Рутинизация минского процесса на марше

Осенью 2015 года в одном из кремлевских кабинетов один высокопоставленный чиновник, вальяжно расположившись на стуле, без пиджака, в одной белой рубашке, крутя карандаш своими длинными пальцами, с мягкой улыбкой, неторопливо и со знанием дела объяснял присутствовавшим на совещании, в чем смысл Минска-2, и имеют ли шанс минские договоренности быть полностью выполненными  в 2015 году, как того требовал договор.


Из его речи следовало, что Минск-2 не будет выполнен никогда, а Минску-3 не бывать.


«Мы прекрасно знаем, что Украиной минские договоренности не будут выполнены. У Минска-2 шансов нет.  И честно говоря, нас это устраивает.  Мало того, мы сами этого хотели. Объясняю.


Украинцы уже после Минска-2 поняли, что попали в ловушку. Если вы ознакомитесь с Комплексом мер, то там есть такая маленькая вставочка, что законы, которые Украина должна будет принять по Донбассу – и об «особом статусе», и о проведении местных выборов, и так далее, могут быть приняты Верховной Радой только по согласованию с ДНР и ЛНР.


Если же законы будут приняты без согласования, то это не будет считаться выполнением Минска-2.  Весь процесс принятия законов начнется с самого начала.


Никогда Верховная Рада никаких поправок к законопроектам от ЛДНР рассматривать не будет. Им эти поправки невыгодны.

 


Например, республики могут предложить внести в закон положение, что начальника украинско-российской границы на территории «особых районов Донецкой и Луганской областей» будут назначать в Донецке или в Луганске, а не в Киеве. Мы же с вами понимаем, что если начальника будут назначать в Киеве, то это сдача границы и конец ЛДНР».


Чиновник сменил позу на стуле и продолжил.


«Примет ли поправку о границе Киев? Нет. Вот поэтому  эти пункты минских договоренностей выполнены никогда не будут.  Ни в 2015 году, ни в 2016, ни в 2017 .. ни в 2025. Всё это в итоге означает РУТИНИЗАЦИЮ минского процесса. А рутинизация приведет к тому, что Европа и Америка, в конце концов, потеряют интерес к Донбассу. Это-то нам и надо.


Так было и с Абхазией и с Южной Осетией. Каждый полгода-год их представители встречались  где-то в Европе, о чем-то вели переговоры, которые к прекращению конфликта в итоге не приводили. Всё рутинизировалось, а когда наступило время, Россия признала и Абхазию, и Южную Осетию.


В общем, Минском-2 мы просто откладываем решение по Донбассу, которое не можем принять сейчас. При этом Минска-3 никогда не будет. Минск-2 дал России преимущества.


Мы знаем, что в Донбассе живут русские люди, поэтому рано или поздно он войдет в состав России, но сейчас это невозможно. Россия, увы,  к этому не готова. Последствий санкций не выдержим. Вы даже не представляете, какое противодействие было в правительстве в связи с присоединением Крыма, а что говорить тогда о Донбассе», - закончил своё неторопливое объяснение «основ минского процесса» кремлёвец, чувствуя удовольствие от осознания себя причастным к большой истории.


И действительно чиновник прав: украинцы давно поняли, что выполнение Минска-2 не возвратит потерянные территории Донбасса в состав Украины. Контроль будет все равно не у них,  а у Москвы. Фактически ЛДНР Минск-2 легализует как протекторат России, а учитывая, что республики согласно Минску-2 будут иметь право на проведение внешнеэкономической деятельности, минуя Киев, российский бизнес и российские банки легально войдут в Донбасс и не будут подвергнуты за это международным санкциям.  Раз экономическая и финансовая сферы будут восстановлены, то ЛДНР в таком режиме сможет жить десятилетиями, образовав де факто конфедерацию с Россией, формально входя в состав Украины.


Вот именно сквозь эту призму и надо понимать прошедшие сегодня минские переговоры в «нормандском формате» на уровне дипломатических советников глав государств России, Украины, Германии и Франции, в которых приняли сегодня участие Владислав Сурков и Константин Елисеев, замглавы администрации президента Украины.


Итак, на каком фоне, в какой атмосфере проходили переговоры в Минске? Ситуация крайне напряженная. 24 марта 2017 года, когда было запланировано заседание «нормандского формата» на уровне политических директоров (четвертый и самый низкий уровень после уровня глав правительств, министров иностранных дел и дипломатических советников глав государств), Россия, видя отсутствие перспектив договоренностей, отказалась принимать в нем участие.

 


Сейчас вообще идет речь о выживании минского и нормандского форматов. Украина, как было сказано выше, попав в ловушку, специально любыми способами тянет время. Минимум полгода даже достигаемые договоренности в части безопасности Украиной полностью игнорируются.


Что касается «политического пакета», то Украина его заблокировала почти год тому назад.  Речь идет о «Формуле Штайнмайера». Формулировка последней была выработана еще в Париже в октябре 2015 года на уровне глав государств, когда  решили убрать следующее противоречие из минских договоренностей: что сначала – местные выборы в Донбассе или введение «особого статуса». Стороны по-разному себе все это представляли.


Вот тогда Штайнмайер на тот момент министр иностранных дел Германии (ныне он президент) и предложил свою формулу: в день проведения голосования на местных выборах в Донбассе «особый статус» вступает в силу, но он при этом носит ВРЕМЕННЫЙ характер.  Но через два месяца в день, когда БДИЧ ОБСЕ, наблюдающий за выборами, дает свое заключение о них, должен вступить в силу закон, который вносит в украинскую Конституцию статью об «особом статусе» на ПОСТОЯННОЙ основе. Это и есть суть «формулы Штайнмайера».


Сегодня Украина полностью ее игнорирует. На уровне минского формата, в котором участвует представители ДНР и ЛНР, категорически не хочет  ее обсуждать. Не хочет она обсуждать и законы об амнистии для всех участников событий 2014 года, и о проведении местных выборов в ЛДНР и другие подзаконные акты.


При этом Украина ссылается на нормандский формат. Мол, пока в «нормандском формате не будет согласована «дорожная карта», то они не будут обсуждать вопрос «особого статуса» и другие вопросы.


Возможно сегодня в Минске Сурков и Елисеев пробовали согласовать эту самую «дорожную карту». Например, обсуждали вопрос: что раньше передача границы с Донбасса с Россией под контроль Украины или выборы. И что, о чем-то договорились? Думаю, нет.  Так было и в предыдущие встречи Суркова с Елисеевым. Есть результат? Нет.


Три или четыре раза Сурков встречался с Викторией Нуланд. Тайно. Только об одной встрече в Калининграде стало известно прессе. Есть результат? Нет результата. Тогда почему мы с вами ждем, что в этот раз будет какой-то прорыв. Его не будет.


В общем, рутинизация на марше. В общем, обвел Кремль Киев вокруг пальца.


Есть, правда, очень и очень слабая надежда на то, что возможно Сурков и Елисеев договорятся, наконец-то, об обмене пленными. В украинском плену томятся около 700 ополченцев, и сорок с чем-то украинцев пребывают в ЛДНР.


Вроде как обмен с подачи немцев должен был состояться еще на католическое Рождество 2016 года, но украинская сторона в итоге не согласилась менять пленных по принципу «всех на всех», как того требуют минские соглашения.


Возможно, Белый дом с подачи Кремля надавил на Порошенко и тому ничего не оставалось делать, как согласиться на обмен. Пока мы этого не знаем. Но, дай Бог, чтобы это было так.


В общем, единственный, кого в этом процессе рутинизации жалко, так это русский народ Донбасса, живущий под постоянными обстрелами и еле-еле выживающий в нечеловеческих условиях.


Материал недели
Главные темы
Рейтинги
АПН в соцсетях
  • Вконтакте
  • Facebook
  • Twitter