Имя петербургского историка Игоря Пыхалова широко известно читающей публике. В первую очередь, тем, кто интересуется подлинной военной и политической историей нашей страны. Игорь Пыхалов наряду с Алексеем Исаевым, пожалуй, один из крупнейших российских историков-специалистов, отстаивающих в своих трудах историческое достоинство СССР и России. Его книга “Великая оболганная война”, без сомнения, является одним из значимых исторических исследований, реально противодействующих переписыванию истории современными лгунами-фальсификаторами всех мастей. А за труд “За что Сталин выселял народы” и ряд интервью информагентствам о подлинных причинах депортации чеченцев и ингушей Игорь Пыхалов получил вызов в Прокуратуру. Поводом послужили череда писем-доносов со стороны бывшего министра здравоохранения Ингушетии Хамзата Цокиева, лидера ингушской оппозиционной организации “Машр” Магомеда Муцольгова, а также устное обращение уполномоченного по правам человека в кадыровской Чечне Нурди Нухажиева. Что ж, подобная нервная реакция — лучшее признание заслуг. Образно выражаясь, свой “георгиевский крест” за проявление гражданского мужества на фронтах информационной войны Игорь Пыхалов заслужил.

И.Б.: — Игорь Васильевич, Вы наверняка читали нашумевшую статью Подрабинека. Кто, на Ваш взгляд, заинтересован в очернении истории Великой отечественной войны: это инициатива демшизы или же это заказ власти? Быть может, путём подобного рода скандальных статей в обществе запускается пробный шар?

И.П.: — Такие действия проистекают из двойственной природы нынешнего режима. С одной стороны современная власть возникла в результате уничтожения Советского Союза, поэтому для своей легитимизации она должна чернить и хаять советский период нашей истории, в том числе и историю Великой Отечественной войны. Но с другой стороны, в отличие от откровенных предателей и подонков, которые находились у власти в 90-е годы, нынешнее руководство — это прагматичные русофобы. Конечно, они, не любят нашу страну и народ. Однако у них перед глазами есть примеры Слободана Милошевича и Саддама Хусейна. Их безопасность зависит от существования нашей страны. Без России они — никто. Волей-неволей они хоть как-то должны заботиться о государственной безопасности. Поэтому какие-то усилия прилагаются к тому, чтобы наша страна хоть как-то оставалась на плаву. Имитируют патриотическую пропаганду. За последние несколько лет мы наблюдаем ряд косметических шагов в этом направлении. В том числе, открытие барельефа со Сталиным на улице Коммуны у нас в Петербурге, или же восстановление доски в московском метро со словами сталинского гимна, что вызвало истерику либералов. Однако на двух стульях не усидишь. Плюрализм в одной голове — это шизофрения. Вот, скажем, создаётся пресловутая комиссия по борьбе с фальсификацией истории, но туда входят рьяные фальсификаторы вроде Николая Сванидзе, и с ней сотрудничают другие фальсификаторы вроде Татьяны Бушуевой. Получается, что свиньи против грязи

И.Б.: — В общем, доверили козлам огород охранять…

И.П.: — Да, именно так.

И.Б.: — Современное российское кино об Отечественной войне является инструментом оболванивания народа, все эти “Штрафбаты” и “Московские саги”. Обратите внимание, какие образы там создаются и настырно внедряются в массовое сознание. Если комиссары, например, то обязательно со злобными рожами и блатными манерами из 90-х. В них же нет ничего советского. Кто противостоит подобному потоку? Слышен ли голос профессиональных историков? Или же защита исторического достоинства нашей страны — удел энтузиастов-одиночек?

И.П.: — Сейчас никакой поддержки государства тем, кто действительно выступает против фальсификаций и переписывания истории не оказывается. А все вами названные фильмы спонсируются из госбюджета. Михалков и компания получают щедрые дотации. В том же Институте истории и Институте военной истории сидят все эти Бушуевы, которые в 90-е годы во всю участвовали в компании по дискредитации прошлого, в погроме СССР, а теперь вдруг оказываются в роли стражей нашего исторического достоинства. Лично я от государства ни копейки не получал и не получаю.

