российский гарантии.

Всё же представляется более правдоподобным (в том числе по высказываниям этого самого Михаила Николаевича), что проблемы будут у абхазов, а кударцы (южные осетины) отделаются незначительными потерями.

Это, наверное, можно было предсказать ещё задолго до того как Саакашвили сообщил, что Абхазия «сделает каждого грузина в три раза богаче». Когда осетинам давали внутренние российские паспорта с владикавказской пропиской, а абхазцам — заграничные.

Впрочем, поживём, увидим — Олимпиада не за такими уж дальними горами.

Теперь у нас на очереди Западный Кавказ. «О Запад, Запад величавый!» © поэт-славянофил Хомяков.

Тут бесспорный ньюсмейкер — Кабардино-Балкария.

Во-первых, нападения террористов на милиционеров в масштабах, которых давно не бывало — обстрелы, подрыв, убийство двух охранников обсерватории только за неделю. Словно в ответ на призывы президента республики к общественному противостоянию преступности, которые он озвучил в послании парламенту в среду.

Это послание — вторая по важности новость оттуда. Полно оно многих интересных идей. Например, — разобраться, наконец, с земельным вопросом — заявляется «создание и практическая реализация целостной системы управления земельными ресурсами».

Заявка неслабая, особенно если учесть, что сама двуединая республика была создана большевиками в двадцатые годы как попытка заморозить земельные споры между кабардинскими и балкарскими сёлами. Тогда дело доходило до вооружённых столкновений между красными милиционерами.

Другая интересная идея: первостепенность создания равных возможностей для всех жителей республики. Если это получиться реализовать в условиях, когда президент-москвич находится в полной зависимости от своих родственников, свойственников и друзей, без которых он не смог бы и шагу ступить в республике, то можно будет подумать и о звании «менеджер века».

Сопоставим по гениальности и по генезису с этой заявкой и абзац про республиканскую антикоррупционную программу.

Интересного там ещё очень много, но это заслуживает отдельной статьи.

Третья новость из КБР — это воскресный вечер памяти председателя правительства Северо-Кавказской республики времён гражданской войны начала 20 века в Пшемахо Коцева. Сенсационность этого события в том, что этот бесспорно выдающийся и талантливый политик был, в современном понимании, явным сепаратистом. Если как предлагалось поставить ему памятник, то это создаст хороший прецедент для прославления различных деятелей, ныне скрываемых от широкой аудитории как раз из-за подобных проблем в биографии. Особенно это относится к различным русским деятелям антибольшевистской и антисталинской ориентации.

Следующее на очереди у нас — единственное «русское» административное образование на Большом Кавказском хребте, Кавминводы.

Там собрался сменится губернатор, по крайней мере написал прошение об отпуске с последующей отставкой. Насколько правдоподобны слухи о том, что его сменит имевший в прошлом отношение к этой должности сенатор и о том, что в этом субрегионе пройдёт Госсовет покажет ближайшее будущее.

Далее — Карачаево-Черкесская Республика. Республике осталось месяц (ну два) до решения вопроса о том, кто же её возглавит.

В самой республике достойных кандидатов назвать побоялись, и ждут, когда это сделает федеральный Президент. Проблем в республике хватает, и поэтому пока республика замерла в ожидании, что-нибудь может лопнуть от перенапряга.

Например, кончится терпение отдельных деятелей. Таких, как Ислам Крымшамхалов (глава маргинальной Партии социальной справедливости) — публично и телевизионно заявившего, что главой республики может быть только карачаевец.

А может, печальная участь постигнет трубопровод с питьевой (ну, очень относительно питьевой, но всё-таки) водой в отдалённом Урупском районе. Район этот преимущественно славянский, поэтому ещё и в советское время обеспечивался в третью очередь. Следовательно, к нынешнему времени и без того ветхая инфраструктура, окончательно пришла в уникальное состояние (в смысле, непонятно, как она работает).

Что будут делать жители района, если останутся без воды — вопрос чрезвычайно интересный. Хотя бы потому, что на него завязаны непростые темы раздела иностранных инвестиций в агрокомплекс и сближения с Краснодарским краем (самое удобное место для дороги).

До кучи в республике имеются ещё и военный космос, и свежеучреждённая горнострелковая бригада. Тут тоже можно ждать всяких сюрпризов.

Самая западная республика на Кавказе — Адыгея. Это место где никто не ждёт сенсаций. Даже ДТП с министром внутренних дел не тянет на событие достойное ока федерального читателя. Хотя министр в больнице, это никак не «автокатастрофа», а именно дорожное происшествие.

Адыгее повезло с названием (хотя сначала коммунисты непредусмотрительно назвали её Черкесией). Из-за своего названия республика является витриной адыгской жизни в Российской Федерации.

Зарубежных адыгов (будь они бесленеи или кабардинцы) везут смотреть в первую очередь именно Адыгею. Как, например, делегацию из 23 трёх адыгоамериканцев из диаспоры, побывавших в Майкопе в прошлую среду.

Интересно, что они там увидели?

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
  • Самое читаемое
  • Все за сегодня
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter