Российские законы, как известно, и сами по себе несовершенны, и к тому же дурно исполняются. Это выражение, кстати, имеет много смыслов. Просто небрежное отношение к закону — это ещё самое безобидное, что может с ним случиться в коридорах российской Фемиды. Куда опаснее ситуация, когда закон применяется вовсю — но не в тех целях, для которых он вроде бы был принят.

Чтобы не ходить слишком далеко за примерами, возьмём правоприменительную практику по печально известной 282-й статье, более известной как «статья о разжигании розни». О чём она на самом деле — наш читатель уже, наверное, знает.

Впрочем, мы не собираемся критиковать статью как таковую. Мы просто покажем — на наглядном примере — что можно сделать с правовой нормой, если приложить к ней немного фантазии и личного интереса.

Впрочем, сначала всё-таки немного юриспруденции. Как известно всем специалистам, имеющим отношение к этой теме, 282-я статья вызывает споры и нарекания с момента своего появления на свет. В первую очередь из-за возможной расширительного толкования. По меткому замечанию известного интернет-журналиста, «сегодня под нее можно подверстать что угодно. Начиная с Библии, призывающей побивать каменьями проституток, гомосексуалистов, неверных жен, а также крестьян, которые сажают два разных вида злаков на поле. И заканчивая Уголовным кодексом, который разжигает ненависть и призывает к репрессиям адрес социальной группы (преступников)».

Не случайно почти сразу после появления возникла необходимость сопроводить ее разъяснениями и рекомендациями — именно во избежание неправомерного расширительного толкования. Согласно действующим по сей день «МЕТОДИЧЕСКИМ РЕКОМЕНДАЦИЯМ об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды», утверждённых заместителем Генерального прокурора РФ М.Б. Катышевым 29.06.99 года № 27-19-99,

«…от информации, возбуждающей вражду, следует отличать констатацию фактов. Последняя не несёт никакого отрицательного «эмоционального заряда» и не направлена на формирование негативной установки. Поэтому нельзя, например, считать возбуждением национальной вражды сообщение о том, что самыми неграмотными среди россиян, по данным социологических исследований, являются цыгане… Унижение национального достоинства выражается в распространении ложных измышлений, извращённых или тенденциозно подобранных сведений об истории, культуре, обычаях, психологическом складе, верованиях, идеях, событиях, памятниках и документах, входящих в число национальных или религиозных ценностей, позорящих или оскорбляющих этническую или конфессиональную группу либо её отдельных представителей как членов этой группы, заключающих в себе издёвку, отвращение или презрение к ним…»

Прошу запомнить и занести в протокол: возбуждением вражды могут считаться только «измышления», «сведения... позорящие или оскорбляющие... заключающие в себе издевку, отвращение или презрение...» но никак не констатацию фактов.

Очевидно, что процитированные выше «Рекомендации» были написаны именно на такой случай — то есть на случай крайней тупости или столь же крайней злонамеренности правоохранителей. Чтобы в колёса правосудия не попали случайно какие-нибудь историки, социологи, или просто честные журналисты, имевшие несчастье сказать какую-нибудь неприятную правду. Например, о тех же цыганах. Или, скажем, о милиционерах, являющихся социальной группой и имеющих свои интересы. Или о российском начальстве…

Вот с этого места и пойдут обещанные подробности. Точнее, реальный случай, имевший место в небольшом городе Клину, что в Московской области. Случай, который мы считаем, как говорят в таких ситуациях, знаковым.

2.

21 августа 2009 года следственный отдел по городу Клин СУ СКП РФ по Московской возбудил уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 282 (возбуждение ненависти, а равно унижение человеческого достоинства) УК РФ.

«Признаки преступления» городская прокуратура усмотрела в нескольких статьях районной газеты «Согласие и Правда», издаваемой одноименным областным движением.

О чем эти статьи, к кому там возбуждается ненависть, и чье человеческое достоинство унижается? Давайте посмотрим.

Статья «Кто торгует героином в Клину» повествует об аресте двух наркоторговцев: Казима Карам-ата Гаджиадзе и Ильхама Иммверды-оглы Садыгова. Как выяснилось впоследствие, второй из задержанных наркоторговцев оказался близким родственником заместителя начальника Клмнской милиции Атабека Магомедовича Касумова. Дальше автор статьи задавался вопросами — как мог большой милицейский чин не знать о том, чем занимаются его родичи? Ну и заодно — как согласуется довольно скромная милицейская зарплата с дорогими машинами и роскошной квартирой?

Наверное, человеческое достоинство Атабека Магомедовича пострадало от того, что какой-то газетный щелкопер посмел ему в кошелек заглянуть — вот только при чем тут прокуратура?

Статьи «Опасное соседство» и «Нелегалы в Клину» были посвящены одной теме — незаконной гостинице для нелегальных мигрантов, обнаруженной в результате спецоперации сотрудников Федеральной миграционной службы. В статье задавались очень неудобные вопросы, а именно — как мэр города продал «убыточную городскую больницу» за 28 млн. руб., и почему она сейчас, в качестве подпольной гостиницы, приносит около 100 млн. руб. в год? И самое главное — КОМУ она их приносит? Особенно если учесть, что глава района — и, по совместительству, мэр города — Александр Постригань очень удивился обнаружению подпольной гостиницы. Но! Выселять незаконных мигрантов он категорически отказался. Под традиционным предлогом — люди в городе улицы метут, должны же они где-то жить! Не очень, конечно, понятно, почему мести улицы и, соответственно, «где-то жить», должны люди, пребывающие в России абсолютно незаконно. Но, наверное, все станет немного понятнее, если учесть, что удачливый молодой предприниматель, выжимающий на своем незаконном гостиничном бизнесе 400% годовых — родной сын главы района?

Наверное, Александр Николаевич, как и Атабек Магомедович, тоже счел, что излишняя любознательность журналистов задевает его человеческое достоинство. Но опять же — при чем тут прокуратура?

И наконец, статья «Нас убивают» рассказывает об убийстве 40-летней жительницы Клина. Убийство произошло в ста метрах от той самой бывшей больницы, о которой рассказывалось в предыдущих статьях. Приводились слова жителей ближайших районов о том, что с тех пор, как в бывшей больнице поселились гастарбайтеры, в округе участились и грабежи и нападения на женщин.

Читатель уже, наверное, догадался, кто именно и зачем обвинил газету в «разжигании». Что ж, проницательный читатель, скорее всего, угадал правильно. Подтвердим его подозрения.

3.

Клинский район Московской области — сегодня место очень характерное. Не сказать, что уникальное — происходят здесь ровно те же процессы, что и во всей остальной России. Но здесь все выглядит куда более ярко и выпукло, чем в других местах.

Местная власть — это, собственно, тот самый глава района Александр Постригань, он же мэр города, он же глава местного отделения «Единой России», он же глава местного антикорупционного комитета.

«Почетный святой, почетный великомученик, почетный Папа Римский нашего королевства…»

Начальствует он здесь уже 17 лет — аж с самого 1992 года. Политический долгожитель — кроме Минтимера Шаймиева, никого больше, так прочно вросшего в кресло, и не вспомнишь… Хозяйствует начальник по првинциальному патриархально и бесхитростно: распродает по дешевке «убыточную» городскую собственность, жена — в качестве начальника местной регистрационной палаты — сделки проводит, сын — в качестве «независимого предпринимателя» — скупает… Уголовные дела на Постриганя заводятся с завидной регулярностью, и с завидной же регулярностью закрываются. Чем-то очень мил клинский долгожитель руководству Московской области…

Местным жителям бессменный глава надоел давно и основательно. Но вот никакой возможности от него избавиться у них просто нет. На последних выборах — в 2005 году — послушный местный избирком не допустил до выборов ни одного из оппозиционных кандидатов. Здесь, как водится, все очень послушные — и избирком, и прокуратура, и вообще все-все-все… Тем не менее, даже по официальным данным, Постриганя едва не обошел популярный в те времена кандидат по фамилии «против всех». За него — по официальным данным — проголосовало более 40% избирателей, за Постриганя — по тем же официальным данным — чуть больше 41%. Зная, как работают послушные избиркомы, можно предположить, что в действительности Постригань отставал от кандидата «против всех» на 10-12%...

Из этого конфуза были сделаны соответствующие выводы.

Такой же послушный местный совет депутатов принял изменения в порядок выборов. Отныне к такому ответственному мероприятию, как выборы главы района, избиратели просто не допускаются. Впредь главу района будут выбирать только местные депутаты. После этого исторического решения совет депутатов самораспустился, отдав всю полноту власти любимому вождю и учителю.

Сегодня в Клину идут выборы тех самых депутатов, которым завтра выбирать главу района. Кандидат «против всех» давно уже вне закона и никому не страшен. Выборы проходят по партийным спискам. «Единую Россию» возглавляет сам Постригань, местные коммунисты и ЛДПР ему полностью подконтрольны.

Единственная реальная оппозиция в районе — местное общественное движение «Согласие и правда», которому и принадлежит одноименная газета. На выборы движение идет в составе партии «Патриоты России». Их из всех сил стараются до выборов не допустить. Сначала пришлось вмешаться областному избиркому, потом и центральному.

Дело об экстремизме, возбужденное против газеты — всего лишь часть многолетней борьбы местного хана с оппозицией.