И.Б.:— Зато вызвали к себе пристальный интерес прокуратуры.

И.П.:— Она отрабатывала донос. Хотя должен заметить, что прокуратура в целом вела себя довольно прилично. Меня вызвали в Москву с просьбой дать объяснения. Я был не прочь побеседовать с органами, так как никакой вины за собой не знаю. Всё, что я пишу — основано на фактах. Однако ездить в Москву и обратно за свой счёт для меня накладно. Поэтому я написал им письмо, что готов дать объяснения, если они оплатят мне дорогу или же передадут дело в органы петербургской прокуратуры. После этого они меня не беспокоили.

И.Б.:— Возможно ли восстановление исторической справедливости в будущем?

И.П.:— Тенденция охаивать прошлое идёт не только власти, но и от настроений в обществе. Здесь работает вот какой механизм. Я уже не раз об этом говорил: все люди, все жители нашей страны, которые на момент развала СССР были взрослыми, в той или иной мере несут ответственность за это. В подавляющем большинстве они этому не препятствовали, многие голосовали за Ельцина, ходили на демократические митинги. При их попустительстве и даже прямом содействии была разрушена страна, подвергнуто разгрому всё наше общество. И они сами при этом, за редким исключением, ничего от этого не получили. Особенно интеллигенция, которая так буйствовала в конце 80-х. И от осознания этого факта им особенно обидно. Очень сложно признаться себе в том, что был идиотом. Далеко не каждый решиться на подобное признание самому себе или же своим детям. Остаётся искать какие-то самооправдания. Поэтому в распространении подобных настроений легко просматривается механизм психологической защиты. Это проявление синдрома Иуды. Ведь если допустить, что СССР действительно был “империей зла“, то факт предательства этим как бы нивелируется. Однако сейчас новое молодое поколение не несёт в себе иудиного комплекса. Общаясь с молодой аудиторией, могу сказать, что их взгляды на исторические события гораздо более трезвые и взвешенные. Хотя, конечно, наша молодёжь необразованна, она мало чего знает. Это неудивительно, в стране, в наших людях усиленно культивируется воинствующее невежество. Но здравый смысл у неё, безусловно, присутствует. Думаю, восстановление исторической справедливости во многом зависит и от смены поколений.

И.Б.: — А как вообще защититься рядовому гражданину от манипуляции сознанием? Что может позволить в наше время сохранить ясный ум?

И.П.: — Помимо всех тех недостатков, которые есть у современной России, есть и некоторые достоинства. Например, информация стала гораздо доступнее, чем раньше. Хотя ставить этот факт в заслугу либералам не стоит. Ибо есть два способа скрыть правду. Первый — это засекретить вообще всё и запретить распространение любой информации. Такой способ использовался в советское время. Второй же — и более действенный — создать информационный шум, чтобы в потоках противоречащей друг другу информации всё перемешалось. И тогда крупица правды окажется погребена под тоннами откровенных домыслов, фальсификаций и лжи. У рядового обывателя создастся впечатление, что вообще ничего неизвестно, всё недостоверно, и верить нельзя вообще ничему. Я, например, когда хочу установить подлинность того или иного исторического факта, иду в архив. Причём, ради этого даже специально езжу из Петербурга в Москву. Большинство архивов сейчас открыто и общедоступно. Однако туда за исключением очень узкого круга любителей истории, которые действительно хотят разобраться в вопросе, никто не ходит. Остальные предпочитают верить телевизору и газетам.

