Борьба с коррупцией или зачистка политического поля?

Объявление в Московском окружном военном суде беспрецедентно сурового приговора по делу «оборотней в погонах» вновь и на достаточно продолжительный период стимулирует в обществе дискуссию, насколько современное Государство Российское готово противостоять столь серьёзной социальной болезни, как коррупция. Приговор однозначно даёт лишь понять, что государство не намерено прощать впредь беззастенчивое злоупотребление служебным положением в силовых структурах.

Подходы в борьбе с коррупцией в других сферах, а также достигнутые результаты не представляются столь очевидными. Попробуем рассмотреть и оценить механизм возбуждения коррупционных дел против управленцев высокого ранга.

Почти всякое государство заинтересовано, по крайней мере, на словах, бороться с таким явлением, как коррупция. По мнению международных экспертов, факторами, способствующими коррупции, являются «сочетание противоречивых законов и низкой правовой культуры, государственного вмешательства в хозяйственную деятельность компаний и низкого уровня заработной платы чиновников при слабых механизмах контроля за ними» («ЭКО» № 3 // 2001 г., с. 24.).

В 1990-ые годы эти факторы были налицо практически во всех государствах СНГ. Коррупция становилась всё более распространённым явлением. Известный бизнесмен «первой волны» Александр Паникин отмечал, что без взяток вопрос об открытии киосков по продаже качественного и относительно дешёвого отечественного трикотажа решался в Москве только на очень высоком уровне. Распространению коррупции способствовала низкая официальная зарплата чиновников, отвечающих за регулирование экономической деятельности хозяйствующих субъектов.

После начала восстановительного экономического роста, в России произошло заметное усовершенствование экономического законодательства. Стало меньше противоречий в законодательных актах, регулирующих хозяйственную деятельность. Особенно заметно, в сторону увеличения, за прошедшие 5 лет выросли зарплаты чиновников, но мотивация совершения коррупционных сделок не исчезла. Наоборот, масштабы коррупции росли ещё быстрее, чем зарплата государственных служащих. Если доверять оценкам фонда «Индем», то общая сумма коррупционных сделок в России за год превышает годовой бюджет Москвы.

Аналитики и политологи составляют рейтинги коррумпированности и по всему миру, и по отдельным регионам. По месту, занимаемому Российской Федерацией в мировом рейтинге коррумпированности, мы с каждым годом (до 2006) продолжаем опускаться всё ниже.

Получается разительное противоречие. С одной стороны, растёт вес России в мировой политике и мировой экономике: активное участие в работе G8, возвращение в этом году всех долгов Парижскому клубу и переход в ряды стран кредиторов, и т.д. С другой стороны, пребывание по уровню коррупционности в компании с весьма одиозными режимами.

Естественно, хотя бы для поддержания репутации России в глазах наиболее значимых партнёров, борьбу с коррупцией надо усилить. Определённые шаги, несомненно, делаются. Вспомните, доводилось ли Вам встречать в середине 90-х годов информацию о пресечении коррупции в высших учебных заведениях. (Мне вплоть до 1998 года встречать подобную информацию не приходилось вообще). Теперь же, только в течение лета: был осуждён за взятку проректор одного из дагестанских вузов, взята с поличным на взятке ректор Рязанского государственного медицинского университета. Впрочем, это не очень громкие дела, оправданно не получающие широкого общественного резонанса. Коррупционные доходы работников высшей школы не идут ни в какое сравнение с коррупционными доходами крупных государственных чиновников.

Вопрос в том, как именно вести борьбу с коррупцией в коридорах власти. Если провести подробный анализ, то приходишь к выводу, что борьба с коррупцией (вне пределов силовых структур) носит пока выборочный характер. Пожалуй, единственным исключением за минувшее лето является дело одного сочинского чиновника. Напомню, он запросил неимоверную взятку за положительное решение вопроса с земельным участком для одной из фирм. Свой аппетит он мотивировал ожидаемыми Олимпийскими играми. (Дело бывшего министра атомной энергетики Евгения Адамова стало раскручиваться раньше. Носит оно международный характер. Поэтому его не стоит рассматривать в контексте тенденций, обозначившихся в последнее время).