Все очень просто и очень скучно.

4.

Почему, однако, это безобразие — далеко не первое и уж точно не последнее на российских просторах — я считаю знаковым?

А вот почему.

Многие региональные начальники пытались расправляться со своими оппонентами, прибегая к помощи именно этой статьи УК. Но речь всегда шла о ситуациях совершенно другого рода. К 282-ой статье пытались прибегнуть только тогда, когда местная оппозиция в пылу полемики допускала хоть сколь-нибудь неаккуратные высказывания, когда возникала хотя бы видимость обоснованности обвинения.

Сегодня же в Клину происходит событие уникальное. Впервые за время существования 282-ой статьи ее пытаются применить к изданию, ВООБЩЕ не подававшему ни малейшего повода к подобному обвинению.

Пресловутые публикации — вы можете ознакомиться с ними по ссылкам выше — написаны в высшей степени корректрно. Все скользкие моменты, которые могут быть хоть как-то истолкованы как «возбуждение ненависти и вражды», аккуратно объяснены. Например, та самая статья «Нас убивают» сопровождалась подзаголовком «Преступность не имеет национальности». Более того — в самой статье содержится абзац:

«Преступление не имеет национальности. Но обезопасить свой город — это первоочередной долг главного городского руководителя и первоочередная задача правоохранительных органов. В Клину же главный чиновник лишь помог создать криминогенную обстановку, после чего оставил жителей один на один с ней бороться...»

Просто невозможно объяснить еще доступнее, что газета не имеет намерения унижать или оскорблять какую-либо этническую, расовую или религиозную группу. Разве что предположить, что за последние полтора десятилетия в России сложилась такая особая национальность — «начальство». И глава района Постригань, как типичный представитель и ярый защитник интересов этого нового этноса, почувствовал, что его здесь оскорбляют по национальному признаку?

Более того. В «Представлении об устранении нарушений законодательства о СМИ» Клинская городская прокуратура обнаруживает «разжигание ненависти и вражды, возбуждение социальной, расовой, национальной розни» в таком, например, фрагменте:

«1 декабря... была зверски убита женщина-клинчанка, шедшая на работу! В сознании ее доставили в горбольницу, она показала, что на нее напали азиаты!»

Может, клинской прокуратуре, чтобы быть последовательной̆, следовало бы возбудить дело по той же 282-ой статье и в отношении убитой — за такое провокационное высказывание явно «разжигающее расовую и национальную рознь?

Впрочем, о юридической стороне обвинения можно говорить долго. Плоды мышления клинской прокуратуры могут потрясти воображение даже людей бывалых.

Взять, к примеру, само представлении Клинского городского прокурора Стальнова — по которому и возбужденно дело. Есть, например, в этом самом представлении такой загадочный фрагмент:

«В статьях использовались высказывания, направленные на формирование и подкрепление у читателя негативного общественного стереотипа отрицательного образа сотрудников правоохранительных органов, использующих свое служебное положение в противоправных целях…»

Не спрашивайте меня только, что такое «негативный общественный стереотип отрицательного образа»: я не знаю, про что это вообще. Чего на этото раз не понравилось нашим начальникам, чего они сказать-то? Они желают, чтобы газета формировала «негативный стереотип положительного образа»? Или совсем наоборот, «позитивный стереотип отрицательного образа»? Или как? Или что?

Если, однако, продраться через несуразицы и канцелярит, то понять это высказывание можно примерно так, как понимают начальские перлы наши люди. А именно: что «сотрудники правоохранительных органов», само собой, ИМЕЮТ ПРАВО «использовать свое положение в противоправных целях» — они что, не в России живут, что ли? Чем они хуже других начальников? Но вот газете никто не позволял тыкать пальцем в воров и взяточников, если эти воры и взяточники носят милицейские погоны. Это у нас теперь, считай, экстремизм. А что там по этому поводу в «российской конституции» написано — это здесь никого не интересует.

И такого там много.

4.

Но лично меня ситуация в Клину зацепила по совсем другой причине.

Дело в том, что обращение в прокуратору, с которого все и началось, подал некий Овсепян Саркис Леонович, подписавшийся «представителем НК «Армянская диаспора Клинского района».

Ситуация с участием армянской общины в процессе тоже абсолютно беспрецедентна.

И потому, что армяне вообще не упоминались ни в одной из публикаций, и потому, что армянская община в России, в отличие от различных мусульманских общин, ведет себя лояльно и в процессы по 282 статье возбуждает чрезвычайно редко. Если вообще возбуждает — мне об этом, во всяком случае, слышать не приходилось.