И.П.:— Так и есть. Вот мои оппоненты пытаются доказать, что я необъективен, и исторические события должны рассматриваться с разных точек зрения. Однако во всех исторических событиях есть, как минимум, две правды, а иногда их ещё больше. Задача наших историков состоит в том, чтобы защищать наше прошлое, нашу страну, нашу точку зрения. Здесь должен соблюдаться принцип, сформулированный одним американским политиком: моя страна права, потому что это моя страна. Это разумный подход. Однако у нас культивируется прямо противоположный взгляд, усиленно навязывается комплекс вины. Даже если брать два возможных подхода для оценки того или иного исторического события, то всегда выбирается именно тот, который является наихудшим для нашей страны. Вот возьмём советско-польскую войну 1919 — 1920 годов. Тогда Польша напала на нашу страну, захватила Киев. Это была именно агрессия с их стороны, хотя теперь и пытаются доказать обратное. И хотя мы погнали их потом до Варшавы, но всю войну в целом, скорее, проиграли. Был заключён мирный договор, по которому Польше были уступлены территории Западной Украины и Западной Белоруссии. Однако нынешние либеральные обличители советского прошлого действия Польши никак не осуждают, скорее наоборот. Зато тот факт, что мы, воспользовавшись ситуацией, вернули себе захваченное поляками территории в 1939 году, представляют как агрессию, за которую мы должны вечно каяться. А с какой стати?

Ещё любопытнее ситуация с Финляндией. Опять-таки, финны, воспользовавшись русской смутой, захватили район Петсамо, нынешней Печенги. Потом в 1921 году с ними был заключён мир, и мы этот захват признали. Однако в 1940 году, после поражения в Зимней войне, Финляндия подписывает новый мирный договор, по которому уступает нам Карельский перешеек и возвращает часть района Петсамо. И это опять вызывает резкое неприятие либералов и антисоветчиков всех мастей. Тут уж господа-объективисты одно из двух: либо вы заявляете, что любой мирный договор окончательный и никакому пересмотру не подлежит, и тогда признаёте как договор 1921 года, по которому мы кусок территории отдаём, так и Московский договор 1940 года, по которому мы этот кусок возвращаем назад, либо признаёте за государствами право на реванш. Однако они целиком и полностью одобряют и финский захват Петсамо, и тот факт, что Финляндия год спустя после Зимней войны выступила против СССР на стороне Гитлера.

И.Б.: — Некоторые финские историки, кстати, отрицают факт союза именно с Германией. Они утверждают, что Финляндия с 1941-го по 1944-й будто бы вела свою собственную, отдельную войну против СССР, никакого отношения ко Второй мировой войне не имевшую. Они вон даже существование снайперов-“кукушек” отрицают.

И.П.: — Это всё сказки. На финском фронте находилось несколько немецких дивизий, воевавших бок о бок с финскими войсками. Все военные планы согласовывались. Кстати, Гитлер, выступая по радио 22 июня 1941 года с речью о начале войны против нашей страны, среди своих союзников упомянул и Финляндию, хотя она официально объявила нам войну несколько позже.

И.П.: — Здесь ситуация такая. Голубая свастика первоначально была эмблемой финских ВВС с 1918 года, а позднее и танковых войск. Когда в 1944 году они заключили с нами сепаратный мир, а в марте 1945 объявили войну уже Германии, своему вчерашнему союзнику, свастику срочно заменили на голубой круг. Однако теперь штандарт со свастикой используется вновь. Его выносят на парадах, используют в официальных церемониях.

И.Б.: — Как Вы полагаете, недавний накат со стороны Запада, известная резолюция ОБСЕ, приравнивающая сталинизм к гитлеризму, очередная ритуальная истерика по поводу 70-летнего юбилея со дня подписания пакта Молотова-Риббентроппа — это удары новой Холодной войны?

И.П.: — А Холодная война против нас и не прекращалась никогда. Просто в 90-е годы Западу надо было переварить плоды своей победы над СССР, освоить ту же самую Восточную Европу. Сейчас же плоды переварены, и Запад видит, что зачаток государства на территории России сохранился. Сейчас же ему необходимо добить и то, что осталось. И это сделать вполне возможно. И опять-таки мы возвращаемся к вопросу о шизофрении власти. Вот, скажем, ежегодно 9 мая объявляется минута молчания в память павших советских воинов. А голос диктора за кадром при этом говорит примерно следующее: “Ты, прошедший ужас лагерей сталинских, принёс освобождение заключённым концлагерей нацистских”. Пока такие вещи у нас в стране не прекратятся, политические демарши такого рода против России будут постоянными.