Другие громкие дела по коррупции и злоупотреблениям служебным положением, заведённые за последние полгода, вполне укладываются в определённую схему. Герой популярного романа «Вся королевская рать» Вилли Старк говорил: «Ищите, что-нибудь, да найдёте». Что-то находится, но исключительно на тех, кто своим характером и поступками не устраивают аппарат. Чиновничий аппарат, действующий в интересах одной, вполне узнаваемой политической партии. Социально близких пока не тревожат. Борьба с коррупцией пока ограничивается теми, в чьей безусловной лояльности, с учётом фактора грядущих выборов 2007 и 2008 годов, действующая власть сомневается. Рассмотрим на конкретных и известных примерах.

Первое громкое коррупционное дело, возбуждённое в 2006 году — дело главы администрации Ненецкого автономного округа А. Баринова. По случайному (или не случайному?) совпадению он являлся также последним главой региона, избранным всенародно. При этом значительно опередившем местного лидера «Единой России». Ранее он возглавлял «Архангельскгеологию». Именно злоупотребления в работе этого объединения в конце 90-х годов и были названы причиной возбуждённого дела. Злоупотребления, вероятно, и были. Но следует и вспомнить, насколько незначительные средства выделялись в то время на геологоразведку.

Мэр Волгограда Евгений Ищенко был избран на этот пост после работы депутатом Государственной Думы. Молодой депутат ещё в Думе отличался заметной политической активностью. В отличие от подавляющего большинства депутатов от ЛДПР любого созыва он проявлял себя как самостоятельная личность. Выступал, например, за изъятие в пользу государства сверхдоходов от экспорта энергоресурсов. Разумеется, такие инициативы не могли радовать ведущие энергетические компании. Он был одним из двух депутатов от этой партии, который проголосовал за импичмент Б. Ельцина (вторым был В.К. Гусев — в 1980-е годы первый секретарь Саратовского ОК КПСС, имевший, в целом, неплохую репутацию). Являясь главой областного центра, Е. Ищенко имел проблемные отношения с руководством области (случай достаточно распространённый). В том числе, и по земельным вопросам. Хотя Волгоград является одним из самых протяжённых городов России, он вытянут вдоль Волги. Строительство новых жилых домов в удобных районах, недалеко от центра города и существующих коммуникаций требует определённого пересмотра границ между городом и областью. Городское хозяйство Волгограда, по сравнению, например с соседним Саратовом, находится в относительно приличном состоянии. Конечно, здесь сыграл свою роль и запас прочности, заложенный ещё в советский период и статус города-героя.

Но, объективно говоря, Е. Ищенко неплохо исполнял обязанности мэра миллионного города, и снимали его не за плохую работу. Хорошо известно, что дела о коррупции и злоупотреблениях служебным положениям тянутся долго, дела могут составлять десятки и сотни томов. Но уже 12 сентября дело Е. Ищенко было передано в суд. Это может свидетельствовать о том, что дело мэра Волгограда готовилось давно и готовилось в качестве показательного. (Очевидно также, что обвинение в хранении боеприпасов является «прицепом» и предъявлено на тот случай, если другие обвинения в суде окажутся несущественными или попросту рассыплются). Пример Е. Ищенко наглядно демонстрирует: хочешь оказывать поддержку бизнесу любезной тёщи — не конфликтуй с вышестоящим начальством, хочешь спорить с руководством — будь в стороне от доходного бизнеса. Иного в современных условиях, оказывается, не дано.

Мэр Самары Григорий Лиманский, в отличие от Е. Ищенко, имеет за плечами целую череду скандалов местного значения. Связаны они были с законностью приватизации объектов муниципальной собственности. Пожалуй, ни в одном из российских городов-миллионеров не было такого числа скандалов, связанных с землеотводом или приватизацией собственности. До поры, до времени самарский градоначальник представлялся «крепким орешком» для правоохранительных органов. Но не хватало мэру Самары дара политического предвидения. На предшествующих выборах в Государственную Думу Г. Лиманский склонялся к поддержке «Родины» и не сильно жаловал местное отделение «Единой России».