Трудно, сказать, что именно так задело Саркиса Леоновича в этих публикациях. То ли принял слишком близко к сердцу моральные страдания азербайджанского милицейского начальника Атабека Касумова и его родственников, которым не дают спокойно торговать героином… То ли принял на свой счет слово «азиаты» из уст умирающей от множественных порезов женщины… И в том, и в другом случае Саркис Леонович какой-то уникальный армянин. Мне таких еще встречать не приходилось.

Говорят, в действительности все гораздо проще. Просто, мол, у Александра Постриганя зять — армянин, вот и проще было действовать через него.

Но меня мало интересую семейные дела вороватых чиновников. И степень зависимости конкретного г-на Овсепяна от клинского самодержца тоже интересует мало. Просто МНЕ очень не нравится, когда имя МОЕГО народа используется в мелких корыстных интересах.

Кроме всего прочего, это противоречит армянскому самоощущению как таковому. Тому гордому самоощущению, которое не позволило создать из геноцида 1915 года что-то наподобие «индустрии Холокоста».

На мой личный взгляд, сегодня именно г-н Овсепян глубоко оскорбляет армянский народ. Хоть на него самого дело по 282-ой заводи.

5.

Отвлечёмся, впрочем, от клинских дел. И порассуждаем немного об общем устройстве нашей Вселенной. Это, кстати, занятие практическое и очень полезное: многое становится яснее.

Все мы сегодня живем при очень своеобразном общественном устройстве.

То, что сегодня называется «демократией», представляет собой строй управляемых меньшинств. В нужный момент нужное меньшинство используется в качестве дубины, которой по кому-нибудь бьют.

Сегодня в России почти все удары приходятся по русским. Но, если посмотреть на то, как обстоят дела за океаном, где все зашло гораздо дальше, становится понятным, что дубина, при наличии надобности, бьет по любому. Сегодня — армянином по русскому. Завтра — евреем по армянину. Послезавтра — пидором по еврею…

Защитить общество от агрессии меньшинств снаружи невозможно. Не затем конструкция создавалось.

Единственная возможность защитить общество — это создавать защитные структуры внутри самих меньшинств. Повернуть этническую солидарность против тех, кто использует её как дубину. Выбить клин клином.

Пока обвинения по 282-ой проходят только лингво-психологическую экспертизу. Лингвисты нынче недороги — интеллектуальная деятельность вообще упала в цене. Вот и по клинскому делу есть два взаимоисключающих экспертных заключения. Каким воспользуются — а как вы сами думаете? Вот то-то.

Это я к чему. Похоже, пришло время для возникновения самодеятельных этнических экспертных групп. Возникающих явочным порядком, самопровозглашаемым, точно так же, как в всвое время возникали первые правозащитные структуры. Относится к ним можно как угодно, и пусть даже их основная деятельность сегодня сильно отличается от провозглашаемых принципов, но нельзя спорить с тем, что их наличие хоть немного увеличивает диапазон возможностей для самозащиты гражданина от деформированного государства. Особенно сейчас, когда правозащитная деятельность перестала быть монополией либерального сообщества, и, помимо, скажем, Хельсинской группы существуют и такие структуры, как РОД.

В нашем случае, правда, речь идет не столько о правозащите, сколько, если угодно, «обязанностезащите».

Самодеятельные этнические экспертные группы должны заниматься мониторингом всех обвинений, исходящих от их компатриотов. И публично высказывать свое отношение — был ли действительно повод для обвинения, или имя народа используется в корыстных целях. Выполнять, если угодно, функции внутриэтнической полиции нравов. Или даже инквизиции — кому как больше нравится. Пусть даже без реальной власти — само наличие экспертной оценки изнутри сильно меняет всю картину.

В такой ситуации каждый конкретный Овсепян, как бы сильно не зависел бы от местной власти, подумает не один раз, прежде чем позволить сделать себя орудием местного чиновника.

6.

Возникает естественный вопрос — а с чего бы вдруг татарам и калмыкам, евреям и лезгинам взбредет в голову озаботиться защитой окружающих от своих же?

Ответ предельно прост.

Ни для кого не секрет, что несколько этнических групп молчаливым консенсусом давно уже признанны абсолютно асоциальными. Со всеми вытекающими последствиями. С ними просто стараются не иметь дела ни при каких обстоятельствах. И любому представителю такого этноса, если ему вздумается всерьез социализоваться, приходится начинать с отречения. «Я не такой, как…»

Вряд ли нормальный человек позавидует такой участи.

А с того момента, как возникнет первая «этническая экспертиза», очень быстро возникнет ощутимое молчаливое давление на любую этническую группу — отсутствие такого рода структур очень скоро станет одним из признаков асоциальности этноса. Со всеми вытекающими из того последствиями.

Ну а то, что первыми в таком деле должны оказаться именно армяне — так это же так естественно. Есть у нас такая привычка — быть первыми :))