И.Б.:— Шизофренический парадокс. Вроде бы с одной стороны наша власть на словах выступает против фальсификации истории в некоторых бывших союзных республиках, МИД всякий раз шумно возмущается парадами ветеранов СС в Прибалтике, а с другой власть делает внутри России едва ли не всё, чтобы охаять и оболгать всё советское. Известный факт. Когда несколько лет назад на Западе поставили памятник Большой тройке и третий стул демонстративно оставили пустым, шумно возмущаться начал не кто-нибудь, а Сванидзе: мол, где Сталин, где Россия? Как вы можете плевать на наш вклад в победу над Германией? Уж чья бы корова мычала! На что с Запада, в общем-то, резонно, заметили: о каком изображении Сталина может идти речь у нас, когда вы сами его у себя с грязью смешали. И сам Сванидзе в этом играл активную роль.

И.П.: — Шизофрения началась ещё в советское время. Вспомните хрущёвское развенчание “культа личности” — тогда тоже в Париже находилась площадь Сталинград, а у нас город спешно переименовали в Волгоград. Оттуда прослеживается прямая дорожка к концу 80-х, к уничтожению нашей страны. Это действо нанесло всему нашему обществу огромный вред. После XXII Съезда КПСС творился вообще абсурд: из учебников истории изъяли упоминание о Сталинградской битве. Она тогда официально называлась битвой на Волге. Именно при Хрущёве закладывались основы массовых предательств 91-го года.

И.Б.: — Александр Зиновьев писал по этому поводу, что в “хрущёвскую оттепель” народ натренировали на предательство.

И.П.: — Фактически так оно и есть.

И.П.:— Исследование, проведённое в этой книге, не столь всеобъемлющее, как может показаться из названия. В ней рассматривались взаимоотношения государства, советской власти с лишь крымскими татарами, чеченцами, ингушами и народами Прибалтики, хотя список депортированных народов гораздо шире. Почему выбраны именно эти народы? Потому что у остальных депортированных — поволжских немцев, например, или калмыков — проблем во взаимоотношениях с Российским государством нет. А есть народы, которые свои обиды на Россию сделали краеугольным камнем своей современной идеологии. Они пытаются громко звенеть кандалами. Именно про них я и писал.

Теперь что касается причин. Вообще все депортации можно условно разделить на две группы: это депортации привентивные, как скажем, выселение немцев из Поволжья и высылка неблагонадёжного, антисоветски настроенного элемента из прибалтийских республик накануне войны, и депортации как акты возмездия — это в случае с крымскими татарами, чеченцами и ингушами. Надо понимать, что СССР в своих действиях были совершенно неоригинален. Мы видим то же самое на примере США, когда через два месяца после Перл-Харбора в концлагеря были помещены сотни тысяч японцев, многие из которых были гражданами Соединённых Штатов. В данном случае действия американцев были гораздо менее обоснованы, чем наши. Как известно, собственно на территорию США нога японского солдата не ступила. А если вспомнить историю нашей страны, то можно вспомнить и выселение немцев из западных губерний в первую мировую войну. И об этом молчат, заметьте.

Под депортации возмездия же подпадают крымские татары, чеченцы, ингуши, калмыки. Если мы обратимся к историческим фактам, то получится, что эти народы своё выселение вполне заслужили. Среди тех же татар было поголовное сотрудничество с немцами. Практически всё взрослое мужское население служило во вспомогательных частях. В Чечено-Ингушетии мы так же наблюдаем со стороны местного населения массовое дезертирство и нежелание воевать в рядах Красной Армии. Там к тому же осенью 1941 — весной 1942 года произошли три антисоветских восстания.

И.Б.:— И ведь в банды там уходили многие партийные работники.