Инфаркт, происшедший с Г. Лиманским в июле этого года, после предъявления ему обвинений, привёл его к изменению партийных пристрастий. 11 августа, вскоре после выздоровления, он был принят в ряды «Единой России». Местные единороссы решили вновь поддержать кандидатуру Г. Лиманского на пост самарского градоначальника. А прокуратура решила закрыть все дела, фигурантом которых он выступал. Как говорится, «его пример – другим наука».

Следующий случай произошел с главой правительства Хакассии Алексеем Лебедем. В Афганистан Алексей Лебедь входил в составе одного из первых соединений, на полтора года раньше брата Александра. Но в большую политику пришёл позже. Хакассия — одна из самых маленьких республик, до 1992 года имевшая статус автономной области в составе Красноярского края. (Возможно, поэтому избежавшая искушения называть своего руководителя президентом). При сохранении выборности глав регионов непосредственно населением, А. Лебедь имел бы весьма неплохие шансы быть переизбранным на третий срок. Он самостоятелен и решителен. Обвинения, выдвинутые против А. Лебедя, представляются достаточно натянутыми. Даже по сравнению с обвинениями, выдвинутыми против названных выше руководителей.

Основным бюджетообразующим предприятием в Хакассии является Саянский алюминиевый завод. Но А. Лебедю вменяется в вину плохой контроль над весьма скромным сельским хозяйством и ещё более скромной, хотя и достаточно перспективной, сферой туризма. Дело А. Лебедя должно, по всей видимости, показать: при необходимости руки могут дойти и до руководителей национальных республик — людей, предполагающих, что они в современной политической системе остаются неприкасаемыми. Свою роль играют и обвинения и в туристических поездках главы Хакассии, оплаченных абаканскими вузами в конце 90-х годов. Они, видимо, должны напомнить: «ничто не забыто».

Активизация борьбы с коррупцией в политической сфере вполне оправдана и является одной из мер по сохранению основных рычагов власти в руках «Единой России». Неоправданное усиление власти бюрократии далеко не вчера вызвало тревогу у группы наиболее достойных единороссов. Вспомним: ещё весной прошлого, 2005 г. было обнародовано «Обращение к членам партии «Единая Россия». В числе авторов обращения были К. Косачёв, М. Мень, М. Прусак, А. Хлопонин, О. Аршба, М. Маргелов. Они выражали опасение в бюрократическом перерождении партии. Очевидным следствием стала бы переориентация избирателей на другие политические силы. Незамедлительной реакции тогда не последовало. Последовала опосредованная — и позже.

Массовый избиратель заинтересован в наказании матёрых коррупционеров. Но «партия власти» не заинтересована в придании огласке масштабов коррупции среди её верных членов. Ведь, вполне очевидно, что преобладающая масса коррупционеров сконцентрирована именно в рядах правящей партии. Обнародованные в течение весны — лета этого года факты коррупции и злоупотребления служебным положением со стороны «не вполне надёжных» должны были послужить своеобразным сигналом для «социально близких»: «Уймитесь, хотя бы на время». Тех, кто вовремя не унялся, будет ожидать участь группы депутатов Тверской думы (в том числе и от ЕР), дело которых сейчас «раскручивается». Ещё один пример опосредованной реакции — призыв этого лета к «Нашим» бороться с коррупцией и злоупотреблениями функционеров «Единой России» на местах, с обещанием поддержки со стороны федерального центра.

Следует ожидать, что наступающий политический сезон станет сезоном показательной борьбы с высокопоставленными коррупционерами. Последние действия по делу «Трёх китов» — отставки и увольнения свидетельствуют — Россию ожидают масштабные перестановки и череда громких коррупционных дел.

Можно, с высокой долей уверенности предполагать, что выведут «под белы ручки» и пару губернаторов, уже успевших примкнуть к «Единой России». Впрочем, Президент и его ближайшее окружение не станут демонизировать управленческий аппарат в целом — т.е. повторять ошибки периода перестройки. Просто членский билет ЕР на какое-то время перестанет играть роль «охранной грамоты».

Ближе к выборам исполнительная и законодательная ветви власти постараются громко рапортовать о своём очищении от коррупционной скверны.

Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Telegram