2009-10-14 Иван Давыдов
Профессор классической филологии (ну, пусть будет, отдадим гению положенное) Апполон Безобразов допил свой утренний кофе, скушал йогУрт (ибо настоящему петербургскому интеллигенту новомодные московские словари не указ), и взялся за газету.
- Поленька, на ужин куру приготовить? - спросила профессора жена, Аделаида Кондратьевна.
- Да, конечно, - сказал Апполон, пробегая глазами заголовки. "Покорители неба". "Сегодня в ровно в полдень состоится торжественное открытие башни Газпрома в Охте, - читал профессор. - Мероприятия посетят премьер-министр России Владимир Путин, президент России Никита Джигурда, а также губернатор Санкт-Петербурга Рамзан Кадыров и председатель совета директоров компании Газпром Чжен Ляо Ван".
Профессор почувствовал смутную тревогу. Вышел в парадное. Потом во двор. Споткнулся о поребрик, подняв глаза к небу. Небо хмурилось. Черные тучи ползли откуда-то с юга. Сверкали молнии.
Апполон поежился. Нервозность усилилась. Ухнула пушка в крепости, - полдень. Апполона охватил настоящий страх.
Страх, как и многие, Апполон привык гасить едой, отчего обзавелся к сорока годам ощутимым брюшком. Опрометью бросился к ларьку. Выбирать уже не приходилось:
- Шаверму, будьте так любезны.
- Шаурму? - переспросила торговка. - Вам с курицей?
Кровь молотом ударила в виски. Не оглядываясь, профессор побежал во дворы.
Вавилон, крутилось в голове, Вавилон.
- Простите, - остановил его какой-то прохожий. - Вы не подскажете, как пройти в шестой подъезд?
Профессор упал на колени, второй раз за день больно ударившись ногой о бордюр. О бордюр!
- О, место проклятое, - закричал профессор. - О град, Господа предавший! О сыны человеческие, чего ради в гордыне своей решили вы построить башню до неба! Не вам ли сказано - смешает Господь языки и перестанете понимать друг друга?
Профессор посыпал волосы пылью, сбросил пиджак, и пошел торжественно, продолжая пророчествовать:
- И вновь сбылось по писанию! И падет град сей! И покарает нас Господь за гордыню нашу.
И потом, подумав:
- Быть пусту месту сему!
- Питерские, хули, - сказал своей коротконогой подружке досужий турист, выплюнув сигарету.