И.П.: — Да, именно так. Здесь необходимо учитывать этнопсихологические особенности народа. И надо понимать, почему в отношении чеченцев и ингушей был применён принцип именно коллективной ответственности. Индивидуальная ответственность может существовать лишь в атомизированном обществе индивидуалистов, примеры коего дают современная Западная цивилизация, да и современная Россия. Подходить с мерками нынешней индивидуалистической морали к Чечне — абсурд. Возьмём такую распространённую ситуацию: возле какого-то чеченского аула убит красноармеец. И что делать? Доискаться настоящего убийцу не представляется возможным — чеченцы своих не выдают. А если оставить это безнаказанным, то местные жители уверятся, что власть слаба и беспомощна. Массу примеров применения принципа коллективной ответственности, кстати, можно наблюдать со стороны так называемых западных демократий в своих колониях. И тому есть масса примеров.

И.П.: — Совершенно верно. Хотя Ермолов был не первый. До него аналогичными методами на Кавказе действовал князь Цицианов, впоследствии предательски убитый одним из азербайджанских ханов. Но в целом, конечно, российская политическая линия на Кавказе была направлена на задабривание местных феодалов, и это было ошибкой. Для восточного человека такая манера поведения свидетельствует лишь о слабости.

И.П.: — Совершенно верно.

И.Б.: — Давайте вернёмся ко дню сегодняшнему. Как вы считаете, либеральная оппозиция в нашей стране, которая нередко создаёт в СМИ информационный шум — это всё же реальность или пропагандистский миф? Вот взять тех же Каспарова, Касьянова, Алексееву, Пономарёва, покойную Политковскую. С одной стороны, они вроде как против существующей власти, выходят на акции протеста. Но с другой, большинство из них — закоренелые русофобы и убеждённые враги России.

И.П.: — Все те, кто исповедует сегодня либеральные взгляды — это либо юродивые, либо подонки, идейные враги нашей страны. Да, есть люди, которые искренне разделяют либеральные убеждения. Я с такими общался. Но это именно юродивые, люди, у которых проблемы с психикой. При этом они субъективно честны, и думают действительно то, что говорят. Они материально, как правило, необеспеченны как и всякие энтузиасты, и ничего от нынешней власти не получают. А есть другой тип. Это люди обеспеченные, как правило, имеющие свой бизнес, использовавшие в своекорыстных целях развал 90-х. Теперь они рядятся в тогу оппозицию и надеются прорваться к власти, заручившись поддержкой Запада.

И.П.:— У нас перед глазами успешный пример взятия власти, продемонстрированный большевиками. Тот же Ленин предпринимал политические шаги прямо противоположные тем, которые совершает нынешнее руководство оппозицией. Его политическая линия была в этом отношении твёрдая: прежде чем объединиться, надо сначала хорошенько размежеваться. И именно она привела его в итоге к победе. Дело в том, что до революции все революционные организации в масштабах огромной Империи были карликовыми группками. Объединять их воедино никакого смысла не имело. Успех придёт не от искусственного создания коалиции как таковой. Как гласит китайская пословица: из тысячи ящериц не сложить одного дракона. Наоборот, в условиях революционной ситуации успех пришёл именно к тем, кто в данный момент объективно выражал чаяния большей части народа, то есть к большевикам. Именно они благодаря своей принципиальной, упёртой позиции не были дискредитированы в народном сознании.

И.Б.: — О рыхлости и нежизнеспособности подобных объединений и Гитлер в “Mein kampf” писал. Он утверждал, что от механического суммирования нескольких организаций в одну, новоявленная коалиция не усилится, а наоборот, ослабнет, так как вместе с союзническими отношениями туда придут и дрязги, и грызня между лидерами.

И.П.: — Да, так оно и есть.

И.Б.: — Возможно ли существование современной России в длительной исторической перспективе? Или нам уготован скорый крах?

И.П.: — Нынешняя российская Федерация — принципиально нежизнеспособное государство. И в будущем для нас возможны два сценария, два пути. Либо восстановление государственности в полном объёме и возврат хотя бы части утраченных в 1991 году территорий, либо дальнейшая деградация и гибель. Третьего не дано. Понимаете, от развала СССР проиграло большинство. В том числе и в тех республиках, которые обрели независимость. Даже в Прибалтике. Но если для простых людей гибель Союза принесла лишь бедствия, то есть определённые социальные слои, для кого это событие принесло благо. Речь, в первую очередь, идёт о расплодившихся в этих новоявленных псевдогосударствах чиновниках, а также о национальной интеллигенции, особенно творческой, активно востребованной в качестве обслуги режимов. Это же колоссальные кормушки. И российская власть, несмотря на все свои заявления в реальности не делает ничего для воссоединения и усиления своего влияния на постсоветском пространстве.

