Politfiction: Пелевин. Слить в одном образе крупного, хотя и неоднозначного русского философа, и посредственного телеведущего (общего у них только фамилии — для постмодерниста, каковым именем я припечатаю Пелевина, этого достаточно) — тут одного таланта мало. Нужен гений.

Заяц! Вася Ложкин (надеюсь, вы уже догадались, что это псевдоним) рисует поразительные картины – жуткие, наводящие ужас, и вместе с тем какие-то по-детски беззащитные. Больше всего эти картины напоминают страшилки, которые рассказывают по ночам в пионерском лагере.

"Чердак офицера". Смена парадигм, черный президент в Штатах, отказ от доллара, ну, кризис-х…изис, и впарить можно что угодно, объявив именно это, "пук-рок", например, самым проверенным и надежным.

Политическое литературоведение. Произведя существенные опустошения в психике «совка», Суворов своей новой книгой «Святое дело» пытается каким-то образом реабилитировать своих читателей за сталинские преступления.

Гауляйтеры у власти. Одной из трагедий 20-го века было слияние истории и психоаналитики. Сложнейшие исторические процессы пытались объяснить по Фрейду, буквально и ниже пояса.