И.П.: — Это действительно важный вопрос. В первую очередь необходимо объединение с Украиной, Белоруссией, Приднестровьем. Главное препятствие для восстановления своего былого влияния сейчас — это современная Украина. Нужна новая Переяславская Рада. Вернуть остальное — это уже вопрос политической техники. Что касается государств Средней Азии, то здесь действительно необходимо подумать. В любом случае, наше политическое присутствие в этом регионе должно быть максимальным. Как известно, природа не терпит пустоты. Не будет нас — придёт Китай.

На ситуацию влияет ещё и то, что, конечно, перегиб в национальном вопросе большевики в своё время допустили. Во многих союзных республиках, в недрах партийной номенклатуры вызревали подспудно националистические настроения.

И.Б.:— И это живо нам аукнулось в конце 80-х.

И.П.: — Да, именно так. Но должен заметить, что большевики были неоригинальны. Фактически неверная национальная политика у нас в стране проводилась со времён Петра I. Заметьте, что те народы, которые вошли в состав русского государства в допетровскую эпоху, те же казанские татары, которые раньше были нашими врагами, в целом адаптированы к жизни в России, и особых проблем не возникает. Кучки экстремистов, конечно, есть везде, но они особой роли не играют. А в имперский период политика велась, безусловно, неправильная. Это была политика задабривания инородцев и искусственное создание им преимуществ в ущерб коренным жителям. Во многом отсюда проистекают наши сегодняшние проблемы.

Хотя подспудная русификация снизу в советское время всё же шла. Взять ту же Украину. Тогда русский изучали там практически все, особенно молодёжь. Ведь обучение в вузах, вступительные экзамены были на государственном, русском языке. Соответственно кому нужна была эта искусственная мова? Или посмотрим на Прибалтику. Помните перестроечные вопли о том, что не разрешают защиту диссертаций на родном языке? Но ведь русский язык — это один из официальных языков ООН. Если тебе важна именно наука, то необходимо писать на том языке, на котором читать тебя сможет наиболее широкий круг лиц. И кому будет нужно твоё открытие, будь даже трижды гениальное, если диссертация написана, к примеру, на эстонском? Да никому, по сути. Ради этого всё равно его никто учить не будет.

И.П.: — Мы действительно наблюдаем изменение сил в мире. Китай теперь — это уже фактически амбициозная сверхдержава. С другой стороны, мы можем наблюдать некоторое ослабление Соединённых Штатов. Действия её нового президента Барака Обамы всё больше напоминают Горбачёва. Взять хотя бы присуждение ему Нобелевской премии мира. В Европе, да и в США на наших глазах происходит демографическая катастрофа, идёт этническое замещение коренного белого населения мигрантами. Причём уже не только из бывших колоний, но и вообще из всех стран третьего мира. В Европе, конечно, эти процессы идут быстрее, чем в США. Но Америка в данном случае — не исключение. Разумеется, у Запада ещё есть военные и интеллектуальные ресурсы, но это всё проходящее. Так что могу сказать, что крах Запада, по всей видимости, не за горами. И, возможно, нам ещё суждено стать его свидетелем. Главное, чтобы он не утянул за собой и Россию. Ибо социальная система нашей страны вобрала в себя как самые худшие проявления западных черт, так и худшие проявления советских. Ну, плюс ещё позаимствовала кое-что у мусульманской Азии: взять ту же чиновничью коррупцию, например. Рождаемость у нас такая же низкая как на Западе. А с другой стороны — сверхвысокая африканская смертность. Продолжается деградация промышленности, науки. Сейчас идёт массовый выход на пенсию последних качественных советских специалистов — детей послевоенного “бэби-бума”. Во многом, на их плечах ещё держатся остатки промышленности и науки. Заменить их в таком количестве некем.

Беседовал Игорь Бойков